Попроси меня. Т. V

РЕВОЛЮЦИОННЫЕ СОБЫТИЯ В НИДЕРЛАНДАХ

Грандиозные изменения в социально-экономической сфере, происходившие в Европе в новое время, разложение средневековых институтов, начавшиеся преобразования в религиозной жизни, длительное время являвшейся духовной основой общества, привели к серии серьезных социальных катаклизмов, выразившихся в столкновении старых и новых явлений и взглядов. В ряде европейских стран произошли религиозно-социальные революции, решающую роль в которых сыграли новые, буржуазные, в каждом случае по-своему духовно настроенные, слои общества. Эти события, затронувшие наиболее развитые страны – Нидерланды, Англию и Францию, привели к социально-экономическим изменениям, причем в степени соразмерно духовному состоянию общества.

Первая в истории Европы буржуазно-христианская революция (точнее сказать, буржуазно-протестантская революция, поскольку протестантизм поддерживал капиталистический принцип, в отличие от старых течений, католицизма и православия) произошла в Нидерландах. Эта страна, являвшаяся одной из провинций обширной империи Габсбургов, обладала во второй половине XVI в. чрезвычайно развитой экономикой. Товары, производившиеся здесь, считались в Европе наиболее качественными, а такие города, как Амстердам, Брюгге или Антверпен уже тогда являлись крупнейшими центрами общеевропейской торговли. Нидерланды ежегодно приносили в имперскую казну более 2 млн гульденов (в два раза больше, чем вся Германия и в четыре – чем Испания). Императоры Карл V и Филипп II активно пользовались этим, постоянно увеличивая размер налогов, что препятствовало развитию торговли и предпринимательства.

К социально-экономическим трудностям прибавлялся религиозный протест. В Нидерландах все шире распространялся запрещенный Карлом V кальвинизм. Его исповедовали тайно под страхом смерти. Чтобы послушать проповедников, люди под покровом ночи собирались в лесах. Для борьбы с «ересью» Карл V ввел в Нидерландах инквизицию и издал особые законы – «плакаты» против «еретиков». При Филиппе II преследования протестантов ужесточились. Его антианглийская политика подрывала давние торговые связи Нидерландов с Англией и наносила огромный ущерб их экономике. Филипп II понимал, что в Нидерландах назревает взрыв, поэтому по его приказу в страну была введена испанская армия. Но даже присутствие солдат не смогло предотвратить начало национально-религиозного освободительного восстания Нидерландов против испанцев.

К оппозиции испанскому правлению и засилью католической церкви примкнуло нидерландское рядовое дворянство, создавшее союз «Соглашение» («Компромисс»), требовавшее от Филиппа II и его наместников восстановления вольностей Нидерландов, снижения налогов, прекращения религиозных гонений. Партию дворянства возглавил принц Вильгельм Оранский, граф Эгмонт и Горн. Когда они представили свои требования в государственный совет для передачи их Испанскому королю, кто-то из придворных презрительно обозвал скромно одетых нидерландских дворян гёзами, т. е. нищими. Это прозвище стали с гордостью носить все те, кто болел душой за судьбу Нидерландов.

С виду нидерландцы были традиционалистами. Они искали оправдание своих действий в глубоком прошлом: в доставшихся от предков институтах и правовых традициях. Сохраняло свою значимость средневековая установка: «чем древнее, − тем правильнее». Апелляция к прошлому придавала участникам событий уверенность в истинности своих поступков, давала возможность истолковывать политику короля как тираническую. Даже один из историков, по поводу «революционеров» XVI, XVII веков заметил: «Это были люди, идущие вперед с головами, повернутыми назад»154. Но головами, повернутыми назад, оказались не нидерландцы, а тот отряд историков, который упорно отказывался видеть новый, революционный дух движения.

Освободительное движение началось 10 августа 1566 г. с массового иконоборческого восстания. Подготовленное союзом дворян и кальвинистскими общинами оно вспыхнуло в районе городов Хондсхоте и Армантьера и распространилось на 12 из 17 провинций. Первое, что уничтожалось, это католическая символика. Около 5,5 тыс. церквей были разгромлены и опустошены. Восставшие уничтожали иконы, скульптуры святых. Монастыри, владевшие обширными землями, разгонялись, а крестьяне, зависевшие от них, уничтожали документы с записями своих повинностей. На деньги, захваченные у церкви, формировались военные отряды для борьбы с испанцами и защиты кальвинистской веры.

Размах движения напугало власти и испанская наместница Маргарита Пармская вынуждена была пойти на уступки. 25 августа объявлялось о приостановлении преследования «еретиков» и введение ограниченной свободы кальвинизма, члены союза дворян получили амнистию.

В начале иконоборческого движения заодно действовали: крестьяне, ремесленники, богатое купечество и дворяне, часто руководившие мятежными отрядами. Но его размах и требования плебса – «Крови попов и имущества богачей» − охладили дворян и зажиточных бюргеров. Они попытались остановить иконоборчество. В результате энтузиазм мятежников начал убывать. Союз дворян объявил о своем роспуске, а руководители кальвинистских обществ отрекались от участия в восстании. Лишенные руководства последние очаги оппозиционного движения весной 1567 г. были подавлены.

Разгромив восстание правительство отменило уступки, а в августе 1567 г. на территории Нидерландов ввело карательные испанские войска под командованием герцога Альбы (Толедо). Испанцы заняли все важнейшие города и начали расправу с мятежниками. Первыми сложили головы на плахе аристократы – графы Эгмонт и Горн. Затем последовали казни рядовых участников восстания. Особый совет по делу о мятежах, прозванный «кровавым советом», осудил на смерть 8 тыс. человек. Инквизиция выслеживала кальвинистов и подстрекала доносить на них, обещая в награду доносчикам имущество осужденных.

Террор не поставил Нидерланды на колени. В стране сразу началась разворачиваться партизанская война. Грабежи и разорения, наносимые войсками, массовые казни, чрезвычайные налоги, вводившиеся Альбой, грозили Нидерландам полной экономической катастрофой. Все это еще больше убедило многих, что надеяться на милость испанцев бесполезно, и поэтому необходимо продолжить борьбу с ними. Крестьяне и ремесленники уходили в леса, где формировались отряды «лесных гёзов». Рыбаки, моряки, торговцы и судовладельцы становились «морскими гёзами». Они нападали на испанские суда и береговые крепости, а затем укрывались в портах протестантской Англии, негласно поддерживающей их.

Возглавил оппозиционное дворянство и города принц Вильгельм Оранский, осторожный политик, получивший прозвище Молчаливый. Он укрылся от преследований Альбы в Германии, набрал там наемников и оттуда организовал их рейды против испанцев. Поначалу В. Оранский не одобрял действия партизан, надеясь добиться успеха с помощью немецких ландскнехтов и английских протестантов – добровольцев. Однако большинство его предприятий оказывались неудачными, в то время как гёзы наносили испанцам чувствительные удары. Поэтому В. Оранский был вынужден пойти на союз с гёзами и планировать с ними совместные действия.

В 1571 г. Альба ввел алькабалу (10-ти процентный налог на все торговые сделки). Вся экономическая жизнь страны приостановилась, расторгались сделки, закрывались лавки и мануфактуры, обанкротились многие фирмы и банки. Атмосфера в стране накалилась до чрезвычайности, особенно в Голландии и Зеландии. Началась массовая эмиграция населения.

В это время указом королевы Елизаветы, уступившей настояниям испанского правительства, из английских портов были выведены отряды «морских гёзов», и 1 апреля 1572 г. они внезапным налетом овладели почти незащищенным городом Бриллем, расположенный в устье Рейна. В новых условиях недовольства захват Брилле вызвал цепную реакцию, все северные провинции восстали, города один за другим изгоняли испанские гарнизоны. Освободившись от иноземных хозяев, самые богатые провинции – Голландия и Зеландия – призвали Вильгельма Оранского и провозгласили его своим правителем – статхаудером.

Испанцы, которым удалось удержать под своей властью Южные Нидерланды, всеми силами обрушились на восставший Север, но местное население было полно решимости: когда города и деревни не выдерживали осады, голландцы открывали шлюзы и затопляли свои земли, чтобы они не достались испанцам.

В результате длительной борьбы, протекавшей с переменным успехом, Нидерланды оказались разделенными надвое. Южные провинции, дворянство и буржуазия которых были настроены менее радикально, остались в составе империи, приобретя некоторую внутреннюю автономию. Северные провинции действовали более решительно, твердо намереваясь достичь национальной независимости. Это объясняется и тем, что их торговые интересы не замыкались на Испании, а были ориентированы на Англию, Северную Германию, Скандинавию. Опубликование 15 июня 1580 г. указа Филиппа II, объявлявшего принца Оранского вне закона как «главного бунтовщика» и назначившего большую награду за его убийство, побудило Генеральные штаты ускорить издание акта о низложении Филиппа II и объявлении Нидерландов независимыми от Испании, вышедшее 26 июля 1581 г.

В большинстве стран Европы на протяжении средних веков сложились монархии, поэтому лидеры восставших против Габсбургов нидерландских земель не представляли, что после обретения независимости их государство могло бы иметь какую-либо другую форму правления. Несмотря на то, что освободительное движение в Нидерландах возглавляли представители буржуазии, крупное купечество и предприниматели, они много лет подыскивали себе монарха среди принцев крови во всех соседних державах. Престол предлагали Английской королеве Елизавете I, принцу Анжуйскому, но они отказались, а в 1584 г. Вильгельм Оранский пал от руки наемного убийцы. Из Англии прислали графа Лестера, который был избран Генеральными штатами губернатором. В сентябре 1585 г. Лестер вступил в обязанности фактического правителя Соединенных провинций. Опасность этой политики не замедлила обнаружиться. Выполняя инструкции английского правительства, Лестер стремился превратить Нидерланды в придаток Англии, а английским купцам помочь захватить в свои руки традиционные внешние голландские рынки. С этой целью Франция и Германия объявлялись «союзниками» Испании, и торговля с ними была запрещена. Войну с Испанией Лестер вел неудачно, а затем, по приказу английского правительства, завязал с испанцами предательские переговоры и поднял военный мятеж в целях захвата Нидерландов. Мятеж подавили, а в 1587 г. Лестер вернулся в Англию. Лишь после этого правящая купеческая олигархия покончила с поисками иноземных государей, а в 1588 г. Соединенные провинции объявили себя республикой. Войсками руководил сын Вильгельма Оранского Мориц Нассауский. Он успешно воевал, имел известность и авторитет.

У республики объединенных провинций были преимущества перед Испанией и в 1609 г. она заключила с ней мир на 12 лет. Испания признала республику соединенных королевств как государство. Это было победным завершением революции. В 1621 г. война возобновилась, шла с переменным успехом и стала составной частью Тридцатилетней войны. Вестфальский мир 1648 г. подтвердил условия перемирия 1609 г.

Во главе республики Соединенных провинций стала Голландия как наиболее развитая в экономическом отношении провинция, поэтому новое государство получило название Голландия. Центральными органами власти стали выборные Генеральные штаты и Государственный совет, депутаты которых должны были согласовывать свои решения с волей избирателей. В конфессиональном плане республика отличалась высоким уровнем терпимости.

Освобождение от испанского гнета, сковавшего католицизмом связь с Богом и развитие капитализма, создало дополнительный стимул для духовного и, соответственно, буржуазного развития Голландии. В стране интенсивно прогрессирует промышленность, где стали преобладать мануфактура и торговля. О капиталистической эволюции Голландии свидетельствует преобразование финансовой системы страны. Кредитные операции созданного в 1609 г. Амстердамского банка получили широкий размах. Банк быстро разбогател, и Амстердам стал финансовым центром мира, средоточием международных валютных операций. Крупным центром мировой торговли стал Антверпен, где была организована первая товарная биржа.

Однако лидерство Голландии оказалось непродолжительным, из-за установившейся чрезвычайной политики либеральности (в настоящее время 26% голландцев являются католиками, только 16% – протестантами, 42% причисляют себя к агностикам и атеистам, 6% – к мусульманам, терпимо относится к тому, что осуждается в других европейских странах: проституция, однополые браки (уже «?»), употребление легких наркотиков и т.д.) Уже во второй половине XVII в. она снизила темпы экономического развития, а затем уступила лидерство революционной, протестантской Англии, которая очень скоро выдвигается по экономическому развитию на первое место среди европейских стран.

РЕВОЛЮЦИОННЫЕ СОБЫТИЯ В АНГЛИИ

Революционные события в Нидерландах носили национально-освободительный характер, вмещавший в себя доминант протестантизма и буржуазии, в Англии же они приобрели антифеодальную окраску, выступавшее за капитализм, т. е. нация также окончательно встала на путь протестантизма и буржуазии.

Римское господство в Британии длилось почти четыре столетия и оставило заметный след в истории его народа. Римляне принесли с собой письменность, античную культуру, ремесла и, конечно, христианство. Язычество еще существовало некоторое время параллельно, но Римские императоры нанесли серьезный удар по языческим культам, когда Константин Великий передал сокровища и пожертвования из языческих храмов в христианские церкви, а его сын Констанций II объявил обязанностью императора следить за единообразием доктрин, что вместе с отсеиванием ереси дало мощный толчок развитию внутри самой церкви. Уже после ухода римлян из Британии в начале V века, в 597 г. папа Григорий Великий посылал монаха Августина с проповеднической миссией в Великобританию. Он отправился в Кентербери и стал первым архиепископом Кентербери в 601 г. Но его деятельность не дала больших успехов, обратив в христианство только несколько семей знатных и богатых людей, и в народ христианство принесла изолированная кельтская церковь, священники которой ходили от деревни к деревне и обучали новой вере.

Развитие британской церкви шло приблизительно теми же ступенями, что и на материке; сразу появлялись монастыри. Однако здесь произошло некоторое различие. Главной относительной чертой британских монастырей была в их миссионерском характере. Именно этот проповеднический уклон с дисциплинарной составляющей шел в абсолютный разрез с картиной монастырей Руси, с их замкнуто аскетическим и невежественным состоянием. Поэтому-то в Британии сложилось иное, более близкое взаимоотношение с Богом, более близкое, идущее на компромисс взаимоотношения внутри общества.

Монастыри были древнее, чем большинство сельских церквей, и охватывали гораздо большие территории. Монахи и священники странствовали по территории определенного «прихода», молясь и читая проповеди в местах общинных. К воротам монастырей стягивались ремесленники, торговцы, слуги и нищие. Поэтому многие английские города начинались с монастыря и примыкающего к нему поселения мирян. Со временем монастыри были вытеснены тысячами ими же порожденных маленьких церквей.

Наибольшее впечатление производит тот факт, что уже в VIII в. англичане несли христианство на континент. Эта миссионерская деятельность началась со ссоры Уилфрида, епископа Йоркского, с архиепископом Теодором. Чтобы изложить свое дело Уилфрид в 678 г. отправился в Рим через языческую Фризию и провел там год, проповедуя. В 690 г. во Фризию высадилась уже группа нортумбрийцев (Нортумбрия – одно из королевств, сложившихся в ходе англо-саксонского завоевания Британии). Среди них был Виллиброрд, который взял на себя руководство и в 695 г. был посвящен в архиепископы Фризии. Другая миссионерская группа шла в Западную Саксонию во главе с Бонифацием. Между своим прибытием сюда в 718 г. и смертью от рук язычников в 754 г. он проповедовал среди фризов, германцев и франков, основав епископскую кафедру в Майнце.

Англия VIII в. представляла собой мир, где большое место занимали письменность и законность, где упрочивалось представление о правах. А церковь действовала таким образом, чтобы наверняка придать больше веса представлению о законности и существующим прецедентам. Хотя на соборах речь шла о церковных делах, такие совещания во многом способствовали превращению для какого-либо случая собравшихся воинов при короле в мудрый, или «большой совет», который затем обнаруживается в позднесаксонской Англии.

Как бы ни были хороши английские монастыри, но к Х веку они стали приходить в упадок. Несколько крупных и бесчисленное множество мелких монастырей было разрушено датскими викингами, а сохранившиеся все больше втягивались в беспорядочный, мирской образ жизни. По тогдашним воззрениям для успешного возрождения английской церкви требовались новая монашеская модель и средства на постройку новых обителей: Англия желала возрождения церковной чистоты и духовного состояния народа, что, в конечном итоге, выльется в противостояние угрюмых, обремененных тяжким трудом от тяжелой связи с Богом монашествующих и простого, радостного восприятия Бога Отца.

Монастырская реформа началась в начале 40-х годов Х в. под покровительством королевской власти. Монахи в новых монастырях следовали образу жизни, основанному на уставе монаха Бенедикта. Средства на постройку выделялись королем, например, Эдгар (правил в 959-975гг.) не скупился на пожертвования и от других ожидал того же: к 70-м годам Х в. появляются признаки возмущения знатью расходами.

Начиная с Этельстана (правил в 924-939 гг.) короли все чаще упреждали законы, более тщательно разрабатывая их; сказывался фактор сообразительности английской системы. Поддержания мира и порядка, преследование воров, церковная иерархия, торговые дела и проведения ярмарок и т.д. – они охватывали все более широкие круги подданных. Упор делался на единообразии. К началу XI в. право преследовать за наиболее серьезные преступления стало прерогативой короны; оформилось понятие всеобщего мира, защита которого была обязанностью и правом короля. Король действовал не единолично, а от лица общества, на тот момент, конечно, высшего. Поэтому при нем находился Уитан (Witan) – Королевский совет. В его прерогативу входили выборы новых королей, утверждение законов общего государственного значения, обсуждение текущих дел. В Уитан входила знать, епископы и многие люди, пользовавшиеся влиянием на местах. Начиная со времени Этельстана расширенный Уитан стал силой, с которой приходилось считаться. Впоследствии из этого тандема, необходимости королю иметь поддержку своих действий общественностью в лице Уитана, а общественности иметь выражение своих стремлений в лице центральной власти, короля, т. е. взаимного уважения друг друга, или, точнее сказать, без представления как быть без друг друга, в согласованности сторон процесса изменения, стремящейся к соединению с Богом, и как ответ – сохранение Богом этой сложной системы, появится парламент.

Стремление власти провести монастырскую реформу затронуло лишь один сегмент (приблизительно 10%) прежнего церковного сообщества. Остальные продолжали вести прежнюю жизнь. Это двойственное состояние церкви вместе с тем, было их взаимным отражением, выражение внешнего лоска и внутренней гнилости.

К времени Этельреда (правивший в 978-1013, 1014-1016 гг.) монастырская реформа уже исчерпала себя. Аббатство Бертон в Стаффордшире (1004) и аббатство Эншем в Оксфордшире (1005) были основаны последними, так как вскоре общий развал и истощение ресурсов страны положили конец щедрому покровительству и строительству. Тем не менее, «благочестие» Эдуарда Исповедника (правившего в 1042-1053) заставило его осуществить один строительный проект, наиболее амбициозный из всех, которые до тех пор предпринимались в Англии. Около 1050 г. он начал перестраивать старую монастырскую церковь в Вестминстере в собор, достойный английских монархов. В Англии к тому времени архитектура захирела, зато в Нормандии последние сорок лет она развивалась с поразительным успехом. Поэтому для Вестминстерского аббатства Эдуард обратился к нормандским архитекторам: есть божественная ирония, усмешка Бога в том, что последний величественный памятник королевскому дому Уэссекса был плодом в основном нормандской культуры.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Памятныя записки А.В. Храповицкаго, статс-секретаря Екатерины Второй. Москва, тип. Университетская, 1862, стр. 4.

2

Полное собрание сочинений русских авторов. Сочинение императрицы Екатерины II. Том I. СПб, изд. А. Смирдина, тип. Имп. Акад. Наук, 1849, стр. 226.

3

Записки императрицы Екатерины Второй. Пер. с подл., изд. Имп. Акад. Наук. СПб, изд. А.С. Суворина, 1907, стр. 628.

4

Собрание учреждений и предписаний касательно воспитания, в России, обоего пола благороднаго и мещанскаго юношества; С прочими в пользу общества установлениями. Том I. СПб, тип. Я.К. Шнора, 1789, стр. 5.

5

Князь Щербатов М.М. О повреждении нравов в России. Типо-литог. «Русского Товарищества», Москва, 1908, стр. 64.

6

Три века. Россия о смуты до нашего времени. В шести томах. Том III-IV. Репринтное издание. Сбор. сост. А.М. Мартышкин, А.Г. Свиридов. Москва, «ГИС» – «Патриот», при уч. кооп. «Детектив», 1992, стр. 572.

7

Карташев А.В. Очерки по истории русской церкви. Том 2. Москва, «ТЕРРА» – «TERRA», 1992, стр. 466.

8

Там же, стр. 476.

9

Там же, стр. 476.

10

Там же, 486-487.

11

Там же, стр. 487.

12

Памятники старообрядческой письменности. СПб, РХГИ, 2000, стр. 344.

13

Старинный староверческий «Стих об антихристе»:

Кто бы, кто бы мне построил – Во темных лесах келию. – Кто бы мне поставил – Не на жительном бы месте, – Где бы люди не ходили, – Где бы птицы не летали, – Где тебе, Христу, угодно, – Где душам нашим на пользу? – Злый антихрист народился. – Народился, воцарился. – Он пустил свою прелесть – По всей области вселенной, – Разоставил он свои сети – По всему миру крещенному, – Он исходит и прельщает, – В свои сети уловляет. – Скоро Господь Бог проглоголет: – "Вы рабы мои, рабыни, – Православнии христиане! – Вы не весело ходите; – Не забых Бога живите; – Уходите вы мои светы, – Вы во горы, во вертепы, – Вы во пропасти земныя. – Вы постойте, мои светы, – Не уморю я вас, светы, – Голодною смертию; – Накормлю я вас, мои светы, – Единой крошечкой Христовой. . . – Напою я вас, мои светы, – Единой капелькой дождевой; – Подарю я вам, мои светы, – Подарочки драгие. – На главы венцы золотые, – И вселю я вас, мои светы, – Во прерасный рай со святыми; – Огражу я вас, мои светы, – Своей рученькой Христовой.

(Родная старина. № 4, 1928, Рига. С. 7).

14

Три века. Россия о смуты до нашего времени. В шести томах. Том V. Репринтное издание. Сбор. сост. А.М. Мартышкин, А.Г. Свиридов. Москва, «ГИС», 1994, стр. 34.

15

Там же, стр. 34.

16

Христианское чтение. 1876. №11-12. С. 696.

«Хоть семерых детей роди, только замуж не ходи»; «не женатый – женись, а женатый – разженись» (там же).

«Лучше ныне сто блудниц иметь, нежели брачитися»; «"Пусть родят, да в царство небесное пускают!" – "А как это в царство небесное пустить?" – "Пусть крестят, да утопят: младенец и будет мученик"» (Православная богословская энциклопедия или богословский энциклопедический словарь. Под ред. А.П. Лопухина. Второй том. Петроград, тип. А.П. Лопухина, 1901, стр. 318).

17

Православная богословская энциклопедия или богословский энциклопедический словарь. Под ред. А.П. Лопухина. Второй том. Петроград, тип. А.П. Лопухина, 1901, стр. 335.