Объект 2. Вестник Апокалипсиса
- -
- 100%
- +
Джордж нахмурился и посмотрел вниз, в проем, где увидел лицо сержанта. Тот лишь молча кивнул и поднес руку к виску. Все стоявшие на мостике сделали тоже самое.
***
– Я только что просмотрела весь геймплей Splinter Cell, и это явно не в стиле Сэма Фишера.
– Вироника! Мы взламываем терминал, а ты изучаешь геймплей компьютерной игры?!
– Это нисколько мне не мешает. Просто мне было интересно значение твоих слов, сказанных при высадке.
– Да, в стиле Сэма Фишера не получилось!
– Даже близко.
Игорь бесшумно зарычал, стараясь не вступать в полемику. На визоре показалась отметка, один из бойцов крался вдоль стены, покрытый кровью. Трикс мгновенно взял его на прицел и, как только тот высунулся, выстрелил. Судя по крику, ранение оказалось не смертельным.
Игорь был не в восторге от того, что все пошло не совсем по плану, но он не мог ожидать, что их обнаружат так быстро, и окажут столь яростное сопротивление, даже несмотря на зачистку корабля с воздуха. Стрелять в район рубки были слишком рискованно, поэтому именно здесь состоялся основной бой. Маскировка помогла на начальном этапе, но в тесных коридорах рубки от нее почти не было проку. Экипаж без страха кидался на него даже врукопашную.
Часть бойцов заняли позицию в районе второго уровня и пока там и оставались, не считая недавнего разведчика.
Один из выстрелов «Дефаинта» пробил несколько отсеков в трюме, после РЭБ-удара аварийные переборки не сработали, и теперь авианосец шел ко дну, кренясь все больше.
– Вироника, долго еще?
– Время до завершения копирования указано у тебя на дисплее.
Игорь снова сдержал рык. Две минуты. Чуть меньше.
«Дефаинт» был спрятан в середине палубы, в одном из проемов. По данным Вироники, пока его не обнаружили, если повезет, им удастся уйти точно таким же путем.
JFK был выбран не случайно: по данным разведки, именно на флагмане этой АУГ находился сервер с данными, где скорее всего будут указаны подробности предстоящей задачи, а какая задача им предстоит, сомнений не было. Впрочем, по мнению руководства, об этом знали лишь единицы в командовании флота США. Для остальных это были внеплановые учения.
Данные о том, что флот выдвинулсяк новой точке дислокации, поступили в разведку сразу, но, учитывая вновь открывшиеся обстоятельства, было решено провести диверсионную операцию. На самом деле, в том, что информация находится в командном центре группировки, нет ничего удивительного. В обычной ситуации считается невозможным проникновение и тем более взлом или даже доступ к такой базе.
Но, как выразился один из кураторов операции, ситуация далека от обычной, и такими возможностями необходимо воспользоваться.
В итоге все как всегда пошло не так – гора трупов и тонущий корабль не входили в план, но и не мешали основной задаче.
Виронику больше всего заботило, что сигнатуру «Дефаинта» могут обнаружить, так как вывести из строя весь флот РЭБ-ударом невозможно, по крайней мере, не выдав себя.
Но пока все шло успешно. До завершения копирования оставались считанные секунды, когда Вироника в несвойственной для себя неопределенной манере сказала:
– Сенсоры «Дефаинта» фиксируют странные…
– Вироника?
– Активность в пусковых шахтах. Они готовят залп! Уходим! Быстро!
– Куда залп?
– Сюда залп! Пробей потолок, выбирайся через крышу и на «Дефаинт», нет времени!
Игорь выхватил Трикс и произвел несколько выстрелов в потолок, взглянул на дисплей. Пять секунд до конца копирования. Сжав зубы, он выждал необходимое время и затем одним прыжком выбрался на крышу.
Он не очень любил прыгать с большой высоты, даже несмотря на то, что костюм поглощал часть кинетического урона, но сейчас выбора не было. Оттолкнувшись, он пролетел два яруса и шумно приземлился на палубу, не теряя ни секунды, он бросился к «Дефаинту». Где-то сзади прогремело три взрыва.
Палуба была искорежена, и находилась под огромным креном, поэтому бежать было непросто.
В этот момент слева раздались хлопки, сопровождаемые свистящим звуком. Игорь с ужасом увидел, как дюжина ракет стартовала с трех разных кораблей.
– Твою мать, Вироника, заводи! Быстрее, быстрее, быстрее!
Где-то впереди замерцали характерные вспышки бортового орудия «Дефаинта».
– Тебе не успеть. Но вариант есть. Следуй за трейсером.
На дисплее «Терминуса» отразилась траектория, она плавно уходила вправо и обрывалась где-то за бортом.
– Какого черта, Вироника?!
– Я пробью корабль насквозь и выведу «Дефаинт» через днище авианосца, крен позволяет такой маневр. Таким образоммы избежим прямого обнаружения и под прикрытием взрыва, скорее всего, сможем покинуть эту зону.
– А как я попаду на борт?!
– Если получится синхронизироваться с таймером у тебя на дисплее, то ты прыгнешь точно в люк «Дефаинта».
Таймер на дисплее отсчитывал время с точностью до тысячных долей секунды, и Игорь крайне сомневался в возможности идеальной синхронизации. Но выбора не было. Ракеты уже поднялись на необходимую высоту и теперь пикировали вниз.
Он побежал еще быстрее, до конца отсчета оставалось семь секунд. Прыжок, еще один. Вроде бы он успевает… Но внезапно палубу вспорола пулеметная очередь, одна пуля попалав ногу. Игорь запнулся, но уперев руку в палубу и оттолкнувшись, снова продолжил спринт, в момент прыжка таймер уже показывал ноль.
Первые две секунды это был полет в никуда. Но потом он разглядел черный силуэт «Дефаинта». Корабль был слишком далеко, Вироника, используя маневровые двигатели, постаралась сдать назад, но Игорь лишь с трудом дотягивался до самого края. Но этого оказалось достаточно: как только он оказался около борта, коннекторы на руках сами притянулись к обшивке.
После этого последовало резкое ускорение, и так как внешне он ни за что не держался, то был уверен, что вот-вот слетит. Но руки плотно прилипли к обшивке, ноги же едва не касались воды – до такой степени бреющим был полет.
Через мгновенье воздух прорезали оглушительные взрывы.
Игорь обернулся и увидел, как накренившийся JFK разрывает на части.
Одна из ракет угодила в рубку, которую мгновенно поглотил огромный огненный шар, другие разрывались по всей длине корабля, где-то сдетонировал боезапас, и корабль буквально вздуло изнутри. За считанные секунды от и без того поврежденного авианосца остался лишь разорванный на части пылающий каркас.
– Держишься? – вопрос Вироники прозвучал как издевка. – Они подняли несколько истребителей, но мы успеем оторваться, сейчас будет ускорение.
– Я думал, оно уже было!
Двигатели «Дефаинта» характерно загудели, и Игорь почувствовал, как тело в костюме вытянулось в струнку под напором воздуха, еще несколько секунд – и наступила почти полная тишина.
После преодоления звукового барьера он уже с трудом мог понять, какая сейчас скорость, и только представлял, сколько «блинчиков» по воде он сделает, если коннекторы вдруг отсоединятся.
На самом деле буквально за несколько секунд Игорь привык к такому полету. Костюм не продувался, тело было зафиксировано потоком воздуха. И почти полная тишина, только мерное гудение магнитного двигателя.
Игорь только сейчас стал осознавать детали операции, которая должна была пройти тихо, если бы«Дефаинт» не запеленговали еще на подлете. После этого все пошло кувырком. Авианосец пришлось атаковать. Он не ожидал столь яростного сопротивления на борту, рассчитывая на эффект неожиданности, но рисковать он также не мог, поэтому вел огонь только на поражение.
Впрочем, это уже не имело особого значения, учитывая, как все закончилось.
– Вироника, почему они атаковали JFK?
– Сложно сказать. Вероятно, сочетание факторов. Они обнаружили нас и, вполне возможно, учитывая события в Колорадо, имели определенные инструкции на этот счет. Взлом терминала также не остался незамеченным, и, видимо, они решили не рисковать и устранить все угрозы сразу.
– Кто же отдал такой приказ? Убить одним ударом три тысячи своих товарищей.
– Скорее, четыре тысячи. Учитывая боевые задачи группировки, экипаж был увеличен, но большая часть в любом случае погибла бы и без ракетной атаки. Удар «Дефаинта» оказался слишком удачным – или неудачным, и корабль затонул бы через несколько минут. Учитывая крен, проводить спасательные процедуры было бы проблематично.
Игорь смотрел на смазанную от скорости гладь моря и понимал, что это только начало. Самое начало. Их план, если он сработает, приведет к катастрофическим последствиям, и эти жертвы покажутся песчинкой в море. Он осознавал, что нельзя зацикливаться на этом. Последствия своих действия надо просто принимать.
Словно прочитав его мысли, Вироника сказала:
– Лес рубят, щепки летят.
Boeing 747. 7 августа
Во имя мира на Земле. Во имя мира на Земле.
Мощные двигатели перешли во взлетный режим, и после долгого разбега шасси оторвались от земли. Требования гражданской авиации здесь не действовали, поэтому самолет сразу взял резкий угол атаки, быстро набирая высоту.
Генерал Стивенс невидящим взглядом смотрел в иллюминатор.
Все шло не по плану. Конечно, рассчитывать, что все пойдет как задумано, не приходилось, особенно учитывая количество неизвестных. Но нападение на ADMAX, которое хоть и было необычным, но не до такой степени, чтобы поменять планы, теперь дополнилось еще двумя пренеприятнейшими событиями.
И совпадением это быть не могло. По крайней мере, Стивенс в такие совпадения не верил. При нападении на тюрьму был практически полностью уничтожен специальный корпус, и каково же было его удивление, когда недавно он получил данные о том, что именно успел передать шпион Бутурлину в кафе незадолго до самоубийства.
Само собой, полученные данные Виктор Бутурлин сразу же отправил на родину, но, к счастью, утечка была устранена, как должен был быть устранен и сам Бутурлин. Но невероятным образом он оказался в разрушенном специальном корпусе.
Масштаб разрушений не вызывал сомнений в том, что все находившиеся внутри погибли, но отрывочные сообщения охраны о вторжении в корпус наводили на мысли, что это была операция по спасению, а не по уничтожению. А нанесение удара с воздуха должно было замести следы.
К сожалению, термическое воздействие было такой силы, что экспертиза или анализ были невозможны.
А сегодня ночью случилось то, что окончательно поставило их перед новым вызовом.
Кто-то атаковал 1-й флот. Атаковал в лоб, по официальным данным, при нападении был полностью уничтожен новейший авианосец JFK, но на самом деле все было куда хуже: им самим пришлось его уничтожить. Данные систем мониторинга зафиксировали взлом центральной базы данных на флагманском корабле, остановить проникновение локальным способом было невозможно, поэтому пришлось применить крайние меры. Эти данные не должны были попасть в чужие руки.
Удалось ли нападавшим заполучить данные и были ли враги уничтожены, на данный момент было неизвестно. А вот гибель нескольких тысяч человек – ужасный, но очевидный факт.
То, что для удара был выбран флагман, понять можно, но Стивенс был уверен, что основной целью были именно данные, и тот факт, что им было известно, где они находятся, говорил о многом.
Лишь единицы из командования флота знали об истинной задаче, остальные должны были узнатьподробности непосредственно перед началом операции. Передавать такие данные были слишком опасно, поэтому они хранились на закрытом сервере JFK. И данных там было много. Остается лишь молиться, чтобы они так и остались на морском дне.
Очевидно, что в их рядах, несмотря на все предосторожности, появились бреши, иначе объяснить это было сложно. Впрочем, Стивенс не сомневался, что так или иначе все выплывет наружу. Вопрос был в том, насколько долго это будут принимать за блеф. Истории известны случаи, когда утечка о предстоящей операции попадала в СМИ для создания необходимого информационного фона, но в итоге так и оставалась слухом.
Масштаб данной операции был таков, что полностью в нее не могли поверить даже некоторые причастные.
Проблема в том, что на сервере JFK была не столько информация об операции в целом, сколько конкретные данные по расположению ракет и баз, схемы атаки и другие стратегические данные.
«Теперь уже ничего не поделаешь», – подумал Стивенс и откинулся в просторном кожаном кресле. Самолет взял курс на Вашингтон.
«Во имя мира на Земле. Во имя мира на Земле».
Майор Винсент Шраб нечасто летал на таких роскошных самолетах. Огромный Boeing был рассчитан на транспортировку высшего командования, к которому он отношения не имел. Но то, что он был одним из кураторов разработки новейших образцов вооружения, автоматически сделало его участником предстоящей операции.
«Как они могут называть это операцией?» — Винсент никогда не хотел войны, он был уверен, что их проекты как раз отдаляют возможный апокалипсис, а не приближают.
«Но какой у меня был выбор? Сказать „извините, я пас“?»
Поэтому, когда ему предложили участие в этой «операции», он вынужден был согласиться.
Но все шло не так. И чем дальше – тем хуже. Все началось с этой дурацкой тюрьмы, тогда системы слежения зафиксировали странную активность, и по особому требованию в воздух подняли «Синдел» – самолет, оборудованный экспериментальной версией рельсового орудия.
Винсент и подумать не мог, что это станет их боевым крещением. По большей части «Синдел» была поднята из-заналичия на борту новейшей системы сканирования, и изначально их задачей был лишь сбор данных. Но когда менее чем за минуту было уничтожено два истребителя, они получили приказ открыть огонь.
Приготовление рельсового орудия заняло менее десяти секунд, цель, которая до этого с трудом фиксировалась, после столкновения с истребителями была видна четко.
Винсент и сейчас помнил то ощущение силы, которое царило на борту «Синдел» после залпа. Они попали точно в цель, несмотря на большое удаление.
Какое-то время цель оставалась на радаре, что само по себе было удивительно: от удара ее должно было разнести в клочья. Но потом она пропала.
На борту «Синдел», несмотря на обычно спокойную атмосферу, все аплодировали. Их проект не просто работает, но уже и успел принести пользу.
Однако буквально через несколько секунд аплодисменты на борту сменились гробовой тишиной. Связист только что получил сообщение, что наземные службы слежения продолжают фиксировать объект, более того, за последнюю минуту он ускорился в несколько раз.
Винсент был уверен, что это ошибка. Ничто не выдержит такого удара, и уж тем более не будет в состоянии ускоряться после.
Но ошибки не было. Занесколько минут неопознанный объект разогнался до невероятной скорости и более не был доступен для отслеживания. Перехватить его никто не смог.
Понять, почему этому происшествию не придавалось столь большого значения, он не мог, особенно учитывая информацию, которая была собрана на месте разрушенного специального корпуса. Разрушения были невероятными, и не по масштабу, а по самому их типу.
Термическая реакция была такой силы, что все превратилось в кашу, и понять, где были тела, а где кровати, было просто невозможно.
Винсент был в курсе всех передовых разработок, но не мог даже вообразить, что произошло в ночь атаки на ADMAX. Происшествие было, само собой, засекречено. Проводилось расследование. Вполне возможно, с ним просто не делились информацией.
И теперь, несмотря на то, что в салоне самолета была комфортная температура, а он сидел в удобном кожаном кресле, тело его покрылось потом.
Три тысячи человек. Больше трех тысяч человек. Новейший авианосец был атакован неизвестным объектом, после чего затонул, и он не сомневался, что уже встречал этот объект. Понять, как такие новости могут восприниматься как само собой разумеющиеся, он решительно не мог. Ведь война еще даже не началась. Насколько он знал, большинство сходилось во мнении, что в обоих случаях их атаковало экспериментальное оружие, и каким бы сильным оно ни было, вряд ли является серийным, а значит, и планы менять не стоит.
Винсент оглядел самолет. Здесь собрались почти все идеологи операции, генералы, эксперты, несколько политиков. Он был уверен, что недавние события заставят крыло противников – а такое точно существовало – активизироваться и попытаться хотя бы приостановить операцию.
И хотя встреча в Вашингтоне будет проходить на самом высокомуровне, шанс, что что-то изменится был небольшим. В этот момент Винсент понял, что несмотря на то, что он летит в самолете с явными сторонниками тотальной войны, сам он едва ли относится к их числу.
Во имя мира на земле. Во имя мира на земле.
Джош Ганнер всегда знал, что не зря носит такую фамилию. Оружие он любил с детства, причем к конструированию он всегда относился ровно, его волновали глобальные вопросы. Даже работая в оружейном магазине обычным продавцом, он умудрялся заключать сделки, которые в его обязанности не входили, будь то поставка партии автоматов в близлежащий тир или продажа сотни револьверов в клуб женской самообороны после того, как по городу прокатилась волна изнасилований.
И его деятельность не осталась незамеченной. Спустя полгода его позвали работать в головной офис компании, где подобные сделки были уже его прямой обязанностью. Через несколько лет он стал руководителем отдела и отвечал за крупные заказы оружия у заводов-изготовителей и в итоге добился поста вице-президента компании.
Вряд ли можно было мечтать о большем, но спустя десять лет глава компании, его хороший друг, умер, и к величайшему удивлениюДжошаназначил его своим преемником. Джош не сомневался в том, что он справится, но в наблюдательном совете было достаточно людей более почтенного возраста, а ему было едва за тридцать.
Но, так или иначе, он встал во главе «Ред Рок Армс» – одного из трех крупнейших поставщиков оружия как для США, так и на экспорт.
Когда к нему пришли, он сразу понял, что дело серьезное. Но то, что он в итоге узнал, даже заставило его взять отгул, чего раньше он никогда не делал. Он откупорил бутылку подаренного покойным директором односолодового виски и почти весь день просидел в кресле у камина. Выпил при этом едва ли четверть.
Про винцерий он слышал и до этого – перспективный элемент, которого практически не существует на планете; проводить какие-либо исследования на его базе не имело смысла. И буквально за час он узнает, что под землей обнаружены сотни тысяч тонн этого винцерия, и почти все они находятся на территории России.
В первый момент он подумал, что к нему пришли с целью подготовки коммерческого предложения о разработке месторождений винцерия и совместных проектов с русскими. Сам он крайне сомневался в том, что русские в таких проектах будут заинтересованы, особенно учитывая обстановку и ценность винцерия. Более того, все это грозило самым настоящим крахом мировой стабильности.
Но все оказалось иначе. Готовилась военная операция, самая крупная за всю историю США. Это было настолько невероятно, что вполне могло сработать. Война против России. Этой фразой пугали не одно поколение американцев, сам Джош крайне сомневался в том, что такая война может начаться, по крайней мере полномасштабная. Но новые обстоятельство все изменили. И теперь война была фактически неизбежна.
В это трудно поверить, но Джош относился к войне как к очень неприятной необходимости. Если бы ее можно было избежать, то он былбырад это сделать. Но в современном мире это невозможно. Война – это возможности, перспективы, развитие, деньги.
И теперь, сидя в самолете, он заново прокручивал в голове то, какие именно возможности будут доступны в новом мире. С первого же дня, когда стало известно о грядущем, он распорядился готовить новые производственные мощности под винцерий. Предложение было встречено неоднозначно, но Джош объявил, что это специальная программа правительства, и под нее выделят огромные средства.
Забавно, но на самом деле впервые в истории деньги практически перестали иметь для «Ред Рок Армс» значение.
Все расходы, какими бы они ни были, покрывались из государственного бюджета. Абсолютно все доступные «Ред Року» и их партнерам линии производства оружия были задействованы на сто процентов.
Он прекрасно знал, что такая же обстановка царит и на всех остальных оружейных предприятиях. Но в курсе реальных причин из всех конкурентов был только он. Для всех остальных это была глобальная программа перевооружения.
Оценивая всю свою жизнь, он начал подозревать, что такой успех мог быть предначертан свыше. Ему казалось, что, став президентом компании, он достиг вершины, так как в политику он идти не собирался. Но теперь ему предстояло стать участником становления нового мира. Однополярного мира.
Впрочем, некоторые генералы явно страдали от излишней уверенности в своих силах. Джош не сомневался: операция будет сложной. До какой бы степени неожиданным ни был удар, ответ будет. По расчетам, они смогут сдержать ядерный ответ, особенно с учетом количества противоракетных систем, поступивших на вооружение за последний год.
Но наземные войскадаже при очень удачном стартовом ударе окажут ожесточенное сопротивление. Но перевес слишком велик, долго это не продлится.
Джош не был стратегом, но прекрасно понимал, что переменных намного больше: реакция соседних государств, в том числе и их союзников, возможные сбои в схеме атаки, утечки, которые, судя по последним событиям, уже имеют место быть, неожиданные контрмеры противника, в том числе неизвестные виды оружия.
По последнему вопросу особенно переживал его коллегаШраб. Вне всяких сомнений, последние атаки на тюрьму и особенно на авианосец были просто невероятными, и в любое другое время они стали бы поводом для экстренных совещаний и выработки ответных мер, но генерал Стивенс вполне определенно объяснил, что в текущей ситуации уже поздно заниматься единичными случаями, механизм запущен. И чтобы ни знали, и чем бы ни обладали их противники, это все равно ничего не изменит.
Сам Джош, хоть и уважал как проекты, за которые отвечал Шраб, так и то оружие, с помощью которого была уничтожена тюрьма в Колорадо и потоплен авианосец JFK, но был уверен, что никакое экспериментальное оружие не сможет противостоять массовому.
Именно поэтому все проекты, коих в США существовало великое множество, так и оставались на уровне прототипов. У всех разработок было слишком много слабых мест, которые невозможно было исправить в массовом производстве. Цена и сроки были весомым аргументом, но чаще всего все упиралось в энергию, в топливо.
Даже шрабовская «Синдел», хоть и была успешным проектом, ноее нужно было заряжать до отказа, чтобы сделать три выстрела. А другим проектамдля одного успешного действия, будь то полет, импульс или выстрел, порой требовалось несколько часов подготовки. Такое оружие очень сложно применять в реальных боевых условиях.
Но с возможностями, которые открывал винцерий, оружие, которое раньше считалось экспериментальным, станет серийным. И это только начало. Даже самые последние прототипы разрабатывались с расчетом на обычные источники энергии. А если проект будет с самого начала разрабатываться под эффективность винцерия, его потенциал даже сложно вообразить.
Джош откинулся в кресле и представил себе, что можно будет начатьделатьв случае успеха. Очевидно, что значительную часть производства, особенно экспериментальные площадки, придется размещать на огромном удалении от поселений. Благо, территория России подходит для этого идеально. Бесконечные степи и равнины, где на сотню километров вокруг нет не единой души.
За десять лет они совершат такойскачок в развитии, какого история еще не знала. Джош занимался оружием, но и космический энтузиазм ему был не чужд. К тому же космос и оружие в последнее время шли рука об руку.
Энергетическая мощь винцерия позволит построить автономные базы на других планетах, сделать сообщение регулярным, а потом и начать осваивать ближние рубежи нашей солнечной системы.
Джош мотнул головой. Мечтать всегда приятно. Но пока они в самом начале пути, и не факт, что он вообще увидит его окончание. Надо быть реалистом: случиться может всякое.
***
– Во имя мира на Земле.
– Что ты там бурчишь? – капитан воздушного судна недовольно приподнял один из амбушюров и попытался понять, что именно говорит второй пилот.