(Не)леди для рыцаря ада

– Ах, ты! Я укладку все утро делала! – обиженно выкрикнула Смерть и, отбросив свое пылающее оружие, бросилась на меня с диким визгом.

– Дура! – взревела я и ломанулась вверх по лестнице, спасаясь от разъяренной фурии.

– Ну, что тут у вас опять? – спросил Нидхегг заспанным голосом, появляясь в холле, но, увидев незванную гостью, побледнел и стал пятиться к входной двери. Смерть, заметив жертву, приговоренную ее хозяином, метнулась за косой, но и я не лыком шита. Завидев ее маневр, в три прыжка оказалась возле огненного оружия и бесстрашно схватилась за древко.

– Не трожь! – закричал дракон, но было уже поздно. Коса приросла к руке, и от запястья до плеча меня словно прошил электрический разряд. Распрямившись в полный рост, я закрыла своим тщедушным тельцем огромного дракона. Вот честно, не хотела. Но рука, с зажатым в ней смертельным оружием, сама размахнулась, и коса обрушилась на украшенную оладьями голову несчастной анорексички, которая тут же упала, как подкошенная, к моим ногам.

– Офигеть, – выдохнул за моей спиной Нидхегг, растеряв интиллегентность и лоск.

– Я не хотела, – пискнула, пытаясь отлепить от руки косу. – Она сама. И, кстати, наш храбрый рыцарь где? – спросила, стараясь не показывать лютого страха. – С похмелья угорает, поди? Тоже мне герой любовник адский. Все принцу расскажу, кого они отправили меня защищать. Все я только его задницу пернатую спасаю. Надоело.

– Ты слюной ядовитой против меня брызжешь? – услышала я веселый голос Асмодея. Он, одетый с иголочки, спускался в холл по ступеням и выглядел бодрячком. Поди уж, и забыл про вчерашние свои домогательства, гад. Я попыталась сглотнуть и отвести взгляд от черноглазого красавца, разглядывая которого, забыла даже о лежащий у моих ног Смерти. – И что тут за собрание? Думаешь, что бы еще такого сотворить, чтобы ошеломить меня своей восхитительной глупостью?

– Да пошел ты! – ощерилась я и показала глазами на пол: – У меня из-за вас одни проблемы, вон.

Асмодей проследил мой взгляд и побледнел. Ну, по крайней мере, мне так показалось.

– И не только у тебя, по ходу, – крякнул он и приказал Нидхеггу: – Бери Боби, и валите. Люцифер не простит смерти Смерти. Тьфу ты, дьявол, простите за тавтологию.

– А мне чего делать? – спросила, пытаясь избавиться от надоевшей огненной косы в руке.

– Ну, теперь ты исполняющая обязанности убиенной тобой фаворитки властителя ада, – ухмыльнулся демон. – Ладно, не бойся. Как до Ада доберемся, думаю, Люцифер избавит тебя от досадной штуковины. У него на тебя другие планы. Хотя, тебе даже идет. Да, точно, это твое призвание. Ты и без косы сеешь хаос и разрушения.

– Асмодей, – устало вздохнув, спросила: – зачем я Люциферу? Что во мне такого необычного? Почему Гавриил убить меня хочет, а властитель ада желает заполучить в свое пользование. Не верю, что все затеяно только ради того, что принцу нужна невеста. Ведь так? Я думаю, что имею право знать, к чему мне быть готовой.

– Сейчас не время, пора убираться отсюда. Ты мне надоела хуже всех чертей ада. Одни проблемы от твоей персоны, – жестко сказал Асмодей, опалив ненавидящим взглядом. – Собирай свои манатки, и через пять минут жду тебя в холле. Попробуй только опоздать, – угрожающе рыкнул демон и потерял ко мне интерес.

Я поднялась в свою комнату, взяла рюкзак – единственную вещь, которая напоминала мне о родном доме – села на кровать и собралась было зареветь, но вдруг почувствовала странный дискомфорт, словно все внутренности скрутило жгутом. Кровь жгучими потоками хлынула по венам, как после горячего укола, а во рту поселился гадкий металлический привкус. Подхватив торбу, выскочила в коридор и обомлела. Ранее богато украшенный дом, блестящий и переливающийся, стал серым, грязным и тусклым в одночасье, превратившись в заброшенный замызганный сарай, занавешенный столетними паутинами. Такими, обыкновенно, в фильмах показывают дома с привидениями. Бегом спустилась по шаткой лестнице, задыхаясь от невероятного нервного зуда, поселившегося в моем теле.

– Началось, – спокойно сказал Нидхегг, глядя мне в лицо. – Асмодей, она проснулась.

– Я давно проснулась. И, между прочим, у меня день рождения сегодня, а я вынуждена бегать от всяких тварей вместо того, что бы праздновать. Двадцать один год – это вам не пес начхал, – усмехнулась и поняла, что вижу моих новых знакомых не так, как раньше, а в их естественном, так сказать, виде. Нидхегг был прекрасен – передо мной стоял величественный дракон, покрытый огненно золотой чешуей. Я подошла к нему и с восхищением коснулась рукой шершавого огненно горячего бока.

– Блин, не успел, – вздохнул Асмодей. – Работенку мне Люцик подкинул – адову.

– Не знаю, чего ты там не успел, но мне кажется, что нам пора валить. Предчувствие у меня какое-то нехорошее. Вот тут прямо тянет, – показала я в район груди. – Что-то приближается.

– Она светится, – пискнула Боби. – Блин, что с ней?

Асмодей не успел ответить. Тяжелая дверь дрогнула и с громким треском слетела с петель. Крик ужаса застрял в моем горле.

– Здравствуй, Ахерон, – улыбнулся Асмодей и сделал шаг в сторону уродливого чудовища, протягивая ему руку для приветствия. Уродец проигнорировал жест рыцаря и уставился на меня горящими глазами.

– Люцифер заждался тебя, леди, – проревел он, плотоядно облизываясь. – Я сам доставлю нефилимку во дворец. Ты не оправдал ожиданий владыки, – противно улыбнулся в сторону черноглазого демона и протянул отвратительную когтистую лапу в сторону моей персоны.

– Обломись, – оскалилась и отскочила в сторону. – Меня папулька не тебе доверил.

– А тебя никто и не спрашивал, – раззявив пасть, похожую на чемодан, зарычал Ахерон и схватил мое тщедушное тельце за шкирку, приподнимая в воздух и разглядывая, словно экзотического чебурашку.

– Ну и рожа у тебя, Шарапов, – обалдев от наглости, фыркнула, задыхаясь от смердящего дыхания адского чудища. – И клыки бы почистить не мешало, прежде чем к даме лезть с поцелуями. А то смердишь, как козел.

– Кто козел? – ошалело спросил уродливый демон – Я козел? – взревел, с головы до ног меня заплевав.

– Ну да. Вонючий, рогатый козел, – завихлялась я, трепыхаясь в воздухе.

– Убью, – взревел Ахерон и со всей силы отшвырнул меня. Ударившись в стену спиной, почувствовала такую злость, что подумала, меня разорвет. Между лопаток засвербело. Я вскочила на ноги и двинулась на чудовище, не чувствуя под собой ног. Лютая ярость клокотала во мне, застилая глаза кровавой пеленой. Асмодей посмотрел на меня расширившимися от удивления глазами и бросился наперерез.

– Стой, где стоишь! – рыкнула, и рыцарь вдруг замер в неестественной позе, не в состоянии сдвинуться с места.

– Ай, молодца, – услышала я уже знакомый голос и, развернувшись всем корпусом, увидела Гавриила. – Давай, хватай девчонку, и уходим, – приказал архангел главному чудовищу ада.

– Не указывай мне, что делать, пернатый, – зарычал демон, но послушался и стал наступать на меня.

– Вот предатель! – возмутилась Боби. – Сволочь какая!

– Рот закрой, нечисть, – архангел посмотрел на Баван ши, и она согнулась, заверещав от боли. Нидхегг шумно выдохнул и загородил меня огромным телом. В руках Гавриила заполыхал огненный шар.

– Освободи Асмодея, и бегите, я задержу их, – выкрикнул дракон.

– В смысле освободи? – от возбуждения мой голос дрожал, и я никак не могла сосредоточиться на ком-то одном. Спина горела, словно объятая адским пламенем, и этот жар распространялся по всему телу.

– Прикажи двигаться, – выдохнул Нидхегг и смел огромным хвостом Ахерона.

– Блин, ты что такой послушный-то? Отомри и сделай что-нибудь! – бросилась к Асмодею, не сводя глаз с корчащейся на полу тонкой фигурки, одетой в зеленое платье.

Ахерон тяжело поднялся и в мгновение ока оказался возле меня. Огромная рука сжала горло. Теряя сознание, я увидела, как огненный шар врезается в тело дракона, разворотив грудь существа, ставшего моим другом.

– Нет! – разорвал пространство пронзительный крик Боби. Огромное тело Нидхегга замертво упало на потрескавшийся каменный пол. Асмодей достал сверкающий клинок и раскрыл крылья. Я увидела страшную рану своего рыцаря и передумала терять сознание. Охватившая меня ярость завихрилась в груди, вырвавшись наружу диким, разрывающим легкие воплем. Ахерон от неожиданности разжал когтистую лапу, и я кулем рухнула к его ногам.

– Асмодей, сзади! – крикнула, видя приближающегося к черноглазому демону Архангела. В руке Гавриила появилось сверкающее копье, что не сулило ничего хорошего моему защитнику. Мне было понятно, что рыцарь просто не успевает среагировать. Я не знаю, как оказалась между ангелом и бесом, просто, мне очень захотелось прикрыть демонский тыл. Копье врезалось в грудь. Я зажмурилась в ожидании ужасной боли.