Где твой принц?

Гость медленно перевёл тяжёлый взгляд со своих испорченных брюк на меня. По его лицу было прекрасно видно, что мирно решить этот конфликт он совершенно не собирается. Я уже приготовилась услышать крик, но мужчина превзошёл даже мои ожидания.

— Слепая ты сука. Ты хоть представляешь, сколько они стоят? — прорычал он, рассматривая пятна на ткани так, будто я только что облила его не напитками, а кислотой. Я нервно сглотнула и постаралась говорить максимально спокойно, хотя внутри уже начинала закипать злость.

— Я всё возмещу! — выпалила, прекрасно понимая, что это звучит как очень плохая шутка. Ага, как же. Если эти штаны стоят больше десяти долларов, у меня уже большие проблемы, потому что после ремонта двери мой финансовый запас находился примерно на уровне «три монетки и надежда на чудо». Но мужчине, кажется, было совершенно плевать на моё положение. Он поднял на глаза и неприятно усмехнулся.

— Что ты там можешь возместить?.. Ты даже своим поганым телом за год не возместишь.

Да ты офигела, старая жаба! Я безумно хотела ответить ему чем-нибудь таким же ядовитым, чтобы его настроение испортилось хотя бы настолько же сильно, насколько он испортил моё. Но работа мне всё ещё была нужна, а значит, приходилось глотать собственную злость вместе с достоинством. Я заставила себя улыбнуться, хотя мышцы лица буквально свело от отвращения.

— Извините, я принесу салфетки, — произнесла, проглотив собственную гордость и опуская глаза в пол.

Уже развернулась, собираясь уйти, но мужчина резко схватил меня за руку чуть выше локтя. Его пальцы с силой сжались на коже, и я мгновенно попыталась выдернуть руку.

— Куда побежала? — процедил он, удерживая меня на месте. — Салфетки здесь не помогут. Слизывай.

От услышанного на секунду просто перестала дышать, потому что мозг отказался принимать тот факт, что взрослый человек действительно только что произнёс это вслух. Работа, конечно, была важна, но не настолько, чтобы я добровольно унижалась перед каким-то пьяным ублюдком.

Я даже пискнула от резкой боли, когда его пальцы сильнее впились в руку. Это была явно не моя неделя, а, если честно, начинало казаться, что и не мой год. Напряглась всем телом и уже собиралась развернуться, чтобы высказать ему всё, что думаю о его воспитании, но меня опередили.

— Руки убрал, — угрожающим басом проговорил Кейн, кладя свою ладонь на предплечье этой мерзкой твари.

Его голос прозвучал настолько спокойно, что от этого стало даже страшнее, чем если бы он начал кричать. Я перевела взгляд на бармена и только сейчас заметила, насколько огромным он казался рядом с этим мужчиной. Коренастый парень под два метра ростом, с широкими плечами и татуировками, уходящими по предплечьям, выглядел так, будто мог без особых усилий вынести из зала половину мебели вместе с особенно буйными посетителями. В этот момент я впервые за несколько минут почувствовала, что могу хотя бы нормально вдохнуть.

Мужик довольно быстро отпустил мою руку, но на коже уже остался яркий красный след. Я посмотрела на него и физически почувствовала, как там постепенно формируется будущий синяк. Кейн не убирал руку с его предплечья и продолжал смотреть на него с таким выражением лица, что даже мне захотелось сделать шаг назад. Вокруг нас постепенно становилось тише, потому что ближайшие посетители начали обращать внимание на происходящее.

— Хэйли, принеси салфетки и иди работать. Надеюсь, конфликт исчерпан. — Кейн говорит это спокойно, но по его тону становится понятно, что обсуждать произошедшее он больше не собирается.

Мужчина за столиком уже открывает рот, явно собираясь возмутиться, но, встретившись со злым взглядом бармена, резко замолкает. Несколько секунд они молча смотрят друг на друга, и в итоге гость первым отводит глаза.

— Да, всё хорошо, — нехотя бурчит он, откидываясь на спинку стула.

— Отлично.

К счастью, дальше смена проходит быстро и без происшествий. Я попрощалась со всеми, переоделась и наконец отправилась домой, чувствуя себя так, будто за сегодняшний день успела прожить ещё одну маленькую жизнь. Ощущение после произошедшего было мерзкое, меня с головы до ног облили грязью, а потом ещё заставили в ней походить. Хотелось поскорее залезть в ванну, отмыться и хотя бы на несколько минут почувствовать себя человеком, а не ходячей мишенью для чужих проблем. Но стоило мне остаться наедине с собой, как в голову снова полезли мысли о дяде. Я совершенно не представляла, как с ним связаться, поэтому немного покопалась в телефоне и в итоге нашла старый номер бывшей соседки.

Время уже было слишком поздним, поэтому звонить ей среди ночи я не решилась. Сохранила номер и положила телефон рядом, решив обязательно набрать ей утром. Может быть, она хотя бы знает, куда Кори исчез после моего отъезда. Конечно, вероятность того, что он до сих пор пользуется старым номером или вообще поддерживает с ней связь, была примерно такой же, как вероятность моего спокойного будущего. Но другого варианта у меня всё равно не было. Тяжело вздохнула и опустилась в ванну, позволяя горячей воде постепенно расслабить напряжённые мышцы. На несколько минут мне удалось убедить себя, что всё ещё можно исправить.

А потом в голову пришла совсем другая мысль. Может, смерть не такой уж плохой выход? В жизни у меня и без того мало что клеится, а теперь ещё и соулмейт оказался каким-то гандоном, который обещал меня убить. Может, снять последние деньги со вклада, потратить их на себя и провести эти две недели так, чтобы хотя бы напоследок увидеть что-нибудь красивое? Улететь куда-нибудь, куда хватит денег, снять самый дешёвый отель у моря и впервые в жизни пожить только для себя, ни о чём не думая. Мысль была настолько опьяняюще сладкой, что я закрыла глаза и на несколько секунд действительно позволила себе представить это. Тёплый рыхлый песок под ногами, солнце над головой, волосы развевает слабый прохладный ветер, а море шумит где-то совсем рядом, и впервые за долгое время мне не нужно ни от кого убегать.

Нет. Смерть никогда не была выходом. Я столько всего пережила, чтобы просто взять и умереть из-за долгов Кори? Да пошёл он к чёрту. Это просто плохой день, пусть даже очень длинный и очень хреновый, но всего лишь один день. Завтра я позвоню соседке и, может быть, она действительно знает, куда этот чёрт делся на этот раз. А если не знает, буду искать дальше, потому что две недели — это две недели, а не приговор. Я открыла глаза и медленно выдохнула, заставляя себя вернуться из воображаемого пляжа обратно в собственную ванную.

Нужно кому-нибудь рассказать, что произошло. Эмма была самым очевидным кандидатом, но теперь я боялась за неё почти так же сильно, как за себя. Если Сет и Итан смогли без проблем найти меня, то я не хотела даже представлять, что будет, если они узнают о человеке, которому я доверилась. Поджав колени, я посмотрела на недавно появившиеся синяки после падения и осторожно надавила пальцем на один из них. Колено тут же отозвалось ноющей болью, а вместе с ней в памяти неприятно всплыл сегодняшний конфликт на работе.

Такое происходило нечасто, но каждый подобный случай почему-то въедался в память сильнее, чем хотелось бы. Я вспомнила чужие пальцы на своей руке, мерзкие слова и то, как Кейн встал между мной и этим человеком. Разочарованно вздохнув, снова вытянула ноги и откинулась назад, пытаясь выкинуть из головы всё произошедшее за последние сутки. Вода постепенно остывала, а я уже начинала проваливаться в какое-то сонное состояние, когда из коридора внезапно донёсся тихий звук щелчка. Всё тело мгновенно напряглось. Я замерла, пытаясь понять, действительно ли услышала поворот ключа или мой измученный мозг просто решил окончательно добить меня. Несколько секунд ничего не происходило, и я уже облегчённо выдохнула, но тут со стороны коридора раздался тихий скрип открывающейся двери.

Я подскочила из ванной настолько резко, что едва не поскользнулась. На ходу схватила полотенце, кое-как замоталась в него и выскочила в коридор, после чего буквально столкнулась с тем самым долговязым психом. Сет стоял посреди моей квартиры так спокойно, будто имел на это полное право, а я едва не задохнулась от возмущения и наглости незваного гостя. Он даже не сразу посмотрел на меня, продолжая изучать кухню в конце коридора.

— Как ты сюда попал?

Сет молча поднял левую руку, в которой держал маленький ключ. Он продолжал смотреть куда-то на кухню, явно пытаясь взглядом отыскать там что-то конкретное, и от этого моя ярость только усиливалась.

— Даже дверь на этот раз не выбил. Неужели не рада? — произносит совершенно спокойным тоном и наконец поворачивается ко мне. — Откуда он — не так важно. Важнее другое: приносишь ли ты пользу.

Внутри всё холодеет. Неужели у меня даже этих жалких двух недель нет? Он так запросто попал в мой дом, что от одной мысли о том, насколько легко это сделал, хочется снова проверить замок. Но самое страшное — он явно не считает происходящее чем-то ненормальным.

— Так что, солнышко, ты приносишь пользу? — спрашивает Сет и начинает медленно подходить ко мне.

Машинально попятилась назад, крепче прижимая полотенце к телу.

— Я работала весь день, — выпаливаю, стараясь не показать, насколько сильно дрожит голос. — Смогла только найти номер нашей старой соседки, решила завтра ей позвонить.

И тут же внутри возникает совершенно логичный вопрос: да почему я вообще перед ним отчитываюсь?! Он мне кто — начальник? Следователь? Мой персональный палач по расписанию? Но ноги начинает бить мелкая дрожь, пока сердце колотится так, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Это такой эффект связи у всех? Потому что если да, то дерьмово, очень дерьмово.

Дослушав меня, Сет отходит на два шага назад и внезапно останавливается. Его взгляд опускается на мои ноги, где уже расплываются два больших фиолетовых синяка, а затем перемещается на руку, на которой осталась заметная гематома. Я машинально прикрываю её второй ладонью, хотя понимаю, что скрывать уже поздно.

— Правда, это наша старая соседка, — быстро добавляю я, решив не давать ему времени задавать лишние вопросы. — Я не видела её три года, да и дядя, наверное, давно оттуда съехал, но это пока единственная зацепка, которую я смогла найти, но...

— Ты проститутка?

Что?

У меня аж глаз дёрнулся. Сегодня меня, кажется, решил оскорбить вообще весь мир, причём желательно по очереди, чтобы я точно не заскучала. Страх на несколько секунд уступает место настолько сильной злости, что мне становится даже легче дышать. На работе я ещё могла проглотить оскорбление ради зарплаты, но в собственном доме терпеть такое точно не собиралась.

— Я официантка, придурок! Как вы все меня достали, конченые ублюдки! Чтоб вас всех бетонной плитой придавило!

Сет совершенно спокойно выслушивает всю мою тираду, чем умудряется выбесить ещё сильнее. Потом смотрит на меня секунд десять после того, как я заканчиваю, а затем сонно зевает.

— Откуда синяки? — спрашивает он после зевка, словно только сейчас решил вернуться к действительно важной теме.

Я фыркаю и отворачиваюсь.

— Не твоё дело.

В его глазах нет ни намёка на беспокойство, поэтому я окончательно решаю, что этот придурок просто издевается надо мной. Разворачиваюсь и направляюсь в основную комнату, мечтая только о том, чтобы он наконец ушёл и дал мне спокойно высохнуть, одеться и попытаться поспать. Но, едва проходя мимо него, я чувствую тёплое прикосновение к левой руке, чуть выше кисти. По телу мгновенно проходит приятное тепло, будто под кожу на секунду запустили что-то горячее, и особенно сильно оно отзывается где-то в районе сердца. Вздрагиваю и резко останавливаюсь, переводя на него взгляд.

Почему именно рядом с ним эта проклятая связь продолжает вести себя так, будто у неё напрочь отсутствует чувство самосохранения?

Перед глазами моментально вспыхивает сегодняшний день: падение на колени, мерзкий мужчина, его пальцы на моей руке и нелепый приказ, от которого до сих пор хочется вымыть рот с мылом.

Я резко выдёргиваю руку из пальцев Сета и отступаю на шаг. Какое ему вообще дело до меня? Хочет знать, где именно я работаю, чтобы потом доставать меня ещё и там? Или просто решил продолжить издеваться, постепенно опуская меня ниже плинтуса? В его чёртовых глазах невозможно прочитать истинные намерения, и именно это бесит больше всего. Я уже жду новой атаки и внутренне готовлюсь обороняться, но Сет лишь молча смотрит на меня несколько секунд.

А потом просто разворачивается и выходит из квартиры. Так же спокойно, как пришёл, будто не вломился в мой дом, не задавал идиотских вопросов и не заставил меня пережить ещё один эмоциональный скачок. Стою в коридоре и в полном недоумении смотрю ему вслед, пока входная дверь не захлопывается. Несколько секунд просто молчу, пытаясь понять, что это вообще сейчас было. Решив, что он просто захотел посмеяться вместе со своими дружками, сердито топаю ногой и начинаю быстро материться себе под нос.

Когда же это всё закончится?

И, кажется, замки действительно бесполезно менять, потому что у этих психов каким-то магическим образом появляются ключи быстрее, чем я успеваю привыкнуть к предыдущим. Единственный вывод, который я могу сделать из сегодняшнего вечера: пожалуй, пора переставать ходить по дому в нагишом.