Искра Эллириона. Книга 1. Некромант

– Это многое объясняет, но вопросов у меня никак не меньше. – Слегка улыбнулся маг. – Например, ты сказал, что это Харастис прислал мне видение и призвал меня, но ведь он же в усыпальнице.

– Не волнуйся, ты найдешь свои ответы рано или поздно. Мы были ошарашены, когда, несколько месяцев назад, первожрец внезапно вытянул из стоявших на страже хранителей, всю энергию до капли, потом отправил видение, которое предназначалось тебе и послал еще одно мне, с этим местом. Мы решили, что это знак и ты единственная надежда. Именно тебе предстоит вернуть Спасителю его жизнь. А для начала, нам надо добраться до оплота веры. Утро давно уже наступило, а я еще не завтракал. Пошли, проверим силки, надо подкрепиться. Нам предстоит очень долгий путь.

***

День перевалил за середину. Огонь в избе давно погас и истлели последние угольки. Птицы спокойно пели, сидя на самом коньке ветхой избушки, стоящей среди леса. Им больше никто не мешал. Человек и эльф, что болтали внутри почти сутки, наконец покинули поляну, забрав с собой двух тетеревов, фазана, трех кроликов и семью перепелов. Небольшие потери для безграничного леса, зато оба наконец ушли, оставив первобытные чащи в покое.

Глава V Тропы.

Таэль’авир в очередной раз собирал своих людей и подгонял их, торопясь собрать всех под защитой Ильтрассеса, а времени на это крайне мало. Как только проведет мирных к твердыне, ему надо тут же со всех ног мчаться в самое пекло атаки, чтобы успеть спасти двоих юных эльфов, которые назвались братом и сестрой. Он почти наверняка знал, где их искать прямо сейчас, но отправиться сразу туда не мог. Мешало не какое-то мифическое предчувствие или знаки судьбы, нет. Просто он это уже пробовал.

Оказавшись в видении во второй раз, эльф не мешкая, сразу направился к стене, с трудом отыскал там детей, как мог быстро, вывел их к твердыне и очутился в самой гуще кровавой расправы. Он не успел. В ярости сын верховного друида вырезал десятка два нежити, а потом просто был смят напирающими легионами, его задавили числом.

В третий раз он послал за детьми одного из воинов, отправленных с ним. Вернуться они так и не успели, погибли и юные эльфы и треть мирных жителей, после этой резни, впавший от горечи потерь в кровавую ярость, снова был убит в бою и сам, хотя и дорого продав свою жизнь.

Четвертая попытка началась с безумной, авантюрной, дерзкой, неожиданной, но весьма кратковременной вылазки прямо за стену. Втроем они продержались почти десять минут, но снова были смяты толпой, забрав с собой почти четыре десятка нежити.

В пятый раз юный эльф решил подойти к решению проблемы совершенно с другой стороны. Все поселение было выстроено в форме капли, где верхним, узким концом являются белые врата на севере. А сам он, на начало кошмара, всегда находится в восточной части. Понимая, что не может справиться теми силами, что есть, эльф решил обратиться за помощью к отцу. Сразу развернувшись, направился к твердыне, но там было уже пусто, тогда Таэль ментально прикоснулся к разуму отца. Лесные эльфы связывались телепатическими узами с теми, с кем у них была особая эмоциональная близость.

– Отец, мне нужна твоя помощь! – Воззвал он через разум, эмоциями передавая все отчаяние ситуации.

– Что случилось, сын? – Ответил встревоженный верховный друид.

– Нежить! Они идут с востока! Их здесь несметные полчища! Я не успеваю спасти всех! Помоги мне. – Харнесесс немного помедлил с ответом, а затем сказал.

– Я отправил к тебе отряд, держитесь.

– Спасибо. Я не подведу.– Горячо поблагодарил его отпрыск за поддержку.

Он отправил двоих воинов побыстрее забрать всех на восточной стороне, из под удара нежити. Торопливо вытащил из ближайших домов нескольких эльфов и приказал собрать всех в твердыне, а сам двинулся встречать отряд.

Когда вернулись отправленные на задние, с ошеломленными и ничего не понимающими мирными эльфами, он, раздав указания, кому и что делать, повел отряд на поиски детей. они видели, как ворвалась нежить в поселение, видели, как отсекают их от нужного места, но не собирались сдаваться. Отряд прорвался через линию врага, оставляя за собой лишь широкую просеку, да обломки костей и остатки плоти. Лишь для того, чтобы увидеть, как двоих маленьких эльфов пронзают черные стрелы нежити.

– Неееет!!! – Вырвался истошный крик горечи у истерзанного потерями эльфа.

Ярость снова встала у штурвала его тела. Он кромсал и рубил всех, кто попадался на глаза. Воины, что были рядом, старались прикрыть своего командира, а его боевой пыл разжигал и в их глазах свирепые искорки.

Двадцать три эльфа полегли до последнего, оставив вокруг более трех сотен раздробленных мертвецов.

Младший сын верховного друида снова и снова просыпался от боли и ужаса, умирая в бою десятки раз. Несколько недель спустя, он уже сбился со счета, раз за разом пытаясь спасти всех от гибели. Это был не обычный сон, слишком реальный и надо во чтобы то ни стало, сделать все возможное, для изменения его печального конца.

Днем Таэль, как и пообещал себе, учился метать ножи, обращаться с двумя эльфийскими мечами, упражнялся в скорости и подгонял под себя прочную, но тонкую и эластичную эльфийскую броню. А ночью, он выходил на бой с неизбежностью и пока, проигрывал. Но сдаваться, это удел слабых. Так что очередная попытка проходила следующей же ночью.

Раз за разом, пытаясь изменить концовку реалистичного сна, сын Харнесесса перепробовал все возможные варианты. Он выпрашивал у отца два отряда остроухих воинов, пытался прорваться с боем через полчища врага, силился удержать нежить в проломе стены, пробовал увести всех к воротам, заманивал противника в другую сторону, однажды и вовсе привел всю армию отца, но даже это повлекло за собой лишь атаку основными силами в тыл эльфам и гибели всех.

Каждая из попыток заканчивалась по своему, но во всех, к нему, как и ко всем, кто его окружал, приходила ужасная смерть. Его резали, кололи, рубили, разбивали голову, разрывали на куски. Постоянно, умирая в муках, каждый раз теряя воинов и мирных эльфов, он все же приобретал бесценный опыт. Получал навыки управления отрядом и отдельными воинами, оттачивал мастерство метания и фехтования мечами, развивал интуицию, скорость, реакцию и умение быстро подстроиться под обстоятельства. Но как же это было больно. Каждая рана и каждый смертельный удар отдавались реальной болью до конца следующего дня, когда он снова оказывался на том же месте.

Таэль был убит уже сотнями разных способов. Он больше не страшился никакой смерти и шел на каждую битву, с высоко поднятой головой и холодным разумом. Ярость от потерь также притупилась. Слишком много раз в этих реальных видениях, он терял родных, своих воинов и своих соседей, близких ему и просто мирных эльфов. Каждая такая потеря ожесточала его, делая раз за разом все менее восприимчивым к окружающим смертям.

В очередной раз оказавшись в плену своего кошмара, эльф с удивлением обнаружил, что теперь он уже облачен в подогнанные под себя эльфийские невесомые доспехи. Каждая чешуйка, в форме эбенового листа, подвижно крепилась к двум верхним, что делало доспех невероятно прочным и гибким и в то же время не давало ему шуметь при движении. Наплечники, в форме изогнутых листов белого древа, перчатки тонкой эльфийской ковки, сапоги в том же исполнении и эльфийский плащ. Все это было еще более изящно и искусно выполнено, чем стандартная броня воина и, в отличие от зеленой формы воинов, блистало на солнце серебром, лишь слегка отливая зеленоватым оттенком.

На поясе эльф, уже с удовольствием, нащупал, прямо под привычными ему короткими кривыми клинками, еще пару полуторных изогнутых эльфийских мечей, бою с которыми, он тренировался ежедневно, оттачивая танец с ними до совершенства. Эльф верил, что в эту ночь он сможет повлиять на видение.

Отправив воинов, уже в который раз, собирать жителей в западной части, сам он добрался до восточной окраины и, по уже знакомому маршруту, направился выгонять поселенцев из своих домов, поддерживая порядок и ведя всех к центру поселения. А некоторое время спустя, когда все мирные жители были собраны около твердыни, жестом подозвал своих воинов и старого эльфа из библиария.

– Хранитель знаний, нужно срочно успокоить женщин в твердыне, займитесь этим, скажите, что мы уже отправились спасать их детей.

– Да, Таэль’авир, я все сделаю, можете быть уверены. – Тихим, спокойным, бесцветным голосом ответил тот, с сомнением, однако уже через мгновение, направившись в Ильтрассес на крики безутешных матерей.

Юноша же развернулся к двоим солдатам и полный решимости, негромко проговорил.

– А нас с вами ждет веселая прогулка, полная приключений.

В тот самый момент, когда стена на востоке рухнула, трое эльфов рванули по направлению к разлому, немного забирая вправо. Их командир точно знал куда бежать, словно делал это не в первый раз и воины полностью доверяли ему, несмотря на возраст, всем своим видом и каждым, отточенным, выверенным движением, он источал уверенность, свойственную опытным бойцам.

Добравшиеся до нужной поляны эльфы увидели картину из кошмаров. До дальней кромки деревьев было всего тридцать шагов. Оттуда, на поляну уже врывались орды скелетов, а чуть ближе стоял перепуганный Шиандаль, лицом встречая опасность и яростно кричал, подталкивая свою спутницу.

– Беги, я задержу их! СКОРЕЕ! Убегай, сестра, спасайся, предупреди всех о нападении!!!

Девочка развернулась и спотыкаясь, в ужасе побежала им навстречу. Не добравшись десяти шагов, она запнулась о торчащий из земли корень и с криком тяжело рухнула на землю. Мальчишка нашел в траве тяжелую большую ветку и встал на пути врага, широко расставив ноги. Один из воинов резким движением поднял плачущую девочку и обратился к ней.

– Жди здесь, мы спасем твоего рыцаря. – и ободряюще подмигнул, прежде, чем все трое пущенными стрелами сорвались с мест.

Постоянные упражнения давали о себе знать. Таэль опередил своих воинов на несколько шагов. Почти добежав до смельчака, он оттолкнулся от земли, взвился высоко в воздух, крутясь пролетел над головой ошарашенного мальчугана, извлекая полуторные клинки из ножен и приземлился в свою излюбленную для боя стойку. Корпус низко прижат к земле, одна нога впереди, другая коленом касается травы, а обнаженные мечи отведены далеко назад и касаются лезвиями земли.

По обе стороны от него встали соратники.

– Я их задержу, уведите отсюда обоих – Сурово кивнул он назад.

– Мы не можем оставить… – начал возражать правый мечник, но осекся под холодным, решительным взглядом, лишь медленно, неуверенно склонив голову в согласии.

Прикрывая щитами молодняк, воины отступали к твердыне, с широко распахнутыми глазами, наблюдая, как сражается их командир.

Таэль дождался, когда до него доберется первый из скелетов, несущий топор в руке, после чего начал свой смертоносный танец, с быстротой молнии. Широкий взмах снизу вверх разметал скелета, горизонтальный скользящий удар направо, разбил грудины еще двоим, а рубящий с левой руки, сверху вниз заставил очередного скелета рассыпаться. Перекрещенные клинки были резко разведены в стороны, снося очередному противнику голову. Тренировки не прошли даром. Длинные мечи против нежити куда как эффективнее его старых коротких клинков. Теперь можно было рубить кости, сносить головы. Размера этих мечей хватало, чтобы при сильном ударе просто разбивать скелета.

Эльф выждал достаточно времени , чтобы остальные могли отойти. А под его ногами за эти несколько минут образовалась мешанина из костей, гниющей плоти, старого оружия и ржавых доспехов. Он без устали рубил подбирающихся скелетов, а те и не думали заканчиваться.

Убедился, обернувшись, что союзники скрылись из виду и сделав напоследок несколько сокрушающих ударов, резко крутанув корпусом, побежал в ту сторону. Расчет был верен и четверо беглецов были настигнуты как раз к злополучной поляне. Их снова отрезали от спасения сомкнувшиеся ряды противников, но на этот раз, сын верховного друида, приказав не спускать глаз с детей, сам рванулся в бой.

Сталь клинков сверкала на солнце, каждый взмах убирал одного или двух противников. Боевой танец эльфа с полуторными мечами завораживал. Маленькие эльфы даже замешкались, глядя на отлетающие части нежити и скелеты, осыпающиеся грудой костей. Как только он сделал первые несколько шагов через ряды противника. Опытные бойцы, подтолкнув детей вслед за ним, прикрывая их щитами с обеих сторон, шагнули в появившийся широкий просвет, оставленный смертоносным танцем лидера.

Прорвавшиеся через линию нежити, эльфы выскочили с другой стороны и помчались в направлении твердыни. Дети вырвались вперед, а остальные прикрывали их отход, отбивая атаки мертвых воинов.

Услышавший до боли знакомый звук спущенной тетивы, а затем еще и еще… Таэль на мгновение замер. Чуткие эльфийские уши подсказали, что черные смертоносные снаряды уже в полете. Он резко остановился прямо посреди боя, закинув оба клинка в ножны. Мечники встали рядом, как вкопанные, готовясь принять на себя удар наступающей армады.

Мир остановился. Снова, как и каждый раз прежде, все вокруг словно замерло в ожидании надвигающейся смерти. Само пространство стало густым, почти осязаемым, лишь стрелы продолжали неугомонно нестись к цели. Все внимание эльфа сосредоточилось на наконечниках, вычисляя траектории их полета. Судорожно вспоминая, уже в который раз, какие из них отнимают жизнь, сын верховного друида, представив себе, что это лишь очередная тренировка на полигоне, выдохнул и выверенными, отточенными движениями, молниеносно выхватил с пояса оба коротких клинка и почти одновременно метнул их, каждый в свою цель.

Сердце его пропустило несколько ударов, прежде, чем кинжалы достигли конечной точки своего полета, а потом забилось с удвоенной скоростью, когда два черных древка, обломками упали на землю. Наконец порочный круг разорван и они смогут добраться до Ильтрассеса. Избежавшие смерти эльфы немного оторвались от своего спасителя, когда тот заметил новую угрозу. Он рванулся в их сторону, крича предупреждения, но услышали его слишком поздно.

Из ближайших зарослей, наперерез детям бежал новый отряд нежити, во главе которого размахивал топором огромный орк. Воины бежали изо всех сил, стараясь успеть, но не смогли. Торнуиль, как могла, старалась уклониться в сторону, но споткнувшись, была подхвачена скелетами, а Шиандаль попытался добраться до нее, с кулаками бросившись на орка. Двусторонний топор просвистел прямо над его головой, потом юноше чудом удалось увернуться и от второго удара, но третий взмах топора снова оборвал столь хрупкую жизнь. В это время волна противников захлестнула подбегающих воинов, а тварь неспешно подошла к эльфийке и скалясь, одним ударом снесла ей голову с плеч.

Таэль больше не чувствовал ярости, он просто хладнокровно сражался, резал, рубил, кромсал и уворачивался, он просчитывал каждое свое движение, а рефлексы помогали уклоняться и блокировать удары. Прежде, чем его снова накрыло нестерпимой болью, эльф, вместе с двумя мечниками успел застелить все в радиусе десяти шагов костями и останками. А потом яркая вспышка боли и он снова в своей постели, снова в безопасности… пока.

***

Лазриэль со стариком осмотрели все расставленные силки, забрали дичь, что в них попалась и сняли пустые, чтобы не морить зря зверье. Перекусили наспех приготовленным мясом и отправились в путь. По дороге Андориус рассказывал истории и отвечал на вопросы эльфа. А вопросов оказалось немало. Получилось так, что за прошедшие века, апостолы полностью восстановили доверие и поклонение живых своему богу. Храмы находятся сейчас почти в каждом городе, а люди продолжают основывать их в своих поселениях и вера непрерывно разрастается. Религиозные места силы становятся все более величественными, их блеск и великолепие ослепляют еретиков и притягивают новых последователей.

Старец поведал также и основы религии. Бог оставил им заветы, которые должны быть соблюдены для подготовки духа к воскрешению, а кроме того, завещал собирать тела умерших на могильниках и души тех, кто истинно служил ему при жизни, забирает к себе в чертоги, где они пополняют ряды солдат веры, чтобы в час великой тьмы, поднять могучее войско и победить. Каждый грешник после смерти попадает к Нэр’зулГурабу, а каждый праведник отправляется в божье воинство, ожидать своего часа.

Были и темные пятна на покрывале светлой веры. Он рассказал историю о том, как однажды, группа верховных жрецов заявила, что апостолы неверно трактуют заветы, а бог требует огнем и мечом искоренять грехи и преступления, воздавать всем по заслугам и создавать спокойную жизнь праведным людям. Так вся светоносная верхушка раскололась на две части. Одни продолжили верой и правдой служить богу, отдавая всего себя. А отделившиеся основали новый орден, по своему интерпретируя волю всевышнего.

Начались инквизиции, охота на ведьм, гонения демонопоклонников, почти полномасштабная война с культом смерти, почитающим Нер’зулГураба. Фанатики зашли очень далеко, а договориться с ними не получалось, из-за разницы во взглядах на божественные цели.

Так и повелось, что богу поклоняются два соперничающих, но не противоборствующих культа с совершенно разными представлениями о вере.

Каждый день проходил в пути по лесной чаще, ночью старец укладывался спать, а эльф набрасывал охранный периметр и погружался в медитацию, продолжая развивать и усиливать свои заклинания, а также изучая новые. За интересными разговорами время шло незаметно. Лазриэль все глубже погружался в истоки религии, все больше склоняясь к правдивости слов апостола и все сильнее убеждаясь, что именно эта вера и этот бог помогут ему изменить судьбу лесного народа. Загадкой до сих пор оставалось только одно. Почему именно старший сын верховного друида был избран на роль орудия? Почему не сам Харнесесс? Почему не Таэль’авир? Или может сам Эрмортресс? На этот вопрос ответа у него пока не было.

Неделя прошла совершенно спокойно, ни разу их никто не побеспокоил. Неожиданно быстро, среди деревьев забрезжили просветы, подсказывая о близости края великого леса. А уже на следующий день, деревья резко расступились и они вышли на огромную холмистую местность, очерченную вдалеке величественными горами.

Здесь их ждали, к удивлению эльфа, около небольших походных домиков, двое стариков, таких же, как и сопровождавший его, только длинная белая борода одного из них была аккуратно подстрижена ровным прямоугольником, а другого, острым треугольником, а мощные, совсем не по– стариковски, тела были облачены в просторные белые мантии немного покороче.

– Приветствуем тебя, брат Андориус. – Проговорил коротко стриженный

– Как же я рад вас видеть, Ионис, Птархиус. – Радостно, тепло обнял каждого из них старец – Знакомьтесь, это наш спаситель и наше будущее, эльфийский принц, маг Лазриель. Его призвал к нам в помощь сам бог, для освобождения спасителя. А вы-то что здесь делаете?

– Нас сюда отправил всеотец, чтобы встретить вас. – Ответил коротковолосый.

– И проводить до самой гробницы. – Вторил ему апостол с острой бородой.

– Вы что думаете, я настолько стар, что забыл туда дорогу? – Засмеялся спутник эльфа, а вслед за ним чисто и искренне расхохотались и остальные.

– Не одному тебе были даны поручения. Твоя миссия самая важная, но остальные тебя страхуют и поддерживают. – Возразил жрец с квадратной бородой.

– Хорошо, в нашем возрасте поддержка крайне важна. – Вновь улыбнулся старик. – Давно вы здесь ждете нас?

– Мы уже успели обжиться, как видишь. – Очень веселые старики, подумал эльф, глядя на дружеские подтрунивания между беловолосыми людьми.

– Ну ничего, можете сворачивать лагерь и потихоньку отвыкать от суровой походной жизни. Направляемся прямиком к спасителю, избранного надо как можно скорее с ним познакомить. – Оглянулся старец на неловко мнущегося, среди старых знакомых, юношу. И продолжил, подмигнув ему – Тебе наверно то же не терпиться исправить свое будущее?

– На кону стоит судьба всех лесных эльфов. А как ее изменить, знает лишь ваш бог. Я иду к нему за ответами и чем быстрее их получу, тем быстрее пойму, как спасти свой народ. – Взволнованно ответил лесной принц.

– Не волнуйся, все получится, иначе бог не призвал бы тебя. – Заверил его длинноволосый.

– А мы поможем тебе добраться до места и защитим в дороге. – Добавил стриженный.

Внезапно, из-за ближайшего холма, находящегося буквально в двадцати шагах от группы, послышался лязг оружия и все четверо замерли в безмолвном напряжении, оглядывая кромку холма.

Секунды шли, затем минуты, все ждали, не решаясь пошевелиться и даже задерживая дыхание, дабы не навлечь беду, словно пытаясь спрятаться от невидимого противника.

Наконец, резкий вскрик удивления и возмущения разорвал нависшую тишину. Все взоры обратились к нему. Ионис отпрыгнул, глядя под ноги, а на месте, где он только что стоял, прямо из тропинки торчала костлявая рука. Весь холм вокруг мгновенно пришел в движение. Отовсюду из-под земли вырывались руки и черепа скелетов, стараясь дотянуться до живых своими костлявыми пальцами и схватить их за ноги.

– Черт, Нер’зулГураб как-то узнал про нас. Бежим!!! – Вскричал длинноволосый старец.

И они помчались, не теряя времени, в сторону леса, где деревья дадут хоть какое-то прикрытие от превосходящих сил противника. Под ногами вокруг, продолжали высовываться конечности и тела, вздыбленная почва мешала проходу и уходила из под ног.

Старики бежали достаточно шустро для своего возраста, а когда, пробегая мимо походных домиков, они подхватили, один массивную булаву, а второй, двуручный меч, эльф понял в чем причина их внешнего вида. С ними были боевые монахи, а точнее апостолы. Треугольная борода возможно символизировала холодное оружие, а прямоугольная намекала на тупое.

Воины прямо на бегу напевали какие-то древние песнопения, напитывая оружие светящейся энергией. Не добежав метров десять до края леса, Лазриэль, повинуясь внезапному инстинкту, резко остановился, развернулся и начал собирать энергию, читая сложный речетатив одного из недавно выученных заклинаний. При этом посох, сжимаемый в руках стал проводником силы. Закончив подготовку, маг резко ударил концом, вибрирующего от накопленной силы, посоха в землю перед собой.

От эпицентра, в сторону наступающей нежити, широким, расширяющимся полукругом, покатился нарастающий огненный вал, сжигая дотла кости и остатки плоти на мертвецах. Это дало ему почти десяток метров пустого пространства и пару мгновений для маневра. Дальше все завертелось с невероятной скоростью. Самое мощное в арсенале мага пламени, заклинание, по счастью оказалось и весьма эффективным против нежити. Огненные шары летели навстречу приближающейся толпе врагов и взрываясь, оставляли в их рядах широкие бреши, уничтожая разом нескольких тварей.

После третьего взрыва, нежить внезапно поумнела, рассыпавшись широким строем. Шар огня, огненная стена, струи огня, пламя дракона, эльф чередовал различные заклинания в зависимости от того, сколько времени у него было на сотворение. А в голову закралась паническая мысль о том, почему апостолы до сих пор не предприняли ничего? Хотя за спиной было слышно, как они что-то монотонно бубнят, вероятно, молясь за победу, легче от этого не становилось.

Именно в это время, мимо стройной фигурки, колдующей всевозможные, жгущие противников заклинания, пронесся седовласый богатырь. Ионис размахивал внушительного вида булавой, разбивая скелетов в дребезги, а зомби отправляя в полет на десяток метров. Лазриэль переместил свою магическую мощь немного левее, сдерживая напор врагов оттуда, а рядом с братом встал на защиту Птархиус, рассекая своим огромным двуручником, тщедушные тельца.

Мощные, высокие, широкоплечие седовласые старцы стеной стояли на правом фланге. Размашистые, могучие удары сносили даже тех скелетов, что пытались блокировать удар оружием и щитами. Горящие божественным светом булава и меч сеяли хаос в ряды противников. Осколки костей и черепов разлетались в разные стороны, осыпая обе стороны стычки.

Весь левый фланг погрузился в огненный шторм. Разнообразные заклинания огня сжигали нежить дотла, разбрасывали их взрывами, но не могли остановить бегущих следом. Эльф и старцы, сражаясь, постепенно отступали к лесу, прижимаясь тылом к полосе деревьев. Андориус вспышками лучей яркого света, наконец стал резать скелетов по одному. А остроухий принц, продолжая пятиться, благодарил судьбу за то, что подтолкнула его научиться колдовать на ходу. Иначе их уже давно смяли бы.

Когда за спиной оказалась спасительная лесная чаща, обороняющиеся, почувствовав защиту хотя бы с одной стороны, стали сражаться с удвоенной силой и яростью. Воины держались прочно, не подпуская никого к себе ближе, чем на расстояние размашистого удара, а вот магам пришлось нелегко, скелеты слишком сильно напирали числом и времени на заклинания просто не хватало. Они были уже на несколько шагов ближе бьющихся стариков. Маги увеличили напор, черпая ману в полуторном размере. Нежить, казалось, отступила, а затем резко рванула в атаку, будто по команде невидимого кукловода.