Сорока-огневица

Прозрачный купол почернел изнутри, превратившись в стоящий посреди поля обелиск. Василиса тоже взвыла, спотыкаясь и едва не падая, чудом удерживаясь на ногах…

— Бабушка!..

Не глядя, она перепрыгнула одного из поверженных Анкиных людей и бросилась прямо к куполу. И наверняка погибла бы, если бы не Мала, чудом успевший перехватить ей рукой. Они оба крутанулись на месте, и Мала выкрикнул:

— Стой, Сорока! Стой!

Василиса закричала снова, страшно, без слов. Рванулась к камню, но Мала держал крепко.

— Сорока! Спокойно!

Раздался треск. Глубокий, нутряной, какой бывает по весне на промёрзших до самого дна реках. Только вот в этот раз трещал не лёд — стонал камень.

— Отходим! — скомандовал Лис.

Его люди попятились, волоча за собой пленных, напряжённо оглядываясь и держа на прицеле купол непроницаемой черноты, скрывающий Анку, ведьм и Конь-камень. Мала развернулся, толкая Василису прочь. Она больше и не сопротивлялась. Только расширившимися глазами смотрела на чёрные щупальца, похожие на густой маслянистый дым, лезущие из верхушки купола, шарящие вокруг, словно ищущие кого-то или что-то…

— Назад! — скрипуче скомандовал Лис.

И купол взорвался с оглушительным грохотом.