Любовь в форме 47-Б

– И что произошло?

– Моргана сняла с деда проклятие принуждающей любви. Но взамен попросила его разорвать помолвку и жениться на ней.

– И он согласился?

– Нет. Принц Фридрих поблагодарил ее за помощь, щедро заплатил, и женился на принцессе Шарлотте, как и планировалось. – Александр потер виски. – А Моргана исчезла из дворца на несколько лет.

Эмилия быстро складывала кусочки головоломки в уме.

– А когда она вернулась?

– Через пять лет. Уже как признанный специалист по магии трансформации. Мой дед дал ей должность придворной волшебницы, вероятно, из чувства вины. – Александр посмотрел на Эмилию. – Видите связь?

– Вижу, – тихо ответила она. – Моргана была влюблена в вашего деда, он ее отверг, и теперь она мстит его внуку.

– Именно. Классическая месть через поколение.

– Но это было так давно Морганы тогда было, что, двадцать лет?

– Двадцать три. Сейчас ей должно быть около семидесяти. – Александр встал и подошел к одному из портретов на стене. – А это мой дед, принц Фридрих.

Эмилия поднялась и подошла к портрету. На нее смотрел мужчина лет тридцати с поразительным сходством с Александром. Те же серые глаза, те же благородные черты лица, та же легкая печаль во взгляде.

– Похожи, – заметила она.

– Все мужчины в нашей семье похожи друг на друга, – согласился Александр. – Возможно, именно это и привлекло Моргану. Во мне она видит его.

– Значит, проклятие – это не просто месть за несправедливый суд.

– Нет, это нечто гораздо более личное и болезненное. – Александр вернулся к столу. – Женщина, которая полвека носила в сердце неразделенную любовь и боль отвержения.

Эмилия задумалась. Если мотивы Морганы были настолько глубоко личными, то переговоры с ней могли быть еще сложнее, чем она предполагала. Как убедить человека отказаться от мести, которую он планировал полвека?

– А что, если – начала она и осеклась.

– Что?

– А что, если мы попытаемся найти другой подход? Не переговоры, не принуждение, а удовлетворение ее потребности в справедливости?

– Как это?

Эмилия подошла к окну, за которым мерцали огни в окнах замка.

– Моргана чувствует себя обиженной и отвергнутой. Ваш дед воспользовался ее помощью, а потом отверг ее любовь. Потом ее же обвинили в коррупции, лишили лицензии и выгнали из страны. – Она повернулась к Александру. – А что, если мы дадим ей то, чего она действительно хочет?

– То есть?

– Признание. Реабилитацию. Справедливость. – Эмилия говорила все быстрее, развивая мысль. – Пересмотр дела о коррупции, восстановление репутации, возможно, даже извинения от королевской семьи.

– Вы думаете, это сработает?

– Не знаю, но стоит попробовать. Человек, который потратил полвека на планирование мести, не откажется от нее просто так. Но если предложить ему что-то более ценное.

Александр долго молчал, обдумывая ее слова.

– Это будет трудно организовать. Пересмотр дела, извинения мой отец не любит признавать ошибки.

– Зато любит избегать международных скандалов, – напомнила Эмилия. – А если представители Международного Совета начнут действовать, скандал будет гарантирован.

– Справедливо.

В этот момент в столовую вошел управляющий с серебряным подносом.

– Прошу прощения за беспокойство, Ваше Высочество, – сказал он церемонно, – но для мисс Вернер пришла срочная депеша из департамента.

Эмилия вскрыла конверт и пробежала глазами короткое сообщение. Лицо ее изменилось.

– Что случилось? – обеспокоился Александр.

– Изабелла пишет, что Общество Справедливого Возмездия организовало встречу с Морганой, – сказала Эмилия, перечитывая депешу. – Завтра в полдень, в книжном магазине "Мудрая сова".

– Это же прекрасно!

– Да, но есть проблема. – Эмилия показала ему письмо. – Моргана согласилась на встречу только при условии, что на ней будет присутствовать представитель королевской семьи. И не кто-нибудь, а именно вы.

– Я? Но почему.

– Она хочет посмотреть вам в глаза, когда будет говорить о том, что чувствовала к вашему деду. – Эмилия сложила письмо. – Александр, это может быть опасно. Если она до сих пор ненавидит вашу семью.

– Тем не менее, я пойду, – твердо сказал принц. – Это наш единственный шанс решить проблему мирным путем.

– А если это ловушка?

– Тогда по крайней мере мы будем знать, что попытались, – Александр встал. – Эмилия, я не могу больше жить в страхе. Не могу обрекать на превращение каждую женщину, которая осмелится меня полюбить.

Что-то в его тоне заставило Эмилию внимательнее посмотреть на него.

– Александр, а вы – она замялась. – А вы сами когда-нибудь были влюблены? По-настоящему?

Принц долго молчал, глядя в огонь камина.

– Знаете, – сказал он наконец, – до недавнего времени я думал, что нет. Кристину я любил, но это была скорее нежная привязанность, чем страсть. Элеонору и Изабеллу их я полюбить даже не успел.