Забытые ощущения

Глава 1. Мир без касаний.

Дождь барабанил по окнам кафе "Серебряная луна" с той настойчивостью, которая обычно заставляет людей поежиться и потянуться к тёплой чашке. Эйден Керрен наблюдал, как капли стекают по стеклу, оставляя извилистые дорожки, и пытался вспомнить, каково это – чувствовать прохладу воды на коже. Три года, два месяца и восемь дней назад он это ощущение потерял навсегда.

Или так ему казалось до сегодняшнего дня.

Он провёл пальцами по краю керамической чашки, наблюдая за движением своей руки со стороны, словно она принадлежала не ему. Рука выглядела совершенно обычной – длинные пальцы археолога, привыкшие к деликатной работе с древними артефактами, небольшой шрам на указательном пальце от неудачного эксперимента в студенческие годы. Но связь между глазами и осязанием давно разорвалась, превратив его собственное тело в красивую, но бесполезную оболочку.

– Размечтался? – голос Миры Вэлден прервал его мысли. Официантка поставила перед ним свежую чашку кофе, её каштановые волосы выбились из небрежного пучка, а в зелёных глазах читалось привычное беспокойство. За два года знакомства она так и не научилась скрывать жалость, хотя изо всех сил пыталась.

– Просто думаю, – Эйден попытался улыбнуться. – О дожде. О том, как он чувствуется.

Мира присела на край столика, нарушая все правила заведения. В полдень четверга кафе почти пустовало, и она могла позволить себе такую вольность.

– А ты помнишь? – спросила она тихо. – Как это было?

Вопрос, которого Эйден одновременно боялся и жаждал. Воспоминания о прикосновениях были для него как старые фотографии – яркие, но плоские, лишённые глубины настоящего переживания.

– Помню, – он кивнул. – Но это как как пытаться описать цвет слепому от рождения. Слова есть, а смысла нет.

Мира протянула руку и осторожно коснулась его ладони. Эйден видел это движение, чувствовал лёгкое давление – его мозг по-прежнему регистрировал физический контакт через зрение и равновесие, но кожа оставалась безмолвной.

– Я бы хотела помочь, – прошептала она.

– Знаю. – Эйден не стал убирать руку. Пусть Мира чувствует тепло его ладони, пусть этого будет достаточно хотя бы для неё. – Но некоторые вещи нельзя исправить.

В тот момент в кафе вошёл курьер в ярко-жёлтой куртке, отряхивая капли дождя. Он огляделся по сторонам, затем направился прямо к их столику.

– Эйден Керрен? – уточнил он, держа в руках небольшую посылку.

– Да, это я.

– Особая доставка. Подпишите здесь, пожалуйста.

Эйден машинально расписался в планшете курьера, не отрывая взгляда от посылки. Она была завёрнута в матово-чёрную бумагу, которая, казалось, поглощала свет, а не отражала его. На ней серебристыми чернилами было выведено его имя – почерк выглядел одновременно древним и элегантным, каждая буква была произведением искусства.

– От кого? – спросила Мира, когда курьер ушёл.

– Обратного адреса нет, – Эйден повернул посылку в руках. – Странно.

Он редко получал почту, тем более от неизвестных отправителей. После того злосчастного дня три года назад он практически перестал заниматься археологией, ушёл из университета и жил на небольшую стипендию по инвалидности. Старые коллеги постепенно потеряли к нему интерес, а новых он не заводил.

– Может, откроешь? – предложила Мира с плохо скрываемым любопытством.

Эйден кивнул и начал осторожно разворачивать упаковку. Бумага оказалась удивительно плотной, почти как кожа, и разворачивалась с тихим шорохом, который почему-то напомнил ему шелест старых пергаментов в университетской библиотеке.

Внутри лежал предмет, завёрнутый в бархатную ткань того же глубокого чёрного цвета. Ткань была настолько мягкой на вид, что Эйден почти физически ощутил разочарование от невозможности прикоснуться к ней по-настоящему.

Он развернул бархат и замер.

На ладони лежал кристалл размером с куриное яйцо, идеально прозрачный, но наполненный внутренним светом. В его глубине медленно перемещались струйки сияния, напоминающие северное сияние в миниатюре. Кристалл был безупречно гладким, без единого изъяна, и излучал тепло – Эйден видел, как воздух над его поверхностью слегка искажался от исходящего жара.

– Господи – выдохнула Мира. – Что это такое?

Эйден не мог ответить. Все его археологические знания подсказывали, что подобного материала в природе не существует. Кристаллы с подобными оптическими свойствами были невозможны, а внутреннее свечение.

Он осторожно взял кристалл пальцами, готовясь к привычному разочарованию от отсутствия ощущений.

И мир взорвался.

Впервые за три года, два месяца и восемь дней Эйден Керрен что-то почувствовал.

Не полноценное осязание – нет, это было похоже на далёкое эхо настоящих ощущений, на воспоминание о прикосновении. Но кристалл был тёплым. Он был гладким. Он пульсировал под пальцами каким-то внутренним ритмом, похожим на сердцебиение.

– Эйден! – голос Миры доносился как из-под воды. – Эйден, что с тобой? Ты весь побледнел!

Он поднял на неё глаза, не в силах поверить происходящему. Кристалл в его руке засиял ярче, реагируя на эмоциональное потрясение.

– Я чувствую его, – прошептал он. – Мира, я чувствую этот камень.

Она схватила его за свободную руку, но там по-прежнему была пустота. Чувствительность распространялась только на кристалл, создавая крошечный островок ощущений в океане бесчувственности.

– Это невозможно, – она покачала головой. – Врачи сказали.

– Врачи многого не знают, – Эйден не мог оторвать взгляда от кристалла. Свет внутри него двигался быстрее, образуя сложные узоры, которые почему-то казались знакомыми. – Особенно когда речь идёт о том, что случилось со мной.

Три года назад он участвовал в археологической экспедиции в горах Каппадокии. Они исследовали недавно обнаруженную пещеру с настенными рисунками, возраст которых предварительно оценивался в десять тысяч лет. Эйден был одним из первых, кто спустился в главную камеру и увидел алтарь в центре.

На алтаре лежал артефакт – каменный диск, покрытый символами, которые не соответствовали ни одной известной письменности. Когда Эйден коснулся диска, пытаясь определить его возраст и происхождение, произошло что-то невозможное. Вспышка света ослепила его, а когда зрение вернулось, диск исчез, а вместе с ним исчезло и осязание.

Врачи не могли найти причину. Все нервы были в порядке, мозг функционировал нормально, но связь между сознанием и тактильными ощущениями была разорвана на каком-то фундаментальном уровне. Они называли это уникальным случаем психосоматического расстройства, но Эйден знал правду – произошло что-то, что выходило за рамки обычной медицины.

– В упаковке что-то ещё есть, – заметила Мира, указывая на чёрную бумагу.

Эйден одной рукой разгладил бумагу, не выпуская кристалл из другой, и обнаружил сложенный листок пергамента. Развернув его, он увидел послание, написанное тем же серебристым чернилами:

Эйден Керрен,*.

*Кристалл Осязания – первый ключ к твоему освобождению. Но он лишь начало пути. Если ты хочешь вернуть то, что потерял, приди в старую библиотеку на Кленовой улице, 47, завтра в полночь. Приходи один и принеси кристалл.*.

*Твоя потеря была не случайной. То, что ты принял за проклятие, на самом деле – пробуждение. Но чтобы понять это, ты должен узнать правду о том, что произошло три года назад.*.

*Время пришло, Эйден. Время вспомнить, кто ты на самом деле.*.

*Первый Хранитель.

Мира прочитала записку через его плечо и отшатнулась.

– Эйден, это какая-то чушь. Кто-то играет с тобой в игры, используя твоё состояние.

Но он покачал головой. Кристалл в его руке пульсировал в такт сердцебиению, и каждый пульс приносил новые ощущения. Не только тактильные – он начинал чувствовать что-то ещё. Энергию. Тепло, исходящее не только от камня, но и от окружающих предметов. От Миры.

– Нет, – он встал, осторожно пряча кристалл в карман куртки. Ощущения не исчезли – тепло продолжало струиться через ткань. – Это не игра. Кем бы ни был этот Первый Хранитель, он знает что-то о том, что со мной случилось.

– И ты собираешься пойти? – Мира схватила его за рукав. – Эйден, подумай! Это может быть ловушка!

– Может быть, – он согласился. – Но это также может быть единственным шансом получить ответы. И вернуть то, что я потерял.

Он посмотрел в окно на дождь, который больше не казался просто визуальным феноменом. Что-то в нём изменилось с того момента, как он коснулся кристалла. Мир стал более реальным. Более живым.

– Кленовая улица, 47, – пробормотал он. – Знаешь, где это?

– В старом районе, – нехотя ответила Мира. – Там есть антикварная библиотека, но она закрылась лет пять назад. Здание пустует.

Эйден кивнул. Идеальное место для встречи, которая должна остаться тайной.

– Я пойду с тобой, – решительно сказала Мира.

– Нет. – Его голос прозвучал более твёрдо, чем обычно. – В записке сказано – приходить одному.

– Эйден.

– Мира, пожалуйста. – Он взял её руки в свои, жалея о том, что не может почувствовать их тепло. – Если что-то пойдёт не так, если я не вернусь завтра к утру – обращайся в полицию. Покажи им эту записку.

Она смотрела на него долго и внимательно, борясь с желанием продолжить спор. Наконец вздохнула:

– Обещай мне, что будешь осторожен.

– Обещаю.

Эйден заплатил за кофе и направился к выходу. У двери он обернулся и увидел, что Мира всё ещё сидит за их столиком, глядя на чёрную упаковочную бумагу, которая лежала рядом с недопитым кофе.

На улице дождь усилился, но Эйден почти не замечал его. Кристалл в кармане излучал тепло, которое распространялось по всему телу, пробуждая что-то, что спало глубоко внутри. Впервые за три года он чувствовал себя живым.

Завтра в полночь он узнает правду. Правду о том, что случилось в той пещере. Правду о том, кем он был до потери осязания. И, возможно, правду о том, кем ему предстоит стать.

Глава 2. Библиотека тайн.

Одиннадцать тридцать вечера. Эйден стоял перед зданием на Кленовой улице, 47, сжимая в кармане кристалл, который за прошедшие сутки стал его единственной связью с миром ощущений. Здание выглядело именно так, как он и представлял – три этажа викторианской архитектуры, потемневшие от времени кирпичи, заколоченные окна и табличка "Продаётся" на входной двери.

Но что-то было не так.

Несмотря на заброшенный вид, из окон второго этажа струился мягкий золотистый свет, а воздух вокруг здания казался живым. Эйден не мог объяснить это ощущение словами – оно приходило не через обычные органы чувств, а через что-то более глубокое, что пробудилось в нём с появлением кристалла.

Он подошёл к входной двери и осторожно потянул за ручку. К его удивлению, дверь открылась без скрипа, словно её смазывали каждый день. За порогом его встретила не заброшенная пыльная комната, а просторный холл с мраморным полом, по которому танцевали блики света от множества свечей.

– Добро пожаловать, Эйден Керрен.

Голос был низким, мелодичным, с едва уловимым акцентом, который невозможно было определить. Эйден поднял взгляд и замер.

На мраморной лестнице, ведущей на второй этаж, стояла женщина. Ей было на вид около тридцати, но что-то в её глазах говорило о гораздо большем возрасте. Длинные волосы цвета воронова крыла спадали до пояса, а кожа была настолько бледной, что казалась почти прозрачной. Она была одета в простое чёрное платье, которое, несмотря на скромность покроя, выглядело невероятно элегантно.

Но больше всего поражали её глаза. Они были фиолетовыми – не просто тёмно-синими или серыми с фиолетовым оттенком, а именно фиолетовыми, цвета аметиста на солнце.

– Вы Первый Хранитель? – спросил Эйден, чувствуя, как кристалл в кармане начинает пульсировать быстрее.

Женщина улыбнулась, и эта улыбка была одновременно тёплой и печальной.

– Нет. Меня зовут Селена Лунвейвер. Я хранитель этой библиотеки. А Первый Хранитель он ждёт тебя наверху.

Она спустилась по лестнице с грацией танцовщицы, каждое её движение было настолько плавным, что казалось, будто она не идёт, а плывёт по воздуху.

– Селена, – повторил Эйден, пробуя имя на вкус. – Как луна.

– Очень проницательно, – она остановилась в нескольких шагах от него. – Ты нервничаешь. Я это чувствую.

– А вы не должны бы? – Эйден попытался сохранить спокойствие, но её близость действовала на него странно. Кристалл в кармане пульсировал всё быстрее, и он начинал ощущать что-то новое – не только тепло камня, но и энергию. Исходящую от Селены. – После всего, что произошло, я имею право на осторожность.

– Конечно, – она кивнула. – Ты потерял так много. И всё же пришёл.

– Кристалл – он вынул камень из кармана. В присутствии Селены тот засиял ярче, отбрасывая причудливые тени на стены. – Он действительно вернул мне часть осязания. Как такое возможно?

Селена внимательно посмотрела на кристалл, и в её фиолетовых глазах промелькнуло что-то похожее на удивление.

– Кристалл Осязания, – прошептала она. – Я думала, они все были уничтожены во время Великого Разрыва.

– Великого чего?

– Всему своё время, Эйден. Сначала нам нужно подняться наверх. Первый Хранитель расскажет тебе то, что ты должен узнать.

Она повернулась к лестнице, но Эйден остался на месте.

– Подождите. Я хочу понять что это за место? Снаружи оно выглядит заброшенным, а здесь.

– Здесь всё именно так, как должно быть, – Селена обернулась к нему. – Эйден, скажи мне – когда ты потерял осязание, изменилось ли что-то ещё?

Вопрос застал его врасплох. Он никогда не говорил об этом врачам, даже Мире не рассказывал, но.

– Да, – признался он тихо. – Я начал видеть вещи. Чувствовать их по-другому. Не кожей, а не знаю, как это объяснить.

– Аурами, – подсказала Селена. – Энергетическими полями. Ты начал воспринимать мир так, как его видят те, кого в нашем мире называют Одарёнными.

– Одарёнными?

– Людьми, которые могут чувствовать магию. Взаимодействовать с ней. – Она сделала шаг к нему, и воздух между ними словно сгустился от энергии. – Эйден, потеря твоего осязания не была случайностью или болезнью. Это было пробуждением.

Мир вокруг него качнулся. Эйден ухватился за мраморную колонну, благодаря богу за то, что кристалл позволял ему почувствовать её прохладную поверхность.

– Магия не существует, – прошептал он.

– Не существует? – Селена подняла руку, и в её ладони появился шарик мягкого серебристого света. – Тогда что это?

Свет танцевал в её пальцах, отбрасывая перламутровые блики на её лицо. Эйден смотрел завороженно – не только на магию, но и на женщину, которая её создавала. Селена была прекрасна с той неземной красотой, которая одновременно притягивала и пугала.

– Это невозможно, – он покачал головой, но слова звучали неубедительно даже для него самого.

– А кристалл в твоей руке возможен? – она погасила свет и снова опустила руку. – Эйден, тот артефакт, к которому ты прикоснулся три года назад он не был простым археологическим находкой. Он был одним из Ключей Пробуждения.

– Ключей чего?

– Древних артефактов, созданных первыми магами для того, чтобы пробуждать скрытые способности в тех, кто имеет к ним предрасположенность. – Селена начала медленно подниматься по лестнице, и Эйден машинально последовал за ней. – Когда ты коснулся Ключа, он активировал твои дремлющие способности. Но процесс пошёл не так, как должен был.

– Что значит – не так?

– Обычно пробуждение происходит постепенно, под руководством опытного наставника. Твоё же было взрывным. Резким. Твоё сознание не успело адаптироваться, и произошёл конфликт между старым и новым способом восприятия мира. – Она остановилась на площадке второго этажа и повернулась к нему. – Твой мозг заблокировал обычное осязание, чтобы защитить тебя от перегрузки новыми ощущениями.

Эйден прислонился к перилам, пытаясь осмыслить услышанное. Через окно второго этажа в коридор проникал лунный свет, и в его серебристых лучах Селена выглядела почти неземной.

– Значит, я что? Маг?

– Ты – потенциальный Хранитель Чувств, – её голос стал торжественным. – Один из тех, кто рождается раз в несколько поколений с даром чувствовать и контролировать самую основу человеческого восприятия.

– И сколько таких, как я?

– В данный момент? – Селена грустно улыбнулась. – Ты один, Эйден. Последний.

Тишина повисла между ними, тяжёлая и значимая. Эйден чувствовал, как кристалл в его руке пульсирует в такт сердцебиению, а воздух вокруг Селены буквально вибрирует от магической энергии.

– Что случилось с остальными? – спросил он наконец.

– Они погибли во время Войны Чувств, пятьсот лет назад. Тёмные маги, которые называли себя Похитителями Ощущений, охотились на Хранителей, чтобы украсть их способности. – В голосе Селены звучала древняя боль. – Мой народ сражался вместе с вашими предками, но мы проиграли. Остались только я и несколько других хранителей знаний.

– Ваш народ?

Селена колебалась мгновение, затем сделала что-то невероятное. Её облик начал меняться – не кардинально, но достаточно, чтобы открыть её истинную природу. Уши стали чуть более заострёнными, глаза – больше и ярче, а в воздухе вокруг неё появилось едва заметное свечение.

– Я – дочь фей, – сказала она просто. – Полукровка. Моя мать была человеком, отец – лордом Летнего Двора. Я живу уже двести лет, Эйден. И всё это время я ждала того, кто сможет восстановить баланс между мирами.

Эйден смотрел на неё во все глаза. Селена была ещё прекраснее в своём истинном обличье – неземная красота приобрела глубину и магическое очарование, от которого захватывало дух.

– Вы ждали меня?

– Ждала кого-то, кто сможет стать новым Первым Хранителем. – Она протянула к нему руку ладонью вверх. – Эйден, дай мне кристалл на мгновение.

Он колебался. Кристалл был его единственной связью с миром ощущений, и мысль о том, чтобы расстаться с ним даже на секунду, вызывала панику.

– Я не заберу его у тебя, – мягко сказала Селена. – Просто хочу показать тебе кое-что.

Неохотно Эйден положил кристалл на её ладонь. Как только камень коснулся её кожи, он вспыхнул ослепительным светом. Но свет был не белым – он переливался всеми цветами радуги, создавая вокруг них ауру чистой магии.

– Видишь? – Селена подняла кристалл выше. – Он реагирует на нашу совместную энергию. Твою – пробуждающегося Хранителя, и мою – фейской крови. Это знак.

– Знак чего?

– Того, что мы можем работать вместе. Что вместе мы сможем найти остальные Кристаллы Чувств и восстановить твои способности полностью.

Эйден принял кристалл обратно, и тёплые ощущения немедленно вернулись. Но теперь они были сильнее – он чувствовал не только сам камень, но и лёгкую энергетическую связь с Селеной.

– Остальные кристаллы?

– Всего их пять, – она повернулась к длинному коридору, уставленному книжными полками. – Кристалл Осязания, который у тебя. Кристалл Зрения, который позволяет видеть сквозь иллюзии. Кристалл Слуха, дающий способность слышать мысли. Кристалл Обоняния, открывающий доступ к эмоциональным следам. И Кристалл Вкуса, который позволяет чувствовать ложь.

– И где они все?

– Разбросаны по миру и спрятаны в местах силы. Их поиск займёт время, и путь будет опасным. – Селена остановилась перед массивной дубовой дверью. – Но сначала тебе нужно встретиться с Первым Хранителем. Он расскажет тебе о твоём наследии.

– Наследии?

– Эйден, – она повернулась к нему, и в её фиолетовых глазах он увидел что-то, что заставило его сердце биться быстрее. – Ты не просто случайно коснулся того артефакта. Ты – прямой потомок последнего Первого Хранителя. В твоих жилах течёт кровь самого могущественного мага в истории человечества.

Дверь медленно открылась сама собой, открывая вид на круглую комнату, стены которой были покрыты книгами от пола до потолка. В центре комнаты стоял письменный стол, а за ним.

Эйден моргнул несколько раз, не веря своим глазам. За столом никого не было. Только слабое свечение, едва заметное в воздухе.

– Добро пожаловать, потомок мой, – голос не имел источника, он словно исходил из самого воздуха. – Я ждал тебя очень долго.

– Где вы? – спросил Эйден, оглядываясь по сторонам.

– Меня убили триста лет назад, – ответил голос с нотками печали. – Но моя душа была привязана к этому месту, чтобы дождаться того, кто продолжит моё дело. Я – дух Мастера Артемиуса Керрена, твоего прапрапра ну, очень далёкого предка.

– Керрен? – Эйден почувствовал, как мир снова качается под ногами. – Но это.

– Твоя фамилия. Да. Она не случайна. Твоя семейная линия хранит магическую кровь Хранителей Чувств уже пятнадцать поколений. – Свечение над столом стало ярче. – И теперь пришло время тебе принять своё наследие.

Селена подошла к нему ближе, и он почувствовал исходящее от неё тепло – не только физическое, но и эмоциональное. Её присутствие успокаивало его в этом невероятном хаосе откровений.

– Что мне делать? – спросил он.

– Сначала – обучаться, – ответил дух Артемиуса. – Селена станет твоим наставником в магических искусствах. Затем – искать остальные кристаллы. И наконец – голос стал серьёзнее, – готовиться к войне.

– К войне?

– Похитители Ощущений не исчезли, Эйден. Они только ждали. Ждали появления нового Хранителя, чтобы украсть его силы и обрести окончательную власть над человеческим восприятием. – В воздухе появилось изображение – тёмные фигуры в масках, окружённые зловещей аурой. – Их лидер, Архимаг Ворон, всё ещё жив. И он уже знает о твоём пробуждении.

Эйден ощутил холодок страха, пробежавший по спине. Кристалл в его руке потускнел, реагируя на его эмоции.

– Сколько у нас времени?

– Не знаю, – честно ответил дух. – Но знаю точно – ты не можешь пройти этот путь в одиночку. – Свечение повернулось в сторону Селены. – Доверяешь ли ты ей, потомок мой?

Эйден посмотрел на Селену. Её фиолетовые глаза встретились с его взглядом, и в них он увидел не только древнюю мудрость, но и что-то более личное. Заботу. Возможно, даже зарождающуюся привязанность.

– Да, – сказал он, удивляясь твёрдости собственного голоса. – Я ей доверяю.

Селена улыбнулась, и эта улыбка была как восход солнца после долгой ночи.

– Тогда мы начнём завтра, – решил дух Артемиуса. – Селена покажет тебе основы контроля над энергией. А пока что иди домой, Эйден. Отдохни. Впереди у нас долгий путь.

– Подождите, – Эйден не двинулся с места. – У меня ещё тысяча вопросов. О кристаллах, о моих способностях, о.

– О нас? – тихо спросила Селена.

Он повернулся к ней и кивнул. Да, о них тоже. О том странном притяжении, которое он почувствовал с первого взгляда. О том, как её присутствие заставляло кристалл светиться ярче. О том, что впервые за три года он чувствовал себя не сломленным, а живым.

– Всему своё время, – повторила она его мысли. – Но знай – ты больше не одинок в этом мире, Эйден Керрен.

Дух Артемиуса засмеялся – звук был тёплым и добрым.

– Похоже, мой потомок уже нашёл себе спутницу для предстоящих приключений. Это хорошо. Хранители всегда работали лучше в паре с теми, кто дополняет их способности.

Селена слегка покраснела – очаровательно и по-человечески, несмотря на её фейскую природу.

– Иди, – сказала она Эйдену. – И завтра вечером приходи снова. Мы начнём твоё обучение.

Эйден кивнул и направился к выходу, но у двери остановился.

– Селена? Спасибо. За то, что поверили в меня.

– Спасибо тебе, – ответила она. – За то, что дал мне надежду впервые за два столетия.

Когда Эйден вышел из библиотеки, здание снова выглядело заброшенным. Но кристалл в его кармане всё ещё пульсировал теплом, напоминая о том, что произошедшее было не сном.

Он шёл по ночным улицам, размышляя о невероятных откровениях этого вечера. Магия. Феи. Древняя война. И Селена – загадочная, прекрасная женщина, которая стала мостом между его старой жизнью и новой судьбой.

Три года назад он потерял способность чувствовать мир вокруг себя. Но сегодня он нашёл нечто большее – цель, силу и, возможно, любовь.

Глава 3. Осколки прошлого.

Эйден не мог заснуть. Он лежал в своей маленькой квартире, держа кристалл в руках и наблюдая, как внутренний свет камня танцует в темноте. Каждый раз, когда он закрывал глаза, перед ним всплывали образы из библиотеки – фиолетовые глаза Селены, её улыбка, способ, которым она двигалась, словно танцуя с самим воздухом.

Но больше всего его мучили слова духа Артемиуса: Ты не просто случайно коснулся того артефакта.

Эйден сел на кровати и посмотрел на часы. Три утра. Он знал, что не заснёт, пока не разберётся с воспоминаниями о той ночи. Три года он старался не думать о Каппадокии, о том, что произошло в пещере. Но теперь, когда он узнал правду о своём наследии, пришло время посмотреть на те события под новым углом.