- -
- 100%
- +
— Получению знаний? – последовал ожидаемый ответ.
Доминика лишь одобряюще улыбнулась, давая им ложную надежду на такой простой ответ, а затем огорошила.
— Нет, — сказала Доминика и, посмотрев на каждого из сидящих по очереди, произнесла верный «приговор». – Наша с вами цель - понимание вашего потенциала.
Воодушевления в глазах студентов точно не прибавилось, а где-то позади вовсе прослушалось: «Звучит опасно», «Мы обречены» и много чего в том же духе.
Доминика лишь вновь широко улыбнулась. Эта группа быстро схватывала всю суть проблемы, в которую они попали, и предвкушение от совместной работы с ними у нее только росло.
— И что нас ждет? – вновь набрался смелости Майкл, и спросил ее.
— Первые две недели будут максимально насыщенными. Каждый день вас ждут тесты, проверочные работы, устные опросы, домашние задания и практические задания. Все, что сможет показать мне, что вы знаете, как вы думаете и есть ли у вас зачатки разума, — пояснила она.
— Каждый день? – переспросил он с широко раскрытыми глазами, полностью игнорируя завуалированные оскорбления и акцентируя свое внимание на их интенсивности.
Он безошибочно выявил главное в ее словах, и она как психолог не могла это не оценить. Все увиденное и услышанное, каждый их вопрос и действия в конце дня будет ею задокументирован и проанализирован, что даст ей возможность спустя три месяца и составить психологическую карту, а пока она лишь забавлялась, наблюдая как все чаще на их лицах проступают эмоции паники.
— Иногда несколько раз в день, — сказал она и посмотрела на свою руку, специально рассматривая свой маникюр, вытягивая и сгибая свои тонкие пальчики, тем самым показывая, как же переменчива она может быть. — Я еще не решила.
Фейковая невинность так и проступала у нее на лице, но никто ей больше не верил и правильно делал.
— Уже хочется перевестись. – послышался голос с задних парт, где заняли места, те, кому учеба не особо давалась, но желание достичь большего и повидать другие миры, чтобы оправдать свои амбиции были высоки.
Видя их явный энтузиазм, Доминика решила их порадовать еще немного, так чтобы им уж наверняка понравилось пребывание тут, а впечатления остались на всю жизнь. Другое дело, что вместо радостных воспоминаний они могли вызывать болезненное подергивание и панические атаки, но от этого менее узнаваемый ЦДС не станет.
— Кроме того, я хочу оценить не только ваши интеллектуальные способности, но и выносливость, а поэтому перед некоторыми занятиями будут физические упражнения.
— Какие упражнения? – голос подал слегка пухловатый парень, который до этого сидел совершенно тихо и старался слиться со стеной – Лион Верхов.
Известие о физической нагрузке его явно не обрадовало.
— Зависит от настроения. Приседания, планка, бег, отжимания, прыжки. Все, что мне взбредет в голову на тот определенный момент.
Именно и за таких, как они, и была установлена система подачи газа, чтобы с самого начала расположить их к тому, что разговор между ними ней вполне возможен. Ожидать дни, недели, а иногда и годы на то, чтобы просто начать выполнять свою работу, никто из них не собирался. К тому же почти все ее коллеги прибегали к этому методу, ведь физически он был безвреден, а на деле давал им огромный результат.
К счастью Доминики, этот набор попался охотный на вопросы и разговор, что не могло ее не радовать. Работать с группой, где все предпочитали молчать, было в разы сложней, но и с такими она справлялась.
— А это зачем? — спросила наконец та, кто попал в пятерку самых интересных – Мира Иванова.
Как для заводилы, она еще долго держалась, не влезая в разговор.
— Мне нужно понять ваш потенциал. – спокойно ответила Доминика.
— Для чего именно? – попыталась уточнить Мира
— Для всего. – вместо точного ответа сказал она, но не увидев явного понимания на их лицах она продолжила. — Представьте ситуацию. Вы закончили сложный тест. – преднамеренная пауза. — И тут я объявляю пять минут планки перед следующим тестом, чтобы вы не страдали от безделия и не переживали, что-только за умственной работой ваше тело перестанет тренироваться. – не оправдала она их ожидания, а некоторые и вовсе застонали в голос. – Считайте, я делаю вам одолжение и забочусь о вашем здоровье, — сказал она, смотря на них честными глазами, которые встретили в ответ лишь недовольство, шок и ожидания сложных времен в стенах ЦДС.
Пусть говорила Доминика одно, но она их прекрасно понимала, ведь сама побывала по обратную сторону этого стола в свое время.
Завершив долгий путь учебы и получив возможность попасть сюда, они не рассчитывали встретить столь шикарный подарок, учитывая, что целью этой проверки было психологическое заключение, а не выявления их умственных и физических знаний. Мало кто понимал, что одно неотъемлемо от другого и то, как она выяснит нужные ей сведения, зависит лишь от нее самой.
— Это наказание? — спросил еще один из ее списка, но в этот раз это был Виктор Хмелев.
— Нет. Исследование. – честно ответила она, смотря прямо ему в глаза и на ее удивление в них промелькнуло некое удовлетворение и даже азарт, что ее позабавило.
Многие из сидящих тут были умны и понимали ее стратегию, вот только даже они не могли знать все ее уловки хитрости, что пусть и приводило их в предвкушение, но также навивало тревогу.
— Очень похоже на наказание. – не унимался Майкл.
— Не путайте науку с дискомфортом. – поправила она их.
Понимая, что изменить ничего нельзя им придется просто пережить эти недели, Мия решила уточнить что их ждет дальше, ведь она точно сказала, что эта нагрузка продлиться первые две недели.
— А что будет после первых двух недель? — спросила она с проблеском надежды в глазах.
— Проекты. Групповые задания. Индивидуальные задания. Презентации. Доклады. Дополнительные тесты для закрепления материала, — начала перечислять Доминика, загибая один палец за другим.
Она чувствовала недовольство и нарастающую панику в помещении, но именно этого она и добивалась. Ей нужно было поставить их в стрессовую ситуацию, узнать их слабые и сильны стороны, а также кто на что способен, при этом в столь ограниченное время.
— Конечно… Дополнительные тесты. – простонала Мия и в ее голосе так и слышался сарказм.
— Также периодические физические нормативы, — продолжила Доминика, не моргнув и глазом.
— Вы преподаете предмет или готовите нас к спецназу? — спросил Майкл, явно не претендующий на высокую должность и не осознающий, что через ЦДС проходят все – от слуги, военного, ученого, до самого представителя их мира и никто из них до последнего не может сказать, как пройдет их проверка, а также какие результаты они тут покажут.
В этом и была прелесть этой структуры, а также опора всего, что они знали. Из статистики: каждый пятый после завершения ЦДС менял приоритеты и направления в своей жизни, так как узнавал о себе что-то, о чем он ранее не догадывался.
— Пока не решила, но это не исключено, — сказал она и посмотрела на Виктора, который все это время внимательно наблюдающем за ней.
— А если мы не справимся? – послышался голос Леона, который открыто переживал за физическую часть предстоящих дней.
— Тогда я пойму предел вашего текущего потенциала, — сказала Доминика.
— А если справимся? – вновь взял слово Виктор.
— Тогда я повышу требования, чтобы узнать настоящий предел, — ответила она, видя его оживленность.
— То есть выиграть невозможно? – подвила итог Мира.
— Рада, что теперь вы начинаете понимать программу. – не стала обнадеживать их Доминика. – Также стоит добавить, что каждое действие имеет последствия и вам стоит помнить об этом всегда.
Доминика решительно встала из-за стола и медленно пошла вдоль класса.
— Опоздали — дополнительное задание. Не подготовились — дополнительный тест. Жалуетесь слишком громко — дополнительный вопрос у доски. Отказ выполнять поручение — страдает вся группа, выполняя все в двойном объеме. Создали проблемы мне лично - я проведу этому человеку дополнительную лекцию, где подробно объясню, почему так делать не стоит. – тут у некоторых аж мурашки по коже побежали.
У самой Доминики это искры тоже пробежались, во только они явно предвкушали разные вещи.
— А если мы все сделали идеально? — спросила Юлия Никитина – юная отличница и талантливый программист.
— Тогда вы готовы к более сложному заданию, — ответила Доминика, не давая им и шанса на спасение.
— Это ловушка. – простонал Толик и зарылся своими руками в волосы, пытаясь хоть немного успокоиться.
— А программа хотя бы окончательная? — спросил Майкл.
— Нет, а это значит, что в любое время я могу изменить программу по своему усмотрению. – добила она их новостями.
Молчание было ей ответом.
— К концу трех месяцев я хочу знать, на что способен каждый из вас: насколько быстро вы учитесь, как работаете под нагрузкой, как справляетесь со стрессом и сколько приседаний можете сделать после контрольной. Мне нужно понять, как вы думаете, что вы хотите, что вам интересно, а что дается с трудом.
— Почему именно после контрольной? – подал голос Толик.
— Потому что потенциал раскрывается в трудностях.
— А ваш потенциал? – видя, что терять уже нечего, спросил Майкл.
— Мой потенциал — придумывать новые задания быстрее, чем вы успеваете выполнять старые.
— Мы обречены. – послышалось со всех сторон, а стоны паники было уже слышно и за дверью.
Пока Доминика не стала уточнять, что их поведение также влияет на оценку, а поэтому, несмотря на то, что дисциплина могла быть и лучше, она намеренно обходила эту тему стороной.
— Отличный настрой, а поэтому думаю не стоит откладывать все на завтра и приступить к проверке ваших знаний мы можем уже сейчас. Начнем с небольшого диагностического теста. Всего сорок вопросов. – предположила она и потянулась за своим планшетом, где вопросы были уже давно составлены и среди многих из них были те, которые несли скрытый мотив.
— И это только первый день?
— Нам нужно лишь пережить три месяца, а дальше, даже армия будет не страшна. – послышался новый голос, и с ним поспорить не смогла даже она.
Такого рода комментарии доносились со всех сторон, но несмотря на болтовню, каждый из них запустил свои рабочие планшеты и вошел в систему, чтобы приступить к заданию, что не могло ее не радовать, а это они еще вопросы не слышали.
— Ну что же, приступим… - долгие молчание и в тот момент, когда все взгляды были направлены на нее, она сказала. — Какой шум у тишины между двух галактик?
Недоумение и растерянность так и читались у них на лицах.
Она же лишь вновь улыбнулась, и улыбка была совершенно искренней. Никто ведь не упоминал, какие конкретно знания она собирается проверять.
Глава 9. Секретарь.
Нолан
Получив уведомление о том, что его вновь желает видеть глава этого заведения, а точнее его секретарь, Нолан смог удержать лицо и вежливо извиниться, чтобы тут же покинуть Доминику и направиться обратно. В коридоре он еще раз взглянул на уведомление, в котором говорилось, что его ждут для подписания важных документов, которые будут иметь силу, пока он находится тут.
Бумажная волокита и обычные юридические дела, которые были ему прекрасно понятны, но также позволили Нолану взглянуть на еще одного подозреваемого из его списка лично, ведь по прибытии он его не застал, а возможности с ним встретиться вновь может не представиться еще долго.
Учитывая первоначальную миссию и его желание разобраться со всем как можно быстрее, мужчина решил, что пожертвовать наблюдением за знакомством между Доминикой и учениками ему ничего не стоит.
Дойдя же до нужного места в этот раз, Нолан не пошел к главе, а намеренно остановился чуть раньше, где в этот раз место не пустовало.
Тут он столкнулся с молчаливым мужчиной преклонных лет, который уверенно и профессионально держал себя в руках. При виде его появления мужчина сразу же отложил все свои дела, на он даже виду не подал, что Нолам своим приходом нарушил его планы либо помешал чему-то важному.
— Добрый день. Чем могу вам помочь? – тут же произнес он приятным голосом, который располагал к себе, при этом взглядом оценивая своего нового собеседника, чем в прочем занимался и он сам.
Секретарь был не высок, чуть выше метра шестидесяти. Седина полностью покрыла его голову, а морщинки стали непременной чертой его мимики. Близко посаженные глаза и слегка крупноватый нос лишь дополняли картину. Мужчина не выглядел отталкивающе, наоборот, он походил на добряка, перед которых хотелось сесть и рассказать все свои тайны, так как видя его, создавалось впечатление, что он не просто выслушает, но и поймет, однако это было лишь первое впечатление. Обманчивое впечатление, с которым в ЦДС Нолан встречался все чаще.
Несмотря на столь ранний час, мужчина выглядел очень опрятно и собранно, почти по-военному аккуратно, и Нолан так бы и подумал, если заранее не узнал, что-тот не служил. По секретарю было видно, что он любит порядок не только у себя в документах, но и в своем графике, рационе и жизни в целом. Перфекционизм так и сквозил, стоило лишь посмотреть на него. То, что многим приходилось заставлять себя делать, у него получалось само собой, и Нолан мог этому лишь позавидовать.
— Добрый. Мне пришло распоряжение Леонида Петровича о том, что мне нужно подписать некие документы, — сказал он, переходя сразу к делу.
— Минуточку. – попросил тот и быстро нашел то, что он искал в своем рабочем планшете. – Вы Нолан Кирсанов, проверяющий, отправленный к нам военным ведомством, — уточнил тот, хотя и так прекрасно знал, что он прав.
— Так и есть. – согласился с ним Нолан.
— Тогда прошу ознакомиться с документами подписать их как можно быстрее, — сказал тот и в этот момент его лицо слегка нахмурилась, что можно было бы списать на простое недовольство, но такая маленькая деталь позволила ему начать разговор, который позволил бы понять этого человека хотя бы немного.
— Что-то не так? — спросил Нолан, забирая планшет и поворачивая его к себе, чтобы просмотреть то, что ему предстоит прочесть.
Мирослав Степанов слегка замялся, но потом, как будто оценив, что ответ ему лично не навредит, а может даже и поможет, учитывая кто перед ним, все же решил не молчать, а поделиться своими тревогами.
— Понимаю, что проверка была организованна в кротчайшие сроки, но даже это не оправдывает того, что ваше начальство не позаботилась о том, чтобы эти формы были подписаны заранее. – выказал он свое недовольства, ничуть не пугаясь, что перед ним не простой человек, а тот, кто имеет вполне весомые полномочия и статус. — По правилам ЦДС вы не должны были даже ступить на территорию нашего заведения без этих подписей. – указал он на этот просчет.
По сути, недочет, но Нолан решил на досуге рассмотреть его повнимательней. Чуйка подсказывала, что за этим может крыться что-то большее, а своим инстинктам он привык доверять.
— Стоило лишь отлучиться на день и вот пожалуйся. – эту фразу он почти прошептал, но Нолан на слух не жаловался и смог услышать бормотания недовольства, которое было направленно не на него самого, а на того, кто не смог заменить секретаря. — Надеюсь, вы понимаете, что даже несмотря на недоразумение вся полученная вами информация с того момента, как вы ступили в ЦДС, является секретной и не подлежит распространению, а в случае утечки вам может грозить даже тюремное заключение. – все это мужчина говорил четко, смотря ему в глаза, давая понять, что даже его статус проверяющего не делает ему исключения.
Такой подход к делу мог лишь порадовать, ведь далеко не каждый так сильно радеет за то, чем он занимается. Конечно, можно было списать все еще и на то, что Мирославу Степанову просто не хотелось лишних проблем и дополнительной работы из-за промашки кого-то другого, но Нолан остался приятно удивлен куда больше, чем испуган или разочарован.
Из его опыта те, кто также, как этот мужчина, переживал за свою работу, редко когда становились предателями. Они были слишком ответственные, чтобы нагружать себя дополнительной волокитой, однако те же, кто все же переходил черту, становились поистине гениальными мошенниками преступниками, так как они разбирались в самых тонких деталях того, что они делали. Их методы скрытия всех улик поражали часто становились пособиями для изучения в спецшколах.
— Само собой. Не переживайте. В мои планы не входило становиться предателем нашей Родины, — сказал он, не упустив момент даже таким способом прочитать реакцию мужчина на откровенную конфронтацию.
Тот же не подал и виду, что его что-то смущает. Он лишь стрельнул в него убийственным взглядом, который явно отпугивал любого, кто желал добраться через него к руководству, а образ добродушного дедушки тут же выветрился у Нолана из головы.
Тронула ли его фраза секретаря или он просто сумел скрыть свои истинные чувства, было спорным вопросом.
Следующие пару минут Нолан потратил на то, чтобы ознакомиться с документом, так как подписывать абы что, не зная, что находится внутри, а также прописано мелким шрифтом, не входило в его привычки. Скорее, он был тем, кто мог найти те самые недочеты, которые упустили другие.
Убедившись, что все стандартно и ничего не вызывает подозрение, он размашисто поставил свою подпись и оставил отпечаток пальца, а затем вернул планшет обратно его владельцу, но вместо того, чтобы сразу уйти, он спросил:
— Вы давно тут работаете? – упускать возможность разузнать хоть что-то еще ему не хотелось.
— Достаточно давно, чтобы знать свою работу, — ответил тот и в его словах можно было без напряга услышать усталость от того, что ему приходится разбираться с недочетами тех, кто этого не знал, а также отвечать на глупые вопросы тех, кто явно мешал ему работать.
— И часто у вас случаться такого рода просчеты? — спросил Нолан пытаясь выудить сведения и также понять эта ошибка была разовой или нет, а также является она рассеянностью главы или его подчиненного, хотя посмотрев на то как каждая вещь на его столе имела свое место, последние было сомнительным.
Вместо прямого ответа Мирослав Степанов отодвинул свой стул и взяв планшет в руки, встал в полный рост, а затем очень заученно и холодно посмотрел на него.
— Не думаю, что вас послали, чтобы проверять ЦДС в целом, а поэтому прошу сфокусироваться на вашей первоначальной миссии не усложнять себе жизнь, — сказал тот моментально, становясь тем, кто спокойно смог бы командовать боевой единицей, а не разбирать документы и косяки других.
У мужчин был стержень, а также клыки, с которыми Нолану придется считаться, но теперь он хотя бы понял, почему тот стал одним из той тройки, которую ему предстоит проверить лично, ведь лазутчики извне не смогли до него добраться.
— Восприму это как совет. – вместо того, чтобы вспылить сказал он и приподнял уголки своих губ в неким подобии холодной улыбки.
Секретарь просто не знал, что такого рода улыбка не сулила ничего хорошего именно за ее наличие Нолан имел свое прозвище.
— Думаю, мы с вами еще увидимся, а пока я удалюсь, — сказал он и больше не обращая внимания на своего собеседника, развернулся и вышел прочь.
Встретив в первый же день двух из трех имен из списка, он не мог не понимать, что каждый из них по-своему является загадкой и каждый из них имел не только возможность, но и мотив. Его же задача узнать было ли этого мотива достаточно, чтобы перейти черту.
Получив первоначальное впечатление от мужчин, Нолан решил не тянуть и ознакомиться с последним именем из его списка, тем более у него даже повод для этого был.
В эту самую тройку входил глава, его секретарь — Мирослав Степанов, а третьим, точнее третьей, была одна из лечащих врачей, которая в силу своей профессии имела доступ к личным делам каждого ученика — Вероника Дрисса.
Только у этой тройки были возможности шансы слить информацию. Остальные либо не обладали мотивом, либо не имели нужный доступ. К тому же все психологи отпадали сразу же, ведь они имели на руках записи лишь тех учеников, которых вели они лично, а в ходе проверки обнаружилось, что слитая информация была получена от ничем не связанных между собой молодых людей.
Благо проверка проводилось тихо и скрытно, а поэтому им удалось удержать сведения о том, что предателя ищут, в секрете, что играло Нолану на руку.
Приняв такое решение, Нолан направился в медчасть. Предлогом же послужило то, чему он стал свидетелем менее получаса тому назад.
Газ, распыленный в учебном помещении, вызвал не столько опасения, сколько вопросы, ведь раз его применяли тут, то это вполне было законно и входило в программу этого места.
Да, и если упомянуть, что он как проверяющий печется об учениках, то и вовсе его предлог появиться там выглядит оправданным и совершенно логичным. Таким образом, он не должен вызвать подозрения и лично оценить ту, кто по донесению его коллег могла стать предателем.
Пусть Доминика и предупредила его о том, что вдыхать ничего не стоит, как только он войдет в кабинет, но это ведь не значило, что он не может поинтересоваться, что за вещество было распалено и как оно влияет на всех учащихся, а также какого вида препараты и вещества вообще используются у них во время проверки.
На весь центр таких медчастей было три, и в каждом из них работали по пять врачей, две медсестры и одному глав врачу. Вероника Дриссе как раз и числилась главврачом в ближайшем к нему медблоке.
Так как знакомство психологов с учениками были в самом разгаре, то коридоры были пусты, а медицинский персонал вел личную инвентаризацию и подготовку к возможным пациентам. Ничего вне штатного и необычного.
Его приход тут же привлек внимание, и к нему поспешил один из медбратов, чтобы узнать причину его появления, но еще на подходе Нолан четко произнес:
— Я желал бы поговорить с вашим главврачом, — сказал он, чем заставил работника остановиться.
— Можно уточнить, кто вы такой и с какой целью вы желаете видеть Веронику Дриссе? – не растерялся тот.
— Я проверяющий, направленный к вам для того, чтобы оценить профпригодность ваших рабочих, — произнес он, давая тому время осознать, что он сказал, и возможность оценить, не врет ли он.
Нолан же не напирал. Вполне возможно, что Леонид Петрович не успел сообщить всему персоналу о том, кто он такой.
Так и получилось. Мед брат же, понимая, что его полномочий тут не хватает, попросил его подождать и удалился в закрытую часть, откуда спустя менее чем десять минут вышел с новостью, что главврач была вызвана главой и когда она вернуться не известно.
Понимая, что они разминулись, Нолан решил не искушать судьбу и для того, чтобы не вызвать подозрений, задал несколько интересующих вопросов у того, кто был перед ним, а затем удалился, направляясь обратно к месту, где Доминика во всею вела свое занятие. Правда, придя туда, он был весьма удивлен застигнутой картиной.
Глава 10. Самопознание.
Доминика
По завершении теста, от которого у многих из учеников уже дергался глаз, а воображение отказывалось воспринимать новую информацию, Доминика решила слегка сменить стиль их занятий.
— С тестом мы с вами закончили, но не расслабляйтесь. Нас с вами ждет еще несколько заданий до того, как вы сможете немного отдохнуть и поесть, а поэтому убираем планшеты в сторону и поднимаем все взгляды на меня, — сказал она и сама, отложив все вещи, вышла вперед класса так, чтобы ее было видно всем.
— Чтобы ваше пребывание в этом заведении не прошло напрасно, но также принесло плоды, мы каждый день прибывания здесь, будем разбираться в ваших страхах, слабостях и много чем другом. Могу вас уверить, что по истечении трех месяцев со мной вы покинете ЦДС совершенно новыми людьми, которые знают о себе куда больше, чем сейчас, — сказал она, и послышались шепотки, в которых не слышалось много оптимистических ноток. Мы будем укреплять самооценку, а также понимать самих себя. Правда, сначала слегка проверим ее на прочность, — добавила она, даже не пытаясь спрятать свое довольство. — Думаю, вы за время теста успели устать просто сидеть, а поэтому через физические упражнения я посмотрю, как вы реагируете на стресс, страх и неудачи.
— Это обязательно? – Лион явно не питал никакой любви к спорту и уже напрягся, понимая, что этого все же не избежать и она не врала ранее.
— Нет, — сказал она, чем вызвала лишь недоверие в глазах окружающих. — Можешь просто сразу признаться, что тебя пугает собственная тень. Экономия времени — великая вещь, — добавила Доминика и довольно громко добавила, так, чтобы ее услышали все. – Первое задание – планка и в ваших же интересах выполнить все, что я от вас требую.
Места в помещении было достаточно, а поэтому стоило лишь ей дать команду, как толпа неуверенно и неспеша начала занимать позы, и поэтому Доминика решила придать им немного стимула и ускорить процесс.