Практическая психология. Разрушитель

– А Валия? – с любопытством поинтересовался Алан.

– Ну, по ней не скажешь, сами знаете, какую ледышку пригрели, – Светика понизила голос, собрала бровки домиком и отчаянно зашептала: – Она рот открыла и ничего не сказала, только на дверь пальцем ткнула, да Зира даже не посмотрела, куда там кирена тычет. Села на диван и сказала, что никуда не пойдет – ей спина, мол, болит по крепости бегать. А коль младшей жене, – тут она выкатила глаза, косясь на герцога с восхищением, – что-то не нравится, то пусть сама и идет.

Алан застонал, а Виктория захихикала. Ну Зира, ну умница! Вот вам и простая девушка из горного аула, а как сразу расставила все по своим местам. Младшая жена – и будь добра подчиняться.

– А дальше? – нетерпеливо поторопил Алан служанку.

– А дальше они поорали друг на друга, а потом плакали долго, – шмыгнула носом Светика. – Я уж и травок им для спокойствия заварила. Да вроде помирились, даже ткани вместе смотрели. Небося, не выгонят. – Она смахнула с груди герцога паутину, убрала с плеча волос и легонько подтолкнула к двери. – Идите, не бойтесь, чай, с двумя бабами управитесь. Вы же у нас вон какой…

– Какой? – подозрительно спросил Алан.

– Красивый, – вздохнула Светика.

– Я вас здесь подожду, – очень серьезно, так серьезно, что Виктория сразу заподозрила подвох, произнес Лис. – Если что, кричите.

Виктория усмехнулась, прислушиваясь к ощущениям. Что она испытывает после рассказа Светики? Облегчение – в первую очередь, все же женских войн ей не нужно, и любопытство – до чего же они договорились? Младшая и старшая жена…дурь полнейшая! Зира, говоря откровенно, досталась волей судьбы, а не собственным желанием, а теперь еще и Валия как-то оказалась в списке жен. Нет, в ЗАГСе есть определенная прелесть!

Алан толкнул дверь и вошел в гостиную, напевая:

Они сидели рядышком на диване и рассматривали большую вышивку. Услышав, что кто-то вошел, одновременно подняли головы. Зима и лето, холод арктических пустынь и тепло домашнего очага. Зеленые глаза смотрели с любовью и радостью, голубые – с холодным отчуждением. Ничего не изменилось, если Валия и сделала какие-то выводы, то по ней этого заметно не было. Да шла бы она замуж за брата Чеха и оставила их в покое!

– Муж мой! – вскочила Зира. – Я приготовлю напитки!

– Сиди, – перехватил ее герцог. – Светика все сделает. Как вы тут? Не подрались?

Он усадил Зиру на диван, себе подвинул кресло и уселся напротив. И все это под пристальным взглядом Валии.

– Я объяснила младшей жене наши обычаи, мой вождь. – Зира погладила кирену по руке, а Алан поперхнулся матерными словами, застрявшими на кончике языка. – Знаешь, мне кажется, что горцы намного свободнее – у нас выбирает женщина.

– Я не принуждаю кирену Валию ни к чему, – быстро проговорил герцог.

Алан сразу решил расставить точки. Не хватало еще, чтобы Снежная Королева решила, будто он хочет на ней жениться. Нет! Никогда и ни за что!

– И к замужеству? – холодно поинтересовалась Валия.

– Я вам делал предложение? – Алан удивленно округлил глаза. – Это было в состоянии умственного помешательства.

– Вы прекрасно поняли, что я имею ввиду брата Чеха.

– Так вы все же не хотите за него замуж?

– Не хочу, – спокойно ответила Валия.

– Ну и не выходите, – пожал плечами герцог.

Виктория про себя выматерилась. Отчего ей не нравится ксен? Вышла бы за него замуж, и скольких проблем удалось бы избежать!

– Я зашел сообщить, что запрещаю передвигаться по крепости без охраны. Особенно это касается вас, кирена Валия.

– Почему меня?

– Потому что Зира со мной не спорит.

В дверь заглянул Лис, окинул всех внимательным взглядом и, посторонившись, пропустил в комнату Светику с подносом.

– Я чай принесла, как вы велели, кир Алан. Зира, может, кушать хочешь? Так я на кухню сбегаю, тетка Райка как раз пироги затеяла.

– К жене герцога Вас’Хантера следует обращаться уважительно, – сделала ей замечание Валия.

– Кирена, что ли? – Светика растерянно посмотрела на Алана, но тот, откинувшись на спинку кресла, молча наблюдал, не вмешиваясь.

– Я не привыкла к такому, – улыбнулась Зира.

– Кирена Валия права, нужно привыкать, – Алан протянул руку, и пунцовая Светика подала ему чашку с чаем. – Здесь не Кровь.

– Да, здесь не Кровь, – тихо буркнула Светика, но так, что герцог ее услышал. – Там все было настоящим, а здесь картинки неживые.

Служанка бросила на Валию красноречивый взгляд.

– Светика, скажи Райке, чтобы накрывала обед.

– Кир Алан, я очень плохо выгляжу? – дождавшись, пока Светика выйдет, Валия огорошила герцога неожиданным вопросом.

– Не плохо, – осторожно ответил Алан.

– Тогда отчего ваша служанка меня постоянно кормит? Она приносит еду, даже когда я не приказываю!

– Она просто заботится о тебе, – мягко произнесла Зира. – Разве это плохо, когда кто-то о тебе заботится?

– Для кирены это удивительно, – язвительно произнес Алан, поднимаясь и протягивая Зире руку. – Она просто не знает, что это такое – забота о других.

Валия сверкнула глазами и, судя по полному негодования взгляду, собралась выдать герцогу целую тираду, но тут вмешалась Зира:

– Бешеный Кузнечик! – с укоризной воскликнула она. – Не говори так!

Валия тихонько прыснула, прикрыв рот ладонью, но затем не удержалась и расхохоталась в голос.

– Бешеный Кузнечик… ой… не могу… простите… но… нет, не могу! Простите…

– Вы что, не слышали раньше, как меня называют горцы? – недовольно буркнул Алан, чувствуя иррациональную обиду.

Чтоб Гадюке на том свете икнулось!

– Слышала, – со смехом произнесла Валия. – Но тогда это было официально, а сейчас… это как-то… смешно. Простите, кир Алан, – она промокнула глаза зеленым платочком. – Простите.

– Вам очень идет улыбка, кирена, – усмехнулся герцог и, обняв Зиру, направился к выходу. – Улыбайтесь чаще.

Они уже выходили, когда Валия окликнула:

– Кирена Зира, спасибо. Я постараюсь следовать вашим законам, коль мой сын теперь и ваш сын тоже.

– Младшая жена, говоришь? – зловеще прошептал Алан, прижимая к себе улыбающуюся Зиру. – Ты действительно хочешь, чтобы я женился на этой ледышке?

– Муж мой, – она потерлась щекой о его плечо, – она мать Турена. Как иначе?

Алан зарылся носом в ее волосы, вдыхая родной аромат, и умиротворенно вздохнул. Зира действовала на него успокаивающе. Хотелось обнять ее крепче и так простоять целую вечность, никуда не спеша, не думая о проблемах, об убийце, о женах, о детях… просто стоять, вдыхать ее аромат, слушать тихий голос.

– Зира, приходи сегодня ко мне, – шепнул он.

– Обязательно, муж мой, – лукаво улыбнулась она. – Все будет хорошо, я ведь с тобой.

Да, теперь обязательно все будет хорошо, все наладится.

«Не будет», – угрюмо сообщил внутренний голос, но Алан его отогнал подальше и все же поцеловал свою женщину.

«Стоим в продуваемом сквозняками коридоре на виду у охраны и целуемся, как школьники, – подумал он. – Ну и черт с ним!»

В Синей гостиной царило уныние. Турен лежал на диване и дремал. Дарен играл со щенком, Эвелин перебирала рисунки из большой стопки, лежащей на столе. Горели ароматические свечи и их терпкий запах будил неприятные воспоминания. Похороны, лилии, поп с кадилом…

Алан тряхнул головой отгоняя неприятные мысли, он редко сюда заходила, ему не нравилась мрачность этой комнаты. Синяя с золотым рисунком ткань на стенах, темно-синяя, почти черная обивка диванов, деревянная мебель темного дерева и одно узкое длинное окно, застекленное цветным мозаичным стеклом, практически не пропускающим света. Все вместе создавало довольно гнетущее впечатление.

– Папа! Нашли убийцу? – Дарен выглядел немного испуганным.

– Нет, и поэтому передвигаться только под охраной. Турен, ты ничего не замечал подозрительного?

Алан встал возле камина. Спину окутало приятным теплом, и моментально накатила усталость. Скорее бы лето. Турен сел и отрицательно мотнул головой, его заспанный взгляд скользнул по лицу герцога и остановился на огне, паренек хотел что-то сказать, но в последний момент передумал. Виктория окинула взглядом комнату. Странно, что маркиза не задала сто пять вопросов. Молчит и взгляд прячет.

– Эвелин, ты что-то знаешь?

Девушка вздрогнула, но глаз от рисунков не подняла.

– Может быть, что-то слышала? Кто-то вел себя странно? – настаивал Алан.

– Кир Алан, неужели вы считаете, что мне есть дело до рабов? Никто никогда не расследует убийства рабов. Купите новых и все.

– Я тоже был рабом, – зло ответил ей Турен. – И ты можешь стать рабыней в любой момент. Захоти отец от тебя избавиться – ойкнуть не успеешь, как окажешься на невольничьем рынке. Подумай об этом, кузина, и если что-то знаешь, лучше сразу расскажи.

– Я ничего не знаю! – выкрикнула Эвелин и расплакалась. – Вы просто меня ненавидите!

Хорошая попытка сменить тему, да только мы таких манипуляторов видели не раз. Виктория открыла дверь и приказала:

– Отведите кирену Эвелин в ее покои, никого к ней не пускать и не выпускать без моего приказа. – Алан повернулся к рыдающей уже в голос девушке. – Захочешь поговорить, пришлешь за мной. И запомни: я все равно узнаю правду, и тогда наказание последует неотвратимо.

– Я их не убивала! За что вы меня наказываете?

– За ложь!

– Но я не вру вам! Я не знаю, кто их убил!

– А за что их убили, знаешь?

Взгляд маркизы затравленно заметался по комнате.

– Ничего я не знаю!

Когда Эвелин вышла, Лис, до сих пор молча стоящий у двери, подал голос:

– Кирена лжет.

– Я знаю, Лис.

– Раньше она не позволяла себе так с вами разговаривать.

– Она знает, что отец терпеть не может истерик, и специально устроила скандал, – подал голос Тур. – Когда мы обсуждали убийства, она хохотала и совершенно не переживала. А когда Иверт сказал, что убили Саша и Милу, она испугалась.

– Где Длань, когда он мне нужен? – задал риторический вопрос Алан, вспоминая, как быстро Алвис смог выяснить правду в замке Рогана.

– Брат Алвис прибудет сегодня, – как ни в чем не бывало ответил ему Лис. – Я получил от него сообщение вчера вечером.

– Впервые буду рад его возвращению, – хмыкнул герцог. – Парни, ступайте обедать.

Алан направился к выходу.

– Мэтью с дочерью ждут в кабинете, – тихо сообщил Лис.

– Откуда знаешь?

– Хват сказал.

– А ты пойдешь обедать? – подал голос Дарен, когда герцог уже дотронулся до дверной ручки.

– Я перекушу в кабинете.

– А Зира с… мамой Тура помирились?

Виктория услышала в голосе младшего сына напряжение. Дарен нервничал, он всегда переживал даже из-за малейших намеков на разлад и до сих пор боялся, что его бросят. Она кивнула Лису, чтобы ждал за дверью, и вернулась в комнату.

Тур смотрел хмуро и немного зло, Дар – чуть испуганно, хотя и пытался это скрыть. И как им объяснить… да и что объяснять? Черт, как сложно!

– Да, они помирились. Кирена Валия согласна принять законы горцев.

– Ты на ней женишься? – напряженно спросил Турен.

Жениться? На Валии? Да Алану даже мысль такая в голову не приходила!

– Ты считаешь, это будет правильно? – осторожно спросил Алан.

Турен глубоко вздохнул и посмотрел не пряча взгляд, с вызовом, открыто и прямо.

– Ты ведь знаешь, король Ратии – дядя моей матери. Женившись на ней, ты укрепишь союз с этой страной. Думаешь, прежний герцог почему ее не убил? Потому что не хотел проблем с Ратией. А тебе нужны союзники.

– Из тебя выйдет прекрасный правитель, Турен, – задумчиво произнес Алан. Парень прав. Брак с Валией принесет только бонусы, но… – Но я не люблю ее.

– Тогда мне придется жениться, несмотря на то, что я тоже никого не люблю. Ты сам говорил, нам нужны союзники. У Ратии нет выхода к морю, а держать в герцогстве несколько кораблей очень соблазнительно.

– А что им помешает напасть на нас и завоевать герцогство?

– Твое родство с королевским домом Мирии, горцы, Храм за спиной и твои права на трон самого богатого государства.

– Турен, ты не устаешь меня удивлять, – Алан улыбнулся. – Я горжусь тобой. Но знал бы ты, как я не хочу жениться! – не выдержав, воскликнул он. – Давай пока не торопить события, но обещаю, если у меня не будет выхода, я женюсь лучше на твоей матери, чем на ком-то еще.

– Я понимаю, – вздохнул Тур и пригладил отросшие волосы. – Я тоже не хочу жениться, но правители не вольны в своем выборе.

– Я не стану вас заставлять, – твердо пообещал Алан. – У тебя есть минимум пять лет, чтобы не думать о женитьбе. Сперва мы выдадим замуж Эвелин…

Дарен о чем-то сосредоточенно думал, ковыряя маленькую дырочку в кладке камина. Наконец он поднял голову и смущенно произнес:

– Ты же заказал портреты невест для Тура.

– Ну, присмотреть девушку надо заранее, познакомиться, пообщаться…

– А как же дочка Зиры, на которой он обещал жениться?

– Она же теперь моя сестра! – возмутился Турен, но без особого энтузиазма.

– Не по крови, поэтому, если ты все же влюбишься, я не стану возражать, – усмехнулся Алан.

Викторию веселили эти рассуждения, но она понимала, что такие вопросы следует обсуждать с детьми, чтобы потом у них не возникало желания что-то скрывать. И вдруг так остро, так болезненно накатила тоска по потерянному дому, по сыновьям, по внукам, которых она никогда не увидит, что Виктория качнулась, упершись рукой о стену. Как там ее мальчики? Хоть бы одним глазком посмотреть…

– А мне тоже надо будет жениться на принцессе? – отвлек ее вопрос Дара.

– А тебя это пугает? – сделал страшные глаза Турен.

– Я вообще не хочу жениться!

– Дарен, тебе не обязательно будет родниться с королевскими домами, – улыбнулся Алан. – А отчего ты так этого не хочешь?

– Эта Эвелин такая дура! – искренне воскликнул мальчишка. – А она ведь родня короля! Вдруг они все там дуры?

Алан лишь руками развел на это заявление младшего сына. А что говорить, когда Эвелин действительно не производит впечатление умной девушки. Зато она непосредственная и веселая, а еще коммуникабельная и милая…

Когда он выходил из комнаты, ему в спину неслись заливистый хохот Турена, обиженное бормотание Дарена и веселый лай-вой Снега.

В кабинете его ждали хмурый Мэтью Гарнер и улыбающаяся Мая.

– Добрый день, сир.

Мэтью поклонился, Мая чмокнула герцога в щеку. Их отношения так и не стали прежними, но Алан с удовольствием общался с этой задорной и неунывающей девушкой. Просто не доверял ей больше.

– Мирийские послы прибудут через сутки. Их корабль в дне от берега.

– Я не ждал, – Алан лихорадочно соображал, что это может означать?

– Среди послов есть друг Мати. Очень близкий друг… – многозначительно кивнул Мэтью, бросая на герцога внимательный взгляд. – Я считаю, им необходимо встретиться.

– Иверт это не одобрит, – Алан побарабанил по столу пальцами.

– А откуда он узнает? – беззаботно спросила Мая.

– Кир Алан, из Мирии приходят очень нехорошие слухи, и нам лучше заранее знать о планах ваших родственников.

– Мая рискует?

– Не больше, чем находясь рядом с вами.

– Мая, ты опять обманываешь Иверта. Мне это очень не нравится, сразу предупреждаю.

– Сир! – Мэтью откинулся на спинку стула и снисходительно улыбнулся. – Она не будет с ним ложиться в постель! Я же сказал – друг, а не любовник.

Виктория облегченно вздохнула, посчитала до десяти, чтобы унять злость, и только после этого спокойно произнесла:

– Надеюсь, так будет оставаться и дальше. Я не люблю… вертихвосток.

– Кого? – с любопытством переспросил Мэтью.

– Непостоянных девушек.

– Я стала очень постоянной с тех пор, как влюбилась в Иверта, поэтому тебе не о чем переживать, хозяин, – Мая показала язык и выпорхнула из кабинета.

– Несносна. Это моя вина – я ее баловал в детстве, и она всегда получала, что хотела, – произнес Мэтью, но раскаяния или сожаления в его голосе не было. – Сир, я привез последние отчеты о ваших финансах.

– Оставь, я посмотрю. Мэтью, у тебя нет на примете толкового человека, которому можно было бы поручить организовать сыскную службу?

Теневой король задумался.

– Не будь Мати девчонкой, я бы предложил ее. Она умна, изворотлива и умеет надавить, когда нужно. Она только кажется ветреной и глупой, на самом деле дочь сможет заменить меня через некоторое время. Ее уважают и побаиваются.

Алан недоверчиво улыбнулся. Нет, возможно, уважают, но бояться? Эту пигалицу?

– Сир, вам просто не приходилось видеть, как Мати владеет длинным ножом. Жаль, что она не парень.

Хм… ну, для Виктории не имело огромного значения, парень или девушка. Ее волновало другое.

– А смогу ли я ей доверять? Ведь ее легко можно перекупить.

– А вы назначьте такую цену, чтобы это стало сложным, – не улыбаясь, предложил Мэтью.

– И какова же эта цена?

– Ваша дружба. Мати не показывает, но она очень переживает, что вы отвернулись от нее. – Он встал. – Но ведь наш разговор не может быть серьезным, женщине не место среди мужчин.

– Ты плохо меня знаешь, Мэтью, – оскалился герцог. – Я собираюсь опровергнуть это утверждение.

Виктория давно планировала создать женский монастырь и дать его настоятельницам равные права с ксенами. Подрывать устои, так со всех сторон! Почему бы и не попробовать дать Мае шанс? Это стоило хорошо обдумать.

– Мэтью, не мог бы ты меня проконсультировать в вопросах семьи?

Гарнер поднял брови, ничем не выказывая своего удивления. Именно за это Алан его и ценил, за умение слушать и браться за любые дела, моментально просчитывая варианты и сулящую выгоду.

– Кем сейчас приходится Турену его мать?

– Никем, – не раздумывая, ответил теневой правитель герцогства. – В момент усыновления вами мальчика она была пленницей, лишенной имущества и прав. Во всех документах она проходит как вдова герцога Вас’Хантера кирена Валия. Без титула и земель.

– Но она племянница короля Ратии. Как мы объясним послам ее положение при…

– Дворе? Сир, перестаньте смущаться. Вы король и вождь, и все это… – Мэтью с улыбкой развел руками, – ваш двор. А кирену представим как вашу фаворитку. Это никого не удивит.

Ага, Версаль! В понятии Виктории королевский двор – это вельможи и дамы в шикарных платьях, роскошь, балы, интриги, а не мрачное, продуваемое сквозняками каменное здание, в котором нормально отапливались лишь покои господина и его семьи, и где спокойно разгуливает убийца.

– Ты знаешь, что у нас произошло?

– Да, мне Иверт рассказал. Позволите дать совет?

Алан кивнул. Советы от Мэтью Гарнера лишними не бывают.

– Ищите среди родственников и их приближенных, именно им ваше присутствие в крепости может казаться незаконным.

– И какие у них причины?

– Эвелин вы лишили отца и статуса выгодной невесты, кирену Валию – сына, барона Семуха – возможности выслужиться до генерала, – Алан удивленно поднял бровь. – Вы не знали, что герцог обещал ему звание и пенсию по выслуге? – Герцог отрицательно покачал головой. – Касима лишили комиссионных, которые он получал от купцов, делая закупки. Теперь золото платят мне. – Мэтью подбросил на ладони небольшой кошелек.

– Кто такой Касим?

– Ваш управляющий.

– Не знал, что у него еще и имя есть.

– Имя, любовница и долги.

– Долги?

– Долги есть у всех в этом списке, сир. Эвелин любит побрякушки, кирена Валия вынуждена сама покупать себе необходимое…

Алан почувствовал стыд. Опять его ткнули носом в собственную невнимательность. Очень хотелось обвинить в этом Валию, но это было бы несправедливо, поэтому он только скривился, но промолчал.

– Капитан недавно выкупил меч и кольчугу, которые ему явно не по карману, Касим слишком любит женщин и просаживает почти все деньги в борделе. Любой из них мог замыслить против вас, а рабы могли оказаться ненужными свидетелями.

– Ну, женщин можно исключить, – не согласился с ним Алан.

– Женщины могли нанять убийцу.

– Но зачем? Это бессмысленно!

Абсурд! Чтобы добраться до герцога, не было необходимости убивать столько рабов!

– Это нам кажется бессмысленным, сир, а понять женщин невозможно. – Мэтью развел руками. – Прикажите Иверту проверить в первую очередь этих людей.

– Но Семух был со мной, когда это случилось!

– Вы уверены?

Алан задумался. Нет, не все время…

Он сел за стол, взял лист бумаги и расчертил его на графы. Время, действие, люди…

– Кира Турена я бы тоже внес в этот список, – тихо произнес Мэтью. – От вашей смерти больше всего выиграет он. Трон, мать, земли…

– Я не уверен, что замыслили против меня, – буркнул недовольно Алан, но имя Турена вписал. Нехотя, не веря в такую возможность, но… – Может, это просто маньяк, которому нравится убивать.

– Тогда убийств было бы больше, а они начались всего несколько дней назад. И новых людей в крепости не появлялось, кроме тех, кто пришел из Крови.

Мэтью ушел, Алан задумчиво склонился над бумагой. А если он прав? Ели это кто-то из близких? И еще Гарнер прав в оценке убийцы: тот не дурак, раз привязал череду смертей к приходу людей из Крови. Свалить ведь можно на кого угодно…

Алан откинул голову на высокий подлокотник и прикрыл глаза…

В углу заклубились тени. Виктория прищурилась и глубоко вздохнула. Все же опасность угрожает ей, иначе чего бы он пришел?

– Ну здравствуй, Алан.

– Ну здравствуй, галлюцинация.

Вадий белозубо улыбнулся, легко ступая босыми ногами по мягкому ковру. Прошел по комнате, остановился у камина, с интересом рассматривая портрет на раздаточной доске.

– Когда-то этот мир был более совершенен, чем Земля. Наука развивалась по другим законам. Здесь умели выращивать и заменять органы, лечить многие болезни, сохранять светлый ум до самого конца. То, что у вас называется эзотерика, в этом мире было очень развитой наукой. Ученые и исследователи не летали в космос, им это было не нужно, они умели выходить из своих физических тел и перемещаться на огромные расстояния в энергетическом теле. С развитием этой науки развивались и возможности «ходоков» – ученых, практикующих и исследующих это явление. Со временем они научились изменять биоэнергетику организма и разрывать связь с физическим телом. Тебе ведь известно понятие «управляемые сны», «управляемый выход»? – Виктория кивнула. – Владеющий этой технологией может притянуть душу в нужное ему место или занять ослабленное болезнью, наркотиками или алкоголем тело. Специалисты могут занимать только что умершее тело, излечивать его и спокойно в нем существовать.

– Ты хочешь сказать, что я тоже это могу?

– В тебе есть задатки, и если бы нашелся тот, кто тебя обучит, то вполне смог бы. Не знаю, как далеко, но взлететь над кроватью ты уже можешь. – Вадий улыбнулся. – Я вижу, как сейчас ты паришь над диваном.

– Потому что я сплю?

– Ты находишься в пограничном состоянии, – кивнул Вадий. – Ты ведь заметил, что наши встречи всегда происходят, когда твое сознание отключено. Это либо измученное болезнью или ранениями тело, либо легкий сон. Тот лишний орган, который ты обнаружил на изображении в анатомическом атласе, и отвечает за энергетический баланс в организме.

– Что случилось с планетой?

– Все очень банально. Извержение супергигантского вулкана. И развитая цивилизация ничего не смогла этому противопоставить. Один из материков был полностью разрушен и ушел под воду, жизнь на втором была смыта гигантскими цунами. По миру прокатились волны землетрясений, кое-где взорвались ядерные электростанции. Радиация. На четыре года повисло облако пепла, наступила зима. Вымерли животные, погибли растения. Большая часть населения, конечно, выжила. Правительства многих стран успели подготовиться к катаклизму. Но тут их настигла другая проблема. Война за ресурсы. Вместо того, чтобы объединиться, остатки человечества начали воевать. Ядерная катастрофа отбросила цивилизацию на сотни лет назад.

Виктория потрясла головой, потерла виски и недоверчиво переспросила:

– Ты хочешь сказать, что кто-то перенес мое сознание в этот мир при помощи эзотерических технологий?

Вадий кивнул. Какой-то он слишком серьезный.

– …твою мать! А у меня спросили, хочу ли я? А видения рая? Это что, тоже галлюцинация?

– Может быть, он существует? Кто знает, сколько миров во вселенных?

Алан вскочил с места и заметался по комнате. Полученные сведения не умещались в голове. Это все было слишком сказочным. Слишком!

– Странно все это звучит, не находишь?

– Для меня – нет. Для тебя – да, но я постарался рассказать обо всем самым примитивным и доходчивым для тебя языком.