(Не)леди для рыцаря ада

Глава 6

– Найду и убью. Буду медленно кромсать на куски, – Асмодей рвал и метал. Больше всего его бесило, что он не может увидеть местонахождение беглянки. – Эта поганка защищена, как адские врата, – ревел он, следя пылающими глазами за адской гончей, мечущейся по парковке возле магазина. Пес вдруг замер и взвыл, завертевшись на одном месте.

– Ну, чего там у тебя? – раздраженно спросил рыцарь, приближаясь к Бусику. На земле, возле бордюра, он увидел лоскут красного шелка. Демон улыбнулся, обнажив острые зубы, и почти бегом кинулся к своему скакуну. Как же он мог забыть, что Лорим, по его просьбе, прикрепила к платью нефилимки маячок – так, на всякий случай.

Порадовавшись своей дальновидности, демон накинул на плечи новенький пиджак и решил не спешить. Ангелы бы сразу «замочили» тварь, не обременяя себя киднеппингом. А у других кишка тонка что-то сделать ненормальной девчонке, так что пусть помучаются. Сами виноваты. И ей урок, и страдания несчастным, укравшим адскую полукровку. С этими мыслями Асмодей вернулся в магазин и с удовольствием расположился в маленьком, но уютном ресторанчике. Заказав чашку кофе и сигару, демон уселся в удобное кресло и, закинув ногу на ногу, принялся смаковать неплохо сваренный благородный напиток.

Сознание возвращалось медленно. Голова гудела, как корабельная рында. Я открыла глаза и попыталась пошевелиться, но поняла, что это невозможно. Темно и тесно. Этот синемордый уродец, не мудрствуя лукаво, просто переложил мое бренное тельце в багажник своей колымаги. От осознания такого надругательства над своей персоной я буквально задохнулась.

«Интересно, куда меня везут?» – только и успела подумать, как «копейка», громко пукнув выхлопными газами, замерла.

– Приехали, – весело засмеялся рогатый мерзавец, распахивая крышку багажного отсека, и издевательски поинтересовался: – Не укачало вас, леди?

– Напротив. Поездка была восхитительна, – елейно пропела и хотела вцепиться в мерцающую морду, но поняла, что связана по рукам и ногам. За спиной синего уродца маячил еще один джинн, толстый и, судя по виду, умом не блещущий.

– Ей что, правда, понравилось? – тупо спросил жиряк у весельчака. – Я думал, девчонка обидится на нас.

– Не напрягайся, Мутилл, тебе вообще думать вредно, – хмыкнул синемордый и вытянул меня за шкирку из багажника, словно неразумного котенка.

– Отпусти, сволочь, – зарычала я, дернулась всем телом и со всего размаху упала на землю.

– Ну вот чего ты дергаешься? Личико свое прекрасное ободрала об асфальт. А нам, между прочим, велено тебя целой и невредимой привезти, – осматривая меня на предмет провреждений, бурчал джинн.

– Кто велел? – оживилась, забыв про рассеченную щеку.

– Ага, так мы тебе и сказали, – подал голос Муттил, запихивая в пасть один за другим финики, которые доставал из кармана, – королева строго настрого запретила нам рассказывать о себе. Правда, Кафр?

– Ну ты и мудило, Муттил, – закатил глаза рогатый и потащил меня в виднеющийся невдалеке ангар.

– А что я? – обиженно заныл толстый Мутилл. – Королева ее все равно убьет. Зачем ее дочери конкуренты в отборе?

– Да, закроешь ты свою пасть? – взревел Кафр. – Языком мелешь, как метлой метешь. С твоей поганой болтовней, не то что свободу не получишь, так и грохнут еще. Дал Аллах напарничка.

– Молчу, молчу, – испуганно вякнул толстый и реально затих.

«Так вот оно что. Королева джиннов просто конкуренток подчищает. Ну, везде одно и то же, – размышляла я, свисая с плеча синего рогача. – И ведь убьют же – с них станется. Что там этот адский рыцарь о бессмертии плел? Эх, из огня да в полымя. Ладно, хоть сумку оставили – так и болтается у меня за спиной».

– Слушай, ну чего ты напрягаешься, тяжести носишь, – самым сладким голоском, на который способна моя луженая глотка, залепетала я, – развяжи, сама пойду. Ну куда я тут денусь? Пустырь кругом.

– А и вправду, – хмыкнул Кафр и поставил меня на ноги. – Смотри, без глупостей, – глядя в мои честные глаза, предупредил. Ха, дурачок наивный.

– Ну о чем ты говоришь? Что я, слабая девушка, могу сделать с двумя такими брутальными джиннами? – сказала и скинула с плеча рюкзак.

– Эй, чего задумала? – напрягся Кафр.

– Платок носовой достану, морда в крови вся, хоть утрусь. Да и умереть красивой хочется, а не страшилищем окровавленным.

– Да ладно тебе, Кафр. Пусть утрется, девушка все-таки, – подал голос Мутилл. – Не носит же она серебряного ножа, испачканного в крови ягненка, с собой.

– Ты совсем дурак, да. Ты ей еще имя свое полное скажи, чтобы она нас прямо тут завалила и голову не морочила не себе, не нам, – заорал Кафр на приятеля.

«Не, ну реально идиот. Все секреты джинские раскрыл», – подумала, сожалея, что у меня нет с собой хоть какого-нибудь завалященького серебряного кинжальчика, уделанного в крови по самую рукоятку.

Пока я размышляла, рука наткнулась на газовый балончик, который, собственно, и был предметом поиска. Вырубить этих тварей он не вырубит, конечно. Но минут пять форы у меня появится.

– Не ссорьтесь, девочки, – улыбнулась, глядя на готовых сцепится джинов, совсем забывших обо мне, – смотрите сюда, сейчас вылетит птичка.

– Ой, где птичка? – заинтересованно спросил Мутилл, поворачиваясь в мою сторону, и взревел, получив в лицо нехилую струю слезоточивого газа. Кафр бросился на меня, но я-то не пальцем деланная – так засандалила ему газку в глазенки, что он аж взвыл, козлина синяя. Будет знать, как честных девушек воровать и в багажник пихать. Получи фашист гранату. Подскочила к нему и со всей силы пнула в причинное место, а когда загнулся, еще и локтем по шее прошлась. Да, йесс, вон как крутится по земле.

– Пока ребята, – крикнула и приготовилась бежать, низкий старт приняла.

– Далеко собралась? – услышала я мелодичный голос прямо у себя за спиной. А потом удар. И словно темное душное одеяло заволокло мое сознание.

«Блин, если так часто буду по башке получать, остатков мозга лишусь», – успела подумать я.

– Ну что, поедем, что ли, этих несчастных выручать? – позвал Асмодей Бусика, допив кофе, и протянул псу печенье: – А то не ровен час их там инфаркт расшибет. Хорошо, что я закаленный в боях – и то не выдерживаю.

Кинув на стол деньги, он посмотрел на удивленного мальчишку, сидящего за соседним столиком, встал и неторопливой походкой направился на подземную парковку, где изнывал от скуки и нетерпения Голод.

– Мам, там мужик печенье под стол кинул, и оно в воздухе растаяло, – услышал демон у себя за спиной детский голосок.

– Ешь, давай, быстрее, не выдумывай, – устало отозвалась мать ребенка, даже не повернув головы в сторону удаляющейся мужской фигуры.

Открыв глаза, я первым делом расправила конечности. Так, чудесно, свободны. Значит, есть еще шанс вырваться живой из этой переделки. Сумку, твари, забрали. Ну ничего, вот только выберусь, заберу свое, не им же дарить. Приняв вертикальное положение, зашарила глазами вокруг, пытаясь понять, куда меня засунули эти синие вонючки. Блин, решетки кругом. Да я же в клетке, висящей под потолком. Вот гады!

– А, очнулась, красавица, – услышала я все тот же женский голос. – Как самочувствие? Головка не бо-бо?

– Спасибо, вашими молитвами, – как можно более бодро ответила и подползла к решетке, стараясь рассмотреть гадкую бабу, огревшую меня по многострадальной головушке. Посмотреть то, кстати, было на что. Если принцесса, за которую она так ратует, похожа на маман, то шансы в отборе у нее, не то чтобы микроскопические, а и совсем никакие. Ну, разве что пресловутый принц слеп на оба глаза, а в идеале еще и безрукий. Вот уж не думала, что джиннихи такие каракатицы. Нет, ну вот честно. Рожа, как у бородавочника, по случайности затянутого в танковый чехол непонятного серо-буро-козявчатого цвета. Мамма мия.

«С такой статью она ведь и до смерти меня прихлопнуть могла, как муху. Ей только ядро толкать на олимпиадах – все медали бы собрала», – запоздало испугалась я.

– Шутишь, значит, – приподняла красотка бровь, похожую на щетку для обуви. – Посмотрим, как повеселишься, когда мои мальчики с тобой порезвятся. А если ты лишишься своей пресловутой невинности, до отбора тебя точно не допустят.

– Надо же, какой коварный план. Я просто умираю от страха, представив, что дурацкий принц не выберет мою персону себе в спутницы жизни. Прямо в припадках бьюсь от ужаса, – издевательски захохотала я, глядя на моих старых знакомцев, боязливо жмущихся к стене. Тоже мне, блин, дефлораторы. – Только поторопитесь, а то Асмодей тут с минуту на минуту будет. Поотрывает твоим наемникам «резвилки» к чертям собачьим, – состроила зверскую морду в сторону толстяка, от чего тот попытался слиться со стеной. И вообще, услышав про моего рыцаря, королева тоже как-то пожухла, а Кафр с Муттилом вообще находились в предобморочном состоянии.

– Да, и как же он тебя отыщет, дорогая? – взяв себя в руки, спросила королева. – Ты же невидима для ангелов и демонов. Хорошо, в торговом центре одна из наших подвизается. Там, знаешь, какие страсти творятся? Столько несбывшихся желаний у людишек, а она тут как тут. Работы невпроворот. Увидела тебя и доложила, что ты от соглядатая своего ноги делать собралась.

– Уборщица, – осенило меня. – То-то она глаза на меня пучила, лошадь старая. А зачем вам человеческие желания? Ладно бы ваши исполняли.

– А нам желания исполнять и не нужно, особенно. Мы мастера иллюзий – собираем людские пороки, – хмыкнула королева. – Приступайте, – приказала приспешникам и, развернувшись, поковыляла к выходу.

«На тюленя похожа, синего», – восторженно подумала я, глядя вслед необъятной фигуре.

– Эй, а посмотреть не хочешь, как твои джинны будут со мной резвиться? Я, так-то, зрителей люблю. Прелюдию при людях, так сказать. Спектакль из цикла «Джинн входит в клетку ко льву», – крикнула, стараясь выиграть время.

– Нет уж, избавь, – буркнула эта овца и резво исчезла за дверью.

– Ну, чего встали? – крикнула испуганным джиннам и забегала по клетке, стараясь ее раскачать. – Я жду, между прочим.

– Слушай, угомонись а? Мы джинны подневольные, а королева нам вольную обещала за тебя. Думали, работенка непыльная будет, а выхлоп нормальный, – буркнул Карф, наблюдая за моими хаотичными передвижениями.

– Ну да, – кивнул рогатой башкой Мутилл, – думали, шлепнем тебя по-быстрому, а ее величество вон чего удумала. А лишать девственниц невинности, мне мама не разрешает, кстати. Говорит, потом проблем не оберешься.

– Да замолчи ты уже, – ощерился Кафр и стал наступать на своего напарника. Точно, подерутся сейчас. Это хорошо – от моей персоны отвлекутся ненадолго. Клетка раскачивалась все сильнее, напоминая гигантский маятник. Цепь, которой она крепилась к потолку, скрипела и визжала. Но два придурка совсем не обращали на это внимания.

– Давай ее просто убьем, – верещал Мутилл, по-девчачьи молотя в воздухе огромными лапищами, отбиваясь от ударов своего товарища.

– Себя убей, – орал Кафр, нанося удары по крупному телу, – разбегись и башкой в стенку долбанись. Королева же сказала, что девчонка необычная. А так и волки сыты, и овцы целы. И принцу адскому нужна не будет, и душ из ада получит наше королевство, если он на принцессе женится. И с папаньки ее в качестве выкупа стребуем чего-нибудь.

«Ого, а вот это уже интересно», – подумала я и слегка замедлила свой бег.

– А зачем вам души? – спросила, глядя на валяющихся по полу драчунов. Но они оставили мой вопрос без ответа, увлекшись похожей на детскую дракой.

– Эй, – в надежде привлечь внимание крикнула и подпрыгнула в клетке от нетерпения.

– Крак, – хрустнула цепь, и я почувствовала, что лечу. Клетка ударилась об пол и развалилась, погребая под своими обломками двух дерущихся придурков.

– Браво, – услышала я знакомый голос. – Я даже не сомневался, что ты в состоянии уработать любую нечисть. А уж могущественные джинны для тебя вообще, что котенка прихлопнуть, – издевательски засмеялся стоящий в дверях Асмодей. – Только не думал, что так быстро ухайдокаешь несчастных, а то бы на выручку поторопился. Цеховая солидарность, знаешь ли.

– Не больно-то ты спешил спасти свою леди, – ощерилась, рассматривая копошащиеся под обломками тела. – А котят люблю, кстати.

– Ты была права, Ангелина. Ты не леди. Ты – исчадье ада. И спасать нужно не тебя, а все живое в радиусе километра от тебя, – хмыкнул чертов красавчик и танцующим шагом подошел к оглушенным джиннам, которые в ужасе замерли, наблюдая его приближение. – Кто послал? – зарычал сэр Асмодей, принимая свою демонскую личину. Кафр из синего стал белым, но промолчал. Когтистая лапа демона сжалась в кулак, и несчастный джинн начал извиваться на полу, корчась от нестерпимой боли.

– Похвально, что не выдаешь заказчика, джинн. Я и так знаю, что ваша чокнутая Гулля постаралась. Она, кстати, очень просила сохранить ее жизнь в обмен на ваши, и еще десятка своих слуг, – страшным голосом проревел рыцарь, наслаждаясь страданиями несчастного, и посмотрел на валяющегося рядом в почти бессознательном состоянии толстяка.

– Отпусти их, – закричала я. Мне стало ужасно жалко не очень умных, но страстно жаждущих свободы ребят. – Они же подневольные – исполнители.

– Да мне пофигу, – почти по-человечески прорычал демон, – они взяли то, что им не принадлежит. Заставили меня мотаться по этой чертовой дыре, Голод вон весь в грязи угваздан по уши. Не переживай, я не больно извлеку их никчемные душонки, тем более что и ценность они имеют сомнительную.

– Так я тебе тоже не принадлежу, – упрямо топнула я ногой, и ангар вдруг сотряс удар, похожий на землетрясение баллов так в пять по Рихтеру.

– Не успеем уйти, – вздохнул Асмодей и встал в полный рост, выпуская из-за спины свои стальные крылья. Воздух сгустился, стало тяжело дышать.

– Прячься, – крикнул рыцарь ада.

Глава 7

Люцифер мерял шагами свой кабинет, поминутно заглядывая в чашу, наполненную кровью грешников.

«Блин, человечество придумало мобильники, а мы, как дикари, по старинке связь держим», – думал он, задыхаясь от ярости.

Асмодей не выходил на связь, и властителя ада это напрягало. Да еще соискательницы на место невесты его сына, шляющиеся по дворцу, доводили до белого каления. Особенно постоянные стычки царственных красоток, постоянно грозящие перерасти в кулачные бои. Царственные невесты дрались, как дворовая шпана, расшвыривая демонов охранников, словно слепых котят, и калеча друг друга похлеще боксеров тяжеловесов.

«Великие угодники, – думал Люцифер, глядя на постоянно жрущего отпрыска. – Уж было бы ради кого».

Принцу, к слову сказать, бои невест нравились. Он наблюдал за шоу, заходясь в садистском экстазе. Даже открыл тотализатор и собирал неплохой куш с демонской знати, всегда точно угадывая, какая из красоток победит в драке.

В очередной раз Люцифер подошел к чаше и прочел заклинание. Кровь запузырилась, но ответа властитель так и не дождался.

– Завтра не ответит, отправлю на поиски Ахерона, – решил он и пошел мучить грешников, чтобы отвлечься от дурдома, творящегося в его королевстве.

Я упала на кучу сваленного грудой металла и уставилась в ту сторону, куда направился Асмодей.

– Сюда ползи, – услышала тихий шепот, несущийся из-за кучи металлолома, – быстрее давай. Слышала, что тебе демон сказал?

– Кафр, а Мутилл где? – тихо поинтересовалась и, проследив взгляд джинна, увидела толстую филейную часть второго похитителя, задорно торчащую из стоящей неподалеку «копейки».

– Спрятался, блин, – хмыкнул синемордый. – Глаза закрой, а то выгорят, и не смотри не в коем случае на…… – начал было он, но закончить не успел, только крепко зажал свои очи руками.

– На кого? – вякнула и в восхищении уставилась на светящуюся невысокую фигуру, появившуюся в проломе стены.

– Ну, здравствуй, Гавриил, – засмеялся адский рыцарь, раскрыв свои смертельно опасные крылья. – Что, папочка решил не рисковать в этот раз и прислал по мою душу аж целого Архангела? Польщен. А то я думал, меня уже со счетов списали – «шестерок» шлют.

– Здравствуй, брат, – приятным басом ответил ангел, от которого я не в состоянии была отвести восхищенного взгляда. Прекрасный, восхитительный синеглазый блондин, улыбаясь, смотрел на демона.

«Лед и пламень», – мелькнула мысль. Белые, как снег, крылья, смиренно сложенные за спиной, почему-то поселили в мою душу покой и умиротворение.

– Отдай мне тварь, и разойдемся миром. Мне совсем не хочется убивать тебя.

– А ты попробуй, забери у меня девчонку, – обнажил зубы Асмодей, став похожим на готовящегося к прыжку опасного хищника. – Не отдам. Она моя.

– Иди сюда, Ангелина. Не бойся, – повернул Гавриил лицо в сторону моего укрытия. И я пошла. Тело не хотело сопротивляться зову небесного посланника. Кафр схватил меня за ногу в надежде удержать, но я так лягнула его, что пальцы джинна с хрустом разжались. – Не бойся, нефилим, я убью тебя безболезненно, нежно. Ты же не виновата, что рождена такой, – шептал Архангел, а в руке его рос огненный шар, сотканный из чистого искрящегося огня.

– Прекрати, Гавриил, – взрервел мой рыцарь и замахнулся крылом, выпуская острые как бритва, стальные перья. Ангел отвел от меня взгляд – на долю секунды, но этого времени мне хватило, чтобы выйти из-под гипнотического контроля. Гавриил сделал движение свободной рукой, словно отмахнулся от мухи, и Асмодей пошатнулся, словно от порыва сильнейшего ветра, но устоял.