Неуничтожимость волшебного. Как магия и наука дополняют друг друга в современной жизни. 2-е издание, исправленное и дополненное

Предисловие

Занимаясь экспериментальной психологией в течение более чем 40 лет, я постепенно приходил к выводу что психические явления мало похожи на явления природы, изучаемые наукой. Начать с того, что психические явления уникальны: каждое восприятие, ощущение, мысль или чувство – неповторимы, и существуют в единственном экземпляре. Лишь с большой натяжкой можно приводить психические явления к общему знаменателю и таким образом формулировать «законы», в чем-то похожие на законы физики. Далее, явления природы подчинены непреложному законы причинности: одна и та же причина всегда вызывает одинаковое следствие. Но разные люди, и даже один и тот же человек, на одинаковые стимулы реагируют по-разному. Физическая причинность основана на четырех типах физического взаимодействия: гравитации, электромагнетизме, сильном и слабом ядерном, а психическая причинность как внутри сознания (например, ассоциативное мышление), так и в межличностной коммуникации основана на смыслах и значениях. Физическое тело пассивно и целиком зависит от окружающих его воздействий, а человек активен, свободно определяет свои действия и способен к генерации нового: порождению мыслей «из ничего».

Но если поведение и сознание человека не выводимо полностью из законов природы, то законам какой реальности оно подчинено? Думая над этой проблемой, я все чаще приходил к выводу, что мышление и поведение человека подчиняется законам магии. Магия – это способ осмысления мира, который предшествовал науке, как исторически, так и логически. Задолго до того, как возникла наука, люди пытались воздействовать на силы природы при помощи законов магии. Эти законы коренятся в сознании человека: наблюдая за собственными чувствами и действиями, люди пытались спроецировать их на внешнюю реальность, полагая, что и другие люди, животные, растения, ручьи и горы тоже обладают сходными чувствами и действиями. И если в отношении вещей природы наука развеяла эти иллюзии, то сознание человека как было, так и осталось во власти законов магии. Так постепенно складывалась жизнь современного человека, в которой законы науки и магии причудливо переплетены. И хотя люди науки публично отрицают магию, внутри своего сознания и в личной жизни те же ученые следуют законам магии. И даже в сфере явлений природы наука подошла к таким сложным процессам, которые подчиняются законам магии, а не физики. Иными словами, магия и наука дополняют друг друга в жизни современного человека. Об этом удивительном феномене «дополнительности» я и хочу рассказать в этой книге.

Для того, чтобы обсуждение вопроса о соотношении магии и науки было понятным и осмысленным, надо по возможности четко определить, что мы будем понимать под магией, и как магические явления соотносятся с явлениями, с которыми имеет дело наука. С этих определений я и начну.

Магия и наука

Наука оперирует естественными явлениями, магия –сверхъестественными. Основой для различения между естественным и сверхъестественным будет наше интуитивно ясное чувство своего Я. Чувство Я – это тот непреложный факт, что в данный момент я ощущаю себя определенным индивидом, со своим именем, полом, семейной и национальной принадлежностью, видящим это окно, печатающим на этом компьютере, пытающимся уловить и выразить эту определенную мысль, и так далее. Чувство Я не материально, в том смысле, что нельзя потрогать свое Я, нельзя измерить его длину или взвесить на весах.

Наряду с нашим Я мы также с несомненностью ощущаем то, что нашим Я не является и что мы обычно называет внешним или внутренним миром. Внешний мир – это мир вещей и процессов (вот это окно или ветер, колышущий ветки за окном), а внутренний – это мир наших чувств и переживаний, таких как головная боль или чувство любви. Отношения нашего Я с внешним и внутренним мирами неоднозначно. В этих мирах можно выделить элементы, которыми я управляю непосредственно, и которые непосредственно от моего Я не зависят. Например, во внутреннем мире я могу управлять своим вниманием, могу обратить его на тот или иной предмет. Во внешнем мире я могу управлять материальным предметом – своим телом: могу поднять или опустить руку когда захочу. Назовем такое воздействие нашего Я на мир «прямым мыслевоздействием». В то же время я не могу по одному лишь желанию удалить свою зубную боль, поднять в воздух находящийся передо мной компьютер, или двигать руками другого человека. Назовем объекты, которыми я могу управлять (такие как мои мысли или мое тело) с помощью прямого мыслевоздействия «зависимыми», а те, которыми не могу – «независимыми». Понятно, что к разряду независимых можно отнести все объекты, которые мы в обыденной речи называем неодушевленными, а также растения, животных и других людей.

Мне также очевидно, что я могу воздействовать на независимые объекты посредством своего тела (например, передвинуть компьютер рукой), а на других людей – с помощью речи. Назовем такое воздействие «опосредствованным мыслевоздействием». Опосредствованное мыслевоздействие не так эффективно, как прямое. Например, если я захочу поднять свою руку и никто мне не препятствует – я ее подниму, а если я попрошу другого человека поднять руку, то он может согласиться или не согласиться сделать это. Передвигая предметы рукой, я понимаю, что для этого надо приложить большее усилие, чем просто для движения рукой.

Наконец, я вижу, что независимые объекты могут действовать друг на друга, посредством речи (общение людей между собой, общение между людьми и некоторыми видами животных) или физических взаимодействий, к которым относятся упомянутые четыре фундаментальных типа взаимодействия: гравитация, электромагнетизм, сильное и слабое ядерные. Назовем такие взаимодействия просто «действиями». Действия можно далее подразделить на социальные (общение людей) или физические (взаимодействие неодушевленных объектов).

Теперь мы можем ввести важное для этой книги различение между естественными и магическими взаимодействиями. Под естественными я буду понимать два из трех вышеуказанные типов взаимодействия: опосредствованное мыслевоздействие (например, поднимание камня рукой), и действия (например, колебание веток дерева под воздействием ветра). Под магическими (сверхъестественными) я буду понимать взаимодействия, которые нарушают ограничения, заложенные в естественных взаимодействиях. Например, прямое мыслевоздействие на неодушевленные объекты (скажем, поднятие камня одним лишь словом) будет магическим причинным взаимодействием.

Промежуточное положение между естественными и магическими взаимодействиями занимают социальные действия – семантическое общение людей. Такое общение основано на физическом посреднике – звуковых или других материальных сигналах, но оно не исчерпывается ими. Так, смысл просьбы, содержащейся в слове «откройте дверь» не выводим из энергии звуковых волн, затраченных на подачу и прием данного сообщения. Человек починяется словесному воздействию (то есть открывает дверь) не потому, что услышал звук, а потому, что понял и одобрил смысл сообщения. Поскольку человек подчиняется мысли, заключенной в сообщении, а не физической силе звука, такое взаимодействие содержит элемент прямого мыслевоздействия, то есть элемент магической причинности. Однако поскольку речевое воздействие оказывает эффект не на мертвый объект, а на человека, а также опосредствовано физическими силами (звуковые или зрительные сигналы) оно не является магическим в прямом смысле слова. Поэтому речевые взаимодействия людей я буду называть квази-магическими взаимодействиями.

В приведенном выше примере подлинно магического взаимодействия – передвижение камня словом – причинное воздействие осуществляется по типу семантико-символического воздействия, которое типично для коммуникации людей. Однако оно не опосредствовано ни одним из известных физических типов взаимодействия – гравитацией, электромагнетизмом, и двумя ядерными. Это нарушает закон физической причинности. Действия, при которых нарушаются другие фундаментальные законы физики, биологии или социальной коммуникации, также попадают под определение сверхъестественных, или магических. Примерами таких действий может быть вечный двигатель, способность живых существ жить без питания или питаться мыслями, способность одного человека подчиняться командам или просьбам другого человека, переданным без физического посредника (то есть без речи или других символических средств коммуникации). Все причинные взаимодействия, не выходящие за пределы внутреннего мире индивидуального сознания, например, ассоциативное воздействие одной мысли на другую, тоже будут, по определению, магическими, так как в них не задействованы физические взаимодействия.

По аналогии с естественными и сверхъестественными воздействиями, можно говорить о естественных и сверхъестественных событиях или явлениях. Под естественным событием обычно понимается событие, которое проистекает из известных нам естественных причин. Так, кристаллы формируются из солей минералов, растворенных в воде, в результате их концентрации, звезды и планеты – из космической пыли под воздействием сил гравитации. Магическими событиями являются события, не порожденные естественными воздействиями. Такие события возникают «из ничего», и фигурируют во многих религиях и мифологиях. Так, в книге Бытия бог сотворил небо и землю из ничего. Это – магическое событие. Творческая новая мысль в сознании человека также возникает из ничего, без известных нам естественных причин или физических взаимодействий. Такая мысль – тоже магическое событие.

Если взять явления и взаимодействия, традиционно рассматриваемые как магические, нетрудно видеть, что они подпадают под данное здесь определение сверхъестественных явлений и взаимодействий. Например, симпатическая магия – попытка принести вред другому человека путем заклинаний и ритуалов, совершаемых над вещами, принадлежавшими этому человеку (его одеждой, обрезками волос или ногтей) – есть попытка осуществить прямое мыслевоздействие на независимый объект – тело другого человека. Религиозная петиционная молитва (в которой, например, молящийся просит у бога содействия в излечении болезни) тоже есть попытка прямого мыслевоздействия на независимый объект – физическое заболевание. К этому же классу относятся магические ритуалы и жертвоприношения, наблюдавшиеся в так называемых традиционных культурах. Эти ритуалы являются попытками прямого мыслевоздействия на неодушевленные объекты – погоду, урожай, удачу в охоте. Напротив, наука изучает естественные взаимодействия, независимые от мысли человека.

Сравнивая магию и науку, можно сделать следующий вывод. Магия исходит из того, что между человеком и вещами природы существует изначальная связь, или «понимание»: человек может приказывать или просить, а вещи могут понимать эти приказы или просьбы и подчиняться или не подчиняться им. Иными словами, в мире магии не существует разделения между вещами, зависимыми от воли человека и независимыми от нее. Напротив, в мире науке вещи природы независимы от человека как деятеля или наблюдателя.

Взгляд в историю

В древности, весь мир был пронизан магическими силами. Люди верили, что дерево и ручей, ветер и солнце, трава и гора были вместилищем магических сил или душ, с которыми можно было общаться посредством заклинаний и ритуалов. Даже в средние века, вера в одушевленность живых существ продолжала жить. Вслед за Аристотелем, ученые думали что живые существа обладают присущей им душой, которая придает им активность и цель. Лишь в середине 17 столетия в Европе появляется механистическая наука. Декарт и другие философы стали рассматривать животных и растения как сложные машины – наподобие механических часов. Постепенно взгляд на природу как на механизм распространился и на человека: сначала на его тело, а потом и сознание. В современном варианте механистической психологии – когнитивной науке – психика и сознание человека рассматриваются как материальные процессы в мозге, наподобие процессов, происходящих в компьютере, в то время как вера в наличие нематериальных магических сил (в частности, сознания как процесса, несводимого к нейронным механизмам мозга) считается пережитком донаучных времен. То, что ранее объяснялось магически (например, наследственность как сохранение идеальной формы растения или животного, существующей в сверхъестественном мире), теперь объясняется чисто физически (передача информации через гены). Алхимия превратилась в химию, астрология – в астрономию, магия чисел – в современную математику. Казалось, для магии в современном Западном мире не остается места. Правда, и теперь в нашей жизни, то тут, то там можно найти островки реальности, в которых магия не исчезла. Так, сказки и фильмы для детей изобилуют волшебством, и вера маленького ребенка в Деда Мороза или доброго волшебника даже поощряется взрослыми. Магических персонажей можно встретить в произведениях искусства, в наших сновидениях и фантазиях. Наконец, некоторые психические отклонения, например, обцессивно-компульсивный синдром или шизофрения, делают больных склонными к вере в сверхъестественное. Но эти островки магии тонут в океане научного мышления.

Итак, механистическое представление о мире и сознании доминирует в Западном мире, который отождествляет реальность с физической реальностью, но верно ли оно? Не будем забывать, что само понятие физической реальности выросло из более ранних религиозных и мифологических представлений о мире. Более того, даже в сегодняшнем Западном мире физическая реальность – лишь часть этого мира. Она сосуществует с психической и социальной реальностями: реальностями мышления, чувств, фантазий, общения, языка. В этих, не-физических областях реальности, физические законы неприменимы. Напротив, есть основания утверждать, что в этих областях реальности сейчас, как и в древности, господствуют законы магии. Иными словами, в современном мире магия и наука сосуществуют, и даже помогают друг другу в самых разных областях жизни. А это значит, что наша жизнь сегодня принципиально дуалистична. Как же магия встраивается в современный мир, поклоняющийся науке?

Принцип дополнительности

Иногда одно и то же явление может сочетать в себе два противоположных свойства. В квантовой физике такое сочетание получило название принципа дополнительности.

Например, в XIX веке свет считали волновым процессом, в чем-то похожим на волны на воде, пока в начале XX века Эйнштейн не предположил, что свет состоит из отдельных частиц – квантов света. Но каким образом свет может быть одновременно и частицей, и волной, если у частиц и волн совершенно разные свойства? Например, частица имеет определенное положение в пространстве, в то время как волна такого положения не имеет, она существует «везде». Частица летит по четкой траектории, а волна распространяется во всех направлениях одновременно, и т.д. Исследования показали, что в микромире единицы вещества и энергии, такие как фотон, электрон или протон – действительно соединяют в себе свойства и частицы и волны. В одних ситуациях они ведет себя как частицы, в других – как волны.

Нечто похожее можно наблюдать и в отношении макро-событий реальности. Эти события могут быть физическими, и одновременно – магическими. Возьмем, например, Большой взрыв – момент рождения нашей вселенной. Согласно современной космологии, Большой взрыв – событие физическое, поскольку он дает начало четырем основным типам фундаментальных взаимодействий: гравитации, электромагнетизму, сильному и слабому ядерным взаимодействиям. Но в то же время Большой взрыв – событие магическое, ибо в момент Большого взрыва вселенная возникла из ничего, и практически мгновенно, а это противоречит фундаментальному закону физики, согласно которому всякое событие возникает из предшествующих ему причин.

Возьмем другой пример: принцип нелокальности в квантовой физике. Согласно этому принципу, если две частицы описываются одной волновой функцией, то при изменении одной частицы (например, при измерении ее импульса) можно предсказать изменение второй, на каком бы расстоянии от первой вторая ни находилась. Возникает возможность воздействия одной частицы на другую со скоростью быстрее скорости света, минуя любой из четырех типов физического взаимодействия, что в мире физических объектов теоретически невозможно. Таким образом, нелокальность – явление физическое – одновременно подпадает под определение магического.

Наконец, возьмем пример из другой области: сознание человека. Любая мысль, несомненно, сопровождается материальными процессами, например, передачей электрических импульсов в синапсах нейронов мозга. Однако для того человека, в мозгу которого эти процессы происходят, они представлены не как естественные объективные явления, а как явления субъективные, например, как сновидение, мысль или чувство. Субъективное явление нельзя описать в терминах физического пространства. Например, если у вас болит нога, то это чувство боли нельзя измерить в метрах, взвесить в килограммах, описать как сферу, пирамиду или куб, или измерить в единицах электрического и магнитного полей. Вы испытываете боль в ноге, но в какую точку пространства вы мысленно (или физически) не перенесетесь, боль по-прежнему будет с вами, то есть, в каком-то смысле, боль, как и волна, не «здесь», а «везде». Существуют и так называемые фантомные боли – ощущение боли в утраченной конечности –когда чувство боли «зависает» без материальной основы. Если повреждение тела, сопровождающее чувство боли, есть явление физическое, естественное, то чувство боли – явление нефизическое, сверхъестественное, то есть, по определению, магическое.

О чем эта книга

В этой книге рассказано о том, как магическая реальность вписывается в реальность самых разных аспектов нашей обычной жизни. Главы 1-3 поднимают вопросы о роли магии в психике и сознании человека. В первой главе «Магический кристалл Рене Магритта» , используя творчество бельгийского художника сюрреалиста, мы расскажем о магическом мышлении. Мы попытаемся показать, что полотна Магритта обращены к подсознательной вере современного человека в сверхъестественное. Скрытая глубоко в бессознательном вера в сверхъестественное, резонируя с полотнами Магритта, порождает в современном зрителе ощущения загадки и тревоги, а также чувство «уже виденного», заставляя его эмоционально признать отрицаемую рациональным мышлением веру в существование магической реальности.

Вторая глава «Невидимая реальность: Сознание в зеркале магического мышления» посвящена индивидуальному сознанию. Рассмотрена гипотеза, согласно которой сознание представляет собой способность человека одновременно находиться в двух типах реальностей: видимой обычной реальности и невидимой магической реальности. Такая двойственная структура сознания делает человека способным к рефлексии, креативности и произвольности. Но она же создает и глубокие проблемы человеческого существования, основной из которых является необходимость совершения постоянного усилия, необходимого для удержания границы между обыденной и магической реальностями.

В третьей главе «Невозможность матрицы: Магия субъективности» проанализированы субъективность и ее отношение к мозгу. Будет выдвинуто предположение, что субъективность относится к разряду магических феноменов, а не физических явлений. Представления о структуре мозговых процессов, компьютерные и другие модели, являясь частью физической реальности, производны от субъективности; они могут создавать имитации субъективности (мышления, восприятия, переживания), но не саму субъективность. Далее, мы рассмотрим точку зрения, согласно которой наука о мозге и кибернетика будут создавать все более совершенные формы взаимодействия физических структур (машин и искусственных органов) с субъективной реальностью сознания, но между физическими структурами и субъективностью всегда будет «нейтральная полоса» неведомого.

В четвертой главе «Разум в паутине: Магическая манипуляция сознанием и противодействие ей» рассматривается широко распространенное преступление, совершаемое путем манипулирования живым сознанием людей. Многие подобные преступления совершаются путем личного контакта мошенников со своими жертвами и используют внушение, а не угрозу. В главе утверждается, что внушение нацелено не на рациональное объективированное сознание жертв, а на их живое сознание в форме их имплицитной веры в магию. Рассмотрено понятие магических верований, проиллюстрированное психологическими исследованиями и экскурсами в историю живого сознания. Анализируются виды магического манипулирования живым сознанием в области медицины, психотерапии, религии и политики. Предлагаются правила, которые могли бы помочь людям защититься от магических манипуляций.

Следующие четыре главы (Главы 5-8) посвящены магическим аспектам науки и религии. В Главе 5 «Планетарий чудес: Магия в гостях у физики» рассмотрен психологический феномен слияния магического и научного мышления. Выясняется, что некоторые новейшие теории физики элементарных частиц и космологии включают в себя концепты (например, «зависимость природы элементарных структур материи от характера наблюдения», «спутанность» и «антропный принцип»), которые родственны концептам магического мышления (таким как «прямое мыслевоздействие на реальность» и «партиципация»). Анализ показывает, что между магическим и научным мышлением имеется историческая и логическая преемственность. Магическое мышление, осуществляющееся в символах, поставляет поток творческих комбинаций идей, а научное, осуществляющееся в понятиях, отбирает из этого потока комбинаций те, которые соответствуют наблюдаемой реальности. Критериями такого отбора являются эксперимент и вписываемость «комбинации идей» в общий контекст имеющихся знаний. При вторжении современной физики в области реальности, в которых эксперимент невозможен (такие как «теория всего» или «происхождение вселенной»), отбор «приемлемых» комбинаций из потока идей, поставляемых магическим мышлением, становится менее строгим. Благодаря этому облегченному доступу в официальную науку, вера современного человека в сверхъестественное, доселе хранившаяся в тайниках бессознательного, проникает в физические теории о происхождении и структуре вселенной.

Шестая глава «Нет, весь я не умру: Магия надежды» посвящена анализу феномена надежды человека на бессмертие. Суть феномена в том, что невзирая на несоизмеримость временных шкал существования вселенной и человечества, в промышленно развитых странах большие средства тратятся на исследование проблем, связанных с происхождением вселенной, будущим Земли и человечества через сотни миллионов и миллиарды лет, и объектов, находящихся за сотни миллионов световых лет от нашей галактики. Психологические исследования последних десятилетий показали, что современный образованный человек, даже если он сознательно отрицает веру в магию или бога, в подсознании сохраняет веру в сверхъестественное. Данные квантовой физики и космологии подтверждают античную гипотезу о неразрывной связи между вселенной и сознанием человека. Эти данные, ложась на основу подсознательной веры современного человека в сверхъестественное, и порождают феномен надежды на бессмертие человека и человечества.

В седьмой главе «Верую, потому что абсурдно: Магия религии» я обсуждаю происхождение религии из магии и веру современных людей в существование мира сверхъестественного. Современные мировые религии, некоторые из которых (например, христианство) враждебны магии, тем не менее сохраняют с ней глубокую связь. Эта связь гарантируется тем фактом, что в глубине сознания большинство современных людей продолжает верить в магию. Однако развитие критического мышления в соединении с верой в науку вытесняет веру в магию в бессознательное и оттесняет религиозную веру на обочину мировоззрения. Образовавшийся «экзистенциальный вакуум» заполняется так называемой «рациональной мистикой» – поисками мистического опыта через занятия йогой, медитацией или употребление наркотический веществ. Особое место в заполнении дефицита веры занимают попытки приблизиться к магической реальности научными методами. Эти попытки принимают форму поисков мозговой локализации мистического и религиозного опыта, или изучения «аномальных» явлений психики, таких как ясновидение и телепатия.

В Главе 8 «Человек в зеркале природы: Наука и сознание»» выдвинуто предположение о том, что Николай Коперник был прав насчет планет, но не насчет человека, а человек действительно является центром Вселенной. Это предположение объясняет необъяснимые иначе магические компоненты в картине физической Вселенной, такие как точная настройка фундаментальных физических констант и роль измерений в «коллапсе волновой функции». В главе утверждается, что ученые строят свои знания о природе и обществе, проецируя свойства своего живого сознания на физическую и социальную вселенные. Подобная проекция живого сознания на внешний мир имеет место и в биологии. Чем больше ученые изучают поведение животных, тем больше они видят в нем отражение их живого сознания. Указывается, что роль науки в жизни человека при всей ее важности является вспомогательной, гносеологической, тогда как роль живого сознания – основная, онтологическая.