Грани

Глава 1. Начало.

Холодное лезвие тесака у горла – веский аргумент для того, чтобы подчиниться пирату и следовать за ним куда угодно, лишь бы оно не сильнее впивалось в кожу.

«Почему? Почему я? – мысли в голове перемешались и оплели паутиной страха и растерянности трезвый рассудок. – Проснитесь же, как вы несете вахту?! Они перережут вас, недотеп, и нас всех!»

Сердце бешено колотилось, воздуха не хватало, ноги отяжелели, а колени подкашивались. Каждый шаг давался все с большим трудом.

Роджер довольно ухмылялся в сладком предвкушении крупной выручки: за эту девочку он может много потребовать и, несомненно, получит всё, что захочет.

– Мисс, прошу простить мне эту грубость и наглость… – Он старался отвлечь ее, успокоить, чтобы избежать ненужных сцен и действий со стороны девушки. Нос защекотал пикантный запах розы или какого-то другого цветка – мужчина отбросил эту ненужную мысль прочь. Да и запах ему не нравился: он не любит цветы, к тому же аромат довольно пошлый.

–Не стоит вертеться и пытаться сбежать – это опасно. – В девушке эмоции закипали и бурлили.

– Я не прощу вам это зверство! Отпустите меня! – Лилит негодовала: да как он смеет еще и издеваться над ней? «Прошу простить… – грязный, мерзкий убийца, вор и негодяй!». Даже первая волна ужаса отхлынула под натиском досады на судьбу и чувства острой ненависти к пиратам и особенно к конкретно этому пирату.

– Дорогая моя, – Как ее задело это обращение! – Вам нужно следить за своими словами и тоном: вы можете вдохновить меня на это самое зверство. – Он внимательно изучал обстановку вокруг: как идет захват корабля, много ли раненных среди его «компаньонов», много ли сопротивляющихся, поэтому пригрозил ей скорее для порядка, нежели с серьезным намерением запугать: некогда ему возиться с девчонкой.

Роджер быстро успокоился – капитан «Быстрого» трезво оценил свое положение и решил не геройствовать понапрасну и рисковать жизнями матросов и пассажиров: мистер Гритфилд согласился отдать корсарам деньги и драгоценности в обмен на доброжелательность со стороны пиратов.

Правильно ли поступил капитан «Смерти», решив все-таки взять заложников? Конечно же, правильно: он джентльмен удачи, он безжалостен, а кроме того, он жаден до денег, слишком жаден, чтобы отказаться от этой затеи… И пусть всего полчаса назад он сам же приказал не брать заложников… Здесь определяющую роль сыграл случай, а Роджер всегда действовал по обстоятельствам: на этом судне не плавают бедняки, но путешествуют представители знати, которые готовы отдать все, что угодно, лишь бы выжить. Это не отчаянно жадные торговцы, которые жертвуют чем угодно ради звонкой музыки монет…

Пираты напали на «Быстрый» поздней ночью, когда было темнее всего, незаметно и тихо, словно тень, подкравшись к кораблю. Матросы на вахте проглядели нападающих и всполошились, когда из ниоткуда на верхнюю палубу высыпались вооруженные до зубов головорезы, потому успех корсарам был практически обеспечен.

Лилит, страдая от морской болезни и духоты в каюте, долго не могла сомкнуть глаз и решила выйти, чтобы подышать свежим воздухом. Аристократка надеялась, что никто ее не заметит, и мать не узнает об этой вольности (ведь юной леди не положено прогуливаться ночью, тем более, на судне, тем более, без сопровождающих).

И вот девушка оказалась на палубе как раз тогда, когда на борт «Быстрого» выбежали первые разбойники, естественно, в их числе был капитан напавших. Заметив одинокий, хрупкий силуэт, Роджер поспешил к ней, так как девушка могла поднять много шума и перебудить всех раньше времени.

И он решил. «Прихватите еще одну леди и господина, да побогаче» – шепнул капитан своему помощнику. Тот быстро удалился.

– Кто ты? Как тебя зовут? – Она не слышала его шагов, он не обращался к ней: подкрался как тень, только вот хватка у него была волчья… К чему было «удостаивать этого презренного» своим обращением? Но она удостоила…

Сложно описать, каково было удивление обеих сторон: Лилит вовсе не ожидала подобного от своей невинной прогулки (ни о чем, хуже лихорадки девушка даже не задумывалась); Роджер тоже не ожидал повстречать женщину на палубе корабля ночью (такое он и представить себе не мог: обычно женщины прятались как можно дальше, по весьма понятным причинам).

– Черный Роджер. Вам мое имя говорит о чем-нибудь? – он снова усмехнулся: почувствовал, как девушка вздрогнула.

– Говорит. – Упрямство и гордость не позволяли выдавать свой страх: Лилит сдерживала голос от дрожи и «скачков» до писка.

Пират вел её к мостику – перекинутой между кораблями доске, не задумываясь, собственно, зачем: о своем приказе не брать заложников он уже забыл, так как был изрядно сбит с толку. Мистер Гритфилд только что заметил их, старый капитан ничем не мог помочь девушке, он видел ее молящие глаза, но не двигался. «Лучше с ними не шутить» – решил он.

Капитан «Смерти» тоже заметил Гритфилда:

– Я пришлю птицу. – Старый капитан немного ободрился: девушка останется жива, но, судя по всему, ее денежное состояние сильно пострадает… Хотя она достаточно красива и наверняка сможет удачно выйти замуж… Но это уже не его дело.

– Черный Роджер… – выдохнула Лилит жуткое имя. – Вы убьете меня? Продадите в рабство? – пират молчал, а в голове аристократки проскакивали мысли одна хуже другой, тем более после того, как она узнала, кто именно взял ее в заложники.

– Джек! – обратился он к компаньону, – Джек, дружище, прими этот драгоценный груз! – матрос был удивлен, но все же принял шествие над «грузом». – В «гостевую».

«Прими груз…– как это мерзко!!!» – негодовала девушка.

– Куда вы ведете меня? – страх отступил, его сменило беспокойство.

– Вы же слышали, мадмуазель: в «гостевую». Не бойтесь, судя по всему, вы пленница, а это очень даже неплохое положение на пиратском корабле для очаровательной девушки. – «Но действительно ли я пленница? «Ценный груз» … А ведь и правда, получается, я пленница, они не убьют меня» – эта путанная мысль ободрила и придала сил, как душевных, так и физических.

– Однако я на корабле Черного Роджера… – да, это все еще пугало аристократку: слухи о жестокости пирата поражали ее, да и не только ее.

Роджер был широко известен среди простого народа. Хотя и в светских кругах его персону не оставляли без внимания: совсем недавно объявившийся из ниоткуда, яркий в своей жестокости и жадности – он быстро наделал много шума.

– Да, это действительно корабль Роджера, но он не будет терять столько денег ради глупой прихоти или жажды крови. – «Столько денег… Как мама расплатится с ними? А если она не заплатит, платить придется мне… Ненавижу весь род пиратский!»

– Проклятые пираты… – пробурчала себе под нос девушка. Больше она не обращалась к Джеку: была слишком зла на похитителей, слишком презирала их. Даже этот спокойный и, как ни странно, приветливый юноша опротивел ей. «В конце концов, сегодня же, даже спустя час он может меня убить».

«Гостевой» оказалась зачуханная, крохотная коморка где-то на нижней палубе. Свисавший непонятной серой тряпкой грязный гамак, тусклая лампа под потолком, засаленный матрац на полу, деревянное ведро, небольшой кувшин с водой и дверь – вот и все, что было в каюте, кроме голых стен и низкого, косого потолка.

Девушка с отвращением оглядела матрац на полу, попробовала сесть в гамак, но упала и больно ударилась коленом, так что ей пришлось сесть прямо на пол. Он, кстати, был более чистым, чем гамак и матрац.

Лилит напряженно думала, что ей делать, но потом поняла, что от нее мало что зависит: ее судьба была в руках Роджера, и он волен делать с ней все, что посчитает нужным. Оставалось только верить в его милосердие, но верилось слабо. Девушка заплакала. Она была в отчаянии.

Неожиданно раздался щелчок. Блёклый свет из коридора проник в каморку, в проеме показался хрупкий силуэт. Это была еще одна пленница, миссис Гросс, как узнала позже Лилит. Молодая жена герцога Гросса, которую разлучили с мужем не ранее как 10 минут назад. Женщина была очень напугана и растеряна, но все же, проявив истинно-светскую выдержку, она сдерживала эмоции и даже не плакала. Явно не этого ожидала она от путешествия с мужем, его братом и золовкой.

Сколько часов они так просидели, как она уснула и когда – Лилит не знала, но проснулась девушка на грязном матраце и то только потому, что в их «каюту» с громким ворчанием и руганью вошел некий пират, он принес им еды. «Завтрак это или ужин?» – спросила сама себя пленница, но не осмелилась задать вопрос вошедшему или «сокамернице». Последняя, все это время молча сидела на самом краешке матраца.

На удивление еда оказалась вкусной (или Лилит настолько оголодала?), наконец, насытившись, девушка отложил пустую тарелку в сторону и принялась ходить по «гостевой». После еды, на сытый желудок, мысли были немного радостнее, но напряжение сохраняло градус.

«Если меня будут допрашивать о том, из какого я сословия, что мне ответить? Правду? Но тогда они потребуют неподъемную сумму с мамы. Нет, лучше соврать. Но если я скажу, что бедна… Меня могут просто убить или, что еще хуже… – додумать она побоялась, – Нет, «Быстрый» не тот корабль, на котором путешествуют бедняки… Да и я не в том наряде: платье скромное, но не дешевое, хотя какое дело пиратам до моего платья?». Не успела она додумать, как замок в двери защелкал.

– Леди, капитан пригласил вас к себе. – Джек был если не дружелюбен, то и не зол по отношению к пленницам, он не делал ничего непристойного, это утешало Лилит, но гарантии, что Черный Роджер окажется таким же мирным, не было никакой, тем более, обе помнили о его репутации изверга… – Но по одной. – Поспешил добавить парень.

– Джек, капитан не изменил своих планов в нашем отношении? – молодой человек улыбнулся. Его голубые глаза были по-детски спокойными и чистыми; без сомнений, пират был не плох собой: он был высок и ладно сложен, темно-каштановые недлинные волосы, смуглая кожа, как и у всех моряков; правильные черты аккуратного лица и добрый, веселый взгляд сияющих глаз, возможно его подбородок выдавал в Джеке упрямство, впрочем, еще ни одному мужчине оно не помешало.

– Нет, мисс. Менять свои планы не в манере Роджера. – «Знать бы еще наверняка, какие у него планы на мой счет» – заметила про себя девушка.

– Леди Гросс, прошу вас, проходите. – Это был не жест вежливости или этикета, пират должен был охранять пленницу.

Миссис Гросс медленно поднялась и вышла. Джек вышел следом. Замок снова щелкнул.

Одиночество Лилит продлилось примерно четверть часа. Назад герцогиню принесли на руках: женщина была в глубоком обмороке, что не на шутку испугало и одновременно разозлило леди Агаполис.

Джек пригласил ее к капитану. Девушка решительно встала и быстрым шагом вышла из каморки, оставив леди Амелию приходить в себя в одиночестве.

Лестница – подъем, палуба, пять метров, снова лестница-спуск, коридор, пять метров, вот и каюта капитана «Смерти».

Джек постучал.

– Входите. – Велел властный голос за дверью.

Наконец она увидит великого Черного Роджера – грозу Южного моря, проклятье купцов и моряков, врага всех подданных Урина и самого Августа V лично. Аристократка была взволнованна. «Черный Роджер, уж я-то запомню вашу внешность и пересчитаю все ваши конечности! Непременно отомщу вам, как вернусь! – Предвкушала девушка. – Если вернусь… – Добавила она». Лилит читала и слышала множество рассказов и россказней о пиратах, и капитан Черный Роджер не стал исключением, но отличительной чертой рассказов о нем было то, что они едва ли сходились хоть в чем-то кроме имени описываемого человека… Во многом это можно было объяснить тем, что появился он только недавно.

Дверь открылась. Просторная комната. Два высоких стеллажа уставлены книгами и картами, письменный стол из темного дерева, одно за ним и два перед – три одинаковых красивых резных кресла из той же породы, большой сундук в углу, скромная, застеленная светлым покрывалом койка у стены сбоку – вот и весь интерьер каюты. Воздух прохладен и свеж, вокруг чистота, все расставлено по местам – аристократка была удивлена: не таким она представляла логово изверга-пирата. «Не обычная обстановка для пиратской каюты» – как могла сдержанно заметила про себя девушка.

В кресле сидит молодой (не старше Джека) мужчина, он пристально разглядывает вошедших, точнее пленницу, его взгляд холоден и колюч, лицо серьезно. Он, красив: большие синие глаза, белая кожа, оттененная чернью рубашки, рыже-каштановые волосы почти до плеч завиваются на концах крупными пушистыми локонами, правильные, изящные черты лица – он мужествен и красив одновременно, как статуя греческого бога.

Лилит тоже внимательно изучала молодого человека. Она прибывала в недоумении: слишком молод, чтобы быть Роджером, да и разве может быть столь красивый аристократичный юноша жесточайшим пиратом?

– А где же Черный Роджер? – вырвалось у Лилит.

Джек не выдержал: улыбнулся.

– Она слепа? – обратился к нему сидящий в кресле.

– Нет, я отлично вижу вас. – Ответила вместо сопровождающего девушка. – Но мне сказали, что меня приведут к Роджеру. – Джек продолжал улыбаться и выжидающе смотреть на синеглазого.

– Джек, ты свободен. – Девушка и сидящий остались наедине. – Присаживайтесь, мисс. Или миссис? – Аристократка гордо выпрямилась.

– Позвольте все же спросить, – Едва ли не демонстративно проигнорировав его вопрос, обратилась девушка, все еще злясь на мерзавца. Молодой человек кивнул. – Вы и есть тот самый легендарный Роджер? – Он снова, молча, кивнул и никак не выдал своего недовольства или раздражения. Девушка не могла поверить в это: «Он не может быть Роджером! Это просто спесивый юнец, а не великий убийца! Куда ему до грозы всего флота? Он худющий, как смерть!».

– Теперь спрашивать буду я. – Пленница, передразнивая хозяина каюты–кабинета, кивнула. – Ваше полное имя.

– Лилит Джиа Агаполис. – Со спокойной гордостью и ледяным холодом в интонациях проговорила пленница. Роджер продолжал внимательно изучать лицо девушки. Пока она входила и стояла в дверях, пират рассмотрел ее фигуру, наряд, то, как она держит себя – ему все понравилось. «Да, она явно из хорошего, крепкого дворянского рода: ее содержание окупится» – решил он.

–Простите за бестактность, – Холод его глаз и голоса заставлял волны мурашек бросаться бежать по всему телу… – Но мне нужно знать о вас как можно больше. Назовите ваш возраст. – «Не прощу».

– 19 лет.

– Замужем?

– Нет.

– Ваши родители, расскажите о них. – Его бестактность только еще больше распаляла злость.

– Моя мама вдова: отец умер, когда мне было 8 лет. С тех пор мы еле сводим концы с концами. – «Не поторопилась ли я с концами?» – Забеспокоилась девушка.

– Мисс… – Смерив ее убийственно презрительным и ледяным взглядом, обратился Роджер, выдержав эффектную паузу. – Ваша ложь обойдется вам очень дорого. – Цедя каждое слово, говорил он. – Я вижу, что вы не из бедной семьи. Расскажите мне правду и назовите настоящее имя. – «Да как он смеет так нагло вести себя? Спесивый юнец!»

– Правду? – Вскрикнула Лилит, поддавшись вспышке гнева. – Правда в том, что я действительно небогата, что у моего рода больше славы, чем денег, посему моя мать вряд ли сможет заплатить назначенный выкуп, а я не знаю, как вы поступите со мной в таком случае. Мои же догадки меня отнюдь не утешают, так как в вашу совесть или честность я не верю, зато уверенна в вашей жадности и жестокости. – Мужчина только ухмыльнулся в ответ на эту тираду, а Лилит становилось все горше от этой безжалостной усмешки, от понимания собственного бессилия против этого наглеца.

– Вам смешно. – Ядовито и горько усмехнулась девушка, снова невольно передразнив капитана. – Для вас моя жизнь – это товар, который можно выгодно продать, и вы не задумаетесь, когда будете топить меня или отдавать в рабство. – Девушка с ненавистью смотрела в глаза пирату, но ему было все равно.

– Продать в рабство… Убить… – он, казалось, пробовал эти слова на вкус. – Зачем мне так плохо поступать с такой красивой и темпераментной девушкой? Интересно, а в постели ты останешься такой же горячей? – Лилит словно окатили ледяной водой, она смотрела на него во все глаза, густо краснея.

– Я лучше утоплюсь, чем проведу в твоей постели хоть одну минуту! – Возмущение переполняло юную аристократку. Мужчина засмеялся.

– Проверим? – Он встал из кресла и направился к ней. – Поднимайся, гордая Джиа, или мне называть тебя Лилит? – Пират лучезарно улыбался, а в его глазах был ледяной холод и сплошная злость.

Девушка действительно была гордой:

«Лучше я встану сама, чем он потащит меня»

Они стояли очень близко, неприлично близко, он был выше на целую голову, она гордо подняла подбородок и в упор смотрела в синие обители ненависти.

– Лилит… Какое звучное имя. У меня еще никогда не было любовницы с таким именем… Да и Джии тоже не было…– Красивый баритон замолк. Лилит замерла. Мгновения… Лилит же показалось, что прошла вечность, прежде чем он снова заговорил. – Да и не будет. – Как отрезал капитан. – Мне плевать, где и как твоя мать найдет деньги, но она заплатит, иначе через неделю ты станешь куртизанкой или просто рабыней. Аудиенция окончена, мисс Ага́полис. – Он отошел от нее и снова погрузился в кресло.

– Я рада. – Он усмехнулся.

– Стерт! Отведи леди в ее «покои». До встречи мисс Ага́полис.

– Прощайте, Роджер. – Но Черный Роджер проигнорировал ее обращение… «Высокомерный, спесивый юнец!»

– Позови Джека, Стю. – Стертом звали того самого пирата, который принес ей еду.

– Да, капитан. – Немедленно отозвался тот. – Идем. – Обратился коренастый уже к Лилит.

Девушка была и рада, и расстроена одновременно, и горда, и униженна: Роджер потребует за нее немалый выкуп и, он практически пообещал, что не тронет ее, но и пригрозил, что если мать не заплатит, он продаст ее в рабство или бордель; он унизил ее своими расспросами и своим поведением в целом, но девушка выстояла под его натиском.

Прошло несколько часов. Лилит снова уснула, но уже в гамаке, так как уступила матрац герцогине, которая, кстати, по возвращению мисс Ага́полис все еще пребывала в бессознательном состоянии: пребывание на пиратском корабле изматывало леди и физически, и душевно. Потом снова пришел Стерт и разбудил их своим ворчанием.

– Спасибо. – Поблагодарила аристократка, пират изумленно, как ей показалось, взглянул на нее. Герцогиня гордо воздержалась от благодарности пирату, поджав губки: она считала, и, должно признать, имела полное право так считать, что с этими чудовищами незачем разговаривать, тем более не за что благодарить, ведь они их потенциальные мучители и убийцы.

– Ешьте, леди. – Он не ворчал и не ругался теперь, а просто, молча, вышел.

Стерт был коренастым, темноволосым, но уже лысеющим мужчиной с карими глазами, ворчлив, насколько успела заметить Лилит, но ей так же показалось, что он и добр, хотя, если учесть, что он пират в это было довольно сложно поверить. Возможно, по природе своей он обладал таким свойством души прежде.

Еда действительно была вкусной! Да и «каюта» была не такой грязной, как ей показалось сначала: матрац был потерт, но не засален; гамак просто стар. Каморка и правда крохотная, но зато чистая и не пыльная.

«Терпимо. Для недели… Надеюсь, мама заплатит за меня раньше, чем я окажусь в рабстве»

***

– Очаровательные леди, не правда ли? – Джек был весел.

– Не влюбись. – Пробубнил «греческий бог». Капитан был угрюм.

– Родж, что ты решил?

– Ты знаешь, что. Мне нужен выкуп. Они, судя по их манерам и внешнему виду, не бедны. Да и та, что старше, мисс Гросс, вовсе оказалась герцогиней. – Его лицо преобразилось. – Молодец Лог, что взял именно их.

– А вторая? – Не скрывая интереса, спросил друг.

– Не знаю, кто она. Выглядит, как герцогская дочка, но держится едва ли не принцессой.

– А ведь забавно получилось, когда она сказала, что пришла к Черному Роджеру…

– Горделивая, несдержанная, иногда позволяет себе больше положенного. – Все так же спокойно-угрюмо сказал синеглазый капитан и добавил уже другим тоном, вдруг оживившись:

– А какая смелая! Сколько спеси в этой куколке! Как в избалованном ребенке, ей богу!

– Небо, – Присвистнул голубоглазый, – Сколько восторга в этом мужчине… – Роджер никак не среагировал на это едкое замечание. Но вот на хитренькую улыбочку друга не обратить внимания не смог бы никто, даже греческий бог.

– Ты знаешь правила. Она просто «ценный груз». – «Невзначай» напомнил капитан. Джек, никак не ответив на это замечание, отвесил шутовской поклон и вышел. И тут же дверь распахнулась и в образовавшемся проеме появилась голова Джека.

– Но все же, капитан, посмею напомнить, что вы сами отдали приказ не брать пленных… – Роджер помрачнел, взгляд стал тяжелее.

«Я поступил так только потому, что это было необходимо» – оправдался скорее перед собой, нежели другом капитан.

Джек снова покинул капитанскую каюту, Роджер, оставшись в одиночестве, сел было за книгу по истории Урина, но тут к нему постучался Фил и сообщил, что замечен «Заклятый» – фрегат Силлера – также известного пирата, по совместительству неприятеля капитана «Смерти».

Четыре месяца назад Ник Силлер затеял скользкое дело против молодого капитана – сговор с несколькими мелкими пиратами Южного моря: ему не нравилось, что Черная тень – прозвище, вполне отражавшее суть любимого приема большинства корсаров, отбирает у них «хлеб», точнее слишком много потенциальной добычи. Недовольные образовали временный (как и всегда) союз. Вышла славная заварушка – именно тогда Черная Тень стал по-настоящему уважаемым и признанным всеми, даже королевскими адмиралами, стратегом, тактиком, да и вообще, военным – «Смерть» ловко обходила шхуны и фрегаты, две шхуны вообще столкнулись – это был славный маневр, но рискованный. Всех, кроме Силлера, Роджер потопил, Ника же он высадил в шлюпку, а его «Детку» взорвал вместе с экипажем. Пираты с тех пор начали относиться к молодому капитану Роджеру и его компаньонам по-иному, они признали в нем реальную силу и старались не переходить дорогу. А Ник стал заклятым врагом Черной тени…

Роджер отпустил матроса и закрыл глаза. Он не устал и не боялся Силлера, просто представлял, казнь Ника: сегодня ему не избежать смерти. Вообще, Роджер надеялся, что тот умер еще 4 месяца назад, но что ж, это нетрудно исправить.

Черный Роджер был страшным человеком, да и был ли он человеком вообще? Иногда он был жесток настолько, что даже его друзья-компаньоны начинали опасаться; этого нашумевшего пирата уважали и презирали одновременно, к нему тянулись за покровительством, но при том, старались держаться подальше: его считали безумцем – он был СЛИШКОМ жесток даже для пирата и слишком удачлив для авантюриста.

Ему было всего 23 года, но слава его росла, ему было всего 23 года, а он чувствовал в себе бескрайнюю пустоту и безысходность, ему было всего 23 года, а он так устал от жизни; но кто мог знать это? Его друзья? – Но он никогда не был с ними откровенен настолько, чтобы признаться в своем одиночестве. Женщины? – Он любил красивых женщин и тратил на них много денег, сил и времени, но не встречал еще ни одной достаточно хорошей, чтобы она могла заполнить эту пустоту в нем хотя бы на время, даже больше – он и не думал никогда, что эту сосущую, зябкую пустоту можно заполнить таким образом. У Роджера было только море, смерть, в качестве спутницы, его корабль и множество способов хоть немного развлечь себя, что он и делал: грабежи, убийства, морские схватки, дуэли, походы в бордель и буйные попойки – все, чтобы отвлечься от зияющей пустоты внутри.

Иногда мужчина спрашивал себя, почему он все еще жив, почему в него не попадет картечь от ядра, его не зарежут, не убьют на дуэли или не повесят – он не боялся смерти, только хотел, чтобы она была красивой… Что было для него «красивой» смертью знал только он, и то это представление менялось от жертвы к жертве.

«Заклятый» приближался к «Смерти», намерения капитана Силлера были ясны, как погожий день: он жаждал мести.

Роджер стоял рядом с боцманом, тем самым Логреном, который и похитил несчастную герцогскую чету…

–Капитан, что прикажешь? – спросил Лог, хоть и сам прекрасно знал ответ.

– Поднимай Жоли Руж, пусть готовятся. Сегодня я поговорю с Силлером в последний раз, он давно просится ко мне… – Лог промолчал и с укором посмотрел на друга, помрачнев.

– Я знаю тебя с раннего детства, Родж, но ты продолжаешь меня удивлять. Неужели ты не думал, что, если Силлер выживет он непременно вернется, чтобы отомстить? – Синеглазый усмехнулся:

– И что же? Ты считаешь, что нужно было оставить его на «Детке»? – Лог ничего не ответил, но «греческий бог» и без слов все прекрасно понял: