К морю, или Событие на планете «Би»

Незримая волна энергии толкает нас в грудь, вызывая чувство бессознательного страха. Не сводя глаз с морского чудовища, мы отступаем. Влажная пасть монстра раскрывается, обнажая красный неприятный язык. Запнувшись о каменный бордюр, упираемся в стену кофейных автоматов. Солёные пенные ручейки, не задерживаясь, стекают с монстра серебристыми струйками, обнажая массивный спинной щит, по форме напоминающий полусферу. Неизвестная сущность смотрит сложным, сканирующим взглядом. От раскосых, как у акулы, широко расставленных глаз исходит зеленоватый рассеянный свет. Сверху — крепкий тёмно-зелёный панцирь, покрытый крупной неровной сетью грубо вдавленных линий. Снизу, поднимаясь к поверхности, обманно вьются камуфляжные разводы цвета морской капусты. Внезапный испуг сменяется недоверчивым удивлением, когда грузное инородное тело становится полностью чистым и сухим.

— Неизвестный объект опознан! — важно докладывает Стас, читая бегущую строку на борту. — Это шлюпка с корабля «Обелус — Борт № 168».

И сразу чудовище превращается в мирную лодку. Открытая пасть — в дверной проём, язык — в морской трап, глаза — в прожекторы. Коллективный невольный вздох облегчения вырывается сам собой. Делаем маленький неуверенный шаг вперёд, мы освобождаем прижатые спины. Современная шлюпка, похожая на приплюснутую юлу, бесшумно висит над водой на метровой высоте, таинственно мигая сигнальными огнями. Секунды напряжённо тикают, остро стуча в висках. Внезапно за спиной раздаётся звучный повелительный голос:

— Ваш заказ готов, заберите кофе!

От этого мы одновременно вздрагиваем, но не оборачиваемся. В следующий момент из тёмного проёма на пологую палубу, шагая не в ногу, выходят трое подтянутых моряков в полосатых тельняшках и отутюженных чёрных брюках. Размахивая сигнальными флажками, бравые ребята гостеприимно приглашают нас подняться на борт.

— Надо же, настоящие матросы, а не роботы! — удивлённо шепчет Стас.

— Мой одноклассник позаботился, — с гордостью за товарища сообщаю я, стараясь восстановить учащённое дыхание.

Невзирая на только что пережитый шок, наше дружное семейство мужественно идёт навстречу морским приключениям, смело встречая неизведанное.

Часть вторая

Корабль

Глава 8

Морские огурцы

Скоростной катер резко взлетает под углом в сорок шесть градусов, стремительно набирает высоту и незаметно разгоняется до сверхзвуковой скорости. Минут через двадцать он настигает базовое судно. Конечно, мы видели его в новостях, иногда слушали короткие репортажи о перемещениях этого корабля и его работе, но воочию морской гигант высотой с пятидесятиэтажный дом больше напоминает затерянный в океане плавучий остров. Огромный высокотехнологичный мегаполис, часть обетованной земли, перенесённая из будущего — неизвестно откуда — грациозно движется, отбрасывая в царственные воды океана длинный пенный шлейф. Цветущие пятна парков, искусственные озёра, ровная сетка дорог, дугообразные аллеи, извилистые тропинки — всё как на большой земле. А маленькие движущиеся точки — это люди.

Высокие мачты периодически мигают сигнальными огнями, крутятся параболические антенны, вращаются радары; привлекая внимание, поворачиваются белоснежные обтекаемые вершины башен. Блестят открытые и закрытые иллюминаторы, чёрные солнечные панели на корме аккумуляторного отсека переливаются, переполненные энергией. Ближе к носу расположен местный аэродром. Ровными рядами, как на параде, выстроились летающие шлюпки, блестящие капсулы и длинные серебристые цилиндры, похожие на фюзеляжи самолётов, только без крыльев. По правому борту зелёным прямоугольником раскинулся стадион, на котором идёт футбольный матч. Чайки, живущие здесь, и другие птицы слаженно кружат вместе с летающим транспортом над просторной палубой и вокруг судна. Если птицам не удаётся поймать рыбу, за ней ныряют плоские, как камбала, безвинтовые квадрокоптеры. Вот такой современный самопроизвольный симбиоз.

***

Плавно снижая высоту, мы входим в открытый парковочный отсек на 42-м уровне, о чём оповещает экран монитора. Едва наши ноги касаются чистой палубы, как звенят торжественные склянки. Сопровождающий моряк в окружении верных товарищей приветственно разводит руки и важно сообщает:

— Этот звон в вашу честь, господа! С прибытием на борт «НИСО» — Научно-Исследовательского Судна «Обелус». — И торжественно, с уважением замечает: — Корабль без рынды — что дом без дверей.

Размеры плавучего острова поражают воображение, а от осознания того, что в любой миг можно увидеть морские просторы, захватывает дух.

Куда ни посмотри, взгляд выхватывает праздно гуляющих и спешащих по делам людей в штатском и матросов в форме. Слева, на обзорной палубе, расположен прекрасный фруктовый сад, огороженный прозрачным забором. Между высоких деревьев и пышных кустов по сочной зелёной траве гуляют белые козы, кудрявые барашки и множество птиц. Рядом с дивными животными ползают «таблетки», похожие на пылесосы, — они поддерживают чистоту и пополняют кормушки. Справа застывшей волной вздымается многоэтажный гипермаркет «Якорь» в виде закрученной ракушки. Чуть дальше плотными рядами выстроились громадные прозрачные яйца.

— «Киндер-сюрприз», какой большой! — неожиданно восклицает Аня, широко разводя руки.

— Что ты, доченька, это глубоководные батискафы, — вспоминаю я последний новостной репортаж.

Под обширным парусиновым навесом в стеклянных герметичных кабинах замерли инопланетные тёмно-зелёные существа. Притаившись в неясной тени, незнакомцы наблюдают за нами, медленно поворачивая страшные головы, от чего становится не по себе.

— Это гидрокостюмы высокой прочности, — объясняю я, снимая нарастающее напряжение.

Огибая телескопические мачты и подвижные механические руки кранов, летают магнитные дроны, умеющие совершать посадку даже на стену. Каждый сантиметр пространства наполнен невиданными приборами и сложными механизмами. Повсюду светятся экраны, следящие камеры на стенах мигают красными точками, на многих дверях пульсируют индикаторы с бегающими стрелками. Стас внимательно рассматривает специализированную технику, машинально поправляет чёлку и восторженно заявляет:

— Такое впечатление, что мы попали в завтрашний день. Каждый участок устроен здесь функционально, продуман до мелочей.

— Да, это город будущего, — утверждает Аня.

— Будущее, ты прекрасно, — наслаждается Тата.

— Слышала, — тихо спрашивает Стас, — говорят, на борту есть видеосвязь с другими планетами? Можно спокойно позвонить по «Космоскайпу» друзьям и бабушке с дедушкой на Землю. Практически без задержки сигнала.

***

В этот момент раздаётся боцманский свисток: «Все на бак!» Герметичные двери кормового отсека, издавая металлический щелчок и мигнув дисплеями, мягко открываются. Навстречу, по-свойски размахивая руками, в новой парадной форме выходит капитан Вова. Генеральская фуражка сияет на солнце. Красный околыш, чёрный лакированный козырёк, расшитый золотой канителью; на тулье цвета морской волны горят отличительные знаки — «Обелус». Подойдя ближе, он крепко обнимает меня и дружески хлопает по плечу.

— Здравия желаю, профессор!

Затем приветствует всё семейство.

— Добрый день, друзья мои!

— Здравствуй, дядя Вова! — радостно кричат дети и Тата.

— Как добрались?

— Отлично, — я с благодарностью пожимаю крепкую руку одноклассника.

Лучезарно улыбаясь, капитан приглашает на праздничный обед.

— Держите электронные ключи от вашей каюты.

Стас, опережая меня, оперативно касается запястья, подставляет левую руку. Вова привычным жестом касается своего коммуникатора. Экраны на наших руках загораются: «Код 961-V». В воздухе появляется подробная карта корабля и красная извилистая линия маршрута.

— А также местоположение вашей каюты покажет любой матрос. Или стоит сделать вот так.

Вова поднимает правую руку и коротко щёлкает пальцами. Тут же к нему подлетает шарообразный дрон синего цвета с круглыми чёрными глазами: «Слушаю команду».

— Где каюта №333-А?

— Следуйте за мной, — твёрдо предлагает машина.

— Свободен! — коротко командует капитан.

Шар принимает оранжевый цвет и шустро улетает, теряясь в облаке парящих аппаратов.

— Круто! — провожая заинтересованным взглядом стремительный полёт навигационного устройства, Стас толкает сестрёнку в бок.

— Этот дрон покажет нам самые таинственные места корабля.

— Точно, погоняем его по полной, а потом ещё что-нибудь придумаем, только тихо, — сестрёнка незаметно прикладывает пальчик к губам.

— Прошу, пойдёмте, друзья! — зовёт одноклассник.

На скоростном стеклянном лифте мы спускаемся в круглое помещение, из которого в разные стороны расходятся узкие коридоры. Дети, незаметно перемигнувшись, отстают и заглядывают в приоткрытую массивную дверь. Там, в просторном зале размером с городской парк, в воздухе летают тяжёлые металлические шары и вращаются гигантские кольца.

— Что за чудо!? — невольно восклицает Аня, медленно прислоняясь к стене.

Стас, немного подумав, непроизвольно чешет затылок и заключает:

— Это гравитационная модель нашей Солнечной системы. Считай, в центре две звезды — раз, и тринадцать планет.

— Нет, что вы, ребята, это гироскоп. На корабле таких двенадцать синхронизированных машин, управляемых искусственным интеллектом, — слышится за спиной басовитый голос капитана.

— Впечатляет! — не в силах оторваться от величественного зрелища, эмоционально оценивает Стас.

— Миленько, — подмечает Аня, романтично покручивая косичку, и мы прогулочным шагом направляемся дальше.

Пройдя огромный камбуз (что по-морскому значит «кухня»), мы входим в столовую, которая почему-то называется кают-компанией. Никакой компании или группы людей тут нет. Только худой, как речная селёдка, корабельный кок в белом халате и высоком поварском колпаке хладнокровно шинкует морские огурцы. Это место приёма пищи совсем непохоже на тесную каюту, скорее оно напоминает картинную галерею или обширный первоклассный ресторан.

Глава 9

Праздничный обед

— Одни объедашки! — переглянувшись, восклицают ребята, подробно осматривая стол.

Тата вдыхает дурманящий аромат выдержанного вина, совершая круговые движения бокалом, пробует, смакует золотистый сухой напиток. Не спеша наклоняет бокал, затем возвращает его в прежнее положение и с любопытством наблюдает за маслянистыми разводами. Восхищённо изучает каждое блюдо, особо отмечает голубых крабов, фаршированных морскими грибами и шейками лобстера, и безудержно нахваливает:

— Какое совершенство вкуса, а какой аромат!

— Это ещё что! — с самодовольным хмыканьем одноклассник отмахивается и с гордостью сообщает: — На обратном пути я познакомлю вас с женой — она прекрасно готовит королевский омлет.

Мы с капитаном по-мужски пьём крепкий ром «Первый шторм». Принципиально закусываем макаронами по-флотски, которые маленькими горячими порциями подаёт забавный конусообразный робот-официант в нарисованной тельняшке. Стоит нажать пусковую кнопку на его плече, как глаза машины привычно загораются зелёным, затем жёлтым и быстро краснеют. Мелодичный звон возвещает, что еда готова, и парящая тарелка с разнообразными приправами мягко выезжает на стол. Сердце щемит ностальгическая тоска по ушедшему детству. Эти машины, сделанные в ретростиле, имитируют роботов-поваров из школьной столовой и создают атмосферу того времени, когда мы были учениками.

— Столько лет за одной партой просидели, — расчувствовавшись, вспоминает земные учебные годы капитан, поднимая хрустальный бокал старого рома. Светящееся дно сосуда излучает светло-голубое сияние, которое меняется в зависимости от наполнения.

— Да, немало, — с безотчётной грустью подтверждаю я, вспоминая родную планету, беззаботное отрочество, заварные трубочки с кремом, которые лучше всех готовит мама. — Мечтали стать космическими пилотами, бегали к космодрому, наблюдали в телескоп за запусками новых межзвёздных ракет. Тогда считали, что скорость света — непреодолимая стена. Кажется, это было так давно.

Вова тяжело вздыхает, обводит задумчивым взглядом обеденный зал, мысленно возвращается в прошлое и, благодарно улыбнувшись судьбе, оптимистично продолжает:

— Как видишь, профессор, высокие технологии и всемогущее время рушат любые преграды! — откровенно радуется он и предлагает традиционный тост астронавтов: — За наши обитаемые планеты — хрупкие микроскопические шарики в бесконечном космосе!

— За разумные цивилизации — они наверняка существуют! — поддерживаю я.

Стас дразнится, показывает Ане язык, хвастается:

— Бе-бе-бе, я тоже стану капитаном, когда вырасту!

— Перестань кривляться, ты уже большой, — справедливо замечает Тата, недовольно размахивая салфеткой.

— Вот, Станислав Валентинович, — с добрым огоньком в глазах предрекает Вова, — вырастешь, поступишь в межгалактическую академию пилотов, станешь отважным капитаном, исследователем новых экзопланет.

— А может, музыкантом или писателем, как Лем, — с надеждой пророчит супруга, не желая подвергать сына непредсказуемым опасностям.

Аня перестаёт жевать шоколадное пирожное, становится серьёзной и с затаённой грустью рассказывает:

— Мы с папой прошлым летом были в цирке по делам, искали администратора. Зашли по служебному входу и случайно оказались в помещении, где прикованный цепями к бетонной плите стоял большой печальный слонопотам. Его так жалко! Больше мы никогда не пойдём в цирк: там животных мучают.

Командир понимающе кивает в знак согласия:

— Знаю, знаю. Скоро этому безобразию положим конец! Новый законопроект уже лежит у меня на столе.

Судовой кок в белом халате и накрахмаленном колпаке неожиданно появляется из стены, выкатывая перед собой восхитительный десерт. Семеро юных поварят ставят на стол серебряный поднос, напоминающий перламутровую раковину. Все с любопытством разглядывают красивый многослойный торт в виде оранжевой морской звезды, лежащей на круглом шоколадном валуне.

— Обожаю! Это полный восторг! — блаженствует Стас, сглатывая слюнки.

— Со мной сейчас случится когнитивный диссонанс! — ликует Аня, перемещая чистую тарелку поближе.

Нетерпеливо стучит кончиком косички по щеке, подвигается ближе к брату и шепчет ему на ухо:

— Если мы будем есть много рыбов и мясов, то для нормальных продуктов — пирожных, мороженого, соков и этого фирменного торта — в нас уже не останется места.

Свет резко гаснет. Корабельные поварята зажигают праздничные свечи и отходят, выстроившись в линию. Звучит обеденный гонг. Официанты неожиданно подходят, некоторое время висят в пространстве, словно теряя вес, затем начинают непрерывно вращаться и быстро улетают в открывшиеся в потолке люки.

Глава 10

Тайна планеты

После вкусного обеда дружная компания не спеша поднимается на палубу. Услышав виртуозное соло, Стас подхватывает музыкальную тему и начинает яростно «запиливать» на невидимой гитаре, а Аня темпераментно играет на несуществующей ударной установке. Приятный морской ветерок легко треплет непослушные чёлки, придавая нашим длинноволосым причёскам особый, ни на что не похожий вид. Над головой заботливо светится летнее послеполуденное солнце, за бортом плещутся нежные лазурные волны.

— Неужели это правда? — переполненная счастливыми событиями, восхищённо шепчет жена, рассматривая необъятный океан и многоэтажные надстройки корабля.

— Похоже на чудесный сон, — машинально отвечаю я.

Оживлённо беседуя, взрослые прогуливаются по кормовой палубе, направляясь в сторону парка, где много народа и звучит живая эстрадная музыка.

Дети замечают идущих строем молодых матросов, останавливаются и с увлечением принимаются играть в «Морской патруль». Стас, вытянувшись в струнку, как доблестный стратег на носу вымышленного крейсера, командирским голосом обращается к Ане:

— Офицер, у нас нет права на ошибку.

— Да, генерал! — по-военному чётко отвечает сестрёнка.

— Что — значит «Да»!? — нахмурившись уточняет брат.

— Ну, в смысле, нет, — разъясняет Аня, маленькой ладошкой вытирая нос.

— Держать курс 96 градусов на северо-восток, отсканировать фарватер, отдать швартовые, натянут шопенгауэры, — размахивая руками, командует боевой мальчишка, — румпель, бакен, ржавые борта!

— Есть капитан! — кричит Аня, рьяно прикладывая руку к голове.

— Порядок, — прищурившись, брат придирчиво осматривает корабль.

Сестрёнка призывно кричит:

— «Полундра!» — но неожиданно замолкает, прикрывает маленькой ладошкой рот: «Тссс...» — и тихо, нетерпеливым жестом подзывает брата:

— Смотри, что я нашла.

На палубе, чуть дальше радиорубки, под крепким непромокаемым брезентом скрывается нечто массивное и таинственное. Иногда оно подозрительно шевелится — словно дышит, или это просто шалости морского ветра.

— Нужно разведать, — заманчиво предлагает Аня.

Незаметно подобравшись к цели, Стас осторожно приподнимает грубую накидку, и дети украдкой проникают в закрытую зону.

Раз — и прежний мир исчезает. Солнечный день превращается в тёмную ночь, неугомонные ребята оказываются в удивительном месте. Слева и справа, достигая пяти-семи метров в высоту, громоздятся серые ящики с незнакомой маркировкой, пузатые бочки, картонные коробки с новыми роботами, блоками «ИИ» и заводскими принтерами. Посередине пролегает длинный тёмный коридор, уходящий в непроглядный мрак. В чёрном натянутом брезенте светятся сквозные отверстия для канатов, обрамлённые блестящими металлическими кольцами, создавая фантастическое впечатление, будто над головой горят далёкие лучистые звёзды. Привыкая к темноте, смельчаки осторожно продвигаются вперёд, разглядывая и трогая новую, пахнущую краской технику. Вскоре ребята замирают, услышав чьи-то приглушённые голоса.

В узкую прямоугольную щель дети видят двух роботов-помощников: жёлтого бота №23 и красного бота №8 с оранжевыми баллонами за спиной. Они чем-то похожи на андроидов из рекламы плавающих коммуникаторов. Частично открытые корпуса блестят на солнце множеством деталей и проводов. Сокращаются и сжимаются искусственные мышцы, в прозрачных трубках и сосудах движутся цветные жидкости. Тяжёлые, нескладные, с большими круглыми глазами, роботы проворно крутят многосекционными конечностями. На гибких руках быстро двигаются высокочувствительные пальцы-манипуляторы. Машины неспешно следуют вдоль борта круглого, как шар, разведывательного батискафа в сторону ребят. Опрыскивая и тщательно протирая корпус, непринуждённо беседуют:

— Работать в море гораздо интереснее, чем на суше, — категорично утверждает красный бот.

— Да, — соглашается другой, в жёлтом полосатом комбинезоне. — Больше свободного времени. Я люблю разгадывать загадки человечества, изучать статистические и новостные сводки за день. Однажды таким образом, я узнал о великой тайне, но в основном читаю техническую литературу, многие инструкции знаю наизусть.

Красный, не прекращая работу, возмущённо поворачивает голову к напарнику:

— Человеческие тайны — это нелепо и смешно, а заучивать постоянно меняющиеся инструкции глупо. Взгляни, какие красивые птицы, какое скользящее движение, — прямой рукой показывает вверх. — Само совершенство.

Прекратив работу, андроиды синхронно поднимают квадратные головы и зачарованно наблюдают слаженный полёт двух чаек. Жёлтый помощник, проводив восхищённым взглядом гордых птиц, поворачивается к соседу и многозначительно трясёт над головой правым манипулятором.

— Это великое произведение творца.

— Ты что, веришь в высшие силы, в создателя? — с лёгкой иронией интересуется красный. — Всем миром управляют нули, единицы и комплексные кубиты!

Круглые стеклянные глаза жёлтого выразительно вспыхивают. Совершая поворот головы на 365 градусов, он звучно стучит прорезиненным пальцем по металлическому корпусу головы.

— Я не настолько ограничен, чтобы быть атеистом. И часто мечтаю вот так же беззаботно летать.

— Причина этого желания понятна, — объясняет бот-8. — Это частично заложенный в нас навык пилота.

Жёлтый отрицательно мотает головой из стороны в сторону:

— Я не согласен. Наличие логических программ не обуславливает желания. Есть что-то ещё, надеюсь...

Задумчиво потирая шершавый прямоугольный подбородок, он ищет весомые аргументы, желая уловить самую суть вещей, выйти за пределы обозначенных рамок и подтвердить свою смелую догадку.

Воцаряется непродолжительная пауза, но спор не закончен. Прагматичный красный труженик не унимается.