Балетные сказки и истории

Копирование, тиражирование и распространение материалов, содержащихся в книге, допускается только с письменного разрешения правообладателей.

© Шалунова М., перевод, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

…всё тяжелое стало лёгким,

всякое тело – танцором,

всякий дух – птицею.

Предисловие Доротеи Жильбер балерины Парижской национальной оперы

Втанцах мы рассказываем истории. Открываем другие миры, где возможно всё: феи, призраки, истинные чувства. Для этого нам не нужны слова, как в опере или в кино, ведь танец говорит на универсальном языке: языке сердца, языке жестов. И каждый может его понять, во все времена и по всех странах. И эти истории переживают все времена, ведь каждый узнаёт в них себя.

Это произошло и со мной. Жила-была в Тулузе девочка десяти лет, которая просто обожала танцевать. В тот день, когда мама повела её на балет «Жизель», девочка вдруг поняла, что танцы – это не просто приятное развлечение по средам, а настоящая профессия и что именно этой профессии она хочет посвятить свою жизнь. Она усердно работала целый год, попыталась сдать вступительный экзамен в танцевальную школу, потерпела неудачу, но не сдалась, продолжила тренировки и успешно поступила в балетную школу в двенадцать лет. Тогда я выучила первый урок танцев: превзойти себя, следовать за своей мечтой до конца, потому что усилия всегда окупаются.

Шаг за шагом я шла к своей мечте и однажды смогла выступить на сцене Парижской оперы. Я танцевала в «Баядерке» – самом роскошном балете; в «Лебедином озере» – в самой сложной для меня партии; в «Доне Кихоте» – самом утомительном спектакле. Возможно, та стремительная и полная страсти партия далась мне легче благодаря моим испанским корням. «Щелкунчик» дорог мне вдвойне, потому что это был первый балет, который я танцевала ещё «крысёнком», и именно эта партия принесла мне звание солистки.

Каждый раз, когда поднимается красно-золотой занавес, танцоры испытывают одно и то же волшебное ощущение: публика здесь, очень близко, можно услышать гул голосов, потом – шёпот и – вдруг! – тишину, рассеянную или вибрирующую с нами в унисон. Нас захлёстывает волнение, радость, адреналин. Усталость от тренировок улетучивается, уступая место восторгу от встречи со сценой, вдохновению и обмену эмоциями между танцорами и публикой. В этот момент мы остро чувствует главную миссию танца: искусство помогает нам выстоять перед лицом жизненных трудностей, убежать от них, сопротивляться скоротечности жизни и выстоять, несмотря ни на что.

Вот почему так важно пробудить у детей любопытство к этому миру, стереть барьеры между знатоками и обычными людьми. Танец – это не неприступный храм, это широко открытая дверь в чудесный мир, который только и ждёт, чтобы о нём рассказали. Для этого и была написана эта книга.

Добро пожаловать в мир балета и приятного чтения!

Коппелия

1870 г

Франц и Сванильда любили друг друга с детства. Они росли бок о бок, словно два дерева на одном склоне, а их судьбы переплетались, как нежные ветви соседних крон.

Глядя на то, как они вместе бегают на занятия и по лесным тропинкам, проводят время на балах и тихими вечерами, все соседи стали считать их женихом и невестой. И когда пришло время задуматься о свадьбе, они вновь повторили свои детские заверения в любви.

Но однажды Франц переменился. Он не рвался, как прежде, танцевать мазурку со своей ненаглядной Сванильдой. Мурлыкал под нос песни, ни с кем не разговаривал, повсюду носил с собою книгу, хотя прежде никто не видел его читающим что-то, кроме рецептов. А иногда и вовсе пропадал, и даже друзья не знали, где его искать. Обеспокоенные соседи как-то рассказали Сванильде, что видели Франца у самого большого дома в городе: молодой человек как заворожённый любовался хорошенькой молодой девушкой, сидевшей с книгой у распахнутого окна.

– Что правда, то правда: она очаровательна. Её кожа сияет, словно фарфоровая, волосы блестят, как шёлк, губы алее кораллов, а брови будто нарисованы, – говорили соседи. – Но ты не волнуйся, Сванильда. Она глаз от книги не отводит и ни капельки не интересуется твоим женихом.

Сванильду очень расстроило это известие. Она плакала, кричала, ругала своего ветренного жениха, жаловалась подругам и, наконец, решила навестить соперницу и сказать, что не позволит ей украсть Франца. Каково же было её разочарование, когда, придя к злополучному дому, Сванильда не увидела в окне ни души. Над дверью, рядом с колокольчиком и необычными, усыпанными звёздами часами с шестерёнками красовалась надпись: «Доктор Коппелиус, часовщик». Когда стрелки достигли шести часов, маленькая фигурка отделилась от циферблата, сделала реверанс перед Сванильдой и шесть раз стукнула хрустальным молоточком.

Именно в это время каждый вечер с точностью до минуты доктор Копеллиус обычно отправлялся на прогулку. Вот и сейчас, одетый в длинное бархатное пальто, он вышел за дверь, дважды повернул ключ в замке и сунул его в карман. Но доктор не заметил, как ключ выпал на мостовую.

Любопытство охватило Сванильду. Как только Коппелиус скрылся из виду, она подобрала ключ, открыла дверь и жестом позвала за собой подруг. Вместе они проскользнули в тёмную прихожую и поднялись по лестнице. Что же их ждало в доме?

Девушки попали в мастерскую, до потолка заваленную часами, пружинами и шестерёнками. Среди механизмов то тут, то там выглядывали руки и ноги. Девушки застыли в ужасе, но потом успокоились: это были всего лишь куклы!

И действительно, то были заводные марионетки, которых старик Коппелиус делал днями и ночами, склонившись над верстаком, подпиливая, шлифуя и совершенствуя чудесные механизмы, чтобы его удивительные создания двигались и моргали, как живые. В мастерской были птицы и музыканты из железа, элегантная женщина, размахивающая веером, графин, сам разливавший напитки, мандарин с большими усами, ударявший в цимбалы, кровать, которая начинала трястись в назначенное время, чтобы разбудить хозяина. Сванильда и её подруги веселились от души, дёргали за все рычаги и удивлялись каждому чуду. Вот кукла, накрывающая стол, и карманный скрипач, а там – крошечная швейная машинка и вечный двигатель. Одна девица запустила всех птичек, другая чуть не прищемила себе пальцы цимбалами. Но, заметив за занавеской в нише женский профиль, Сванильда вспомнила, зачем пришла сюда, и, откашлявшись, проговорила:[1]

– Сударыня, прошу прощения, что пришла в ваш дом без приглашения. Можем ли мы поговорить с вами наедине?

Молчание было ей ответом. Тогда Сванильда осмелела, отдёрнула занавеску и, взглянув на незнакомку, вскрикнула от удивления. Кукла! Это тоже кукла! Листает книгу и хлопает ресничками. Совсем как живая! Но такая же холодная и бездушная, как часы!

– Так это тебя полюбил Франц! – Сванильда грубо толкнула куклу, сорвала с неё платье, схватила книгу и под одобрительные возгласы подруг стала изображать движения заводного механизма. Девушки так шумели, что не услышали шаги на лестнице. Дверь открылась, и в мастерскую вошёл удивлённый и разъярённый Коппелиус.

– Прочь с глаз моих, хулиганки! Как вы посмели ворваться в чужой дом? Вон! Прочь отсюда, пока я не натравил на вас своих марионеток!

Девушки в страхе убежали, оставив Коппелиуса среди полного беспорядка.

Старик с облегчением вздохнул, когда понял, что серьёзного ущерба незваные гостьи не нанесли. Главное, они не тронули жемчужину его коллекции, самую прекрасную, самую совершенную машину, которую он когда-либо создавал, – его «Коппелию». Её скелет был вырезан из великолепного ствола липы, а кожа сделана из тончайшего фарфора. Волосы её были сделаны из шёлковых нитей, а в глазах сияли два маленьких бриллианта, доставшиеся Коппелиусу от матери. И доктор, у которого не было детей и который жил один среди своих машин, испытывал к своей марионетке почти отеческую нежность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Так португальские купцы называли китайских чиновников.