Петрушка в Городе Ангелов

Предисловие

Дорогой читатель! Роман «Петрушка в Городе Ангелов» входит в серию книг «Young Adult. Уязвимые».

В каждой из них свой главный герой, и он рассказывает свою историю, поэтому любую книгу можно читать отдельно от остальных. Но судьбы персонажей пересекаются, и все истории дополняют друг друга.

Вот порядок, в котором книги появились на свет:

– «Петрушка в Городе Ангелов»

– «Замороженный»

– «Фальшивка»

– «Одна вторая»

Можно читать в таком порядке, а можно так, как Вам больше нравится.

Глава 1

На часах девять утра семь минут, и город как будто вымер. Одна я бреду в жёлтом свете фонарей по щиколотку в снегу и, кажется, почти нашла свою школу. Я уже опоздала. Это не входило в мои планы. Неприятно, но всё же несущественная мелочь по сравнению с тем, что сегодня именно тот день, который может полностью изменить мою жизнь. Последние десять лет я была изгоем, объектом для насмешек – спасибо элитной гимназии для богатеньких детишек. Сегодня – мой шанс начать всё с чистого листа.

Я подхожу к школьному забору, это мой последний рубеж. По ту сторону – здание из серого кирпича, на окнах первого и второго этажей расклеены снежинки, вырезанные из бумаги – видимо, это кабинеты младших классов. Моя новая школа. Моя новая ОБЫЧНАЯ школа. Мне надо наверх, на четвёртый этаж. Вглядываюсь. Не знаю, чего я надеюсь там увидеть, в светлых квадратах окон видны только длинные лампы.

Не могу поверить, что всё наконец-то изменится. Несколько секунд я медлю, прежде чем сделать шаг через калитку – хочу насладиться моментом. Погружённая в свои мысли, решаю: «Пора».

Как только я оказываюсь внутри школьного двора, резкий удар в лицо заставляет меня отшатнуться. В первую секунду мне кажется, что я не могу сделать вдох. Инстинктивно пригибаю голову и хватаюсь за лицо. Нос и щёки жжёт от боли и холода. Голыми ладонями чувствую снег. «Это всего лишь снег», – пытаюсь успокоиться. Реальность возвращается на место, когда я слышу гнусное хихиканье откуда-то спереди.

День сегодня идеально подходящий для снежков. За ночь город замело: повсюду свежие сугробы, тротуары превратились в тонкие тропинки, проложенные теми, кому не повезло отправиться по делам раньше всех. С утра температура поднялась, и снег стал липким. Так что снежок получился что надо – плотный, твёрдый и очень неприятный.

«Ой», – говорит всё тот же мерзкий голос и продолжает хихикать, из чего я делаю вывод, что ему совсем не жаль.

Стираю остатки снега с лица дрожащей ладонью. Теперь я могу рассмотреть моего первого врага в новой школе. Типичный гопник: дутая тёмно-синяя куртка, спортивки, поношенные кроссовки, нелепая ярко-зелёная шапка. Для полной картины не хватает только полторашки пива и сигареты в зубах. Враг не смущается, когда видит, что я разглядываю его. Он сидит на перилах школьной спортивной площадки, продолжает ухмыляться и явно никуда не торопится.

Ну что ж, прекрасный способ поприветствовать меня в первый день. Может, мой новый класс отправил своего лучшего представителя, чтобы он встретил меня со всеми почестями? Такой своеобразный способ сказать: «Добро пожаловать, Маша! Мы рады, что ты теперь с нами».

– Дебил, – шиплю я себе под нос, вытирая с щёк остатки снега. Ладони становятся чёрными, а это значит, что тушь теперь размазана по всему лицу.

– А ты красивая, – издевательски заявляет враг. – Хочешь познакомиться?

И с чего я взяла, что в другом городе люди будут менее жестокими?

Я трачу ещё пятнадцать минут на то, чтобы найти туалет и кое-как привести себя в порядок. Оказывается, тушь для ресниц водой не смывается, влажные салфетки тоже не очень помогают, вокруг глаз всё равно остаются большие тёмные пятна. Теперь меня можно принять за невыспавшуюся проститутку – именно то первое впечатление, которое я и планировала произвести.

Мой образ роковой женщины дополняет короткое красное платье, которое ещё вчера казалось мне символом моей новой прекрасной жизни, и мамины сапоги на каблуках. Последние как раз и стали причиной того, что к первому уроку я опоздала и появилась в школьном дворе уже после звонка. Ходить в них по улице оказалось гораздо сложнее, чем я рассчитывала. Дома у меня неплохо получалось, я даже потренировалась с книгой на голове, как это показывают в фильмах. Но, ковыляя по нечищеным дорожкам, я успела проклясть и эти сапоги, и ночной снегопад, и коммунальщиков, которые не справляются со своей работой.

Хотя стоит признать, что вина за моё опоздание не на сто процентов лежит на сапогах. Половина заслуженно принадлежит лабиринту одинаковых кварталов, через которые я решила срезать путь, но вместо этого заблудилась. Абсолютно одинаковые серые панельные девятиэтажки с абсолютно одинаковыми серыми дворами, в центре которых абсолютно одинаковые школы и детские сады. Стоило захватить с собой хлебные крошки или моток ниток.

Да, в моём дворе тоже есть школа. В идеале было бы пойти учиться туда, а не плутать полчаса по бетонным кварталам в маминых сапогах. Но дело в том, что мы переехали в этот город во время зимних каникул, и оказалось, что не каждая школа готова взять к себе ученицу выпускного класса посреди учебного года. Тем более если она упала к ним как снег на голову – сегодня я убедилась, что это действительно неприятно.

В общем, маме пришлось побегать, чтобы меня взяли хоть куда-нибудь. Поэтому последние несколько дней она посвятила бесконечным наставлениям, что я не должна облажаться в школе. Либо она хорошо знает, что от меня можно ожидать, либо прячет в шкафу хрустальный шар.

Ещё пару минут я стою и разглядываю себя в зеркале. Раздумываю, не уйти ли мне сейчас домой и сделать вид, что перепутала день начала занятий. Но, представив, как взбесится мама, если узнает, что её шар был прав, решаю не отступать.

В школе мне выдали расписание занятий: первый урок сегодня – классный час. И до его конца осталось пятнадцать минут. Так что времени топтаться у закрытой двери кабинета 416 у меня особо нет.

Тем не менее вместо того, чтобы сразу зайти и «быстро сорвать этот пластырь», я стою и размышляю над необычной нумерацией кабинетов. Сначала я подумала, что школа, должно быть, огромная, если их больше четырёх сотен. Но оказалось, что первая цифра обозначает номер этажа – стоит признать, что это довольно-таки удобно.

В воздухе стоит запах свежего ремонта, хотя дверь, которую я гипнотизирую взглядом, весьма обшарпанная. Я подношу руку, чтобы постучать, но вместо этого поддеваю пальцем облупившуюся краску. Засохший белый кусок размером не меньше двух сантиметров падает к моим ногам и разбивается на несколько осколков. Посреди двери появляется отчётливо заметное пятно.

Если я продолжу, то рано или поздно проковыряю в двери дыру, достаточную, чтобы проникнуть в класс через неё, но метод всё же не самый эффективный. Внутри слышен гул голосов – похоже, на классном часе что-то активно обсуждают.

Стучу. Гул тут же стихает. Делаю глубокий вдох, медленный выдох, закрываю глаза и нажимаю на ручку двери. Чувствую, как холодный металл скользит в моей влажной ладони. Дверь распахивается, и в полной тишине на меня смотрят тридцать пар человеческих глаз.

– Здравствуйте, – говорю я так уверенно, как только могу. – Я новенькая. – Эту фразу я репетировала весь вчерашний вечер.

Никто не нарушает тишину. Меня продолжают пристально разглядывать.

Боже, я что, перепутала класс? Или директор не предупредил, что я приду? Может быть, я всё-таки попала не в ту школу? Они же все одинаковые, как из конвейера.

Пытаюсь найти ответы на свои вопросы в глазах учеников. Кажется, помогать мне никто не собирается. Наконец встречаюсь взглядом с учительницей. Мы смотрим друг на друга удивлёнными глазами. Я уже практически готова развернуться и убежать, но она всё же нарушает эту немую сцену.

– Мария?

– Да, – с облегчением выдыхаю.

Только сейчас осознаю, что всё это время я не дышала, и воздух в лёгких стал таким тяжёлым, как будто превратился в цемент. Слава богу, она знает, кто я такая, – значит, я пришла туда, куда надо.

– Сегодня утром я нашла на столе записку, что к нам в класс придёт новая ученица. Подумала, это, наверное, ошибка. Кто же меняет школу прямо перед экзаменами? А когда ты не явилась к началу занятий…

Классная замолкает и внимательно смотрит на меня сквозь маленькие квадратные очки. Ждёт моих объяснений?

– У меня был форс-мажор, – говорю я, стараясь вернуть уверенный тон.

– Форс-мажор? – переспрашивает она и выжидающе смотрит на меня.

Я терпеливо держу паузу. В это время успеваю отметить, что классная вполне могла бы быть среднестатистическим учителем в моей прошлой школе. Ей около пятидесяти, слегка полновата, короткая стрижка, серая трикотажная кофточка и маленький шарфик на шее, повязанный каким-то хитрым способом. Похоже, самое популярное видео учительских чатов – «101 уникальный способ завязать шарф, чтобы быть неотразимой».

Учительница не выдерживает и продолжает, не дождавшись моего ответа:

– На первый раз мы тебе это прощаем, но имей в виду, у нас так не принято, все ученики приходят строго по расписанию.

– Хорошо, – бормочу я.

Неприятно, что меня отчитали, и хотелось бы обвинить во всём придурка со снежками, но понимаю, что я бы и без него опоздала.

– Кроме того, у нас не принято приходить в школу в подобном виде. У нас тут учебный процесс, – она оценивающе оглядывает меня сверху вниз и снова наверх. – В следующий раз я отправлю тебя домой переодеваться.

Из разных уголков класса начинают раздаваться тихие смешки. Ещё чуть-чуть, и я стану одного цвета с моим платьем. Краем глаза замечаю, как одна девчонка направляет на меня телефон, прячась за одноклассника, сидящего перед ней. А вот и враг номер два.

К горлу подкатывает тошнота, оттягиваю ворот платья, как будто от этого мне станет легче дышать.

– Мария, мне надо записать тебя в ведомость. Как твоя фамилия? На листке, который мне принесли, написано только Мария Петровна.

О нет, только не это.

– Петрова, – отвечаю я на вопрос, стараясь говорить, как можно тише.

– Ага, значит, это опечатка. Тогда какое у тебя отчество?

– Петровна.

Классная спускает очки на нос и смотрит на меня поверх них.

– Мария Петровна Петрова? – наконец задаёт она свой вопрос, приподнимая брови.

– Да, – говорю я почти беззвучно и жду.

Смешки и шёпот в классе становятся всё громче.

– А родители у тебя креативные, – выкрикивает парень с третьей парты у окна. По классу проходит волна смеха. Теперь ребята позволяют себе не сдерживаться.

– А папу у тебя зовут Петров Петр Петрович? – кричит та самая девчонка, что снимала меня на телефон.

– Это тот, который везде образцы документов заполняет, – кричит кто-то ещё, но я уже не понимаю, кто.

– А тебя почему не Петром назвали?

Щёки вспыхивают, а в ушах я чувствую пульсацию собственного сердца. Учительница пытается успокоить класс, но сделать это не проще, чем остановить лавину снега – опять этот снег – несущуюся с горы.

– Садись, Маша, – бросает она мне и указывает на единственное свободное место на последней парте третьего ряда.

Там уже сидит девчонка, которая смеётся вместе со всеми. Кажется, я сбилась со счёта моих врагов на сегодня.

Иду по проходу сквозь неуправляемую массу веселящихся подростков и слышу в спину: «Будем звать тебя Петрушка», – и новый взрыв смеха. Уже сидя на своём месте вижу, как один парень пихает задохлика в очках на первой парте: «Эй, Укроп, мы нашли тебе идеальную пару». Отлично, мне уже определили подходящую по статусу компанию. Ну что я такого сделала в прошлой жизни, что судьба так мне мстит?

Глава 2

Я радуюсь своему месту на последней парте, здесь меня будет сложнее разглядывать. Правда, я надеялась, что буду сидеть одна, но так крупно повезти мне не могло. Соседка, не переставая веселиться, обращается ко мне:

– Привет, я Нелли, – улыбается так, что я вижу все её зубы.

Она что, выпила пару энергетиков с утра? Или нас опять фотографируют? Быстро осматриваюсь, но остальные уже переключили своё внимание на более интересные дела. Ни одна камера телефона не следит за мной.

Когда я устало смотрю в радостные глаза своего врага номер сколько-то там, её лицо мгновенно меняется. На нём отражается как будто бы искреннее беспокойство.

– Ты что, плакала? – спрашивает она.

– Что? С чего ты взяла?

– У тебя следы туши. И глаза красные.

– Нет, Шерлок. В меня бросили снежок на пороге школы, а теперь это всё никак не стирается, – огрызаюсь я.

Замечаю, что макияж моей соседки, в отличие от моего, выглядит идеально. Он совсем не яркий, но очень аккуратный и свежий, как будто она только что вышла из салона красоты. Её лицо и так милое, но она определённо знает, как это подчеркнуть. Одета девушка тоже идеально: светло-голубой свитшот поверх белой рубашки выглядит слишком большим, но мне сразу хочется точно такой же. Даже имя её – Нелли – говорит о том, что она – полная противоположность мне.

– Ты что, первый раз в жизни накрасилась? Конечно, водой это не смыть, – усмехается соседка.

По моему напряжённому молчанию и поджатым губам она понимает, что угадала.

– Так, ладно. Пойдём вместе на перемене в туалет, я помогу тебе привести себя в порядок.

В голове у меня тут же загорается красная лампочка с сообщением: «опасная ситуация».

– Не надо, – говорю я, прежде чем успеваю подумать над предложением.

Соседка смотрит на меня несколько секунд вроде бы разочарованно, потом достаёт из рюкзака косметичку размером с самолётную ручную кладь и начинает в ней копаться.

– Вот, – протягивает она мне баночку густой розовой жидкости и несколько ватных дисков. – Сотри вот этим.

– Спасибо, – буркаю я, избегая смотреть ей в глаза.

Возможно, я и поторопилась записать Нелли в список своих врагов.

К началу второго урока я уже не похожа на падшую женщину, спасибо соседке. Дальше у нас биология, и мы остаёмся в том же кабинете в компании нашей классной. Учительница одобрительно кивает, когда я возвращаюсь после перемены с чистым лицом.

Тем временем на улице светает, и неудачное начало дня уже кажется не таким драматичным. На последней парте нас совсем не видно.

– Антонов, у тебя сегодня хорошее настроение. Иди к доске, – обращается учительница к парню, который больше всего веселился надо мной.

Всё её внимание направлено на него: классная отчитывает шутника за футболку с рисунком огурчика Рика, но это только раззадоривает парня. Из повторения материала он устраивает стендап-шоу. Мне же сегодня совершенно не до веселья. Нелли тоже не смотрит представление, ей интереснее выведать информацию обо мне.

– Откуда ты перевелась? – спрашивает она меня шёпотом.

– Из другого города, – так же шёпотом отвечаю я.

– Из какого?

– Из Екатеринбурга.

– Вы переехали в Архангельск?

– Да.

– Почему? – не унимается соседка.

Выразительно смотрю на неё, давая понять, что это не её дело.

– Ладно, можешь не говорить, – она отодвигается на другой конец парты и делает вид, что слушает юмориста Антонова.

– Маме предложили здесь работу, – решаю всё-таки рассказать я. Не такой уж это и секрет.

– А чем занимается твоя мама?

– Продажами.

– В смысле продавцом работает?

– Да нет. Она руководитель отдела продаж в компании, которая делает оборудование для ресторанов: всякие там печи, разделочные столы.

– И что? В Екатеринбурге закончились рестораны?

– Конечно нет. Просто компания открывает новый филиал здесь, на севере. Вот мама и захотела поехать. Если получится всё удачно запустить, она сможет быть директором по продажам по всей области. Это высокая должность и большие деньги.

– А нельзя было подождать, пока ты закончишь школу?

– Ждать полгода компания не стала бы, сотрудник им нужен прямо сейчас.

– А родственников, у которых ты могла бы остаться, чтобы доучиться в своей школе, у вас нет?

– Только бабушка. Но я и сама захотела поехать.

– Почему? – Нелли смотрит на меня недоверчиво.

– Знаешь, мне бы не мешало повторить материал по биологии.

– Хорошо, поняла.

Конец урока мы проводим молча.

На следующей перемене надо переходить в другой кабинет, и я собираю свои вещи в рюкзак.

– Мы с девчонками пойдём сейчас в столовую. Хочешь с нами? – предлагает соседка.

Девчонками оказываются две близняшки в одинаковых свитерах разного цвета. Они уже подошли к нашей парте и внимательно меня разглядывают.

– А у тебя правда такое странное имя? – спрашивает одна.

– Конечно, правда. Зачем ей такое выдумывать? – отвечает ей вторая.

Похоже, они зовут меня с собой в качестве развлечения. Хотят, чтобы я была для них цирковой обезьянкой во время обеда.

– Знаете, мне ещё надо отнести документы для оформления, так что…

Они уходят, а я остаюсь одна. Единственная мысль, которая крутится у меня в голове: «Вот бы этот день побыстрее закончился». Всё должно было быть совсем по-другому! Мне был так нужен второй шанс. Я думала, что в другом месте, где никто меня не знает, я смогу стать другим человеком, смогу вписаться. Сотни раз за последние десять лет я думала о том, как всё сложилось бы, если бы я не попала в мою прошлую школу: я могла бы жить нормальной жизнью, завести друзей, пойти на выпускной с парнем. И вот перед самым выпуском моя мечта осуществилась. Неужели всё снова повторится?

Когда я выхожу из школы, придурок в зелёной шапке опять там. Он сразу меня замечает, я даже не успеваю подумать, как бы проскользнуть мимо него. Как будто специально меня караулил. Дел других у него что ли нет? Повезло ещё, что он не в моём классе.

С довольной ухмылкой мой враг катает в руках снежок. Серьёзно? Он открыл на меня охоту? Внутри всё кипит.

– Только попробуй, – я злобно тычу в него пальцем, направляясь к выходу из двора большими шагами.

– Скажешь мне своё имя? – нагло спрашивает этот придурок.

– Ещё чего, – хватит с меня знакомств на сегодня.

Снежок прилетает мне в спину, когда я уже выскакиваю за школьный забор.

Глава 3

Дома меня ждёт только мой кот Мо. Если можно назвать домом съёмную квартиру, с которой ещё пару недель назад меня не связывало ровным счётом ничего. Мама хотя бы позаботилась о том, чтобы у каждой из нас была отдельная комната. Свою я как могла постаралась сделать уютной. Постелила на кровати любимый пушистый плед, который привезла из Екатеринбурга, расставила на столе мои старые вещи: настольную лампу, ноутбук, несколько книг. Ещё я купила гирлянду с фонариками и повесила над кроватью. Сейчас эта комната выглядит самым жилым местом в квартире.

Маме уютом заниматься некогда, а может, она просто ничего не замечает, поэтому у неё стоит только вешалка с несколькими костюмами в пластиковых пакетах и не распакованные коробки с вещами.

Заглядываю в холодильник в поисках еды, обнаруживаю засохший кусочек сыра и одинокую пачку пельменей в морозилке. Хорошо, обед для меня есть, но за ужином придётся идти в магазин.

Пока я варю пельмени, кот трётся о мои ноги и требует внимания. Мо – самый обычный шпротный кот – серый и полосатый. Я притащила его домой с помойки несколько лет назад, когда он был ещё котёнком – маленьким, дохлым и блохастым. Назвала его Мо в честь моего любимого мультика «Моана». Сначала я прятала его от мамы, втихаря кормила молоком и печеньем, боялась, что она выбросит Мо обратно на улицу. Но, оказалось, зря. Мама была не против и даже помогла его вылечить.

С миской варёных пельменей забираюсь под плед, чтобы полистать ленту новостей в сети. Новости есть: соседка по парте хочет дружить со мной. Как будто мне в реальной жизни её мало. Приходится подписаться в ответ, потому что если проигнорировать запрос, это привлечёт больше внимания, а этого мне как раз и не нужно.

Всё равно по моей странице ничего нового обо мне не узнать, я не выставляю свою жизнь для публичного просмотра. Из фотографий только несколько пейзажей и Мо, который тут же получает свою порцию лайков от моей новой виртуальной «подружки».

Открываю её страницу. В отличие от меня, Нелли постит каждый свой шаг. И как людям только времени на это хватает? Листаю ленту. Похоже, соседка – душа компании и дружит не только с каждой девчонкой в классе, но и с парнями. Она выглядит на своём месте в каждой тусовке – везде веселится, со всеми обнимается. Поражаюсь количеству фото, на которых она отмечена.

Никогда не доверяла людям, которые находят общий язык абсолютно со всеми. Для этого надо быть либо лицемерным, либо совсем не иметь своего мнения. Такие обычно поддерживают большинство, не разбираясь, кто прав, кто виноват. Готовы поступиться принципами, чтобы не испортить отношения с «коллективом». Хотя, может, я переоцениваю Нелли, и она просто поверхностная дурочка.

На ужин я покупаю пакет картошки и пачку сосисок. Готовлю на двоих. Съедаю свою порцию в компании Мо. Иногда мне кажется, что мы с ним живем вдвоём.

Я уже сплю, когда мама возвращается домой с работы.

Глава 4

Мерзкий пикающий звук будильника заставляет меня открыть глаза. Я перестала использовать для него песни после того, как испортила таким образом несколько своих любимых. Как получается, что любая песня очень быстро начинает бесить, если просыпаться под неё? Это же должен быть гимн нового дня.

Но, похоже, ничего не заставит меня полюбить утро. Тем более если оно начинается на полчаса раньше обычного – после вчерашнего позора я не могу опоздать. За окном в тусклом свете фонаря медленно падают большие хлопья снега. Под одеялом так тепло и уютно, ещё и Мо лежит под боком, он привык спать до обеда. Как же я ему сейчас завидую, вот бы и мне сегодня никуда не идти. Простыня приятно касается ног, когда я потягиваюсь в постели. Снаружи темно и холодно, надо иметь большую силу воли, чтобы вытащить себя из-под одеяла. Для начала высовываю одну руку и дотягиваюсь до выключателя настольной лампы. Щелчок, и комнату окутывает приятный тёплый свет. Первый шаг сделан.

Вчера всё прошло не очень хорошо, будем считать это «бета-днем». Зато теперь я знаю, чего ожидать, и буду готова.

Выхожу из комнаты и застаю маму в коридоре. Она выглядит так, как будто бодрствует уже пару часов: безупречный костюм, волосы уложены в строгий пучок.

– Мария, доброе утро, – приветствует она меня.

– Доброе.

– Решила сегодня встать пораньше? Молодец. Как школа?

– Отлично.

– Хорошо, – кивает мама.

Может показаться, что она интересуется моей жизнью, но это не так, подробности ей безразличны. Откуда я это знаю? Поначалу я пробовала рассказывать, как мне сложно в школе, жаловаться на то, что меня обижают. Ничем хорошим это, к сожалению, не закончилось.

– Всё, я побежала. Мария, не подведи меня, – говорит мама, выскальзывая в подъезд.

Я закрываю за ней дверь и теперь могу спокойно провести работу над ошибками. Во-первых, сегодня я буду в школе вовремя. Для этого я выйду из дома пораньше и в этот раз надену кроссовки. Следующий пункт моего плана – подобрать подходящую одежду. Что-то крутое, но при этом скромное.

Открываю шкаф и критически осматриваю свой небольшой гардероб. После некоторых раздумий выбираю любимый свитер цвета хвойного леса. В нём я хотя бы буду чувствовать себя уверенно. Свитер имеет интересную особенность – когда я его надеваю, мои глаза, которые обычно выглядят карими, становятся зелёными. Забираю волосы в высокий хвост. Вроде считается, что красиво выглядят распущенные волосы, но в моих нет ничего такого. Они прямые и русые. Только под летним солнцем я становлюсь почти блондинкой, но и у этого есть плата – веснушки. Куча веснушек. Но сейчас середина зимы, и я похожа скорее на серую мышь.

Ещё ничего не потеряно. Наверняка в моем классе найдутся те, с кем у меня есть что-то общее, с кем я смогу подружиться. Я просто пока их не нашла. У меня осталось меньше пяти месяцев до окончания школы. Так мало времени, чтобы всё успеть: сдать экзамены и выбрать универ моей мечты, завести крутых друзей. И как было бы здорово встречаться с потрясающим парнем. С таким, чтобы все вокруг мне завидовали. Надо бы это записать, хотя сейчас этот план выглядит не очень реалистично.

Заряженная решительностью, я отправляюсь на уроки.

Школьный двор сегодня выглядит совсем иначе. Сейчас тут полно людей: большинство, как зомби, плетутся внутрь здания, но некоторые собрались кучками и болтают на улице. Родители провожают малышей в школу, надевают на них несоразмерные рюкзаки, целуют в щёчки. Я всегда немного грущу, когда вижу это. Сама я ходила в школу одна с первого класса.