К морю, или Событие на планете «Би»

Закрутилось, завертелось. Неравнодушный аномалокарис возбуждённо поднимает треугольные тёмно-красные крылья, с завистью смотрит в мои глаза, окутанные мечтательной дымкой. Издаёт высокий ликующий писк, как радостный птенец, одобрительно урчит, качает умной массивной головой.

Перевожу ликующий взгляд в сторону порта. Бездонное небо светится пылающей синевой, приглашая в загадочное путешествие. Еле уловимый звук раскрывается низкой протяжной частотой где-то далеко-далеко в открытом океане. Это зовущий гудок могучего корабля обращается именно ко мне.

Глава 5

Такси

Трепетно волнуюсь, не могу сосредоточиться на работе. Беру тонкий редакторский карандаш и случайно касаюсь сенсорной панели на краю стола. Карандаш падает — включается умная колонка Коли, усердный голосовой помощник, наделённый незаурядным интеллектом. В воздухе возникает интерактивный безэкранный дисплей, на котором появляется красочное изображение знакомой телевизионной заставки.

— «Станция Земля». Программа новостей завершена, а сейчас — долгожданная реклама! Лови новинку — взгляни на мир в невесомых ультрасовременных линзах «Технооптик-04». Познай чудеса микромира и ощути полный спектр красок далёкой Луны. (Конец рекламного ролика). Вкрадчивый театральный голос актрисы предлагает послушать продолжение спектакля Александра Грина о вечной вере в чудо.

Слышится манящий плеск моря, призывные крики чаек; главные герои звонко поют заключительную песню.

В кабинет, распахнув настежь широкие двустворчатые двери, входят весёлые дети и сразу начинают подпевать. Стоящий словно швейцар под развесистой банановой пальмой старый зубастый птеродактиль приветственно поднимает могучую драконью лапу и кланяется. Аня забрасывает ему на голову белую панаму, Стас бережно вешает на чёрный коготь школьный ранец и, с разбегу перепрыгнув через спинку кресла, плюхается в него.

— Привет, папа, у нас каникулы! — в один голос кричат дети.

— Привет-привет, дорогие мои, поздравляю! Дайте пару секунд, — не отрываясь от работы, собранно прошу я, бросая короткий взгляд поверх монитора.

Меня, конечно, разрывает, хочется рассказать о предложении капитана, но усилием воли решаю довести работу до конца и выключить компьютер. Вот такой я ответственный человек.

Из качающегося портфеля сына выглядывает любопытная мордочка Мышана. Одно его остроконечное ухо смешно загнулось, длинные непослушные усы топорщатся как антенны, улавливая музыкальные вибрации. (Мышан — ласковый белый пушистый зверёк с тонкими серебристыми крыльями, чуть больше хомяка и чуть меньше кошки.)

— Как поживает твоя лаболатория? — с присущим ей юмором интересуется Аня, обнимает меня, целует в колючую щёку и, заглядывая в рабочий экран, восхищённо произносит: — Ого, доисторический слонопотам!

— Спасибо, доченька, отлично. А это представитель класса цераподов, — машинально отвечаю я, торопясь дописать последнюю деталь к рисунку.

— Цераподы тебе всю мебель поцарапают, — предупреждает дочка и тихо хихикает.

Аня, пританцовывая, ходит среди экспонатов, бережно трогает их руками, нежно гладит грубую шершавую кожу и возмущённо жалуется:

— Сегодня Доремидонтович нас просто замучил, а у меня столько неотложных дел накопилось. Вообще, он неадекватный человек. Порой заглянешь в пустой класс музыки, а он сидит за роялем один, одержимо уткнувшись в свои ноты, и поёт хором.

Из её нагрудного кармана выглядывает маленькая куколка. Тело размером с конфетку круглая голова, подвижные ловкие ручки и ножки — тонкие проволочки, но в голове — самый мощный самообучаемый искусственный интеллект. Удивлённо моргая чёрными глазками, гибкая игрушка внимательно осматривает тропические просторы. Сын выверенным движением касается запястья, включает игровой блок. В воздухе появляется красочная объёмная карта, загораются два виртуальных экрана. Одним движением пальца он уменьшает масштаб.

— Аня, сыграем! А? Ау, что молчишь?

Сестрёнка окидывает брата изучающим взглядом сверху вниз, вопросительно хмыкает и мечтательно отвечает:

— Я не молчу, я помалкиваю, так задумалась.

— И? — с нетерпением переспрашивает Стас.

— Вопрос деликатный, — специально тянет время она, подзадоривая брата.

— Ну, что, понеслась? — говорит он уже напористее, лёгким движением отправляя один виртуальный экран к сестре. — Давай замутим вот такой гигантский гайд-фигль! — с размахом раздвигает руки. — Выбирай: «Братья-маги» или окунёмся в новый мир «Майнкрафта». «Флай Бот» — тоже отличный экшен!

Спортивное тело брата пружинисто напрягается, горящие глаза усердно впиваются в длинный список игр с пёстрыми иконками.

— Смотри, что у меня есть из новинок!

Радость предвкушения игры и мальчишеский азарт смешиваются на его румяном одухотворённом лице в доброй улыбке. — Самые топовые игры: «Флинк-6», «Вторжение», «Орден Силы» и наша любимая стратегия «Планета "Би..."»!

— Ты мухлюешь! — Аня недвусмысленно грозит маленьким кулачком.

— Нет, это элементарно: нейросети в умелых руках творят чудеса! — демонстративно поднимая руки шевелит проворными пальцами.

— А я всегда считала, у кого круче COVT, тот и выиграл.

Стас заинтересованно качает головой.

— Предлагаю классику — «Морской бой».

— Давай, это легкотня. Включай, сразимся! В прошлый раз помнишь, я сразу сбила твой четырёхпалубник.

Смело подходит к огромному деодонту. Тот приветственно опускает тяжёлую голову, басовито урчит. Аня, весело напевая — «до-ре-ми-фа-соль-ля-си» —, отмечает каждую ноту звонким щелчком по носу динозавра. Отчего зверь артистично вздрагивает, неприязненно морщится, громко чихает, рычит, механически открывая широкую острозубую пасть, неуклюже пятясь и дробно стуча кончиком хвоста по полу. Шершавый нос динозавра, размером с большую боксёрскую перчатку, краснеет, но это нисколько не смущает смелую девочку.

— Ийяяя!!! — кричит она, как спортсмен, резко подпрыгивает и обводит ногой голову подавленного хищника.

Древнее животное эмоционально трясётся, испуганно вжимается в стену, свирепо рычит, протестующе скрежещет зубами, беспомощно взывая на человеческом языке умоляющим голосом:

— Спа-си-те!

По-мо-ги-те!

Нападение!

Закончив работу, я наконец закрываю программы, выключаю компьютер. Встаю, победоносно поднимаю обе руки, звучно хлопаю в ладоши. Тут же на плечо садится озорной Мышан. Придерживая рукой усатого друга, я многозначительно сотрясаю воздух и произношу:

— Внимание! Внимание! Сенсация, необычайное везение! — Далее важно рассказываю последние сногсшибательные новости: — Представляете, нас ждёт настоящее морское путешествие на знаменитом корабле «Обелус» и необитаемый остров, куда не ступала нога человека!

На какое-то время всё затихает. Возникшую тишину можно потрогать руками, крошить, как пористый лёд. А затем раздаётся взрыв — взрыв необузданных эмоций. Дети бегут, обнимают меня и радостно кричат:

— Ура! Невероятно! Круто!

— Со мной сейчас случится когнитивный диссонанс! — смеётся Аня.

— Это полный затык! — восторгается Стас.

Взволнованный динозавр успокаивается, потирая разбухший нос, и осторожно возвращается на прежнее место. Не спеша ложится, как огромный щенок, подкладывая под голову лохматую лапу. Крепкий, как футбольный мяч, кожаный нос темнеет, принимая естественный цвет. Дети бурно обсуждают неожиданную поездку и с радостью встречают беспилотное такси, мигающее посадочными фарами, которое подлетает к балкону на 56-м этаже. Машина производит стыковку, звучит привычный сигнал прибытия — «пью-пью-пью»...

— Это за нами! Домой, быстрее домой! — кричим мы дружным хором.

Глава 6

Воронка

Неожиданное предложение приводит семью в безграничный восторг. Начинаются торопливые сборы, радостная суета; настроение — праздничное, приподнятое. Даже висящие на стене интерактивные портреты родственников с Земли принимают живое участие. Молодые заботливые бабушки в красивых платьях поправляют сверкающие брошки. Важные дедушки в строгих классических костюмах ладно поглаживают ухоженные, щеголеватые усы и одобрительно наблюдают.

Тата, проходя мимо концертного рояля, с огоньком играет и поёт:

— Мы едем, едем, едем в далёкие края…

Я собираю научные приборы, тщательно проверяю, перепроверяю, продумываю, что ещё взять, стараясь ничего не забыть. Стас аккуратно помещает в рюкзак металлический конструктор, игрушки, блок «ИИ-43». Маленькую пчелу-камеру прячет в нагрудный карман рубашки.

— Порядок. Теперь можно немного развлечься, — и включает игру «Звёздные войны».

Комната превращается в тёмный участок агрессивной Вселенной, где зажигаются близкие и далёкие звёзды. Почему-то с самого раннего детства он называет этот фильм наоборот — «Войные звёзды». Находясь в комфортабельной капсуле, озорной мальчишка левитирует в пространстве большой комнаты, технично уклоняется от встречных камней, комет, астероидов, неожиданно появляющихся из стен, и точно сбивает препятствия боевым лучом.

Аня в сопровождении домашнего помощника Фёдора, отдалённо напоминающего робота из фильма «Тайна железной двери», возит в детской коляске кота, укутанного в одеяло. Не спеша обходит дом, собирает в дорогу любимые игрушки, одновременно отдавая распоряжения:

— В наше отсутствие узнаешь, почему небо голубое? Что такое Жужево и куда летят галактики? Кто такие Молчальники? Почему наши два солнца имеют разный цвет и могут ли животные с искусственным интеллектом чувствовать так же, как люди?

Записывая вопросы, робот озадаченно смотрит на Аню, по-киношному наклоняет голову, сводит круглые чёрные зрачки к переносице. Она, отвечая на его скептический взгляд, не колеблясь, повелительно и тихо спрашивает:

— Понял?

— Да, хозяйка, — согласно мычит андроид.

Мурзик послушно сидит, с понимающим видом внимает наставлениям:

— Без нас веди себя хорошо, — требовательно обращается она к коту, серьёзно постукивая пальчиком по алюминиевой ручке коляски. — Не обижай Мышана, остаёшься за главного! Робот Фёдор присмотрит за вами, накормит, напоит, поиграет. Усёк?!

— Мур, — понимающе отвечает кошачья голова, торчащая из одеяла.

— Да чтобы порядок был, — грозит Стас кулаком, выглядывая из своей комнаты на уровне потолка, — а то я вам устрою «войные звёзды»!

Услышав грозные комментарии, в комнату Стаса, на данный момент представляющую собой красочный уголок космоса, входит Аня. Её маленькая карманная кукла осторожно выглядывает, вопрошающе и с удивлением рассматривая звёздное небо. Сестрёнка, театрально разводя руки, трагическим голосом рассказывает:

— Представляешь, случилось непоправимое!

— Что такое? — заинтересованно спрашивает брат, удачно лавируя между крупными метеоритами и разбивая лучом большую космическую глыбу льда.

— А вот что: один дяденька скушал столько варенья, что умер.

— Нет, нет, — капсула динамично снижается, приближаясь к сестрёнке. — Я слышал эту передачу по «Радио-Карусели», — с добродушной иронией отмахивается брат. — От варенья не умирают. Это одно слово — «умиротворение» — означает, что всё отлично.

Попавшие в капсулу камни сотрясают её и оставляют значительные вмятины. Между ними пролетает яркая трескучая комета с длинным серебристым хвостом. Громко ударившись в стену, небесное тело ощутимо сотрясает комнату, красочно рассыпается, оставляя горящее обугленное пятно. Вздрогнув, кукла задумчиво покусывает губу, медленно опускается на дно кармана, уходя в режим подзарядки.

— Ясно, — Аня, отклоняясь от большого железного метеорита, опирается на стену. — Так я и думала, ведь от варенья только лучше становится. — Что-то вспоминая, смотрит в звёздный потолок и спрашивает:

— Говорят, что на Земле один музыкант сыграл миллион, миллиард, «165987» раз марш Мендельштампа?

— Да, только не Мендельштампа, а Мендельсона. Он всю жизнь работал в ЗАГСе и попал в Книгу рекордов Гиннесса!

— Везёт же людям, — восхищается сестрёнка. — Это же надо: постараться всю жизнь нигде не работать, а кругом свадьбы да праздники каждый день!

Стас выключает игру, автоматически включается свет, космос растворяется. Изрядно побитая, красная дымящаяся капсула под № 21 с ломаной жёлтой полосой безобидно прячется в стене. Комната превращается в уютную детскую.

— Ты навела порядок у себя?

— Давно, ещё послезавчера, — отмахивается практичная сестра.

Заботливо поглаживая наполовину высунувшуюся из кармана куклу, девочка постепенно погружается в потаённые мысли, которые начинают скоростной разгон. В памяти живо всплывает и зреет совсем не детский вопрос, над которым она немало размышляла, делая уборку. Внутреннее напряжение растёт и наконец находит желанный выход.

— Правда, говорят, — задумчиво поднимая голову, спрашивает, — когда дети занимаются генеральной уборкой, в небе умирает звезда?!

— Чистая правда, — серьёзно подтверждает Стас, для убедительности твёрдо кивает. — Всё вещество Вселенной незримо связано: нельзя даже сорвать цветок, не потревожив звезду! Энтропия, — осуждающе поджимает губы, — понимать надо! Мир естественным образом стремится к беспорядку. Машины ржавеют, люди стареют, даже звёзды, что кажутся вечными, со временем выгорают, гаснут и взрываются. — Многозначительно поднимает указательный палец, как бы проводя прямую линию до ближайшего светила.

Внезапное мучительное сомнение начинает терзать внутренний мир пытливой девочки. Похоже, сама эта мысль горько поражает её, заставляя разувериться в глубоком многолетнем убеждении. Придавая испытующему, непонимающему взгляду неизъяснимое детское очарование, тоненьким певучим голосом она отчаянно и разочарованно признаётся:

— Но как, как же так? Какая-то энтрóпия, — специально делает ударение на букву «о», — я всегда думала, что миром правит ГомеоСтас.

Брат, раздувая щёки, надувает большой цветастый шарик. Нарисованные синие моря, зелёные острова, крупные континенты увеличиваются. Извилистые реки блестят, появляются выразительные точки городов. Воздушный шар напоминает школьный глобус, растущую трёхмерную модель нашей планеты «БИ-085». Усердно закручивает горлышко, придерживает его двумя пальцами и объясняет интересную теорию:

— Представь, что города на шаре – это галактики. Надуваем — и расстояние между ними растёт. Это убедительное доказательство расширения Вселенной.

— А кто её надувает? — интересуется Аня.

— Говорят, Наблюдатель! — неуверенно пожимая плечами, отвечает брат и аккуратно вытирает нос.

— Нужно спросить у родителей, — предлагает Аня.

— Не стоит. Обычно взрослые не замечают то, что порой совсем неожиданно открывается детям, — со знанием дела утверждает умный ребёнок.

— Да, правда, — её лицо принимает вид предельной сосредоточенности, — я сама не раз это замечала.

Сильно раздутый шарик вырывается. Струя воздуха бьёт, словно из сопла ракетного двигателя, резиновый пузырь начинает быстро сдуваться. Мальчишка внимательно наблюдает за безудержным хаотичным полётом и приговаривает:

— Крибле...

Крабле...

Летающий по комнате шальной снаряд под углом 48 градусов врезается в стену, затем в потолок и с влажным шлёпком падает в аквариум на кормушку.

— Бумс! – кричит Стас.

Шустрые дети наперегонки бегут спасать перепуганных рыб, но первым, ловко обогнав Мышана, оказывается проворный кот Мурзик.

— Анюся, Стасюня, собирайтесь в поход, малыши, не забудьте освежающую пасту для рта! — ласково напоминает Тата и отдаёт голосовую команду: «Сезам, закройся!»

Крышка походного чемодана плавно опускается, магнитные замки щёлкают, со свистом выпуская лишний воздух. Электронный саквояж поднимается над столом на десять сантиметров, зависает, зажигая золотые габаритные огни.

— Уже собираемся, мамочка! — отвечают в два голоса ребята, дружно направляясь в ванную.

Через пару минут оттуда раздаются громкие возбуждённые голоса:

— Это не мочалка, а мурчалка!

Набрав полную ванну, дети запускают жёлтый подводный батискаф, резинового утёнка с красным клювом и маленький кораблик с алыми парусами. Касаясь запястья, активируют программу «Морская стратегия». Игрушки начинают взаимодействовать, охотиться друг на друга, стрелять цветными лазерными лучами. Увлечённые ребята весело подгоняют их штормовой волной, звонко смеются, ликующе поют:

— В стране подводных лодок

Живётся хорошо,

Живётся хорошо,

Живётся хорошо...

— Мурчалка — это наш кот, — однозначно объясняет Аня.

— Сейчас же выходите из ванной, сколько можно плескаться! — недовольно ворчу я и, проходя мимо, подгоняю, стучу кулаком в дверь.

— Уже идём! — кричат ребята, вытаскивая большую блестящую пробку.

— Выходи! — зовёт Аня, настойчиво тянет брата за рукав.

— Подожди, разве тебе неинтересно узнать, в какую сторону закрутится воронка.

Дети терпеливо ждут, когда вода уйдёт, и, как настоящие волшебники, совершают круговые движения над ванной, читая низкими монотонными голосами магическое заклинание:

— Море волнуется раз,

Море волнуется два,

Море волнуется три,

На месте любая морская фигура, замри!

Чистая голубая вода с характерным хлюпаньем уходит, игрушечные корабли предсказуемо заваливаются набок.

Глава 7

Сигнальные флажки

Ночью было пасмурно, налетел северный ветер, принёс холодные осадки — о чём ответственно сообщает Алиса. Но, проснувшись утром, мы видим за окном чистое голубое небо. Несмотря на ранний час, немногочисленные пернатые заливисто поют, задорно выводя мелодичные трели. Цветастый попугай настойчиво стучит в окно, требуя вкусняшек. Кот протяжно мяучит, а мышан торжественно пищит и, зевая, смешно меняет частоту звука; робот Фёдор приветливо улыбается. Кажется, все желают умножить нежданное счастье и отправиться в необычайное путешествие.

Одно далёкое полусонное солнце уже скрылось за горизонтом, а другое, яркое, лишь пытается подняться с противоположной стороны, чтобы озарить небесную лазурь. Сплочённая одной заманчивой идеей, довольная семья в полном составе стоит на балконе в полной боевой готовности. Скоро-скоро увидим сверкающий волнами безбрежный океан. В растущем нетерпении ждём немыслимого чуда, а солнечные зайчики счастья уже прыгают в наших душах, предвосхищая встречу с прекрасным и неведомым.

— Такси! — прыгая на месте, кричит Аня, заметив приближающуюся самодвижущуюся капсулу.

Небесный извозчик напоминает пузатый кабачок с зелёным огоньком и квадратными шашечками; верхняя половина и часть носа у него полностью прозрачные.

— Всё идёт как по нотам, — радуется Стас, артистично играя на воображаемой гитаре.

Двери такси и балконная синхронно открываются. Первыми заходят дети и тут же рассаживаются у окна в комфортабельном салоне; за ними — я и Тата. Умные чемоданы, сумки и рюкзаки, о которых мы совсем забыли, активно перемигиваются, стараются не шуметь и самостоятельно расползаются, занимая удобные места в багажном отсеке. Двери плавно закрываются, звучит приятный женский голос:

— Машина готова к полёту! Начинаем движение?

— Поехали! — повелительно командуют дети.

Мы плавно поднимаемся и уверенно летим, вливаясь в общий поток. Минут через десять уже видим светящиеся ворота порта в виде огромной арки. Воздушные дороги, пульсирующие городским транспортом, со всех сторон, словно нити в игольном ушке, сходятся в контрольной петле проёма и, не снижая скорости, расходятся в разных направлениях. Сразу за ней начинается центральная мостовая, ровные ряды деревьев, ухоженный тенистый проспект. Вскоре показывается долгожданная синева океана, отчего сердца наполняются безудержной радостью, начинают торжествующе стучать.

— Море, море, вон там, смотрите! — восхищённо кричат дети, прильнув к окну.

Взмывающие шлюпки и пёстрые, как воздушные шары, яхты то и дело поднимаются в воздух. У берега, зависая на гравитационных якорях, тяжёлые грузовые баржи размеренно качаются при разгрузке. Автоматические волнорезы поднимаются, пульсируя мачтовыми маяками. Это промышленная зона, мы следуем дальше. Желанная земля приближается, такси издаёт нисходящую мелодию и совершает мягкую посадку. Двери открываются, машина желает нам приятного дня.

Заполненные беспилотные автобусы, индивидуальные люльки и просторные вагоны разлетаются по маршрутам, забирая прибывших и оставляя на пристани возбуждённые толпы людей с чемоданами и лёгкой поклажей, отправляющихся в путешествие. Всё смешивается на центральной площади мира: люди и чемоданы, соединяясь, превращаются в пёструю живую палитру текущих улиц. Погожий день набирает силу, оживлённые аллеи, наполняясь солнечным светом, словно расширяются — или это только кажется. Ярче становятся краски кораблей; красные жилеты моряков и спасательные круги сияют на проходящем недалеко от берега магнитном буксире. Беспечные и целеустремлённые люди стучат горящими каблуками, шаркают светящимися подошвами. Одни отчаянно спеша к портовым причалам, другие в город. За ними, повинуясь заданной программе, послушно и легко, не касаясь мостовой, движется незамысловатый багаж, ориентируясь на значки и брелоки в карманах хозяев. Иногда ровная стопка чемоданов превышает рост человека. Дети удивляются: «Как раньше столько вещей носили в руках!?» Изредка с моря доносятся низкие протяжные гудки электропаромов, сигналы судов, сухие неразборчивые переговоры местного значения. Постепенно к этим звукам примешиваются крики проснувшихся чаек, многоголосый гул портовых кранов, отрывки лаконичных фраз, лёгкие всплески воды и детский смех.

Насыщенные цветами торговые автоматы наперебой предлагают холодный пломбир, горячий шоколад, шипучий напиток «Ларанна», кислое статическое электричество в прозрачных съедобных шариках. На автоматических кабинах, где подают знаменитые конфеты из корня тамбэй, сидит ленивая стая цветастых попугаев и десяток упитанных мышанов в ожидании угощения. Стас оценивающе смотрит на далёкую вершину с мигающим маяком и произносит загадочные слова:

— Апсель, мапсель, корделябсель! — красноречиво махнув рукой, гордо заявляет, что знает моряцкие команды.

— Откуда? — недоверчиво вопрошает сестрёнка.

— Оттуда! — многозначительно показывает он вверх. — Научные книги читать надо, а не детские сказки.

— И что это за команды? — с интересом спрашивает Аня, перекидывая длинные, украшенные световой лентой косы на грудь.

Брат становится серьёзным, набирает воздух и громким капитанским голосом командует:

— Поднять паруса, натянуть шопенгауэры!

Тата смеётся и предлагает взять воздушное мороженое.

— Не шопенгауэры, а шпангоуты, и их не натягивают; это поперечные рёбра корпуса судна, — корректно поправляю я, наблюдая, как ныряет белая чайка на фоне современного светло-синего лайнера.

Нужный причал находится в стороне от основного потока. Специальная платформа везёт нас прямо к береговой линии и, останавливаясь, оповещает о прибытии к месту назначения.

Спустившись на землю, мы наблюдаем, как чистая прозрачная вода перекатывается изумрудными волнами. Необъятный океан зачарованно блестит в лучах восходящего солнца и таинственно манит. Свежий морской воздух будоражит сознание.

— Какая красота, какой простор! — невольно восхищаемся мы, с наслаждением наполняя легкие.

— Внимание! Над горизонтом появляется неопознанный летающий объект! — пронзительно кричит Стас, оценивающе глядя в мощный цифровой бинокль.

— Что такое? Где? — взволнованно спрашивает Аня.

— Этого не может быть! — твёрдо заявляю я.

— Фантазёры, — супруга расплывается в безмятежной улыбке.

Аня живо надевает компьютерные очки и ответственно сообщает:

— Наблюдаю мигающий объект в виде тарелки. Недалеко, порядка семнадцати километров. Нечто быстро снижается, погружается в океан, вон в той стороне, — встревоженно показывает на юго-запад.

— Ну вот, концы в воду — исчезло ваше НЛО, — подчёркнуто отмечаю я.

— Сколько всего необычного происходит над океаном, — мечтательно говорит Тата, внимательно вглядываясь в расплывчатую даль.

В этот момент вода у берега начинает пузыриться, закипать; из бурлящей глубины поднимаются белые завитки, тянутся извилистые гирлянды. Окутанное белёсым облаком тумана, над поверхностью океана поднимается нечто огромное, могучее, незнакомое. Холодные солёные брызги осыпают нас, окружая бледной радугой. Мы машинально пятимся. Приглушённый зудящий шум пробирается в каждую клетку тела.

— Кто это? Заблудившийся кит? Морской слонопотам? Глубоководная черепаха размером с дом? — опасливо гадает Аня.

— Скорее всего, это гигантский мечехвост, — предполагает Стас, разглядывая несуразно торчащий хвост.