Неизвестное сражение маршала Рокоссовского, или Как образовался Курский выступ

Противник имел на советско-германском фронте немногим более 260 дивизий, в том числе 208 немецких, остальные – финские, венгерские, румынские, итальянские, словацкие и одна испанская.

На начало января 1943 г. действующие фронты Красной армии в своем составе насчитывали 370 стрелковых дивизий и 160 стрелковых бригад, 19 танковых и механизированных корпусов. В резерве Верховного командования находилось 14 стрелковых и воздушно-десантных дивизий, 3 танковых и 4 авиационных корпуса.

В этих условиях Ставка Верховного Главнокомандования (СВГК), чрезвычайный орган высшего военного управления, осуществлявший в годы Великой Отечественной войны стратегическое руководство советскими Вооруженными силами, решила, максимально используя успех сталинградского контрнаступления, развернуть общее наступление по всему фронту от Ладожского озера до предгорий Кавказа. Было решено сосредоточить основные усилия на южном и юго-западном направлении, то есть там, где противнику было нанесено особенно ощутимое поражение и где ожидалось менее упорное его сопротивление73.

С января по март 1943 г. Красной армией были проведены следующие наступательные операции: наступление Южного, Закавказского фронтов и Черноморской группы; Краснодарская, Острогожско-Россошанская, Воронежско-Касторненская, Севско-Дмитровская, Малоархангельская наступательные операции, а также операции «Звезда», «Скачок», «Искра», «Полярная звезда».

Следует заметить, что почти в одно время с контрнаступлением под Сталинградом, начавшимся 19 ноября, 25 ноября войска Калининского и Западного фронтов начали операцию «Марс», или, как ее еще называют, вторую Ржевско-Сычевскую операцию, с целью разгрома войск 9‑й и части сил 4‑й немецких армий группы армий (ГА) «Центр» и ликвидации Ржевско-Вяземского выступа. Операция «Марс» закончилась неудачей. Поставленные перед Калининским и Западным фронтами задачи выполнены не были74.

Постоянно наступая на широком фронте, Красная армия не давала возможности противнику закрепиться и создать позиционный фронт. Во время зимней компании 1942–1943 гг. советское командование стремилось освободить территории, богатые людскими ресурсами и имеющие большой промышленный и сельскохозяйственный потенциал (Донбасский и Харьковский промышленные районы, Кубань, Центральный черноземный район).

Германское командование намеревалось задержать наступление Красной армии на юго-западном направлении. Угроза выхода армий Южного советского фронта в тыл кавказской группировке противника заставила врага оставить часть захваченной территории в расчете на удержание Донбасса и части Северного Кавказа. Основные силы противоборствующих сторон действовали на южном участке фронта – от Долгоруково до Новороссийска75.

Такова была расстановка сил в январе 1943 г. Она вынудила германское руководство сменить концепцию боевых действий.

10 января 1943 г. Гитлер, выступая на совместном совещании генералитета Германии и Румынии, заявил о смене наступательной стратегической концепции боевых действий вермахта на Востоке на оборонительную76. В своей программной речи он заявил: «Германия и ее союзники вынуждены продолжить борьбу, и теперь речь идет о борьбе за существование, а не о войне за обладание территорией… В теперешней гигантской длительной борьбе, обороняясь против мощнейшего штурма, успех или неуспех надо оценивать не по отдельным актам, а после всеобщего развития событий»77.

Гитлер пытался убедить немецкий народ и своих союзников, что в начале 1943 г. в тяжелом положении находился Советский Союз, а не Германия: «Если бы Германия потеряла 2/3 своего производства железа, 80–85 % нефтяных источников и весь свой коксующийся уголь, то ее положение было бы отчаянным. Но сейчас в такой ситуации как раз находится Россия. Хотя Россия располагает добычей железа на Урале, но коксующегося угля для изготовления стали из этой железной руды она не имеет. Нехватка продуктов питания и недостаток в людях создают дополнительные трудности, которые в конечном счете приведут ее к гибели»78.

Однако вследствие понесенных потерь как раз перед немецким командованием встала задача пополнения своих войск. Пытаясь решить эту возникшую проблему, Германия начала тотальную мобилизацию. По приказу фюрера от 13 января 1943 г. «О массовом привлечении лиц мужского и женского пола для выполнения задач в интересах государственной обороны» была объявлена тотальная мобилизация79.

В интересах государственной обороны немецкое правительство стремилось привлечь дополнительную рабочую силу, всех лиц мужского и женского пола, труд которых не был использован или использовался не в полном объеме. Целью приказа являлся призыв в действующую армию пригодных к военной службе лиц мужского пола. Для этого были проведены организационные мероприятия по замене вышеуказанной категории лиц в структурах вермахта и военной промышленности пригодной рабочей силой из числа гражданского населения, ранее не привлекавшегося в интересах государственной обороны. Переквалификация и обучение на производстве запасной рабочей силы организовывались на регулярной основе80. Генеральному уполномоченному по вопросам всеобщей трудовой повинности предписывалось организовать строгий контроль и учет лиц мужского и женского пола в возрасте от 17 лет до 50 лет. Проверке подлежали работающие в сфере торговли, на мелких ремесленных предприятиях, а также лица свободных профессий, сфера деятельности которых не отвечала интересам государственной обороны. Для административного аппарата вводилась 60-часовая трудовая неделя, рабочее время на предприятиях военной промышленности «добровольно» удлинялось.

В конце января 1943 г. главное командование сухопутных войск вермахта разработало план формирования 20 новых дивизий взамен уничтоженных во время зимней кампании под Сталинградом. Предполагалось в течение 4–5 месяцев мобилизовать в вооруженные силы 800 тыс. чел. Значительную часть призываемых приходилось изымать из военного производства. Несмотря на призыв в армию немцев, проживавших в оккупированных странах Европы, к лету 1943 г. в вермахт удалось мобилизовать только 600 тыс. человек. Но производственные монополии в первом квартале 1943 г. потребовали дополнительно 800 тыс. рабочих. Из торговых, ремесленных, кустарных, промысловых предприятий было высвобождено в военную промышленность 130 тыс. человек. К ним добавились студенты вузов и учащиеся средних специальных учебных заведений.

Из-за нехватки рабочей силы свертывали работу многие гражданские отрасли экономики, закрывались некоторые учреждения культуры. Призыв в вооруженные силы новых контингентов мужского населения Германии стал возможным лишь вследствие массового использования в хозяйстве рейха труда иностранных рабочих и военнопленных. С оккупированных территорий СССР и других стран Европы были насильственно вывезены дополнительно сотни тысяч людей. Весной 1943 г. в экономике страны (в границах 1939 г.) было занято 30 267,5 тыс. немцев (мужчин и женщин) и 6259,9 тыс. иностранных рабочих и военнопленных. Только с октября 1942 г. по май 1943 г. в немецкую экономику было включено 1138 тыс. иностранных рабочих81.

Правительство вынуждено было прибегать к различным формам пропаганды этой проблемы, которая не приносила ожидаемых результатов, так как в газетах информация давалась в приукрашенном виде82.

Необходимо отметить, что после поражения в Сталинградской битве и начала наступательных операций Красной армии политико‑моральное настроение солдат вермахта начало падать. Начавшееся наступление и намечавшиеся в дальнейшем действия Красной армии уже привели к смене германским руководством концепции боевых действий. Намечался перелом в войне.

Это вызвало, как показал анализ архивных данных83, негативную реакцию в германских частях на восточном фронте. Отношение немецких солдат, воевавших здесь, к проводившимся мероприятиям было негативным. Так, военнопленные обер-ефрейтор Цан Карл и унтер-офицер Фогт Вальтер, принадлежащие к 143‑му отдельному карательному батальону 532‑го корпуса тылового обслуживания (Gr. Korur 532), показали: «В Германии происходит мобилизация с 1900 года по 1925 год включительно. Взятых с производства заменяют рабочими с оккупированных стран. Ощущается острый недостаток в цветных металлах. В некоторых районах сняли с церквей колокола на нужды военной промышленности»84.

Из разведданных объединенных партизанских бригад от 27 марта 1943 г. видно, какие настроения преобладают у немецких солдат (о взаимодействии партизан и регулярных частей Красной армии будет изложено в главе 3 настоящего исследования): «Пленный француз унтер-офицер 638‑го французского полка Денье-Рене показал, что немецкие солдаты высказывают мысль о том, что Германия войну проиграет»85.

Немецкие солдаты пишут на родину: «Мы надеемся, что война скоро кончится. Эта зима значительно мягче прошлой, теперь я понимаю, что значит зима в России, в Первой мировой войне я сам пережил две таких зимы. Мы очень радовались, когда шли из России, в скором времени, мы надеемся, будет заключен мир»86.

Таким образом, несмотря на то, что Германия все еще была сильна, политико‑моральное состояние немецких солдат, непосредственно участвующих в боевых действиях на восточном фронте и даже имеющих опыт боевых действий в России в Первую мировую войну, уже падало.

Оставив в глубоком тылу окруженную 6-ю немецкую армию, не снижая темп наступления, не давая противнику закрепиться и создать позиционный фронт, Красная армия продолжала наступать, обваливая немецкую оборону.

Условия для начала исследуемой Севско-Дмитровской операции заложили наступательные действия Воронежского, Юго-Западного и Брянского фронтов. Эти наступательные операции вошли в историю Великой Отечественной войны как Острогожско-Россошанская и Воронежско-Касторненская. Так, в результате Острогожско-Россошанской операции (13–27 января 1943 г.) были разгромлены более 15 немецких, венгерских и итальянских дивизий. Армии Воронежского фронта продвинулись на глубину 140 км. В обороне противника образовалась брешь шириною 250 км87.

Сложившаяся в результате развития наступления обстановка подтолкнула советское Верховное Главнокомандование к подготовке новой наступательной операции с участием Воронежского и Брянского фронтов. 18 января, когда Острогожско-Россошанская операция была в самом разгаре, командование Воронежского и Брянского фронтов представило в Ставку ВГК план нового наступления. Целью новой операции являлось окружение и уничтожение основных сил 2‑й немецкой армии и освобождение важного в оперативном отношении района Воронеж – Касторное88.

Операция, вошедшая в историю Великой Отечественной войны как Воронежско-Касторненская, началась 24 января 1943 г. К операции привлекались 27 стрелковых дивизий, 7 стрелковых, 8 десантных и танковых бригад, два танковых корпуса. К исходу 2 февраля было разгромлено до 11 дивизий противника. Советские армии продвинулись в глубину до 120 км, была освобождена большая часть Воронежской и Курской областей. В окружении оказалась крупная группировка противника. Однако ее ликвидация затянулась. Значительной ее части удалось вырваться из окружения и присоединиться к своим основным войскам западнее Обояни89.

Таким образом, в ходе Острогожско-Россошанской и Воронежско-Касторненской операций германская группа армий «Б» была сильно ослаблена. В обороне противника образовалась 400-километровая брешь от Ливен до Купянска. Создались выгодные условия для развития наступления советских войск на курском и харьковском направлениях90