Тюремщик. Книга 2. За стенами Атерраса

Наша первая встреча с тюрьмой едва не стала последней. Мне понадобились месяцы, чтобы понять, как действует маска. Чтобы доказать, что я сильнее. И эти месяцы стоили моей жене жизни. Проглядел, не понял, когда она переступила грань безумия. Поэтому в копилку моих кошмаров добавился еще один – Стела стоит у края десятого верхнего уровня, держа Шелли на руках. Она хотела разбиться вместе с ним. Моей магии хватило на одного… И им стал Шелли. Тюрьма получила свою пищу, а я остался с младенцем на руках, понятия не имея, что делать дальше.

Пришлось учиться жить заново. В который раз? Но ради Шелли я сумел. Так уж вышло, что в Атеррасе я никогда не оставался один. Сначала была Стела, потом Шелли. Потом появилась Розалин.

Не знаю, почему позволил ей переступить порог Атерраса. Хотя нет, знаю. Я понимал ее. Сочувствовал. Ее брат был обычным запутавшимся мальчишкой, но никак не злодеем. А Розалин всего лишь хотела быть рядом в трудную минуту. И я сдался. Если бы она пришла за мужем или любовником, немедленно выставил бы ее за дверь. Но брат – это другое… У меня было две сестры за пределами Атерраса, и я бы сделал для них то же самое. А еще оставался Иден, которого я тоже считал братом. Да, мы давно уже в ссоре, и он винит меня во многом. Я его тоже, но сути это не меняло. Я никогда не желал Идену зла и искал любой способ его остановить. Увы, остался только Атеррас.

Конечно, я не думал, что Розалин настолько изменит мою жизнь. Мне хотелось, чтобы с Шелли была хорошая девушка, которая могла дать ему тепло и ласку. И то, что мое сердце не умерло вместе со Стелой, стало неожиданностью. Поначалу я не придал значения тому, что стараюсь почаще видеться с Розалин. И только когда она меня поцеловала, вдруг понял: все не так, как кажется. А лгать себе я не привык.

Дни в Атеррасе будто стали лететь быстрее. До одного особенного дня. В тот вечер я работал в кабинете. Было около шести часов. Брист лежал у моих ног, а сам я заполнял бумаги. Завтра их следовало отправить в столицу. Да, Атеррас часто называют государством в государстве, но все-таки отчеты королю никто не отменял. Да и деньги из казны поступали исправно, пусть и в достаточно скудном объеме для содержания такого количества заключенных. Я в сотый раз докладывал о проблемах с водой, о необходимости прямых поставок продуктов питания, об условиях, в которых содержатся узники. Но королю было плевать. Я это знал и все равно писал одно и то же из месяца в месяц.

Вдруг Брист поднял голову и коротко тявкнул.

– Что такое, мальчик? – насторожился я и поправил маску.

Отклик пришел неожиданно – на четвертом верхнем, в библиотеке, происходило что-то неладное.

– Брист, за мной, – скомандовал псу и поспешил туда. Кто-то опять решил вынести запрещенную книгу? Нет, не выйдет. И Шайну я позволил уйти с книгой лишь потому, что символы в ней никто не сможет прочесть. Даже моих знаний для этого не хватало. Слишком старинным был фолиант, большая часть символов затерялась в веках.

А на четвертом верхнем было шумно. Я распахнул двери в библиотеку и едва увернулся от книги, летевшей в лицо. Нет, бушевали не люди. Духи! И притом не мои обычные знакомцы, а те, кто окружает моего сына.

Я призвал силу. Казалось, что кожа под маской покрылась волдырями – обычный эффект заключенной в ней магии, – но, увы, малоприятный. А еще он сильно отвлекал. Я старался нащупать, что обеспокоило духов, но библиотека была чиста. Никаких отклонений или следов чужого пребывания. А духи вдруг снова заполнили комнату, смели книги со стеллажей, вышвырнули из шкафов. Моя магия разлилась черной волной. Нет, не моя – Атерраса. В библиотеке не осталось никого: только я и разбросанные по полу книги. Я поднял одну из них, поставил на место, а затем вдруг ощутил, как по спине пробежал холодок. Залаял Брист, а я уже понял, что открылись ворота Атерраса. Никто не писал, что мне нужно встретить узников, а это значит…

Я летел вниз через три ступеньки, на бегу проверяя уровень за уровнем. Где? Где недостает заключенных? А главное, как это возможно? Девятый нижний. Иден! Его не было в камере, и духи бунтовали. Вот только помогать мне не желали, а наоборот – норовили подставить подножку или толкнуть в спину. И если бы не побег заключенного, они бы с радостью свернули мне шею.

Я подбежал к входной двери. Она была наглухо закрыта. Ушел! Иден ушел. Но как? Я распахнул двери – ворота тоже были заперты. Подбежал к ним и увидел удаляющиеся силуэты. Не один, а несколько. Иден, Джейсон, Розалин – и Шелли.

– Нет!

Я приказал воротам отвориться, но они не подчинились, даже не шевельнулись. Тряс створки, словно сумасшедший, пытался вышибить ворота силой, хотя знал, что это невозможно. Зря, все зря. Все пустое.

– Шелли! – звал сына в отчаянии, когда вдруг послышались выстрелы. Их ждали! Я видел, как взметнулась тьма. Иден не растерял своих талантов, и сейчас я был почти этому рад. Не достанут! Но мне нужно туда, к Мишелю. И я снова затряс ворота, пытаясь добиться хоть какого-то результата. Ничего.

– Пустите! Пустите, твари! – крикнул духам. Брист заходился лаем. А духи смеялись. Им нравилось мое отчаяние. А беглецы уже исчезли из поля зрения.

Я стоял и смотрел на пустой мостик. На дорожку, уводящую вдаль, к городку. И чувствовал себя кувшином, из которого вылили воду. Абсолютно пустым. Медленно развернулся и пошел обратно к Атеррасу. И только когда за моей спиной закрылась тяжелая массивная дверь, вдруг понял: это Розалин. Рози вывела Идена из Атерраса. И она похитила у меня ребенка. Зачем? Почему? Я опустился на ступеньку и обхватил голову руками. Брист заскулил и опустил морду мне на колени.

– Кажется, мы остались одни, приятель, – тихо сказал я псу.

Одни… Признаться откровенно, я сам хотел попросить Розалин, чтобы она забрала Шелли с собой, когда настанет срок уходить. Но не так! Не сейчас. Что произошло? Я так же медленно поднялся и зашагал в свой кабинет. Опустился в кресло, поправил маску и позвал:

– Стела!

Когда моя покойная супруга начала пугать Шелли, почти сразу после смерти, я запретил ей к нам приближаться, но знал, что она всегда рядом. Да, Стела даже в посмертии осталась безумной, но ей точно известно, что происходило с ее братом в последнее время.

– Да, дорогой? – Белесое марево передо мной приобрело очертания женской фигуры.

– Иден покинул Атеррас, – сурово сказал я. – Как это произошло?

– Тебя действительно волнует только мой братишка? – Супруга ослепительно улыбнулась. – А я думала, ты беспокоишься о девчонке, которую пустил в свою постель!

И глаза призрака стали темными от гнева. Я молчал, ожидая, когда пройдет ее приступ злости.

– Ох, Арман. – Стела подлетела ближе. – Ничему тебя жизнь не учит. Никому нельзя доверять, любовь моя. Особенно хорошеньким девочкам, которых посылают в Атеррас шпионить за тобой.

– Шпионить?

Такой мысли у меня даже не возникло. Я думал о чем угодно, но не об этом!

– О да! – Стела явно развлекалась. – Белая овечка Розалин оказалась серым волком, и, если бы ты не прогнал меня, я бы уже давно-о тебе рассказала, как она пишет записки твоему врагу Люциану. Никогда не обращал внимания на медальон у нее на шее? Это был артефакт связи. Глупый-глупый Арман.

И Стела захохотала, а я почувствовал, как от сердца расползается лед, будто кто-то взял и остановил его. Розалин – шпионка Люциана. И с ней Шелли! Она отдаст его первому министру. Нет, этого нельзя допустить! К демонам Идена, но Шелли я никому не дам в обиду!

– Какой же ты наивный, дорогой, – улыбнулась моя супруга. – Да, эта мразь увела с собой нашего сына. То-то Люциан обрадуется! Живой ключ от Атерраса. Приходи и забирай кого хочешь. Выбирай любые книги. Пользуйся силой темного источника. Ведь между источником и министром стоишь только ты, любовь моя.

– Ты лжешь, – сказал я тихо, понимая, что Стела говорит правду.

– Ну, если тебе так больше нравится. – Жена пожала плечами. – Люциан приказал Розалин докладывать о каждом твоем шаге. Люциан приказал Розалин вывести Идена из Атерраса. А еще твоя драгоценная Рози использовала нашего сына, чтобы шастать на девятый нижний к Идену. Как ты это позволил, Арман?

Голос Стелы загрохотал, отражаясь от стен, а я стиснул кулаки. Убью! Уничтожу, в порошок сотру!

– Тише, дорогой. – Стела коснулась моих волос. – После твоего общения с тюрьмой волноваться опасно, здоровье уже не то. Я, конечно, хочу воссоединиться с тобой, но сначала верни Шелли. Верни Шелли, Арман!

Дух снова перешел на крик, а я поднялся, как пьяный, и махнул рукой, прогоняя Стелу. Казалось, что стены кабинета качаются. Пол уходил из-под ног, а я шел наверх в комнаты сына. Здесь все осталось на местах. В гостиной лежала раскрытая книга сказок. На столике притаилась неоконченная вышивка. Будто никто и не собирался уходить.

За спиной жалобно заскулил Брист.

– Не до тебя, – обернулся я, и пес тут же убежал, поджав хвост, а я опустился в кресло и закрыл глаза. Снял маску, отбросил в сторону. Хватит с меня духов. Кого винить, если сам виноват? Сам пустил шпионку на порог, позволил ей приблизиться к моему сыну, поверил. Некого винить. Некого… Но все же!

Я с такой силой сжал ручки кресла, что стало больно. И вдруг ощутил, как мир вокруг наполняется звоном. Он нарастал, а я не понимал, что происходит. Поспешно надел маску и понял. Темный источник будто стал сильнее. Тюрьму наводнили духи. Их было так много! И они направлялись ко мне. Считают, что побег заключенных – моя вина? Что ж, они правы. Я проглядел, что Розалин общается с Иденом. Доверился ей, не заметил, что она планирует побег. Мне и отвечать.

На этажах бушевали заключенные. У меня в ушах стояли их крики. Хотелось сорвать маску, перестать слушать, но нельзя! Не сейчас. А духи хлынули в комнату. Погасли светильники, я очутился в полной темноте, но в маске мне это мало мешало. По крайней мере, мог разглядеть десятки серых теней, столпившихся вокруг меня. На самом деле в Атеррасе их сотни, но здесь собрались не все. Остальные ждали неподалеку.

Один из духов вышел вперед. Я хорошо знал его в лицо. Это был старый тюремщик, который и сделал Атеррас тем, чем он является на сегодняшний день. Впрочем, «старый» – не совсем подходящее слово. Он умер в сорок с небольшим, просто служил здесь очень давно. Высокий, чуть сутуловатый, с пристальным прищуром черных глаз – вот как выглядел человек, первым принесший жертву темному источнику. Сделавший Атеррас тюрьмой для духов.

– Арман Ферри, – заскрежетал его голос. – Ты не справился со своими обязанностями!

– Я знаю, господин Ханнинг, – ответил ему. – Но и вы не справились, выпустив преступников из стен Атерраса.

– Что ты себе позволяешь? – Дух наполнился тьмой, я ощущал ее, чувствовал горьковатый привкус черной магии. – Мальчишка!

От грохота его голоса с потолка посыпалось крошево, но, кажется, духи забыли, что хозяин в Атеррасе – я. Коснулся маски, призывая силу, и стены задрожали. Это продолжалось несколько мгновений, а затем прекратилось.

– Дерзишь? – зашипел Ханнинг. – Сначала умри здесь, а потом устанавливай порядки! Ты должен исправить то, что сделал, Арман Ферри.

– Я не могу покинуть Атеррас, – напомнил духам.

Если бы мог, уже мчался бы за Шелли. Никому не позволю причинить вред моему сыну! Никогда! И если для этого нужно будет разобрать Атеррас по камешку, я это сделаю!

– Да, не можешь, – подтвердил Ханнинг. – Но очень хочешь, ведь так? Я могу предложить тебе шанс, Арман Ферри, но хорошенько подумай, нужно ли тебе это.

– Условия? – резко спросил я. Духи никогда не делают что-то для кого-то, только для себя.

– О, условия просты! Ты должен вернуть беглецов. Идена Лейтона, Джейсона и Розалин Делкотт.

– Розалин не является узницей Атерраса.

– Но она виновна. И должна понести наказание.

– Приговора для Розалин нет!

Не знаю, почему так упорствовал. Наверное, часть меня так до конца и не примирилась с мыслью, что Рози предала меня. Тем не менее она это сделала. Забрала единственное, что у меня осталось.

– Верни узников, и Атеррас простит тебя, – продолжал старый тюремщик. – Только это не единственное условие.

Конечно, все не может быть так просто. Я ждал, что еще придумает Ханнинг.

– За все приходится платить. – Дух усмехнулся. Его улыбка напоминала оскал, и сквозь лицо проступали очертания черепа. – Твоей платой станет жизнь. За каждый день отсутствия в Атеррасе ты будешь платить днями своей жизни. Если тебя не будет месяц, ты отдашь Атеррасу год. Два месяца – два года. Чем дольше, тем больше. Я даю тебе сутки на раздумья, Арман Ферри.

И зажглись светильники. В комнате не было ни одного духа. Только я сам, мало чем отличавшийся от призрака. Год, два? Какая мелочь, о боги… Это все равно не жизнь. Да, я давно уже смирился, но никогда не смогу до конца принять свою судьбу. А Шелли… Шелли в опасности. Если Розалин связана с Люцианом, она может отдать ему моего ребенка. Ключ к Атеррасу, к источнику. Духи впустят Шелла, потому что он для них свой. А я ничего не могу сделать!

Я с силой ударил по стене и с удивлением уставился на алые капли на костяшках пальцев.

– Арман! – услышал вскрик за спиной, и ко мне подбежала Тайнеке. – Ты что?

Она схватила меня за руку, заохала, побежала за бинтом. Царапина… Глупость. Но кухарка не унималась.

– Что случилось, мальчик мой? – спрашивала она, бинтуя мою руку. – Тюрьма будто сошла с ума!

– Ты недалека от истины, Тайнеке, – ответил я. – Розалин помогла бежать трем заключенным и забрала с собой Шелли.

– Что? – Кухарка замерла. – Как же так? Как это возможно?

– Вот так. – Я тяжело вздохнул. – Оказалось, что она шпионит за мной по поручению первого министра короля. И теперь я понятия не имею, где мой сын.

– Ох, Арман! – Тайнеке опустила руки мне на плечи. – Может, оно и к лучшему? Рози не обидит Шелли, ты это знаешь не хуже меня. Нельзя мальчику оставаться в Атеррасе.

– Я понимаю, Тайнеке. Но что я должен делать? Позволить Люциану ему навредить? Чего стоит первому министру избавиться и от Розалин, и от Мишеля? Если ему кто и нужен, то это Иден с его бесценными знаниями. Но никак не лишние свидетели.

– Если бы я только могла тебе помочь. – Добрая женщина покачала головой. – Ну неужели нет никакого выхода?

– Есть, – ответил я. – Сделка с тюрьмой.

– Нет, Арман! Нельзя! – воскликнула Тайнеке. – Тюремщик обманет тебя, погубит. Сколько таких уже было?

– А что мне остается? Я не смогу уйти дальше городка, который окружает тюрьму, пока связан с ней. Ждать вестей? Или самого Люциана в гости? Простить предательство? Сделать вид, что ничего не произошло? Я с ума сойду, Тайнеке. Шелл – единственный, ради кого я еще держусь.

– Знаю, милый. – Кухарка обняла меня за плечи. – Но не потеряешь ли ты еще больше, покинув Атеррас? Духи ничего не предлагают просто так. Прошу, Арман! Не делай глупостей.

– Хорошо, Тайнеке. Я еще подумаю, – пообещал ей. – А теперь, пожалуйста, оставь меня одного.

– Ох, горюшко, – пробормотала та, но все-таки ушла, а я остался один. Сидел и смотрел в стену, будто на ней мог прочитать ответы на мучившие меня вопросы. Пока что понимал только одно: я никогда не прощу того, что произошло. Не сумею. Впрочем, возможно, после моего отсутствия и прощать-то не придется. Атеррас уже отнял у меня годы. Сколько их осталось? Вряд ли много. А я, кажется, принял решение.

– Ханнинг! – позвал вслух, и дух тотчас появился передо мной, будто ждал рядом.

– Слушаю тебя, Арман Ферри, – проскрежетал тот.

– Я согласен.