Иллюстрированный ключ к Таро. История, обряды инициации и искусство гадания

Хронология Таро

1367 год В Берне был издан указ о запрете карточной игры. Это самое раннее из дошедших до нас письменных упоминаний о картах.

1392 год Жак Григонье создает три колоды Таро для развлечения французского короля Карла VI. Фрагменты этих колод являются старейшими из сохранившихся до наших дней оригиналов Таро.

1428 год в Милане создаются колоды Таро для семейства Висконти-Сфорца. Фрагменты этих колод образуют самую древнюю из дошедших до нас полных колод Таро из 78 карт. Одна из колод, как предполагается, изготовлена художником Бонифачио Бембо. В настоящее время считается, что автором этого Таро на самом деле является Паррасио Микеле из Феррары, т.к. рисунки карт, кроме всего прочего, дают великолепное представление о гравюре, существовавшей именно в этой области Италии.

1456 год В рукописи «Sermones de Ludo cum Alis» приведена последовательность Старших Арканов (Триумфов) как атрибут карточной игры, распространенной в аристократических домах. Примерно в 1480 году против этой игры письменно выступают доминиканские монахи, называя ее «дьявольским изобретением». В письме дан перечень фигур, идентичных традиционным Козырям.

1460-70 годы Появляется колода Мантега (Mantegna), которую принято называть по фамилии издателя – «колода Балдини», иллюстрации которой содержат астрологические символы и аллегорические изображения античных божеств.

1540 год В Италии в книге Марколино «Гадание» («Le Sorti») появляется самый старый печатный трактат по Таро как системе прорицания.

1550 год К этому году относят хранящийся в Собрании коллекций карточных игр Йельского Университета фрагмент неразрезанного листа линогравюр Козырей, отпечатанных с деревянных клише, на которых изображены самые первые образцы Луны и Звезды Марсельского Таро.

1612 год В анонимном трактате европейского тайного общества розенкрейцеров «Слава и исповедь розенкрейцеров», появляется первое упоминание об эзотерическом Таро. Оно получает название ROTA и описывается как некое устройство или механизм для пророчеств и получения информации о прошлом, настоящем и будущем.

1650 год Приблизительно в это время появляется самая старая из сохранившихся французских полных колод, разработанная Жаном Ноблем, которая может быть уверенно классифицирована как Марсельская. В продолжении XVII века эта колода, благодаря изобретению офсетной печати, получает широкое распространение во Франции, Швейцарии и северной Италии и становится известной как «Марсельское Таро».

1781 год В восьмом томе своей энциклопедии «Примитивный мир» («Le Monde Primitif») Курт де Гебелин, анализируя «Марсельское Таро», утверждает, что его истоки находятся в Египте, и что оригиналом колоды Таро была иероглифическая Книга Тота, бога создателя письменности и хранителя древней мудрости.

1785 – 1791 годы Французский оккультист Эттейла (Альетте) пишет ряд книг, в которых публикует новое руководство для гадания на картах Таро. По утверждению Эттейлы в течение столетий значения карт и их символика неоднократно искажались. Что подвигло автора, в прямом духовном контакте с Тотом, восстановить их первоначальное истинное значение.

1856 год Элифас Леви в своей работе «Догма и ритуал высшей магии», а также в «Трансцендентной Магии», критикуя де Гебелина и Эттейлу, пытается доказать существование прямой связи Таро с Каббалой, и происхождение символики Таро от букв древнееврейского алфавита, соотнося Арканы с Сефиротами.

1863 год П. Христиан (псевдоним Джоана Баптиста Пити) в «Истории римлян» предлагает сложную систему астрологического символизма, основанного на рисунках Таро. В «Истории магии», изданной в 1871 году, тот же автор, говоря от имени некого тайного французского общества, возможно, имея в виду Братство Розы и Креста, описывает практику инициаций в древнем Египте с использованием Таро.

1885 год Уильям Уэсткотт, член Английского Братства Розенкрейцеров и основатель Герметичного ордена «Золотой Зари» составляет магический ритуал «Священного Свода», который с помощью 22 Старших Арканов, имеющих символические изображения, мог быть использован в магических целях.

1887 год Основание Ордена «Золотой Зари», который одной из линий своей деятельности избирает изучение Таро. Основатель Ордена С. Л. Макгрегор Матерс описывает эзотерические атрибуты Таро в своем манускрипте «Книга Т» («Liber Т»).

1889 год Доктор Папюс, основатель французского масонского Ордена Мартинистов, публикует «Цыганское Таро», в котором Арканы соотносятся с этапами падения Адама (человека) в материальный мир и шаги его возврата к Единому. В этой книге он развивает эзотерические принципы каббалистического Таро Элифаса Леви.

1909 год Папюс выпускает в содружестве с Габриэль Голан «Предсказательное Таро» с колодой, напечатанной непосредственно на страницах книги, которая предназначена для самостоятельного раскрашивания и разрезания самими читателями.

1909 – 1911 годы Артур Эдвард Уэйт пишет ряд трудов по Таро и публикует книгу «Иллюстрированный Ключ к Таро» («The Pictorial Key to the Tarot»), в которой предлагает свою версию происхождения Таро и дает некоторые указания на тайные значения Арканов, которые используются в системе ритуалов Посвящения Ордена «Золотой Зари», а затем Ордена «Розового Креста».

1910 год В майском номере английского журнала «Обзор Оккультизма» («Occult Review») некий анонимный автор, писавший в то время под инициалами V. N., публично раскрывает истинные атрибуты Таро в системе «Золотой Зари», приводя таблицы из «Книги 777» А. Кроули.

1912 год Алистер Кроули рассматривает Таро «Liber Т», демонстрируя на его основе равнозначность учения «Золотой Зари» и знаний, зашифрованных в Таро. Эти сведения также раскрываются в издаваемом Кроули в 1909 – 1914 гг. оккультном альманахе «Равноденствие».

1916 год В Москве Владимир Шмаков публикует энциклопедический труд «Священная книга Тота. Великие Арканы Таро», в которой соединяет французскую каббалистику Таро с индийской ведантой, гностицизмом и другими религиозными и философскими учениями.

1920 год В цикле статей для журнала «Азот» Пол Фостер Кейз приводит свое толкование Таро в свете традиции философской школы «Золотой Зари». Кейз утверждает, что нашел правильный порядок Таро, разгадав завуалированные указания в сочинениях Элифаса Леви.

1927 год Освальд Вирт создает «Таро Древних Магов», в котором приводит эзотерические значения карт Таро с позиции истории ведущих школ французского оккультизма. Книга основана на колоде Уэйта, с целью согласовать Каббалу, Алхимию и символическую шкалу степеней Масонства.

1937 год Израэль Регарди в своем четырехтомнике «Золотая Заря» («The Golden Dawn») публикует тайные материалы «Золотой Зари» вместе с «Книгой Т».

1944 год Алистер Кроули, или «Большой зверь» как он себя называет, публикует свой труд «Книга Тота» («Book of Thoth») небольшим тиражом всего 500 экз., предназначенную только для членов Ордена Тамплиеров Востока. Алистер Кроули в этой книге дает 78 новых иллюстраций карт «Таро Тота», нарисованных под его руководством Фридой Харрис, значение символов которого получает в прямом контакте с Тотом.

1987 год Выходят первые издания Таро в электронной обработке, созданные коллективом мастеров итальянского издательства «Lo Scarabeo» («Ло Скарабео»). В течение последних лет издательство является ведущим разработчиком и издателем как традиционных, так и креативных вариантов Таро. К 2008 году издательством «Lo Scarabeo» было выпущено более 100 видов Таро, множество вариантов игральных карт, Оракулов, Магических карт и атрибутов гадания. Продвижением и адаптацией Таро на русскоязычном рынке с 1998 года занимается московское издательство «Авваллон».

Этапы пути

Артур Эдвард Уэйт родился 2 октября 1857 в Бруклине (Нью-Йорк) в семье Шарля Ф. Уэйта, капитана американского морского флота, и англичанки Эммы Ловелл. После смерти мужа (вероятно, они были женаты только два года), в 1858 году Эмма Ловелл возвратилась с сыном в Англию, где их ожидала сложившаяся из-за непонимания родственников весьма трудная ситуация. По-видимому, в поиске духовной поддержки в 1863 году мать Уэйта примкнула к Романской Церкви. В результате в юношестве Артур получил строгое католическое образование. Будучи еще ребенком, он исполнял обязанности служки в церковном приходе Святого Иосифа вблизи Лондона. В отрочестве он даже мечтал о будущем священника, но слабое здоровье и некоторая психическая неустойчивость заставили его постепенно отойти от этой идеи. Тем более, после смерти своей сестры Фредерики, произошедшей в 1874 г., Уэйт впадает в состояние глубокой депрессии. Он, сомневаясь в силе своей веры, отказывается от мысли поступления в Университет и даже обдумывает возможность самоубийства; но это не становится помехой для обращения к помощи церкви. Наоборот, он преодолевает уныние, предаваясь теологическим занятиям, а с 1877 г. начинает сотрудничать с некоторыми газетами, в которых публиковались статьи страстных защитников католической веры, обращенные с критикой к иерархам высшего духовенства.

В возрасте двадцати лет в уме Уэйта дали ростки корни религиозного вольнодумства, характерные для идей Англии того времени. Впрочем, Англия всегда была нацией протестантов, и этика этой веры отражалась в каждом культурном аспекте. Значительное влияние на его миропонимание, как об этом вспоминает сам Уэйт в книге мемуаров «Тени Света и Мысли» (Лондон, 1938 год), оказало чтение молодежных газет, и, главным образом «Юноши Англии». Это был определенный вид еженедельных изданий, типа «желтой прессы» для юношей викторианской эпохи, захвативший интерес Артура в период с юности и до возмужания. Несмотря на запреты своего опекуна и матери, которые считали подобную литературу опасным «промыванием мозгов», Уэйт продолжал увлекательное чтение романтических приключений, историй о пиратах, триллеров, полицейских расследований и т. п.

В возрасте двадцати лет Уэйт начал писать, и в июле 1878 года в периодическом издании «Лентяй» был опубликован его первый рассказ «Том Трухерт». Одновременно он много внимания уделял поэзии, печатая стихи в различных журналах; в 1877 году он напечатал за свой счет первое собрание стихов «Ода к астрономии и другие поэмы». В дальнейшем, после банкротства «Лентяя», он начал писать для других газет, но большая часть предложенных им рассказов так и не была издана, возможно, из-за своей излишней замысловатости.

С течением времени интересы Уэйта сместились в сторону народного литературного наследия, а работа над публикацией статей и набросков инициировала на продолжение собственного интеллектуального поиска. В процессе своих занятий, проходивших в основном в Британском Народном Музее, Уэйт увлекся изучением магических традиций, скрытый интерес к которым внезапно открылся благодаря «вспышке откровения». В 1878 г., прогуливаясь по Лондону, в витрине киоска Уэйт заметил обложку газеты «Медиум и рассвет», издаваемой группой спиритуалистов. Привлеченный заголовками, он купил экземпляр и, возвратившись домой, погрузился в чтение, захватившее его и открывшее двери в новое видение этого мира и мира потустороннего.

Как уже говорилось выше, душевная травма, перенесенная им в период смерти сестры, заставила Уэйта усомниться в католических постулатах, особенно это касалось теории жизни после смерти. Но у его пессимизма нашелся выход в «посвящении» в спиритуалиста. Он погрузился в специализированную литературу и, ассимилировав в себе знания некоторых эзотерических групп, начал сам выступать на заседаниях спиритуалистов и в лондонских средствах массовой информации. Уэйт сохранял необходимую сдержанность в увлечении спиритизмом, что позволяло ему критически относиться к этому вопросу, выявляя обман, с которыми он иногда сталкивался. В то же время Уэйт отклонял чисто рациональные объяснения медиумизма, считая, что на сеансах действительно происходит общение с духами. А сам медиумизм является мистическим способом приблизиться к божественному. Эти идеи, постепенно вырисовывающиеся под влиянием теософии, пропагандируемой в те годы знаменитой исследовательницей восточного оккультизма, русской по происхождению, Еленой Блаватской (основное произведение которой «Разоблаченная Исида» напечатано в 1877 г.), заставили его наладить отношения с некоторыми членами Теософского общества и главным образом с Альфредом П. Сенеттом (1840 – 1921 гг.), одним из наиболее ярких адептов английской теософии. Благодаря влиянию Сенетта, в 80-х годах Уэйт окунулся в серьезное изучение магии. Наиболее привлекательным источником знаний для него явились работы Элифаса Леви, чьи произведения, захлестнувшие английское общество, имели значительное влияние на теософское движение и английское розенкрейцерство.

Уэйт считал Леви «самым блестящим, истинным, привлекательным толкователем тайной философии запада». Но, несмотря на свою эйфорию по отношению к Леви, Уэйт сохранял критический взгляд на французский оккультизм; например, он осуждал историческую неточность и несоответствие переводов первоисточникам. В том числе в 1886 году Уэйт напечатал в журнале «Свет теософии» статью под названием «Элифас Леви и история Таро», в которой указывал на ошибки в датировке самых древних Таро. Согласно Уэйту, настоящая заслуга Леви заключалась в «попытке установления гармонии между религией и наукой» и поиске того, как «используя физические и духовные силы, обрести равновесие, в которых жизнь и бессмертие»». Прежде всего, Уэйт восхищался «красотой моральной философии» Леви и «первым в современном мире» пониманием Старших Арканов, как «суммы всей истории и тайны магического искусства». Однако, Леви не предлагал никакой ясной дороги для тех, кто стремится к Богу: «Его путь был трансцендентным, но не мистическим».

Но Уэйт достаточно быстро нашел другие пути, открывшие новые горизонты его духовных исканий. Во время работы в Британском музее он читал большое количество разнообразной литературы, впитывая массу сведений и знаний из истории и практики оккультных наук. В 80-х годах его главным увлечением была алхимия, которая в значительной степени влияла на его миропонимание: Уэйт был последователем теории Элифас Леви, утверждавшего, что «в алхимических трактатах содержалась доктрина физической и духовной эволюции, которая лежала в основе основ их философии и вытекала из ее применения (на практике в их лабораториях)». Уэйт поддерживал это мнение, добавляя, что «алхимики, будучи ещё и мистиками, обладали секретной теорией универсальной эволюции, которую считали применимой для каждого царства природы… . Применяя эту теорию к минеральному царству, они открыли способ получения серебра, и я поклоняюсь их утилитарным достижениям». Но мастерство алхимиков, в конечном счете, направлено было не на эти цели. Уэйт утверждал, что цель герметичных операций и теургических ритуалов алхимиков можно соотнести с задачей древнегреческих Мистерий: «сознательный и гармоничный союз возвышенной души с божественностью, и ее участие в жизни Бога».

Эти убеждения, которые выкристаллизовались на основе глубокого изучения алхимии, были развиты Уэйтом в его произведениях, напечатанных между 1888 и 1896 годами. Далее интересы Уэйта, как оккультиста, обратились к другим отраслям эзотерики, в которых он надеялся найти ответы на свои вопросы. Большое влияние на мироощущения Уэйта оказало его знакомство с трудами Сен-Мартена1, в которых особое внимание уделяется Таро. В 1899 году он выпускает обширную монографию, посвященную исследованию жизни и творчества Сен-Мартена. При этом Уэйт наследует от Леви идею о том, что символизм масонов, алхимиков и розенкрейцеров, церемониальная магия, спиритизм, Каббала, Таро, легенды Грааля, в общем, все традиции западного оккультизма способны вновь привести к Тайной Доктрине, которая сохранялась живой в веках внутри скрытой памяти инициаций. Как и другие лидеры оккультизма конца 18 века, Уэйт считал, что для сохранения древних традиций были «учреждены мистерии и написаны зашифрованные тексты». Следуя своей благородной идее и опираясь на внутреннее видение, он утверждал, что эти учреждения служили для того, чтобы распространять эти «вечные знания, показывающие человеку путь возвращения туда, откуда он пришел», тем самым, готовя сторонников к вступлению в «Святой Союз» Тайной Церкви, которая может быть открыта в себе в виде духовного опыта. Поиск «истинных хранителей» этой традиции станет одной из господствующих тем литературной деятельности Уэйта и направлений его будущих экзистенциальных изысканий.

«Золотая Заря»

Очень трудно будет понять жизненные приоритеты Уэйта, если не иметь хотя бы общие представления об истории и перипетиях существования «Золотой Зари».

Вкратце история создания Братства «Золотой Зари» такова: в 1886 году английский масон Роберт В. Литтл (1840 – 1878 гг.) был принят в Шотландский Орден Розы и Креста (S.R.I.A), в результате чего получил право основать аналогичное Всеобщее Братство масонов в Лондоне – Английский филиал Ордена Розы и Креста. Иерархическая структура и система степеней, установленные Литтлом, соответствовали системе, принятой в Английском обществе розенкрейцеров, и восходили к немецкому Ордену Золотого и Розового Креста (XVIII век.); это: Новичок или Неофит, Теоретик, Практик, Философ, Младший Адепт, Старший Адепт, Адепт (Свободный Адепт), Магистр Храма, Маг. Эти степени и их символика к тому времени были достаточно известны широкому кругу людей, так как еще в 1877 году были опубликованы в виде «двух таблиц, иллюстрирующих философию розенкрейцеров» в «Королевской масонской энциклопедии» Кеннета Маккензи.

В 1887 г. член S.R.I.A., Уильям Уэсткотт (1842 – 1925), получил от некоего источника, который так и не был назван, несколько шифрованных манускриптов. Один из них включал Ритуалы Магии «Священного Свода» – по мнению Уэсткотта, принадлежал авторству Элифаса Леви: текст содержал описание магического обряда инициации, этапы которого были связаны со Старшими Арканами Таро. Другие документы были написаны тайным шифром, и к ним прилагался адрес немецкого адепта розенкрейцеров Анны Шпренгель, известной в призрачном Ордене Золотой Доминанты под девизом сестры Sapiens Dominabitur Astris (Человек Звездной Доминанты). Уэсткотт, обратившись с письмом к фрейлейн Анне, получил разрешение основать в Англии храм, которому следовало дать имя Исиды-Урании, и отделение организации, впоследствии получившее название Герметический Орден «Золотой Зари» (Hermetic Order of the Golden Dawn).

Так как во главе Ордена по масонскому уставу должно было быть три человека, Уэсткотт утвердил еще двух членов S.R.I.A.: доктора Уильяма Р.Вудмана (1828 – 1891 гг.) и С.Л. Макгрегора Мазерса2 (1854 – 1918 гг.).

1 марта 1888 все трое получили посвящение в Лондоне в «Храме Исиды-Урании 3°» и начали практиковать технику посвящений. В своих церемониях они строго придерживались традиционных ритуалов посвящения. Теоретическая основа доктрины ордена была переполнена алхимическими и каббалистическими мотивами, а область обязательных дисциплин, изучение которых давало возможность переходить на более высокую степень (градус), включала эзотерику (тайноведение), приемы заклинаний, медитацию и искусство предсказаний. Важная часть обучения отводилась Таро, чья тайная атрибутика и ее значение открывались по мере продвижения по степеням. Схема «Золотой Зари» основывалась на «32-х божественных каналах» Дерева Каббалы: каждой степени соответствовала одна из 10 Сефирот, то есть отдельная часть божественного, которые соединялись между собой 22 каналами, соответствующими 22 буквам еврейского алфавита, соотносящимися со Старшими Арканами Таро. В сумме они составляли 32 – число, присущее Каббалистическим Путям Мудрости. Эти Пути, иногда называемые нервами, идущими от Божественного Мозга, являют собой секретную систему, через которую открывается тайна творения. Пути аналогичны 32 степеням Масонства, которые поднимают кандидата до положения Принца Королевского Свода.

Соотношения между сефиротами и степенями выглядели так: 1. КЕТЕР [Корона]

Соотношения между буквами-путями и Арканами Таро были такими: 1. ALEPH [бык]

Иерархическая структура «Золотой Зари», таким образом, была идентична S.R.I.A., но отличалась тем, что назначения высших иерархов в ней происходили выборным путем, начиная со степени Императора до глав отдельных лож. Десять степеней (градусов) были разделены на три ордена: Орден «Золотой Зари», или Внешний Орден, включающий четыре степени, от Новичка до Философа; Орден Алой Розы и Альфа Креста (O.R.R. или А.С.), включающий три степени Адептов; и Первый Орден, или Внутренний Орден, который относился к высшим степеням Магистра Храма и Мага, принадлежащим Главам Ордена, и Императора – титулом, соотносящимся с «Короной» дерева Сефирот.

Дерево Каббалы

Согласно доктрине, практиковавшейся во французских и английских оккультных школах, Вселенная и Бог отражаются в Дереве Сефирот, символизируемых Деревом Познания Добра и Зла в Небесном Эдеме. В Золотой Заре через это проявлялась идея: человеческая душа может возвратиться в Эдем, совершая путь по ветвям Дерева, которые идентифицировались с Арканами Таро. Первородный Змей символизирует силу, препятствующую в достижении Высшей Короны, которую необходимо побороть, чтобы продолжить длинный путь восхождения.

«Золотая Заря» никогда не была особенно многочисленной, но она объединяла известных деятелей оккультизма и мира искусств: это были личный астроном графа ди Скоци Уильям Пейк; ученый Уильям Крукс; буддист и мистик Алан Беннетт; «Великий Зверь» Алистер Кроули; ирландский поэт Уильям Б. Йетс; алхимик Уильям Ят; знаменитые актрисы Сара Бернар, Флоренс Фарр; сестра философа Анри Бергсона, Мина, жены писателя Оскара Уайта, Костанция Мари, и теолога Матерса; французский оккультист д-р Папюс; ирландская революционерка Мод Ганэ; писатели Алгернон Блэквуд, Брэм Стокер и Артур Макен.

В январе 1891 Уэйт был допущен в «Золотую Зарю» как Новичок, получив имя «Сакраментум Реджис» («Sacramentum Regis»), а в апреле 1892 года он удостоился степени Философа. Несмотря на то, что уже в том же году он стоял на пороге посвящения в O.R.R. и A.C., его восхождение по иерархической лестнице было приостановлено. Вероятно, это произошло из-за отсутствия у Уэйта средств на очередной взнос, необходимый для перехода в следующую степень. В 1893 году он был отстранен от Ордена, но в феврале 1896 года, очевидно, благодаря помощи многочисленных друзей, был снова допущен до голосования, и в марте 1899 года получил степень Младшего Адепта. К этому времени Уэйт был уже женат на Аде Лэйкман, Лукасте (1883 или 1884 г.), которая впоследствии родила ему дочь Сибиллу.

Пребывание в Ордене для Уэйта нельзя назвать безоблачным, причиной чего были, то ли его критика позиции Братства в отношении мистики, то ли скандалы, в то время потрясавшие «Золотую Зарю». Уэйт писал: «До меня стали доходить слухи, из которых я, на основании тогдашних своих убеждений, сделал вывод, что мне лучше держаться в стороне от всего происходящего. Дело было не в морали – учитывая, что речь шла о Братьях и Сестрах; и в этом отношении можно с полным правом утверждать, что за весь рассматриваемый период в рядах «Золотой Зари» не возникало и намека на скандал. Однако сами действия представлялись весьма сомнительными с юридической точки зрения, и – если меня правильно информировали, а я уверен, что это так, – руководителям Ордена не следовало бы принимать в них участие».

Действительно, в течение нескольких лет вокруг «Золотой Зари» складывалось негативное мнение, частично за счет авторитарного давления со стороны Матерса, который в 1891 сменил Вудмана на должности Императора. Первые проблемы Матерсом были разрешены путем удаления особо раздраженных сторонников прежнего руководителя. Наиболее острый конфликт возник в феврале 1900 г., в тот период, когда Матерс находился в Париже в организации Движения Исиды, где он вел переговоры с неким Тео Оросом и его женой, которая позиционировала себя как реинкарнация Мадам Блаватской. Супруги основали братство, названное ими Союз Теократии, посвятив его культу тайного мессианства, целью которого стала подготовка человеческого сознания к возвращению Христа и Девы Марии. Матерс проникся доверием к этим мошенникам и выдал им свидетельство, в котором удостоверял их принадлежность к Лондонскому Храму «Золотой Зари», в то время как некоторые члены Ордена, раскусившие Оросов, были настроены крайне негативно, считая самоуправство Матерса несовместимым с идеями «Золотой Зари».