За гранью терапии

Глава 1. Вчера

На кухне капала вода. Еле слышно, но отчетливо, и главное — ритмично. Этот ритм вполз в сон, и вскоре кто-то уже методично бил его по голове деревянной киянкой. Минуту или две Лора́н ворочался, пытался вернуться в сновидение, но оно развалилось окончательно. Ужасно болела голова, хотелось пить.

Вдохнув полные легкие душного воздуха, он попытался открыть глаза: зрение не фокусировалось, веки чесались от сухости. Лоран повернул голову, надеясь увидеть на тумбочке стакан с водой, но его, конечно, не было — кто бы позаботился о воде среди ночи, когда он вернулся с этой вечеринки?

Спустив ноги с кровати, он попытался хотя бы немного вспомнить, что с ним происходило, но головная боль и жажда не давали сосредоточиться. Качаясь, пошел в кухню. Там налил воды из-под крана и, громко глотая, выпил до дна. Вспомнил только, как после работы с пациентами он отправился в бар, где и началось это… Ладно, что началось — он еще помнил, а вот как оно закончилось?

Вероятно, Тео и Эмиль привезли его домой, пьяного до беспамятства, уложили в кровать. «Вот что значит — настоящие друзья. Видимся раз в десять лет, а ведь даже раздели, как родного».

«Господи, как же плохо… ну вот зачем это все?» — подумал Лоран, забрасывая в рот сразу две таблетки и выпивая еще стакан воды. — «Можно же было посидеть как нормальные люди, так нет же: виски, коньяк…» Вдруг он вспомнил еще кое-что.

Сон был странный, но из тех, от которых не отмахнешься просто потому, что голова трещит. За шесть лет в терапии Лоран слишком отвык считать такие вещи случайным мусором.

Он идет по темному холлу большого загородного дома. Одна из дверей открыта, на табличке неясная надпись золотом. Заглядывает в небольшую комнату с мансардным окном. Там сидят двое: на диване у стены — красивая женщина, а в кресле он сам, собственной персоной. Лоран, стоящий в холле, удивляется, но слышит ее слова:

— Мне кажется, я уже давно не с ним.

Теперь он сидит напротив и задает ей какой-то очень важный вопрос, но именно в этот момент до его уха доносится звук капающей воды. И тут он осознает: они сидят обнаженные ниже пояса! Накрывает волной жгучего стыда — и он просыпается.

Надо было приводить себя в порядок и собираться в кабинет: сегодня клиенты, хоть и не с самого утра, однако проспал он долго. «Боже, как я буду работать?»

Утреннее солнце и сверкающие от ночного дождя мостовые Раве́ля отчасти вернули Лорану хорошее настроение, да и голова начала понемногу проходить. Он вполне приветливо поздоровался с продавцом у овощного прилавка — угольно-черным абиссинцем по имени Барс, который в ответ сверкнул всеми своими тридцатью двумя зубами, и предложил выбрать что-нибудь из товара.

— Вечером, Барс, вечером. Как всегда! Можешь собрать мне, как обычно… ты же знаешь, что я люблю?

— Конечно, господин, всё соберу, упакую, как надо, свежие, сочные, будете довольны! Не беспокойтесь, без ужина вас не оставлю! — говорил продавец с каким-то особенно очаровательным акцентом, который неизменно вызывал у покупателей улыбку.

Лоран свернул в переулок, пройдя под старинной аркой из серого камня, и нырнул в подворотню, через которую лежал короткий путь к кабинету. Дворики Равеля разительно отличались от центральных улиц: здесь не было отмытых и покрашенных фасадов, высоких окон и разноцветных витрин, под ногами вместо гладкой брусчатки лежал пыльный, местами потрескавшийся асфальт, с проросшими прямо сквозь него одуванчиками, а по вечерам было темно без обычных фонарей, гирлянд и ламп, пространство освещали лишь окна старых домов. На детской площадке, как всегда, сидели молодые мамы, обсуждая что-то весьма увлекательное, а их дети качались на качелях и рисовали мелками на асфальте.

Пройдя через открытую кованую решетку девятнадцатого века, Лоран снова вышел на улицу — и попал в деловой квартал. Всевозможные офисы, витрины магазинов, десятки кафе и закусочных — это был, безусловно, самый кипящий центр, если не считать туристическую часть с исполинскими костелами и древним замком.

Он прошел вдоль здания городской администрации и нырнул в высоченные двери подъезда, где находился его офис.

— Доброе утро, Катя! — он кивнул секретарше, которая стояла спиной к нему, нагнувшись, — она азартно пыталась линейкой достать из-под кулера закатившуюся ручку.

— А, здравствуйте, господин Ва́рден! Что-то вы выглядите сегодня как-то… не заболели? — она смотрела на него встревоженно, поправляя почти слетевшие с милого носика очки.

— Интоксикация, — многозначительно усмехнулся он. — Ничего страшного, выживу. Сейчас у меня новая клиентка, если я верно помню?

— Да, госпожа Клара Море́н, — девушка передала Лорану новый блокнот с именем, записанным аккуратным, почти каллиграфическим почерком.

— Она из листа ожидания, да?

— Нет. Записалась неделю назад. Сказала, что срочно… да, я понимаю, им всем очень срочно, но никто из листа на это время не согласился, а ее голос был действительно взволнованным.

— Срочно, значит… Ну хорошо, посмотрим, что там такого срочного. Катя… можно попросить вас сварить кофе?

Секретарша взглянула на босса иронично:

— Да, кофе вам действительно не повредит. Постараюсь что-нибудь для вас сделать… — она попыталась эффектно повернуться на каблуках, но зацепила горшок с гортензией, еле поймала его на лету и, как ни в чем не бывало, водрузила на место.

— О боже, Катя, кто из нас с похмелья? Вы уж поосторожнее, — улыбнулся Лоран, повесил пальто в шкаф и шагнул в кабинет.

Клиентка пришла без единой секунды опоздания: раздался стук, дверь открылась, и терапевт застыл в кресле, пытаясь справиться с нахлынувшим изумлением: это была она — женщина из сна. Ему даже не пришлось вспоминать, ощущение было ясным и точным. Опомнившись, он вскочил, делая шаг ей навстречу.

— Здравствуйте, господин Варден. Меня зовут Клара, — она оглядела кабинет с любопытством на лице, и только напряженный взгляд выдавал волнение.

— Добрый день, госпожа Морен, присаживайтесь, пожалуйста, — он привычным жестом махнул в сторону кресла и вернулся в свое, одновременно пытаясь обдумать происходящее.

«Как такое может быть? Мы встречались раньше? Нет, не припомню… но почему же это лицо, манера держаться, голос — всё мне знакомо?» Клара устроилась в кресле, положив сумочку к себе на колени и с каким-то странным выражением посмотрела на Лорана: то ли что-то вспоминала, то ли просто сомневалась, как начать.

— Расскажите, что привело вас сюда, Клара, — подсказал психотерапевт.

— Да… конечно. У меня просто такое странное чувство... понимаю, это похоже на глупое клише, но как будто мы где-то с вами встречались раньше. Хотя… Я же видела ваши публикации, там была и фотография, разумеется. Ну ладно, не суть. Я хотела бы поговорить о моем браке.

Лоран с некоторым облегчением откинулся в кресле и приготовился писать: от ее предположения голова снова начала гудеть. Клара тем временем приступила к рассказу, который поначалу звучал, как абсолютно типичный: ранний брак, хороший муж, двое детей, прошло десять лет — и вот она в одном доме с чужим человеком, которого она хоть и знает, как свои пять пальцев, но никакого притяжения не испытывает, равно как и он к ней. Психотерапевт уже почти начал клевать носом: сказывалась бессонная ночь, как вдруг Клара повела речь о кое-чем, куда более интересном.

— Мне кажется, — говорила она, — будто я не просто перестала быть с Ю́лиусом. Это понятно — ну разлюбила. Я чувствую, что принадлежу другому мужчине.

— Это какой-то конкретный человек? — уточнил Лоран, пытаясь понять, о чем она говорит.

— Да, это абсолютно реальный мужчина. Мой коллега по работе, Вла́дан. Мы знакомы уже три года.

— Вы с ним любовники? — быстро спросил Лоран и осекся: с чего вдруг такая спешка? Она и без того все расскажет.

— Вовсе нет! Мы, скорее, друг друга недолюбливаем… Странно, да? Он обычно держится на расстоянии, да и мне никогда не хотелось даже близко к нему подходить, однако… господин Варден, вы так на меня смотрите… мне пора собирать вещи в сумасшедший дом?

— Нет, что вы! — он только сейчас заметил, что смотрит на нее не мигая, и заставил себя отвести взгляд. — Просто я внимательно слушаю вас. Расскажите, что именно вы чувствуете.

— Что я — его женщина. Не то чтобы я в него влюблена, не то, что я хочу с ним быть… хотя, может, и хочу... Это вообще не про желание, не знаю, как объяснить. Но дело даже не в этом. Мне кажется, что между нами уже что-то было. Не в плане фантазий — у меня, поверьте, фантазии вполне обычные. А в каком-то... телесном смысле. Как будто мое тело его знает. И это самое мерзкое. Потому, что если все только у меня в голове, почему тогда мне так стыдно смотреть мужу в глаза?

Лоран кивнул и произнес фирменное «угу!» в значении «продолжайте». Случай действительно был необычным, от него попахивало бредом, но в остальном женщина не производила впечатление сумасшедшей.

Тем временем она замолчала и пытливо уставилась на психотерапевта. Этот взгляд Лоран знал слишком хорошо: так обычно смотрят перед тем, как сказать что-то, после чего разговор уже нельзя будет повернуть назад.

— Клара, в вашей истории есть еще что-то, что вы до сих пор не упоминали?

Она сосредоточенно кивнула:

— Да, вы правы. Есть. Еще вчера я собиралась говорить только о моих чувствах, но сегодня ночью все изменилось… кажется, к худшему, — она снова замешкалась, давая себе время собраться. Лоран терпеливо ждал, глядя слегка мимо нее, чтобы не смущать прямым взглядом в глаза.

— В общем, я вчера была на одной вечеринке. Началось все с банальной встречи с подругами, мы обсуждали работу, потом свои семьи, всё, как обычно, но выпили порядочно. И одна из них предложила поехать в коттедж к кому-то из приятелей, а я — согласилась. Сама не знаю почему, наверное, мне просто хотелось как-то встряхнуться, вспомнить молодость… Увяла я в этом браке, вот что! — вдруг почти со злостью сказала она решительно, но тут же, как бы опомнившись, продолжила: — Мы приехали, гости только стали собираться, кто-то только начал пить, кто-то был нетрезвым. Там был и Владан. Я глазам своим не поверила, когда увидела его, потом, правда, сообразила, что ничего удивительного в самой встрече нет, они с Миленой вместе учились, и я об этом знала, только вот, почему-то, когда я встретилась с ним подшофе, мне безумно захотелось оказаться в его объятиях. И он смотрел на меня так…

— Вы с ним переспали? — спросил Лоран, отводя глаза. «Вечеринка, провал в памяти…», — пронеслось у него в голове.

— Я не знаю. Какое-то время мы болтали, смеялись, Владан сидел напротив и пожирал глазами, а потом у меня просто отключилась память. Я ничего не помню, проснулась дома. Юлиус сказал, что меня приволокла Милана, я еле стояла на ногах и еле соображала. Но самое ужасное, — она заметно покраснела, но пересилила себя и продолжила: — У меня были ощущения… там. Как будто после бурного секса. И вот они-то точно были самыми настоящими, да они и сейчас еще остались. Чувство, что кто-то довольно грубо взял меня, не заботясь о том, насколько я готова.

Он заставил себя выглядеть сочувственно, хотя внутри шевельнулось что-то совсем другое и очень неуместное — любопытство.

— Вы подозреваете изнасилование?

— Нет, что вы, какое там… я скорее опасаюсь, что сама на него набросилась, не дожидаясь, пока у меня всё запустится на полную катушку… Знали бы вы, как мне стыдно об этом говорить, господин Варден! Но еще хуже, когда я представляю, что вернусь домой, там будет Юлиус, и мне придется с ним разговаривать, готовить ему еду, спать рядом, — она закрыла лицо руками.

Психотерапевт подождал немного и спросил:

— Что бы вы хотели с этим сделать? Какой результат вам нужен?

— Хотя бы понять, что всё это значит! Я ничегошеньки не понимаю, меня мучают разные чувства, а теперь еще и это… Что мне делать?

— Думаю, что вам делать, вы сможете решить, когда хотя бы до какой-то степени разберетесь с происходящим в вашей голове, Клара.

Они договорились встречаться раз в неделю, и остаток сессии Лоран расспрашивал клиентку о семье, родителях, детстве. И все это время постоянно ловил на себе ее задумчивый, если не сказать подозрительный, взгляд.

Оставшись один, он принялся обдумывать произошедшее. Обнаженная Клара в его сне, странное совпадение с пьяными вечеринками, ее подозрительность. Помаявшись еще немного, он все-таки позвонил Тео.

— Уффф, привет, привет… Как ты? Жив? — голос Тео звучал так, будто доносится из-под могильной плиты.

— Не просто жив, я работаю уже. А ты что — всё еще не поднялся?

— Да какое там. Стар я стал для такого, ох, стар… башка трещит, шатает всего, я сегодня весь день проваляюсь. А главное — не помню вообще ничего, представляешь? Пытался у Эмиля спросить — он в таком же состоянии, если не хуже. Вспомнили только, что пили в каком-то загородном доме, с какими-то людьми… — на словах «в загородном доме» у Лорана внутри что-то коротко и неприятно сжалось.

— Погоди, погоди… что за дом-то?

— Понятия не имею! Помню только, что какие-то бабы в баре подошли, красотки… или просто я пьяный уже был, и мне все казались милахами. Потом вот куда-то с ними и поехали.

— Стоп. А меня кто привез? Ты помнишь, как я уехал?

— Не я. Эмиль тоже не знает, он спросил у жены, и та ответила, что какие-то ребята его привезли, что-то вроде сервиса по доставке перепивших на дом. Вежливые, корректные. Откуда ехали — непонятно. Да и черт с ними, какой толк вспоминать, наверное, хорошо время провели. Потому и сейчас так плохо… — он выдохнул в трубку.

Лоран попрощался и осторожно, будто бы хрустальный, положил смартфон на стол.

Ну хорошо, глупо отпираться: он думает именно о том, что они с Кларой могли оказаться на одной и той же вечеринке. О том, что где-то между баром и сегодняшним утром они, возможно, уже пересеклись. И насколько близко?

И если это так, то заниматься с ней терапией, скорее всего, нельзя. А если не так — почему тогда ему не по себе?

В кармане зажужжало. Лоран достал смартфон — на экране было короткое сообщение с неизвестного номера: «Всё не так просто». Через минуту оно исчезло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.