Восемь щупалец для попаданки

Глава 10. Стой

Дракон остановился.

Не сразу.

Сначала свет в его пасти стал ярче. Я почувствовала жар на лице. Барен оттеснил меня себе за спину.

Потом золотое пламя погасло.

Дракон закрыл пасть.

На площади стало так тихо, что я услышала, как мальчик всхлипывает у меня на руках.

– Что… – начал Барен.

Дракон опустил голову.

Его глаз оказался размером с окно.

Он смотрел на меня.

Не на Барена. Не на ребёнка.

На меня.

В голове что-то дрогнуло.

Не голос.

Ощущение.

Как будто я стояла в огромном пустом зале, а кто-то далеко-далеко повернулся в мою сторону.

Дракон шагнул ближе.

Барен выругался.

– Не двигайся.

– Я и не собиралась.

Неправда. Колени хотели сложиться.

Дракон наклонил голову ещё ниже.

На его морде были тонкие шрамы. Между пластинами чешуи текла кровь из раны от арбалетного болта.

Я вдруг поняла, что он ранен.

Глупая деталь. Город вокруг горел, а я смотрела на кровь дракона.

Внутри головы снова что-то коснулось.

Боль.

Не моя.

Я вздрогнула.

– Ты меня слышишь?

Барен прошептал:

– Не разговаривай с ним.

– Поздно.

Дракон моргнул.

Я решила, что этого достаточно для ответа.

– Уходи, – сказала я.

Ничего.

– Пожалуйста. Уходи из города.

Он не двинулся.

Я почувствовала отчаяние.

За спиной кричали люди. Где-то рушился дом. Над крышами летели ещё три дракона.

– Уходи! – крикнула я. – И уведи остальных!

Мир дёрнулся.

Боль пронзила виски так резко, что я чуть не уронила ребёнка.

Перед глазами стало бело.

Я увидела улицу.

Не эту.

Другую. Серый асфальт, старый дом, окно первого этажа. Я знала её. Я ходила там в детстве. Мама держала меня за руку.

Как называлась улица?

Я знала секунду назад.

Потом не знала.

Дракон поднял голову.

Издал звук – низкий, такой глубокий, что он прошёл через грудную клетку.

Другие драконы ответили.

Один за другим они развернулись.

Золотые тела поднялись над городом.

Ветер от крыльев швырнул пепел в глаза.

Я стояла, прижав ребёнка к себе, и смотрела, как они уходят к морю.

Никто вокруг не говорил.

Первым заговорил мальчик.

– У меня нога болит.

Я засмеялась.

Прямо посреди разрушенной площади.

Смех быстро превратился в рыдание.

Барен забрал ребёнка.

– Ася.

– Я не помню названия улицы.

– Какой улицы?

– Моей. Там, дома. Я не помню.

– Ты ударилась?

– Наверное.

Я села на камень.

Вокруг начали двигаться люди.

Кто-то подошёл ко мне.

Потом ещё кто-то.

– Она приказала ему.

– Я слышал.

– Дракон послушался.

– Кто она?

– Пустая.

– Не называй её так.

Я подняла голову.

Тот же мужчина, который неделю назад отказался брать монеты из моей ладони, теперь смотрел на меня так, будто боялся дышать.

– Госпожа…

– Не надо.

Он опустился на колени.

Я отшатнулась.

– Встаньте.

Он не встал.

Ещё кто-то склонил голову.

– Прекратите.

Барен рявкнул на людей, освобождая пространство.

Но было поздно.

Слово уже пошло по площади.

Драконья.

Повелительница.

Госпожа.

Я почувствовала тошноту.

Через толпу пробирался Риан.

Он был без плаща, одна рука в крови, одно щупальце перевязано полосой ткани.

Увидев меня, остановился.

– Ты цела?

– Кажется.

Он подошёл.

– Что случилось?

– Я сказала ему уйти.

– Кому?

– Дракону.

– Я понял. Почему он послушался?

– Если бы я знала.

Он смотрел на меня не так, как остальные.

Не на коленях. Не с восторгом.

Но слишком внимательно.

– У тебя кровь из носа, – сказал он.

Я провела рукой.

Пальцы стали красными.

– Отлично.

– Сядь.

– Я уже сижу.

– Тогда не вставай.

– Очень полезный совет.

Риан опустился рядом на корточки.

Одно щупальце потянулось к моему плечу и остановилось в сантиметре.

– Можно?

Я кивнула.

Он коснулся.

Тёплый, влажный контакт.

Никакой магии.

Просто прикосновение.

И почему-то именно после него я окончательно поняла, что всё произошло на самом деле.

Глава 11. Сто восемьдесят семь

К вечеру меня перевезли в Верхний город.

Не спросили, хочу ли я.

Мне выделили комнату в доме Совета: большая кровать, собственная ванна, три окна, ковёр, на котором можно было разместить всю мою прежнюю комнату.

Дверь охраняли двое стражников.

– Это арест? – спросила я.

– Охрана, – ответил один.

– Я могу выйти?

– С сопровождением.

– Арест.

– Охрана.

Я закрыла дверь.

На столе стоял поднос с фруктами, которых я никогда не видела. Рядом лежали новые платья.

Утром я мыла тарелки за медяки.

Вечером мне принесли серебряный гребень.

Я положила его обратно в коробку.

В окно было видно разрушенную часть города. Там ещё горели пожары.

Мне хотелось к Мэйре.

Хотелось узнать, цела ли столовая, жив ли повар, что с мальчиком.

Вместо этого пришли чиновники.

Сначала трое.

Потом пятеро.

Они задавали вопросы.

Что я почувствовала?

Какие слова использовала?

Смотрел ли дракон в глаза?

Было ли в голосе особое напряжение?

Использовала ли я магию сознательно?

– Я не умею пользоваться магией – ни сознательно, ни бессознательно.

– Но результат налицо.

– Да.

– Значит, способность существует.

– Видимо.

– Нужно воспроизвести условия.

– Нет.

Мужчина-лев во главе стола поднял глаза.

Это был Леонар Варр, глава Совета. Красивый, уверенный, с золотистой гривой и спокойным голосом человека, которому редко возражали.

– Почему?

– Потому что я чуть не потеряла сознание.

– Вас осмотрели лекари.

– И?

– Физически вы здоровы.

– Я забыла вещь.

Он нахмурился.

– Какую?

– Название улицы из моего детства.

– Возможно, от стресса.

– Возможно. Я не собираюсь проверять.

Леонар сложил пальцы.

– Ася, сегодня погибло сто восемьдесят семь жителей.

Я замерла.

До этого никто не сказал число.

– Ещё триста ранены. Часть стен разрушена. Купол, который считался непроницаемым двести лет, разбит за несколько минут.

– Я видела.

– И один человек смог прекратить атаку.

– Случайно.

– Возможно. Но если драконы вернутся завтра, случайность нам не поможет.

Я смотрела на него.

Он не повышал голос. Не угрожал.

От этого было хуже.

– Что вы хотите?

– Понять.

– На ком?

– У нас есть возможность провести безопасную проверку.

– На драконе?

Никто не ответил сразу.

Я встала.

– Нет.

– Сядьте.

– Нет.

Стража у двери напряглась.

Леонар поднял ладонь, и они не двинулись.

– Вы свободны отказаться.

– Правда?

– Да.

– Тогда я отказываюсь.

Он кивнул.

– Хорошо.

Так просто, что я не поверила.

– И всё?

– На сегодня.

Меня проводили обратно.

У двери стоял Риан.

На нём была чистая рубашка, рана на щупальце перевязана нормально.

– Что ты здесь делаешь?

– Жду.

– Меня?

– Нет. Люблю коридоры Совета.

Я не улыбнулась.

Он посмотрел внимательнее.

– Что случилось?

– Сто восемьдесят семь.

Намёк на улыбку исчез с его лица. Он посмотрел на меня уже без шутки.

– Да.

– Ты знал?

– Да.

– Почему не сказал?

– Когда?

– На площади.

– Ты едва стояла.

– Это не ответ.

– Это мой ответ.

Я открыла дверь.

– Они хотят эксперименты.

– Конечно.

– На драконе.

– Каком?

Я повернулась.

– Ты не знал.

Риан замер.

– Нет.

– Значит, у них есть дракон.

– Похоже.

– И тебя это не удивляет?

– Меня удивляет много вещей. Я не всегда показываю.

– Удобная профессия.

– Очень.

Я вошла в комнату.

Он остался снаружи.

– Риан.

– Да?

– Мэйра жива?

– Жива. Столовая без половины крыши. Повар сломал руку. Мальчик с площади тоже жив. Перелом ноги.

Я закрыла глаза.

– Спасибо.

– Не за что.

– Можно мне к ним?

– Совет не разрешит сегодня.

– А завтра?

– Не знаю.

– А ты можешь вывести меня?

Он помолчал.

– Могу.

– Сделаешь?

– Нет.

Я уставилась на него.

– Почему?

– Потому что сейчас город полон людей, которые считают тебя либо святой, либо оружием, либо причиной нападения. Половина захочет прикоснуться. Вторая половина – украсть. Некоторые – и то и другое сразу.

– Ты преувеличиваешь.

– Хотел бы.

– Значит, я пленница.

– Пока ты мишень.

– Какая разница?

Он тихо сказал:

– Для двери никакой.

И ушёл.

Глава 12. Цена приказа

На следующий день меня всё-таки повели к дракону.

Не заставили.

Хуже.

Показали последствия атаки.

Леонар лично провёл меня через лечебный корпус. Люди лежали в коридорах. Ожоги, переломы, бинты. Мужчина без крыла. Женщина, чешуя которой почернела от огня. Ребёнок с перевязанной головой.

Он ничего не говорил.

И не нужно было.

– Это манипуляция, – сказала я, когда мы вышли.

– Да.

Я остановилась.

– Вы даже не будете отрицать?

– Нет. Мне нужно, чтобы вы поняли, что поставлено на карту.

– Я понимаю.

– Тогда посмотрите на дракона. Не приказывайте, если не захотите.

Я согласилась.

Пленённого дракона держали под старым арсеналом.

Он оказался не тем огромным существом с площади. Молодой, размером с лошадь, золотой, с повреждённым крылом. На шее была металлическая цепь с рунами.

Увидев меня, он рванулся.

Цепь вспыхнула.

Дракон закричал.

Я отшатнулась.

– Вы издеваетесь над ним.

Учёный в сером халате возмутился:

– Ограничитель необходим.

– Он его жжёт.

– Только при сопротивлении.

– Тогда снимите.

– Невозможно.

– Почему?

– Он опасен.

Я посмотрела на Леонара.

– Вы сказали безопасная проверка.

– Для вас.

– А для него?

– Это дракон, который участвовал в нападении.

Дракон снова дёрнулся.

В голове возникло ощущение – острое, рваное.

Страх.

Я знала, что это не моё.

– Он боится.

Учёный нахмурился.

– Откуда вы знаете?

– Не знаю.

Я подошла на шаг.

Дракон припал к земле.

– Я не причиню тебе вреда.

Никакой реакции.

– Ася, – сказал Леонар. – Попробуйте попросить его поднять голову.

– Нет.

– Просто попросить.

Я посмотрела на дракона.

– Можешь поднять голову?

Он не двинулся.

– Видите? – сказала я.

– Теперь приказ.

– Я сказала нет.

– Если это действительно стоит вам памяти, мы должны знать.

– «Мы»?

– Вы тоже.

Это было самое мерзкое: он был прав.

Я не хотела проверять, но ещё меньше хотела однажды снова отдать приказ в панике и потерять что-то важнее названия улицы.

– Один раз, – сказала я. – И вы снимете цепь после.

Учёный открыл рот.

Леонар ответил первым:

– Если он не представляет непосредственной угрозы, да.

– Письменно.

Леонар на секунду поднял брови.

– Сейчас.

Через десять минут у меня была бумага с печатью. Чиновник дважды прочитал формулировку вслух, а я заставила его показать мне нужную строку.

Я встала перед драконом.

Он смотрел исподлобья.

– Подними голову, – сказала я.

Ничего.

Я почувствовала неловкость.

– Может, на площади было случайно.

Учёный прошептал:

– С намерением.

– Что?

– Вы должны хотеть, чтобы он подчинился.

Я посмотрела на цепь.

Хотела закончить.

Хотела доказать.

Хотела знать.

– Подними голову.

В этот раз я не просто произнесла слова. За ними толкнулось наружу что-то ещё – само требование.

Меня пронзила боль.

На секунду перед глазами возникла кухня моей первой съёмной квартиры. Жёлтая чашка на подоконнике. Магнит на холодильнике из города, куда мы ездили с Леной после университета.

Какого города?

Я схватилась за стену.

Дракон поднял голову.

– Ася? – Леонар шагнул ко мне.

– Не трогайте.

Я пыталась вспомнить.

Море. Мы ехали поездом. Лена потеряла босоножку. Мы смеялись. Как назывался город?

Пусто.

– Снимайте цепь, – сказала я.

Учёный замялся.

– Он выполнил приказ. Нужно ещё несколько…

– Снимайте.

– Для достоверности…

Я повернулась к Леонару.

– У нас договор.

Он смотрел на меня долго.

Потом кивнул.

Цепь сняли.

Дракон не напал.

Он отполз в дальний угол и свернулся, закрыв голову крылом.

– Откройте наружный шлюз, – сказала я.

Учёный вскинулся.

– Мы договаривались снять ограничитель, не выпустить объект.

Я повернула бумагу так, чтобы печать Леонара оказалась сверху.

– Здесь написано: «при отсутствии непосредственной угрозы удержание прекращается». Он лежит в углу. Где угроза?

Леонар перечитал собственную формулировку и несколько секунд молчал.

– Открыть шлюз.

– Советник…

– Я сказал открыть.

Подъёмная дверь в конце арсенала медленно пошла вверх. Молодой дракон долго не двигался. Потом поднялся, заметно бережя крыло, проковылял к ночному воздуху и обернулся на меня.

В голове мелькнуло что-то короткое и тёплое. Не слово. Я тогда ещё не умела различать такие вещи.

Он разбежался неловко, задел когтями край камня и всё-таки взлетел. Золотая точка ушла к северу.

Я смотрела ему вслед, и мне было мерзко оттого, что я приказала ему, но хотя бы клетка больше не была на моей совести.

– Теперь знаете? – спросил Леонар.

– Да.

– Что именно потеряли?

– Не ваше дело.

– Для исследования…

– Нет.

Я вышла.

В коридоре меня ждал Риан.

На этот раз я не удивилась.

– Они опять сделали тебя сопровождающим?

– С сегодняшнего дня официально.

– Почему тебя?

– Потому что я знаю город, умею держать рот закрытым и Совет считает, что ты меня терпишь.

– Последнее спорно.

– Я так и сообщил.

Я прислонилась к стене.

– Я забыла ещё одно место.

Он перестал шутить.

– Какое?

– Не помню название. В этом смысл.

– Что осталось?

– Поездка. Лена. Море. Но город исчез.

Риан медленно выдохнул.

– Больше не делай этого.

– Спасибо. Я сама не догадалась.

– Я серьёзно.

– Я тоже.

Я посмотрела на него.

– Они будут просить снова.

– Да.

– И если драконы вернутся, я могу сама решить, что надо.

– Да.

– Тогда «не делай» не работает.

Он помолчал.

– Хорошо. Тогда узнаем, можно ли иначе.

– Мы?

– Я твой официальный сопровождающий. Очень важная должность.

– Тебе платят?

– Конечно.

– Много?

– Достаточно, чтобы терпеть вопросы.

– Значит, мало.

Уголок его рта дёрнулся.

– Пойдём отсюда.

– Куда?

– Ты хотела к Мэйре.

Я выпрямилась.

– Совет разрешил?

– Да.

– Правда?

– Я иногда умею быть полезным.

– Не привыкай.

Он посмотрел на меня.

– Это была моя реплика.

– Теперь моя.

Глава 13. Драконья госпожа

До столовой мы шли сорок минут вместо обычных двадцати.

Не потому, что улицы были завалены. Хотя завалы тоже мешали. Просто каждые несколько шагов кто-нибудь меня узнавал.

Сначала старик с козьими рогами схватил меня за рукав.

– Госпожа драконья, благословите моего сына.

Я попыталась высвободиться.

– Я не умею благословлять.

– Просто коснитесь.

– Зачем?

– Чтобы драконы его не тронули.

– Я не знаю, как это работает.

Он всё равно подставил мне ладонь мальчика лет десяти.

Риан аккуратно встал между нами.

– Она сказала нет.

– Ты кто такой?

– Человек, который услышал слово «нет» с первого раза.

Старик отступил, но посмотрел на меня с обидой.

Через квартал женщина попыталась сунуть мне в руки корзину с фруктами. Потом мужчина-олень пригласил жить в его доме. Потом кто-то закричал из окна, что я посланница трёх лун.

– Я вчера была уродиной, – сказала я Риану. – Сегодня я посланница.

– К вечеру можешь стать богиней.

– Не каркай.

– Я морской. Мы не каркаем.

– Ты понял смысл.

– К сожалению.

Мне хотелось смеяться и одновременно кого-нибудь ударить.

На площади перед портом толпа стала плотнее. Люди не подходили вплотную, но провожали меня глазами. Некоторые кланялись. Другие шептались. Кто-то всё ещё отводил взгляд с прежним выражением отвращения, и неожиданно именно это оказалось почти приятным.

Хотя бы честно.

– Я не понимаю, что хуже, – сказала я. – Когда на меня смотрят как на грязь или как на икону.

– Икона дороже.

– Очень смешно.

– Я не шутил.

Я повернулась к нему.

– Ты всё всегда сводишь к цене?

– Почти всё имеет цену.

– Дружба?

– Время.

– Любовь?

Он чуть замедлил шаг.

– Ещё дороже.

– Сколько?

– Не знаю. Не покупал.

Я фыркнула.

– Ты ужасный человек.

– Мне говорили.

Столовая Мэйры стояла без половины крыши.

Буквально.

Кусок перекрытий лежал в переулке, окна были заколочены досками, над дверью висела треснувшая вывеска. Внутри пахло мокрой древесиной, тушёной рыбой и известкой.

Мэйра стояла на лестнице и держала ведро.

Увидев меня, она чуть не выронила его.

– Ты жива.

– Пока да.

Она спустилась.

Я успела подумать, что сейчас меня обнимут.

Мэйра отвесила мне подзатыльник.

– Ай!

– Ты совсем дура?

– За что?

– За дракона.

– А что мне надо было сделать?

– Не знаю. Убежать.

– Там ребёнок был.

– Тогда взять ребёнка и убежать.

– Я пыталась.

Она ещё секунду смотрела зло, потом всё-таки обняла.

Не нежно. Прижала так, что у меня хрустнула спина.

– Живая, – повторила она уже тише.

Я уткнулась носом ей в плечо.

– Да.

– Воняешь Советом.

– Чем пахнет Совет?

– Дорогим мылом и чужими решениями.

Риан хмыкнул.

Мэйра посмотрела на него через моё плечо.

– А этот зачем?

– Официальный сопровождающий.

– Надзиратель?

– Он утверждает, что нет.

– Я утверждаю только то, за что мне платят, – сказал Риан.

Мэйра выпустила меня из объятий и ткнула в него пальцем.

– Если она пропадёт, я тебе щупальца на суп пущу.

– Они жилистые.

– Долго варить буду.

Я впервые за два дня засмеялась нормально.

Мэйра вспомнила что-то и ушла за стойку.

– Ещё это твоё.

Она вернулась с маленьким свёртком в той самой ткани, в которую я заворачивала телефон.

Я поняла раньше, чем развернула.

Корпус был выгнут, экран почернел от жара, одна сторона оплавилась. Когда рухнула часть крыши, шкафчик раздавило балкой, а потом залило водой при тушении.

Я всё равно нажала кнопку.

Ничего.

– Нашли под стойкой, – сказала Мэйра. – Думала выбросить. Не стала.

– Спасибо.

Риан заглянул через плечо.

– Это тот предмет из твоего мира?

– Был.

Я завернула телефон обратно.

Странно, но плакать не хотелось. Он разрядился ещё до нападения. Фотографии и голос мамы я потеряла раньше, просто до сих пор могла делать вид, что однажды найду способ включить его.

Теперь делать вид стало труднее.

Я убрала свёрток в сумку.

Повар сидел у стены с рукой в лубке и чистил овощи одной ладонью. Мальчик с площади оказался сыном женщины, которая продавала ткань через дорогу. Его звали Пин. Он лежал дома, нога была сломана, но угрозы жизни не было.

Я выдохнула.

– А кто погиб?

Мэйра перестала улыбаться.

– Не сейчас.

– Я хочу знать.

– Зачем?

– Потому что я здесь работала.

– Работала чуть больше месяца.

– И?

Она посмотрела на меня.

Потом поставила ведро.

Назвала семь имён.

Двух я знала хорошо. Одного – мужчину-собаку, который приходил каждый вечер за похлёбкой и всегда оставлял слишком большие чаевые. Вторую – девочку с перьями на руках, помогавшую матери продавать булочки у входа.

Остальные были лицами.

Теперь лиц не было.

Я села за стол.

Риан не говорил.

Мэйра поставила передо мной чашку.

– Пей.

– Что это?

– То, что у тебя здесь называют чаем. У нас это называется нормально.

Я сделала глоток.

Горько.

– Ты не умеешь утешать.

– Зато не вру.

Мы посидели молча.

Потом Мэйра сказала:

– Ты теперь богатая?

Я чуть не подавилась.

– Что?

– Совет тебе платит?

– Нет.

– Значит, дура.

– За что они должны платить?

– За то, что ты спасла город.

– Люди погибли.

– И без тебя погибло бы больше. Это две разные вещи.

Я посмотрела на чашку.

– Они дают комнату.

– Комнатой долг не закрывают.

– Я не хочу, чтобы мне платили за драконов.

– Тогда они будут пользоваться тобой бесплатно.

Риан посмотрел на Мэйру с неожиданным уважением.

– Мне она нравится.

– Тебя никто не спрашивал, осьминог.

Я улыбнулась.

Почти сразу за дверью начался шум.

Кто-то крикнул:

– Она здесь!

Мэйра закрыла глаза.

– Кто сказал?