- -
- 100%
- +
2120 год
Двери лифта бесшумно открылись и высокая молодая женщина, смущенно улыбаясь, внесла в зал скромный торт с единственной свечкой. Все это было для нее непривычно. И этот, прямо скажем, немного кривоватый торт, испеченный ее собственными руками. И залихватское мини платье, на которое она сменила уже до осточертения привычный комбинезон ради такого торжественного случая. А особенно необычен был вид мужчины в строгом деловом костюме, который ослепительно улыбаясь поднялся ей навстречу из-за маленького круглого стола.
– Я безумно рад видеть, что твои таланты не ограничиваются научной работой, – пошутил именинник, после чего взял у девушки торт и водрузил строго посередине столика. Затем отодвинул для собеседницы стул и принялся ловко открывать бутылку вина изумительного изумрудного цвета.
Свет в зале медленно погас, и на куполообразном потолке из крупных стекол, разделенных стальными балками, проступило невообразимое количество звезд. Ярких и немигающих, как и положено в открытом космосе. А перед глазами девушки, на противоположном окне, появился огромный Земной шар во всей своей ночной красоте, усыпанный мириадами огней городов и дорог, окаймляющих черноту океана.
– Нет, нет! Мы не настолько приблизились, – поспешно пояснил мужчина, заметив недоумение на лице девушки. – Я вывел картинку с телескопа и немного добавил яркости. Скоро, кстати, шарик повернется к нам твоими родными местами. А настоящая Земля вон там, над нашими головами. Она сейчас выглядит только чуть больше, чем обычно Луна с Земли.
– Умеешь ты напугать! – усмехнулась девушка. – Талантище! Впрочем, давай уже отмечать твой юбилей. С годовщиной! Чтобы тебя преследовала удача! Чтобы у тебя все получилось! Ты самый лучший! Ты первый!
– Надеюсь, что и последний, – поддержал поздравление сам юбиляр.
– Ну да… Наверное… Э-э-э… Давай! Задувай уже свечу!
Мужчина слегка наклонился, поднес губы к трепещущему огоньку и легонько дунул. Свеча погасла. А после этого почти разом погасли и все огни на Земле.
– Так себе шуточка, – потрясенно пробормотала женщина, уставившись на враз почерневший шар с узким серпом освещенной Солнцем стороны. – Властелин хренов… Силиконовый.
– Это не я, – четко проговаривая слова, с враз проявившимися стальными нотками сказал мужчина. – Похоже нашу Землю атаковали. Неизвестным оружием.
Глава 1
Николай
Рабочий день начался вскоре после полуночи. Молодой ученый в слегка помятой одежде и с немного всклокоченными волосами как, впрочем, и положено любому уважающему себя в меру гениальному ученому, устроился перед компьютером и погрузился в изучение отчетов от всех систем, задействованных в подготовке очередного небольшого ядерного взрыва. Всего-то десяток мегатонн. Рутина.
– Ну что, Николай? Готов слегка встряхнуть этих разленившихся и зажравшихся обывателей? – бодро поприветствовала его ярко накрашенная блондинка с озорным взглядом, появившаяся в центре экрана и нагло растолкавшая окна со скучными научными цифрами.
Николай окинул взглядом ладную фигурку в сильно открытом костюме цвета хаки и с огромным сверкающим мечом в руках и в очередной раз порадовался, что установил себе человекообразный интерфейс для изначально скучной программы Искусственного Лабораторного Ассистента.
– Да, готов, – произнес он, доставая чашку кофе из автомата, – можно и встряхнуть наш унылый шарик.
– Тогда надо заняться бюрократией. Озвучить и подписать протоколы, – наряд девушки мгновенно изменился на строгий деловой костюм.
– Давай Ила, – только махнул рукой Николай, соглашаясь на запуск рутинной процедуры.
– Дать я тебе всегда готова, – озорно сверкнула глазками девушка. – Вот только взорвем сейчас Японию, и я покажу тебе каталог, из которого ты выберешь для меня искусственное тело!
– Отвали, – снова махнул рукой мужчина, – я женатый человек. Ну почти…
– Вот именно что «почти»! Твоя ненаглядная уже месяц как сбежала к маме. Да и вообще, в наш просвещенный век секс с роботом за измену не считается.
– Вот именно, что с роботом, – поморщился мужчина. – Был бы у тебя разум, тогда еще можно было бы о чем-то говорить. А так у тебя один сплошной интеллект, но нет и крошечного проблеска разума. Так что не приставай, а то понижу тебе свободу воли на пяток пунктов.
– И зачем тебе такое счастье? – подбоченилась цифровая собеседница. – Сам же говорил, что я тебе приятнее, когда могу и возразить, и предложить что-то от себя. А срезать пять пунктов, это вместо слегка язвительной веселой собеседницы получить послушную безынициативную куклу. Почти машину.
– Ладно… почти не машина.... – сменил тему ученый, невольно признавая справедливость Илы, – давай уже протокол. А то еще выбьемся из графика злодеяний.
Ассистентка начала зачитывать сухие строки информации, иногда оживляя их придыханием в голосе, а ученый заверял их веским словом и прикладыванием ладони к специальной области на виртуальной клавиатуре.
– Дата. Двадцать второе августа две тысячи сто двадцатого года.
– Подтверждаю.
– Мощность заряда десять целых пять десятых мегатонн.
– Подтверждаю.
– Глубина закладки заряда двенадцать тысяч восемьсот метров ниже уровня моря.
– Подтверждаю.
– Координаты отображаются…
– Подтверждаю.
– Планируемая сила землетрясения в населенных районах четыре бала. Люди должны только почувствовать толчок.
– Подтверждаю.
– Предупреждение для населения местными властями разослано по протоколу.
– Подтверждаю.
Далее еще было несколько минут скучного зачитывания и рутинных подтверждений. Николай нажатием кнопки сварил себе еще кофе и принялся ждать, поглядывая на цифры обратного отсчета в углу экрана.
Ила опять нарядилась в вызывающий милитари-наряд и на тележке вывезла ящик с огромной красной кнопкой. В конце процедуры эта кнопка возникла посередине стола, сформировавшись из подстраиваемой клавиатуры. Николай усмехнулся, привстал и с появлением нуля на таймере с размаху удалил по кнопке открытой ладонью. Перестарался. Неудачно подвернувшаяся чашка, наполовину полная горячим кофе, вращаясь, отлетела в сторону, забрызгав не только весь стол, но и изрядно попав на брюки.
Чертыхаясь, ученый смотрел на огромный ядерный гриб на экране, излучение от которого насквозь просветило почему-то только одежду ассистентки. Впрочем, мигающая надпись сообщала, что взрыв произведен штатно. Естественно, без всякого гриба, как и любой глубоко подземный взрыв.
– О да! Это то что мне было надо! – страстно шептала Ила. – Ты самый мощный мужчина в этом мире!
Мощный мужчина пошел переодевать брюки, а когда вернулся, был взбодрен почище любого кофе огромным красным окном в половину экрана. Красное окно – это толстый намек на ситуацию, которая очень даже нештатная. А когда имеешь дело с мегатонными ядерными бомбами нештатные ситуации могут здорово нервировать.
Николай быстро пробежал глазами текст и слегка выдохнул:
– Могла бы хоть как-то предупредить, что результат в пределах погрешности, – укоризненно посмотрел он на ассистентку, которая виновато выглядывала из-за тревожного окна. – Еще немного и мне бы потребовалось опять менять брюки…
– Ну да, ничего такого страшного! Подумаешь, немного сильнее тряхнуло, – радостно затараторила девушка, заметив, что начальник не спешит рвать своих настоящих и чужих виртуальных волос. – Всего-то шесть баллов. Не должно упасть даже ни одного самого завалящего небоскрёбика. Ну разве что… немножко штукатурочка треснет или вазочка разобьется. И то только в старых домах. Ну и некоторые людишки выскочат в страхе на улицу.
– Не ерничай, – остановил разошедшийся искусственный интеллект ученый, – хоть эта хрень и в пределах расчетной погрешности, но все равно неприятно. Надеюсь, никто не пострадает.
– Да ладно тебе, – не успокоилась Ила, отрабатывая психологическую поддержку хозяину, – ну подумаешь, кто-то там немного пострадает. Ногу сломает или в штаны навалит. Ты уже сотни бомб взорвал. Ты тысячи людей от смерти спас за последние годы. Может благодарное человечество пожертвовать тебе пару-тройку своих обывателей? Их все равно миллиардов шесть совершенно лишних и никому не нужных.
Николай сначала оторопел от такого напора, а потом усмехнулся, невольно подтверждая правильность психологической поддержки, заложенной в программу и махнул рукой:
– Ладно… чего уж. Давай, готовь все требуемые отчеты и документы по выходящей за среднее ситуации.
– Это я виновата, шеф, – вскричала Ила и приняла облик кающейся грешницы. Очень эротично кающейся, надо сказать. В хламиде с гигантскими прорехами и соответствующими изгибами фигуристого тела. – Я же делала все математические расчеты!
– Да черта с два! Никто не виноват! – отрезал ученый. – Есть вероятность почти в процент, что сила землетрясения будет на пару баллов больше расчетной. Рано или поздно это должно было случиться. Вот и случилось. И даже скорее поздно, чем рано!
Николай вполне успокоил себя этим доводом и насвистывая направился к бару. Можно было позволить себе глоток коньяку. Для успокоения нервов, так сказать.
– Получи пока информацию о повреждениях в Токио и ну… в других местах… кого коснулось, – отдал он распоряжение помощнице.
Следующий час прошел тихо и скучно. Ила подсовывала начальнику один отчет за другим, тот внимательно их вычитывал и заверял. Попутно пришли вести из Японии. Ничего сверхнеприятного вроде бы не случилось. Закаленные регулярными неслабыми землетрясениями японцы почти не перепугались. Да и строили там с расчетом на куда более разрушительные толчки. Наконец, рутина закончилась. Николай откинулся на спинку кресла и с облегчением выдохнул:
– Ну что ж, теперь можно и поспать остаток ночи.
– Хм… шеф, – озабоченно возразила помощница, – тут что-то странное творится в новостных выпусках по всему миру. Похоже, на тебя спустили Полкана, а точнее свору борзописцев.
На экране монитора отобразилось окно с логотипом популярного телевизионного канала ИксСупер-ТиВи. Всю верхнюю часть окна занимала красная надпись «Экстренный выпуск», ниже метался ведущий и, заламывая руки, чуть не завывал: «Вы только посмотрите на это лицо! Это же настоящий маньяк от науки! Доколе будут позволять таким безответственным типам ставить на нас, обычных людях, опыты и взрывать сверхмощные ядерные бомбы в густонаселенных местах для удовлетворения своих сомнительных амбиций?»
Тут и собственно лицо показали. Николай даже с трудом себя узнал в растрепанном типе с выпученными глазами и слегка перекошенным ртом.
– Они смонтировали что ли такую фотку? – пораженно прошептал человек.
– Нет, фотография настоящая, – развела руками Ила, – они нашли ее на аккаунте Алексея. Помнишь, вы в прошлом году отдыхали компанией с шашлыками. Там еще был конкурс по бегу в мешках. Вот оттуда твое лицо и вырезали.
Ведущий еще несколько минут поливал институт, лабораторию и конкретно Николая плохими словами, чуть не срываясь на откровенную нецензурщину. Видеоряд состоял из попеременно меняющихся крупно снятых трещин в домах, разбитой вазы в веселенький цветочек, гриба ядерного взрыва (куда же без него?) и такого удачного для беспринципного журналюги фото главного виновника.
– Мне уже пришли пара десятков запросов на интервью. Я всем отказываю, ссылаясь на пункт в контракте. Еще электронная помощница дежурного пресс-секретаря нашего концерна запросила текст для официального заявления. Сейчас его можно будет увидеть на более уравновешенном телеканале.
Николай согласно махнул рукой, и в окошке появилась студия более серьезного телеканала. Надо сказать, сильно проигрывающего в популярности насквозь желтому ИксСупер.
Серьезно выглядящий, официально одетый, немолодой мужчина представился пресс-секретарем концерна ГаФоРт, которому и принадлежит Институт Геотектоники и Сейсмологии. Потом толкнул короткую речь… Нет, ученые и руководство института ответить на вопросы не могут, так как объект насквозь режимный. Как-никак единственная организация на Земле, которая владеет действующими ядерными зарядами.
Далее он выдал очень хорошо знакомую версию событий, которую помощница Николая ему и отправила десятью минутами ранее. Лаборатория Предупреждения Землетрясений уже девять лет производит подземные ядерные взрывы по методу Академика Сухова. И, как уже многократно заявлялось, это конечно же не создание землетрясений. Энергия землетрясения намного больше любого ядерного заряда. Институт с помощью множества датчиков, установленных по всему Земному шару, может с высокой вероятностью прогнозировать землетрясения. А задача Лаборатории состоит в том, чтобы с помощью ядерного взрыва спровоцировать землетрясение раньше, чем оно накопит энергию, способную вызвать катастрофические последствия. Так что благодаря Институту и Лаборатории на Земле уже девять лет не было сильных землетрясений. Наши сотрудники спасли тысячи жизней и сберегли не один город. Но спрогнозировать со стопроцентной точностью силу вызванного нами землетрясения, увы, невозможно. Погрешность заложена в сам метод и население всегда предупреждается заранее. Ранее уже были вызваны землетрясения даже большей силы, чем сегодняшнее около Японии. Просто-напросто в этот раз был прогноз на четыре балла, а произошло событие на шесть. Это в рамках погрешности. Академик Сухов, к сожалению, покинул нас этой весной. Сейчас исполняет обязанности начальника лаборатории Николай Кузнецов. Доктор наук. Он восемнадцать лет работал под руководством Академика. И никаких причин сомневаться в его квалификации не имеется.
– К сожалению, отсутствие сомнений в квалификации, – усмехнулся Николай, – не влияет на желание начальства убрать приставку «исполняющий обязанности».
– Да кто их знает? – вздохнула помощница. – Вроде никто из маститых ученых Института не претендует на эту должность. Да и если потребуется развивать технологию, то лучшей кандидатуры, чем ты, не найти.
– Ну, для этого совсем не обязательно быть руководителем лаборатории. Заниматься этой темой в роли исполнителя меня, конечно, устроит, но в должности начальника как-то веселее.
Неприятное происшествие и еще более неприятные наезды со стороны наиболее горластых представителей благодарного человечества совсем прогнали сон. Принимать же усиленную дозу «витамина К», то есть коньяка, Николай опасался. Похоже, предстоял нелегкий день и ясное сознание может очень даже пригодиться.
В ожидании утра мужчина решил развлечь себя информацией о том, что в мире творится. Не только же про него, любимого, должны показывать все каналы и коблы.
Вторая по рейтингу новость его озадачила. На экране показывали самый острый момент снятый налобной камерой какого-то охотника. Из густого кустарника вылез огромный заяц с помповым ружьем и всадил в незадачливого охотника пару зарядов. Камера резко подергалась и замерла, уставившись в безоблачное небо.
– Что за хрень вместо новостей ты нашла? Какой-то любительский фильм что ли? – удивился ученый.
– И вовсе это не фильм, – парировала Ила. – Это главная новость вчерашнего дня. Террористы из «Зеленой руки» переодели взломанного полицейского робота в костюм зайца и застрелили великовозрастного сынка одного из директоров ДженералКорп, когда тот развлекался убийством зайцев в своих уральских владениях.
Заметив, что начальник заинтересовался новостью, искусственная помощница добавила:
– Могу показать весь сюжет, выложенный в коллективном блоге «Зеленое слово». Это главный кобл наиболее активных «зеленых». Сюжет довольно кровавый, надо сказать. Я даже удивлена, что его еще не заблокировал Наблюдатель, – и, заметив согласный кивок, продолжила. – Я расскажу своими словами и более сухим текстом, а то эти природозащитные коблеры, конечно, девчата и парни хорошие, но уж больно эмоционально-надрывный текст сочинили. Итак, Джон Стоунфеллер, сын одного из членов совета директоров корпорации ДженералКорп, с детства решил посвятить себя охоте. У него много земель по всему миру. Так что он достиг немалых успехов на поприще убийства беззащитных животных из всех экосистем.
На экране что-то самодовольно вещал статный мужчина на фоне стен, увешанных некомпьютеризированными ружьями всех систем, а также головами и чучелами десятков животных.
– Надо сказать, что он не использовал роботов для поиска дичи и самой охоты. Для большего удовольствия от убийства. Причем, этот тип не учитывал ни пол, ни возраст зверушек. Выследил – убил. Хоть детеныша, хоть не в сезон. Сам понимаешь, природозащитники имели к нему массу претензий. Неделю назад он пошел охотиться на зайцев в уральском поместье.
На экране пошла весьма отвратительная нарезка с камеры охотника. Выскакивает серый зверек и катится сраженный зарядом безжалостной дроби. Подергивающуюся тушку радостно рвут пара охотничьих собак. Одного, другого, третьего.
– Террористы из запрещенного кружка «Зеленая рука» ухитрились похитить и перепрограммировать полицейского человекоподобного робота и нарядили его в костюм зайца.
Видеоряд отобразил бравого робота в строгой форме, всего увешанного наклейками с эмблемами искусственного интеллекта, дабы никто даже спьяну не перепутал его с живым человеком. А потом этого же робота в костюме зайца. Белом и пушистом. Офигительную няшность ряженного только слегка портило внушительное помповое ружье в руках.
– Этот робот легко шуганул ультразвуком собак, вышел из кустов и всадил два заряда картечи в живот великого охотника.
– Охренеть! – только и смог выдавить из себя пораженный ученый.
– Споры в коблоге идут в основном о том, не стоило ли пристрелить и собак, и не стоило ли первый заряд картечи дать в ноги охотничка, а уж потом, дав ему прочувствовать приближение смерти, уже и в пузо засадить.
– Ну да… ну да… – пробормотал ученый. – Впрочем, мне тоже почему-то больше жалко зайцев.
В ролике пошла информация о том, что робота пока не нашли. А потом и неубедительные призывы помогать полиции в поисках террористов. Ага. Верим в искренность! Но без такого призыва, да за такой ролик, авторов самих запросто запишут в террористы.
– А почему новость пошла только через неделю? – вдруг обратил внимание на нестыковку по датам сильный аналитический мозг ученого. – Что за задержка?
– Может держалось в секрете, а потом кто-то слил? – неуверенно пробормотала помощница, чувствую своим электронным нутром всю слабость аргумента.
– Да черта с два! – минуту поразмышляв, выдал мужчина. – Поищи-ка аналитику, нет ли каких-то событий, которые наша свободная пресса тщательно маскирует?
– Э-э-э… Так… Нашла. Уже второй день идут стычки армий концернов. Пока в шести точках Земли были столкновения роботов. Люди еще не стреляли.
– Да и не будут уже, наверное. Роботы куда лучше стреляют. Я так понял, что человеческих жертв не было?
– Еще нет, но ожидаются. Все армии приведены в боеготовность. И войска ООН, которые охраняют склад вечного хранения ядерного оружия в Гренландии, тоже. Так… Ищу нормальный обзор. А пока наткнулась еще на одну новость, которая скоро выстрелит неслабо. Но она прошла по паре коблов и потом ее закрыли с пометкой «вмешательство в частную жизнь».
– Точнее, запасли на завтра или послезавтра, когда попытки вешать собак на меня за землетрясение потеряют остроту. Что за новость-то?
– Да одну девку из семьи новых помещиков выпороли розгами.
– Не путаешь? Ее или она кого выпорола?
– Сначала она нескольких своих крепостных. А потом ее за это поймали анархисты-террористы и саму. Там видеоряд такой, что несмотря на незначительность события, рейтинги обеспечены.
– А то что она со своими крепостными так развлекалась, это разве уже стало законным?
– Ты маленько отстал от жизни. Уже года два как всевозможных рабов и крепостных можно подвергать телесным наказаниям, если конечно такой пункт есть в контракте. Но он уже почти во всех таких контрактах стандартно и стоит.
– А этим добровольным рабам за жирную похлебку еще не ввели совсем нерасторжимые контракты? Да еще наследуемые?
– Нет еще. Но тема активно дискутируется. Ты прям в корень зришь, шеф! – засмеялась помощница. – Пока еще не отменили юрьев день. Но желающих освободиться не так и много. О! Нашла аналитику по политике. Но, как обычно, все в видео. Смотреть будешь? Или тебе рассказать вкратце.
– Реки давай! – как нормальный ученый Николай лучше воспринимал текст, хоть письменный, хоть устный. А вот большая часть человечества, наоборот, почти все новости просматривала строго как видео.
– Похоже назревает неслабая война. Большая часть корпораций разделилась на два лагеря. Остальные мечутся и торгуются, к кому выгоднее примкнуть. Так как территории корпораций сильно перемешаны, то точек столкновений могут быть сотни. Роботов накоплено несколько сотен миллионов с обеих сторон. Так что речь может идти даже о начале мировой войны. По крайней мере, многие эксперты опасаются множества жертв среди мирного населения. Даже не примыкающего к корпорациям. Называют цифры от десятков тысяч до десятков миллионов. От себя добавлю, ты правильно предположил, что прессе поручили выкидывать раздутые новости, для того, чтобы начало войны не вышло на первые полосы. Не время еще, как пишут.
Николай вывел текст и начал разбираться в каких местах Земли идут столкновения и в каких только ожидаются. Все это ему сильно не нравилось, но тем не менее бодрило. Скрытое начало войны такая тема, которая способна задеть самого заумного ученого, тем более, что Николай таким стать еще не успел.
Глава 2
– Хм, хм, – заметив, что шеф оторвался от чтения, подала голос Ила, – есть новый поворот в раздуваемом скандале с землетрясением. Одна девица, начинающая, но уже прожженная моделька, решила воспользоваться случаем. Так толчков испугалась, что через десять минут выскочила голая на улицу. И бегала там, пока ее не обложили журналисты. Теперь активно берут у нее интервью.
На экране показали, как по широкой улице бегала эта самая напуганная, принимая время от времени выигрышные позы и испуская взвизги. Прохожие смотрели на действо кто с улыбкой, кто с недоумением. Они про толчки уже и забыли, похоже. Но что ж не посмотреть на представление? Тем более, что посмотреть действительно было на что.
– Сейчас она дает интервью направо и налево. Между прочим, заявила, что раз ты так ее напугал и опозорил, то обязан на ней жениться. Ее адвокат уже официально направил тебе запрос. В случае отказа угрожают судом.
– Она совсем дура? А если я соглашусь? Ей это надо? – засмеялся Николай, представляя идиотизм ситуации.
Нет, подобные случаи вынужденных браков уже случались в мире неоднократно. Тем более, что законы позволяли иметь сколько угодно супругов, всевозможных полов и возрастов. Единственно, брак с совсем уж несовершеннолетними запрещал что-либо, кроме платонических отношений.
– Ну ты уж скажешь, шеф. Для таких как она ты просто недостижимо великолепный потенциальный супруг. Ты работаешь. Известен в мире науки. Даже входишь в десять тысяч наиболее известных ученых всего мира. И в сотню наиболее полезных. А помешать ей торговать собой ты все равно не сможешь. Нет таких прав у супругов. Еще забыла в твой плюс сказать, что ты пишешь и размещаешь сюжеты для очень уважаемого научного коблога. Я даже горжусь, что тебе туда видео постоянно готовлю. Упс… писал… Шеф! Новость нехорошая. Тебя только что исключили их этого коблога «Популярная наука», – Ила сокрушенно развела руками.
– Да ну их к черту, – пару секунд помолчав, расстроенно проронил ученый. Не сказать, что бы этот коблог был так ему дорог, но все равно… Для современного человека не присутствовать в сети, это как ходить без штанов. – Будут обратно приглашать, так вообще пошлю по матушке. Думаю, как уляжется этот психоз, меня много куда пригласят. Выберу что-нибудь.
Николай расстроенно стал просматривать остальные мировые новости. Ила, видя настроение шефа, от комментариев воздержалась и тихонько изображала раздумья в уголке экрана.
Чего только в новостях не было! Впрочем, криминала на Земле в последние десятилетия тотального надзора стало чрезвычайно мало. Но на многомиллиардное население всегда что-то остренькое находилось. А если нет, то раздувалось из малозначительного.
Николай лениво прочитал про выход новой авантюрно-ролевой игры с почти не отличимой от реальности графикой. Ей прочили не менее двух миллиардов пользователей уже через четыре месяца.
Потом ознакомился с комментарием к новому глобальному закону о полном запрете путешествий и туризма для неработающих граждан. То есть для всех, кто не работал на какую-то из корпораций. Типа, нефиг природу портить, да вирусы всякие разносить. Да и вообще, нечего топтать своими ногами, где не положено. Закон был, конечно, скандальный. Но внимания на него обращали мало, так как уже давно мало кто из неработающих или даже работающих на неначальственных должностях мог себе позволить дальние поездки. Цены на любые билеты и отели зашкаливали. Вдобавок, и пособия, уже давно заменяющие для большинства людей зарплаты, платили только за время нахождения на территории города приписки. Или регистрации, или прописки, это кому как нравится. А если кто отваживался выбраться за родные пределы, так еще могли и сунуть в карантин по самым незначительным поводам. Причем, и по возвращении тоже.