Шоумен. Министерство мокрых дел

– Вас что-то беспокоит?

– По условиям хранения доступ к сейфу имеет только человек, заключивший с банком договор. Договор ведь заключала ваша героиня?

– Да.

Владелицей банковской ячейки была Ольга. Жихарев посвятил меня во все подробности. Даже в то, что у Ольги не его фамилия.

– Вот здесь-то и трудности.

– Какие? – на всякий случай придал я взгляду беззаботности.

– Мы не можем нарушать существующего порядка.

Значит, Ласунский вот так его проинструктировал.

– Муж и жена – одна сатана, – сообщил я собеседнику общеизвестное.

– Это так, но только не в банковском деле.

Мне уже было показалось, что мой собеседник превратился из рубахи-парня в чёрствого зануду, как он вдруг как-то очень по-человечески сказал, доверительно склонившись ко мне:

– Мне же потом головы не сносить.

– Почему?

– Допустить вас в сейфохранилище мы, в принципе, можем. Но ведь удар по репутации! Банк, в котором к сейфам клиентов допускают каждого встречного-поперечного!

Он поднял палец вверх и запечалился.

– Начнётся отток клиентов. И меня ударят по шапке.

Если только это его и останавливало, то лично для меня ещё ничто не пропало.

– Это ведь смотря как дело повернуть, – сказал я вкрадчиво. – Можно сделать так, что удар по репутации. А можно и наоборот – бесплатная и очень действенная реклама.

В его взгляде я прочитал вопрос – как?

– Всё очень просто. Банк, дарящий радость. Банк, в котором клиентов ждут приятные сюрпризы.

Мой собеседник вздохнул.

– Нет, – сказал, покачав головой. – Банк – это всегда серьёзно. Банк – это извечный консерватизм. И когда на экране телезрители увидят …

Я едва не брякнул, что никакие телезрители этого никогда не увидят, что снимается эксклюзив, что …

Но вовремя спохватился. Потому что не знал, как в таком случае всё повернётся. Одно дело – хлопотать за всенародно любимую передачу, другое – отстаивать интересы частного лица, некоего Жихарева, которого в этом банке, наверное, и в глаза никогда не видели.

И вдруг меня осенило:

– А мы не будем упоминать название вашего банка вообще!

– То есть?

– Так и так, мол, дорогие телезрители. Эта история произошла в одном из банков. В каком из множества – неважно. Потому что подобная приятная неожиданность могла случиться в любом … А дальше идёт наш сюжет.

– Гм, если только так …

Но что же всё-таки ему сказал Ласунский?

– Ну, допустим.

Он всё ещё сомневался, по-моему.

– И все довольны, – продолжал я его искушать.

– Хорошо, идёмте.

Мы вышли из кабинета. Мимо нас спешили люди. Начальник службы безопасности дружески похлопал меня по плечу. Он не был лишён тщеславия, как оказалось. Пройтись по банковским коридорам с телезнаменитостью – это ему явно было по душе.

Сейфохранилище располагалось на первом этаже. Долговязый охранник открыл сначала массивную металлическую дверь, потом вторую дверь, решётчатую, и мы оказались в большом, ярко освещенном помещении, три из четырёх стен которого занимали мини-сейфы, от пола до потолка. В металлической двери каждого из сейфов были вырезаны по два отверстия под ключ, и на каждой дверце стоял индивидуальный номер. Я извлёк из кармана блокнот, нашёл нужную страницу. Там у меня была записана цифра: "771". Номер ячейки, принадлежавшей Ольге. Ячейка обнаружилась на противоположной от двери стене.

– Та самая? – осведомился мой провожатый.

– Да.

– Открой нам любую свободную ячейку, – сказал начальник службы безопасности сопровождавшему нас охраннику.

Тот загремел ключами, отпер один из похожих, как близнецы, сейфов. Внутри покоилась небольшая металлическая коробка с крышкой. Начальник службы безопасности извлёк коробку, откинул крышку. Внутри было пусто.

– Забрав коробку из сейфа, клиент идёт вот сюда, – мой провожатый показал на стол у стены. – Ставит коробку на стол, забирает то, что ему нужно, или наоборот – вкладывает в коробку. Потом – к сейфу. Запирает его. И – всё.

– У вас здесь есть видеокамеры?

– В сейфохранилище? Нет.

– А как же вы следите за порядком?

– В том-то и дело, что следить мы не имеем права. Не можем себе позволить. Даже наш служащий, открыв своим ключом замок, выходит из помещения. Клиент должен остаться один. Сам. Мало ли что он там, в своей ячейке, хранит.

– А если взрывчатка, к примеру? – улыбнулся я. – А вы не в курсе.

– А что взрывчатка?

– Ну, бомбу, предположим, подложат.

– Зачем?

– Чтоб взорвать.

– А смысл?

– Ущерб нанести. Да и мало ли сейчас психов.

– У нас психов нет. Все очень солидные люди. Мы проверяем. Да и опасно это – взрывать. Все данные на клиента у нас хранятся. И в случае чего …

Игра не стоит свеч, был вынужден согласиться я. Потому как вычислят и скрутят. Это не в почтовом отделении несчастных тётенек пугать анонимными звонками о заложенной взрывчатке. Здесь банк, учреждение серьёзное. Не пошутишь.

– Жаль, что видеокамер-то нет, – сказал я. – Придётся свои устанавливать.

– Прямо здесь?

– Ну конечно. Как-то мы должны всё отснять.

Начальник службы безопасности оглянулся по сторонам.

– Как же мы их тут поставим? Не положено. Клиенты будут в претензии.

– А мы незаметно.

– А сможете? – усомнился мой собеседник.

– Опыт есть.

Говоря так, я думал об Алексее. Том самом, который установил видеокамеру в подземельях у Бориса. Так, что никто ничего и не заметил. Обращусь к Борису – не откажет, наверное, отпустит работника на денёк.

– Устанавливаем видеокамеры, – развил я мысль. – На следующий же день привозим под благовидным предлогом нашу героиню. Снимаем сюжет. И вечером того же дня снимаем наши камеры.

– И их действительно не будет видно?

– Гарантия!

– Зачем же их тогда снимать? – задумался вслух мой собеседник.

Наверное, ему понравилась эта мысль – чтобы наблюдать за происходящим, и никто этого не обнаружил бы. Человек слаб. Для счастья ему немного надо.

– Возможно, мы вам их оставим, – закинул я удочку.

Если Жихарев готов оплачивать свой невинный розыгрыш – почему бы ему не оплатить ещё и эти расходы. Зато у нас всё пойдёт как по маслу.

– Мы ещё поговорим об этом! – сообщил мой провожатый.

А глаза уже загорелись. И повеселел. Клюнул.

– В общем, начинайте, – сказал он мне. – Кто будет всем этим заниматься?

– Мы.

– Кто – мы?

– Наша группа.

– Список! – потребовал он. – Поимённый. С указанием паспортных данных и места проживания. Плюс ксерокопии первых пяти страниц общегражданского паспорта. Плюс по одной цветной фотографии паспортного размера.

Сейчас он не был рубахой-парнем. Совсем другой человек. И на этот раз он, кажется, был настоящим. Без напускного радушия и открытости. Вот теперь я его узнал. Не лично, а биография мне его раскрылась. Он четверть века прослужил где-то в органах и дослужился – голову даю на отсечение! – до немалых звёзд. А потом перешёл в банк начальником службы безопасности. Его взяли сюда не потому, что он умел обращаться с оружием и знал дисциплину. У него был опыт. И главное – связи. Там, в органах. Прямой выход на базы данных. Нас просветят насквозь, выудив даже информацию, о существовании которой мы и не подозреваем. И только потом дадут "добро". Возможно, что не всем.

– Хорошо, – кивнул я. – Данные подготовим.

Я и не думал, что всё это настолько серьёзно. Но отступать уже было поздно. Только вперёд.

* * *

Мы с Толиком шли по коридору и как раз у лифта столкнулись с Настей Поляковой.

– Здрассте! – сказал опешивший Толик и густо покраснел.

Настя даже не удостоила его взглядом. Знала, что он был вовсе ни при чём, а причина во мне.

– Ненавижу! – поведала она мне вместо приветствия.

На самом деле она была совсем не зла. И даже улыбалась. Положение обязывало. Попробуй только покажи, что задет розыгрышем – заклюют. Такие нравы. Слабых духом с нами нет.

– Извини, – как мог широко улыбнулся я.

– Да нет, ничего.

– Как там Кондаков?

– Привет тебе передавал.

Ещё бы.

– Спасибо, – сказал я.

– Да пожалс-с-ста!

Улыбнулась на прощание и пошла прочь. Спинка прямая, головку держит. Бизнес-вумен. На войне как на войне.

Толик перевёл дух.

– Испугался? – спросил я.

– Есть немножко.

– Девушка с характером, – дал я оценку Насте. – Но в рукоприкладстве до сих пор не замечена. Так что расслабься.

– Я, кстати, спросить хотел. В чём смысл-то?

– Смысл чего?

– Того розыгрыша. Ну, когда я заику из себя изображал.

– Смысла никакого, – честно поведал я. – Просто она к нам задиралась.

– Почему?

– Долго объяснять. Она как бы белая кость. Всё-таки информационная служба. Элита, в общем. А мы так, коммерческая программа. Хи-хи, ха-ха, всё не всерьёз, а деньги гребём лопатой.

– А им, значит, не платят?

– Кому?

– Ну, вот этой женщине, допустим.

– Десять тысяч, – кратко довел я информацию.

– Тысяч – чего?

– Долларов.

– В год?

– В месяц.

Толик остановился, словно у него в одно мгновение отказали ноги.

– Зарплата? – уточнил он. – В месяц? Десять тысяч долларов?

Наверное, хотел развернуться и побежать назад, чтобы ещё разочек взглянуть своими глазами на человека, получающего такие деньжищи.

– Она не замужем, – сообщил я. – Вы будете прекрасной парой.

– Да иди к чёрту! Но неужели правда?

– Ты не слышал о таких зарплатах?

– Слышал. Но она же совсем молодая! Моложе меня!

– Разве у нас зарплату платят в зависимости от возраста?

– Всё равно несправедливо!

Тоже мне экспроприатор нашёлся.

– Наш телеканал – это акционерное общество, – сказал я. – Фактически – частная лавочка. И вот хозяева определили одному из сотрудников такую зарплату. То есть вынули из своего кармана и отдали ему. Что же здесь несправедливого?

– Я за такие деньги пашу два года!

– Может быть, в таком случае тебе сменить работу?

– Я серьёзно!

– И я тоже.

Толик насупился. Сделал вид, что обиделся. А я сделал вид, что этого не заметил. Так и шли по коридору молча. Он остыл первым.

– Что будете снимать в ближайшее время?

– Историю про то, как в банковском сейфе невесть откуда появляются драгоценности.

– Для меня найдётся роль?

Он всегда помогал нам и был рад любой возможности появиться в кадре. Но в этот раз ему придется отдыхать.

– К сожалению, ничего. Это банк. У них там строгости.

Толик лишь вздохнул в ответ.

– В следующий раз, – пообещал я. – Обязательно.

* * *

Насчет строгостей я не ошибся. Через несколько дней мне позвонили из банка. Начальник службы безопасности.

– Вы бы могли приехать к нам?

– Конечно. А что случилось?

– Ничего. Обсудим кое-какие детали.

Приехав, я снова обнаружил его в маске рубахи-парня. Счастливая улыбка и похлопывания по плечу.

– Курите? – дружелюбно осведомился он.

– Нет, – сказал я.

– Жаль. Мне привезли какие-то совершенно умопомрачительные сигары. Я в них ни черта не понимаю, и нет никого, кто мог бы оценить их достоинства.

Раскрыл роскошную деревянную коробку на своём столе. Сигары даже внешне производили впечатление. Я почти пожалел, что не курю – такие пропадают раритеты.

– Всё готово, – перешёл к делу мой собеседник.

Отпустил крышку коробки. Она закрылась с глухим хлопком.

– Только по одному из ваших несколько вопросов.

Я вскинул непонимающе бровь. Начальник службы безопасности придвинул к себе листок бумаги.

– Дёмин, – прочитал он и поднял на меня глаза.

– Это наш администратор.

– Я в курсе. Он мне все ваши бумаги и приносил.

Я не мог заниматься всем этим лично. И подготовительную работу переложил на Илью. Теперь вот по нему вдруг какие-то вопросы.

– Вы давно его знаете?

– Несколько лет.

– Два года? Три?

– Возможно.

– Вы застали Самсонова в этой программе?

Ого, как глубоко они копнули! Самсонов стоял у истоков нашей программы. Он её придумал, и он же её создал. Все мы были тогда никем, про нас никто и не знал, а имя Самсонова гремело. У него была популярность, которая нам, нынешним, и не снилась. А потом Самсонов погиб. Трагически. И мы, те, кто с ним работал, решили продолжать его дело. Но то, что здесь, в банке, добрались и до Самсонова …

– Самсонов лично принимал меня в программу.

– А Дёмин тогда уже у него работал, – как бы подтвердил начальник службы безопасности.

– Да.

– Значит, вы в курсе той истории с хищением средств?

Он уже снял свою маску. И снова был собой. Только факты, и никаких эмоций.

– Каких средств? – изобразил я неустойчивость собственной памяти.

– После гибели Самсонова всплыли факты хищений. Главным подозреваемым по делу проходил Дёмин.

– Но дело закрыли.

– А хищения-то всё-таки были.

– Я не посвящён в подробности.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

– Хорошо, – сказал после паузы так, словно перевернул очередную страничку.

А на следующей страничке было …

– Потом он убил человека.

– Дёмин?!

– Дёмин, – спокойно подтвердил мой собеседник.

– Да, – пришлось признать мне очевидное. – Но он убил бандита. Защищая свою жизнь и жизнь своих товарищей. В том числе и мою. Было расследование, и Дёмина оправдали.

– Я знаю. Но – убил ведь.

Если бы не решимость Ильи в тот раз – в ночи, далеко за городом, перед лицом вооружённых бандитов – я бы сейчас не сидел в этом кабинете. Потому что никто из нас не выжил бы в той переделке, если бы не Илья. Я так и сказал начальнику службы безопасности. Он молча выслушал, потом подвёл итог:

– Его придется исключить.

– Для него это будет полной неожиданностью.

На самом деле я хотел сказать, что это чертовски оскорбительно. Для Ильи. Да и для всех нас.

– Что ж, – мой собеседник развёл руками.

И я понял, что всё будет так, как он решил. У него свои представления о том, как всё должно происходить, ещё и опыт многих лет службы – где? Я не знал, где он служил. Но сейчас он был явно на своём месте. За несколько дней собрал всю информацию, какую только можно раскопать, и на её основе сделал выводы. Этот банк никогда, наверное, не попадёт впросак. Потому что они прикрыты со всех сторон.

– Хорошо, – сказал я. – Пусть будет по-вашему. Когда мы сможем начинать?

Он заглянул в календарь.

– В воскресенье у нас сокращённый день. Работаем до двенадцати. Да и то не все службы. А после двенадцати здесь нет никого, кроме охраны. Очень удобно. Установите свои видеокамеры. А в понедельник милости прошу – снимайте своё кино.

Лучшего и придумать было нельзя.

– Мы приедем в воскресенье в два.

Он сделал пометку в настольном календаре.

– На установку аппаратуры уйдёт часа четыре.

Так мне сказал многоопытный Алексей.

– К шести или самое позднее – к семи мы справимся.

Кивнул, подтверждая, что его это устраивает.

– Всё?

– Всё, – подтвердил я.

И тогда он снова надел маску. Прямо в мгновение преобразился. Натянул на лицо улыбку, глаза заискрились. Я в который уже раз поразился его способности перевоплощаться.

– А с вас автограф, – сказал он мне.

– Уж это непременно.

– И кассету с записью последних выпусков вашей программы.

– Договорились!

Он проводил меня до дверей своего кабинета. На прощание с чувством пожал руку. А ладонь была холодная. Как лёд. Мне даже зябко стало.

* * *

Жихарев выложил передо мной колье. Я ничего не понимал в драгоценностях, но здесь ошибиться было попросту невозможно – дорогая вещица. Даже очень дорогая.

– Извини за нескромный вопрос …

– Ты о цене? – спросил он. – Никаких комментариев!

Не скажет. Подарок есть подарок.

– Ольга будет рада, – вымучил я.

– Надеюсь, – кивнул Жихарев.

Он смотрел на колье, а мне казалось – уже видит его на Ольге.

– Съёмка назначена на понедельник, – сказал я. – Надо будет сделать так, чтобы в первой половине дня твоя жена приехала в банк.

– Это я обеспечу.

– И ты тоже мне нужен. Когда в сейфе обнаружится колье, ты войдёшь в сейфохранилище.

– Для чего?

– Чтобы твоя супруга поняла, каким образом эта вещица попала в её сейф. Этими кадрами мы закончим наш сюжет.

– Съёмки продлятся долго?

– Ровно столько, сколько Ольга проведёт в сейфохранилище. Это какие-то минуты.

– Хорошо, я согласен, – кивнул Жихарев и пояснил: – Просто понедельник такой день …

Щёлкнул пальцами.

– В банк надо, в офис надо. Много работы.

– Я не задержу тебя надолго.

Жихарев придвинул к себе колье, всмотрелся.

– Она хотела что-нибудь подобное, – сказал неожиданно. – Мы месяц назад заехали с ней в ювелирный салон …

Лёгкая улыбка пробежала по его лицу. Добрая улыбка. Улыбка человека любящего.

– Она смотрела на эти побрякушки, как ребёнок смотрит на игрушки.

И Жихарев решил сделать ей подарок. Купил очень даже недешёвую вещицу и ещё оплатил съёмки.

Наверное, в этом месяце его фирма останется без прибыли. Шутка.

– Снимаем всё в понедельник, – сказал я. – Но колье должно оказаться в сейфе уже в воскресенье. Мы как раз будем устанавливать свои видеокамеры. Так что всё надо сделать одновременно.

– В воскресенье? Во сколько?

– Мы начинаем работу в два.

Жихарев подумал.

– Я подвезу колье к двум часам.

Не хотел отдавать его мне.

– Хорошо. И про ключ не забудь.

– Про какой ключ?

– От сейфа. Тот, которым пользуется Ольга.

– Ну, разумеется.

– Значит, до воскресенья, – сказал я, завершая разговор.

– До воскресенья.

* * *

К двум часам воскресного дня к банку приехали двое технарей из нашей команды и Алексей, которому и предстояло выполнить основной объём работы, и только Светлана опаздывала. Не было и Жихарева. Но начать мы могли и в его отсутствие.

Ровно в два массивная дверь банка открылась и к нам вышел начальник службы безопасности.

– Все в сборе? – спросил он.

– Нет нашего звукооператора.

Он окинул взглядом присутствующих.

– Женщины? – вычислил мгновенно недостающего члена команды.

– Да. Но она приедет.

Кивнул в ответ.

– Мы можем начать без неё, – подсказал я.

– Хорошо. Приготовьте свои паспорта.

Сделал приглашающий жест, увлекая нас за собой.

В банке было пустынно и тихо. Одинокий охранник на входе даже, как мне показалось, обрадовался нашему появлению. Мы внесли в его однообразно-скучную службу приятную сумятицу.

Мы все предъявили паспорта. Охранник их проверил. Без придирок и с видимым удовольствием. А мне он даже улыбнулся, демонстрируя своё ко мне расположение.

– У кого-нибудь из вас есть оружие? – осведомился начальник службы безопасности. – Если есть – сдать на время пребывания в банке.

Все были безоружны.

– Хорошо, идёмте.

Но пройти в сейфохранилище мы не успели, потому что кто-то позвонил оттуда, с улицы.

– Кто-то из наших, – предположил я.

– Открой! – приказал охраннику начальник службы безопасности.

Тот нажал кнопку на пульте, дверь открылась. Вошёл парень, которого я видел впервые в жизни. Я посмотрел на начальника службы безопасности и неожиданно для себя обнаружил, что и он этого человека не знает.

– Я к Колодину, – сказал парень.

Это было неожиданно.

– От Жихарева.

– А где Константин?

– Его не будет. Я привёз колье и ключ.

Парень извлёк из кармана и показал изящную коробочку с колье. Колье было то самое, которое мне демонстрировал Жихарев.

Наконец-то всё прояснилось. Я повернулся к начальнику службы безопасности.

– Мы должны сегодня положить колье в сейф.

Он кивнул в ответ.

– Давайте, – сказал я парню.

И протянул руку.

– Что?

– Ключ и колье давайте.

– Нет, я всё должен сделать сам.

– Жихарев ничего такого мне не говорил. Он сказал, что подъедет к двум лично.

– Я не в курсе, – сказал парень.

– Что вы предлагаете? – спросил у него начальник службы безопасности.

– Я должен лично открыть сейф, положить туда колье и снова закрыть сейф. Так меня проинструктировал Жихарев.

– Это невозможно.

– Почему?

– Потому, что я не допущу вас в сейфохранилище.

Парень лишь пожал плечами в ответ. Отступать от инструкций Жихарева он не собирался.

– Это можно решить, – сказал я начальнику службы безопасности. – Сейчас я позвоню и всё улажу.

Сотовый телефон лежал у меня в кармане пиджака, но я не хотел звонить Жихареву отсюда, в присутствии всех, и ещё – мне надо было остаться с начальником службы безопасности наедине. На тот случай, если его все-таки придется уламывать на небольшое отступление от существующих инструкций. Наедине ему ещё что-то можно будет втолковать. При своих же подчинённых он останется твёрдым, как кремень. Дело известное.

– Можно, я позвоню от вас?

– Позвонить можно прямо отсюда, – кивок в сторону пульта дежурного.

– От вас! – проявил я настойчивость.

Он заглянул мне в глаза, что-то прочёл во взгляде, кивнул:

– Хорошо, идёмте.

Но прежде, чем мы поднялись к нему, сказал охраннику:

– Вызови Девяткина.

Этот Девяткин появился прежде, чем мы ушли. Я узнал долговязого парня. Он отвечал за безопасность сейфохранилища. Шеф вызвал его, чтобы он на пару со своим товарищем присмотрел за гостями. И опять я подумал о том, что этому банку явно повезло с начальником службы безопасности. Он доверяет ровно настолько, насколько позволяет обстановка. Есть граница доверительности, которую он не переступит никогда. Тёртый калач.

Мы поднялись в его кабинет. Мой провожатый придвинул телефонный аппарат. Я им не воспользовался, извлёк из кармана свой мобильный. Начальник службы безопасности всё понял и усмехнулся.

– Я никогда не допущу этого парня в сейфохранилище, – сказал он твёрдо.

– Без ключа от сейфа и колье вся наша затея теряет смысл.

Он лишь пожал плечами в ответ. Я тем временем набирал номер мобильного телефона Жихарева. На него была последняя надежда. Он не отдал мне накануне колье, но сейчас ему придется всё переиграть. В противном случае ничего не будет. Ни сюрприза для Ольги, ни нашей съёмки. Он должен будет понять, что всё зависит только от него.

Жихарев отозвался сразу же.

– Это Колодин, – сказал я. – Приехал парень от тебя.

– Да, я его посылал.

– Он не отдает ключ и колье.

Я услышал, как Жихарев вздохнул.

– Женя! Он должен сделать всё сам.

– Ты мне не доверяешь?

– Ну что за чушь! – вяло запротестовал он.

– Служба безопасности банка не допустит его в сейфохранилище. Ты это понимаешь?

– Почему?

– Потому что – режим.

– Это тебе в банке так сказали?

– В общем, да.

– Женя, они просто тянут деньги. Спроси у них, сколько они хотят, я им заплачу.

– Тебе проще сделать так, чем распорядиться о передаче мне ключа?

– Считай, что так.

Он всегда казался мне более открытым парнем. И я даже представить не мог, что Жихарев может быть таким недоверчивым. Стало понятно, что его посланец ключ не отдаст.

– Хорошо, – сказал я. – Я тебе ещё перезвоню.

Отключил телефон и повернулся к начальнику службы безопасности. Но мне даже не пришлось ничего объяснять. Он и без того уже всё понял.

– Ни один посторонний человек не попадёт в сейфохранилище, – сказал с прежней твёрдостью. – Никто, кроме тех, на кого выписаны пропуска.

То есть меня, двоих моих технарей, Светланы и Алексея. Даже Жихарев, примчись он сюда, к сейфу допущен не будет. Порядок есть порядок.

– Муж владелицы сейфа подтвердил, что именно он прислал этого парня, – попробовал я зайти с другого бока. – Так какие сложности?

– Надо было своевременно включить его в заявку.

Его бы проверили, как всех нас, и только после этого, возможно, выписали бы пропуск. А может быть, и нет. Как это случилось с Дёминым. У них тут свои порядки.

– У вас есть время, – сказал мой собеседник. – До девятнадцати ноль-ноль.

И демонстративно посмотрел на часы. За это время, до девятнадцати ноль-ноль, мы должны были самостоятельно решить возникшую проблему с ключом и колье, и ещё установить всю аппаратуру. Если это нам не удастся – проблемы наши. Так следовало понимать.

Я снова набрал номер телефона Жихарева.

– Новости не из приятных, – сообщил я ему. – Всё срывается.

– Что ты предлагаешь?

– Пускай он отдаст колье и ключ. Ключ я верну ему сразу, как только мы положим колье в сейф.

– Я перезвоню тебе минут через пять.

– Я жду.

Я отключил телефон и сказал начальнику службы безопасности:

– Попросил пять минут на раздумья.

Тот кивнул, поднялся из-за стола и направился к шкафу. В шкафу, за одной из створок, обнаружился мини-бар.