Молвары. Часть первая. Становление фогота

Глава 2

За всю ночь Ксандр проспал всего два часа. Он собрал свой рюкзак быстро, вещей было не много; в основном захватил теплые вещи, котелок, бутылку воды и два спальных мешка. На случай, если хороны – местные стражники – заинтересуются его содержимым, он скажет, что отправляется в поход. И ведь не соврет, только вот поход будет в один конец.

Утро выдалось великолепным. Ярко светило солнце, отражаясь в каждой снежинке веселым бликом. Лица людей выглядели уставшими, но благодарными. Природе, погоде, миру. Они были рады каждой мирной секунде. От вида ничего не подозревающих горожан у Ксандра сжало сердце. Эти люди окажутся в западне, они не знают, что всего через несколько часов здесь развернется бойня. «Но ведь и ты сам не уверен, что это случится» – внутренний голос успокаивал его, однако пока что у него это плохо получалось. Усугубляло плохое предчувствие воспоминание о мертвом болоте. Были ли это галлюцинации, или он и вправду видел болото, полное мертвецов. По телу пробежала дрожь. Не может быть, чтобы в городе вдруг пропали десятки человек, наверняка он бы услышал об этом. Между союзниками слухи всегда распространяются быстрее.

Он собирался зайти в сиротник после того, как поговорит с торном Ворксом. Если вероятность нападения и существует, он должен попытаться убраться отсюда с самыми близкими людьми. Торн Воркс стал таковым уже много лет назад. На этот раз старик расчищал свой двор от последствий ночной метели.

– Доброе утро, торн Воркс, – улыбнулся Ксандр, пожав его руку.

Старик поздоровался, сняв с ладоней толстые варежки. Мозолистая рука крепко обхватила руку юноши.

– Бежишь к сестренке? Рановато ты.

– Мы хотим сбежать. Сегодня.

Торн округлил глаза, отчего морщины на лице поползли вверх.

– Ксандр, ты что же говоришь такое? Куда ты отправишься? На улице мороз.

– Мы уйдем в безлюдные земли, а оттуда прямиком в Арденту.

– Как же ты туда попадешь? Повсюду охрана, тебя застрелят как предателя. На дворе военное время, сынок. – Он сердито зашептал, – а заодно и сестру погубишь!

– Ходит слух, что сегодня днем начнется атака с Барты, и очень мощная. Если останемся здесь, умрем.

– И ты на одних лишь слухах хочешь рискнуть своей жизнью? Так ведь нельзя!

– Торн Воркс, просто поверьте мне, есть шанс сбежать отсюда, начать другую жизнь. Но я бегу не только поэтому, сегодня нас всех могут убить. Я верю в это, верю человеку, который раскрыл этот секрет. Вы бы тоже поверили, если бы знали его и способности, которыми он обладает. Мы можем попытаться сбежать и спастись. Я пришел за вами, потому что вы стали мне родным. Пожалуйста, идемте вместе с нами, – Ксандр почти взмолился, видя, как старик качает головой.

– Я не могу уйти, сынок. Даже, если такая опасность есть, и на нас действительно нападут сегодня, я останусь тут, в своем родном доме, который всегда служил мне надежной защитой. Я слишком стар, чтобы уходить в безлюдные земли, мне ведь как-никак сто пятьдесят два года. Далеко ли я уйду с больными ногами и дряхлыми легкими? – Он грустно улыбнулся. – Я буду лишь тормозить вас и наверняка подведу под беду.

– Нет! Мы будем идти медленно, отдыхать, нас ведь никто не будет гнать, когда мы окажемся в лесу. Прошу вас.

Торн Воркс положил свою тяжелую руку ему на плечо и сказал бодрым голосом:

– Поспеши, Ксандр, если ты действительно веришь словам своего друга, то поторопись покинуть Клатилию, но никогда не забывай, что ты в ответе за жизнь своей сестры, которой ты не предоставишь выбора. Будь осторожен и береги себя и Роунд. Возможно, мы еще встретимся.

Ксандр крепко обнял старика и, круто развернувшись, устремился в сиротник. Воркс долго смотрел ему вслед, а затем продолжил убирать улицу от снега.

***

Он подошел к сиротскому дому. Белокурая Роунд уже выглядывала из окна. Заметив брата, она вскрикнула от радости и скрылась. Через пару минут она выскочила наружу в одной желтой футболке и серой юбке – традиционной форме сиротских домов. Холод был ей совсем не страшен, Ксандр часто это замечал. Он подхватил сестру на руки, обнял и закружил. Она заливалась смехом. Наконец он опустил ее на землю и быстро потащил внутрь здания.

– Роунд, ты же замерзнешь. Давай скорей в тепло.

– Мне вовсе не мёрзно, – начала была она спорить, но тут же отвлеклась на более интересную тему, – мы погуляем сегодня?

– Конечно, я же обещал.

Глаза девочки загорелись, и она еще быстрее побежала в свою комнату. Ксандру, как и остальным родственникам юных жильцов сиротского дома, разрешалось заходить в спальню девочек. Правда, из шести обитательниц комнаты только у Рун и был брат. Все остальные девочки остались совершенно одни. Большинство сирот попадали сюда еще будучи младенцами, оставленными нерадивыми родителями. Но встречались и такие как Роунд, оказавшиеся здесь после трагического случая с единственными близким людьми. К счастью для девочки, у нее остался родной брат, который всегда ее навещал и которого здесь хорошо знали. Отчасти из-за этого многие сироты испытывали к Рун зависть и злость, она была не такая как все, она была не одинока.

Спальни девочек и мальчиков были одинаковыми, даже цвет занавесок совпадал – серо-зеленый. Многие девочки старались придать своим местам индивидуальность. У какой-то девочки кровать была заправлена желтым покрывалом, пожухлым на вид, но все-таки отличавшимся от остальных. Над другой кроватью была криво прибита маленькая картина в деревянной раме с изображением деревенского домика на фоне лесной поляны. У Рун спальное место было самым приметным. На полке стояло несколько фантастических книг, две мягкие игрушки и фотография всей семьи; кровать была застелена лоскутным одеялом. Все это принес Ксандр. Что-то удалось вытащить из их сгоревшего дотла дома, некоторые вещи он купил уже на свои заработанные деньги. Ему хотелось, чтобы сестра жила в окружении близких вещей, предметов, напоминавших ей, что семья рядом. Однако Ксандр понимал, что обитатели сиротника запросто могут украсть ценные вещи, поэтому старался приносить только то, что имело значение лишь для его сестры.

На этот раз в комнате было порядочно грязно, кругом были разбросаны карандаши, исписанные листочки, даже сухие ветки и почерневшие листья, некогда переливающиеся изумрудным блеском.

– А где другие девочки?

Рун махнула рукой.

– А, завтракать пошли, а я хотела сначала тебя дождаться.

Ксандр окинул комнату внимательным взглядом.

– По всей видимости, старшая сюда свой нос еще не совала?

Старшая, ее звали Танна, отвечала за порядок и дисциплину девочек всего сиротского дома и никому не делала поблажек, однако, сегодня она явно еще не заходила на их этаж.

– Нет, я ее вообще сегодня не видела, – и тихо добавила, – и вообще, почему мы должны вечно убираться, у других девочек бардак еще похуже бывает.

– А ты откуда знаешь? – насторожился Ксандр.

Роунд покраснела.

– Ну, когда мы гуляли всей группой, мы с Наликой убежали ненадолго. – Увидев, как расширились глаза брата, она поспешила добавить.

– Совсем ненадолго! Нас никто не хватился. Мы проходили мимо большого дома и увидели в окне, как красивая девочка играла с куклами. Знаешь, сколько их у нее было! А на столике под окном всякой всячины было навалено. Мы с Наликой посмеялись, что бы на это сказала старшая. А ничего! Уж та девочка наверняка ответила бы ей, как надо.

– Рун! – притормозил он ее нарастающий гнев. Он понимал, как трудно ей приходиться жить в сиротнике и как хочется вновь оказаться в собственном уютном доме, где всегда ее ждали любовь и понимание.

– И вас так и не хватились?

– Нет, – воспылала гордостью девочка, – мы прокрались через летний сад и вернулись в нашу группу, когда старшая стала считать нас. Нам повезло.

– Ладно, везучая, я должен кое-что тебе показать. Ты знаешь, какой сегодня день?

– Первый день нового года! – Роунд прищурилась и рассмеялась. – У тебя подарок! – Она захлопала в ладоши.

Ксандр улыбнулся и достал маленькую коробку. Роунд открыла ее и закричала

– Цепочка! Какая красивая! А камушек! Я теперь буду такая красивая! Спасибо, Ксандричек!

Она обняла брата и повернулась спиной, чтобы он смог застегнуть ее. Потом посмотрев в зеркало, она засияла.

– Только спрячь ее, не нужно, чтобы кто-нибудь видел. Я просто хочу, чтоб она всегда была с тобой. Когда-нибудь ты сможешь надеть ее, ни о чем не волнуясь.

Девочка заметно расстроилась, но понимающе кивнула.

– Старшая да? Она ведь может запросто отнять ее.

Но Ксандр замотал головой. Его тон изменился, когда он проговорил эти слова. Роунд села на кровать и скрестила руки – верный признак внимательности с ее стороны. Ксандр шепотом продолжил.

– Ты должна собрать все вещи в рюкзак. Мы уезжаем.

Глаза девочки расширились.

– Правда? Ты не шутишь? А куда же мы пойдем? У нас же нет дома, а еще я слышала, будто из города нельзя уехать. А как же ты заберешь меня, ты же сам еще маленький!

Ксандр взмахнул руками и остановил поток вопросов.

– Мы уезжаем. Здесь больше нельзя оставаться и точка. Ты мне веришь?

Роунд кивнула и бросилась к шкафу. Ксандр встал возле входной двери смотреть, не зайдет ли кто. Он проследил, чтобы она надела теплые брюки и куртку, шапку, а непромокаемый плащ убрала в рюкзак. Туда же отправились единственные две футболки и сменное белье, зубная щетка и пара носков. Маленький рюкзак был уже плотно набит, но девочка все пыталась запихнуть в него мягкую игрушку, которую когда-то сделала вместе с мамой. Игрушка была далека от миловидных плюшевых мишек и зайчиков, Ксандр вообще не понимал, что это за существо, у которого было два рога, длинный хобот, клыки, хвост с шипами. Все это обрамляли два огромных скелетообразных крыла. Рун говорила, что ей часто снится этот маленький монстр. Она даже имя ему дала – Грык.

– Дорогая, может, ты оставишь это чудище здесь? Оно же все равно не влезает.

– Я не брошу Грыка здесь одного. Я понесу его в руках, – твердо решила она, поняв, что все попытки уместить это в рюкзаке тщетны.

Они вышли из комнаты и нарочито громко стали обсуждать, как здорово будет прокатиться на лодке по знаменитой реке Леке, которая даже зимой бурно течет вдоль всего города. Пройдя мимо приходной няни, гордо восседавшей на стуле с высокой спинкой, которая тут же приказала им не шуметь, они столкнулись с Танной. Это была высокая худосочная женщина лет пятидесяти с прожигающим взглядом и ярко красными волосами под стать глазам.

– Роунд, разве я тебя отпускала сегодня? – она грозно смотрела на брата и сестру. Ксандр уже хотел было вмешаться, но Рун его опередила.

– Добрый день, старшая Танна! А я уже все выполнила еще вчера.

Она недоверчиво глянула на девочку и протянула:

– Что, и в душевых все вымыла?

Роунд утвердительно кивнула.

– Я знала, что мы с братом пойдем гулять. Вот и постаралась.

– Ну что ж, ты знаешь, как я проверяю уборку. Если увижу грязь, никакой прогулки на следующих выходных.

С этими словами она развернулась и зашагала в учительскую.

– Она как маршал! – возмущенно воскликнул Ксандр.

– Она и есть маршал… – пробурчала девочка.

– Ты ведь не знаешь, кто такие маршалы.

– Нет, но это слово очень ей подходит.

Ксандр крепко взял ее за руку и вывел из сиротского дома. Он решил, что им нужно придерживаться легенды, будто они отправляются за реку. Оттуда они подойдут как можно ближе к границе и будут ждать. Но что делать дальше, он не представлял. Если верить словам пьяного Эдла, в полдень начнется наступление и в городе поднимется паника, сквозь которую можно попытаться перебраться через границу. Однако если ничего не произойдет, он все равно попытается перейти в безлюдные земли. Ксандр решил это, как только увидел Рун, смотрящую на него счастливыми глазами. Он чувствовал, что только вместе они смогут начать нормальную жизнь без этой серости, нескончаемой войны и зомбированных людей, ежедневно снующих туда-сюда и не реагирующих даже на упавшего замертво человека. Ему вспомнилось, как он возвращался после десятичасового рабочего дня с перерабатывающего отходы завода. В это военное время предприятие такого типа должно работать бесперебойно день и ночь, иначе город будет утопать в последствиях научных экспериментов в области создания мощнейшего оружия. У Ксандра не было доступа на экспериментальный уровень, зато он точно знал, что произойдет с человеком, которого коснется хотя бы капля таких отходов. Он это видел и стремился изъять воспоминание из головы. Он брел по полупустынной улице мимо развалов, некогда бывшими архитектурными постройками, и битых витрин. Это был один из тех редких периодов, когда в городе стояла тишина после бомбежки с Барты. Обычно эта передышка растягивалась на один-два дня, а затем все повторялось вновь. Ксандр едва держался на ногах, а кислый запах удобрения все никак не выветривался, отчего окружающие держались его стороной. Подходя к станции метрополитена вместе с десятками таких же усталых и однообразных клатилианцев, он вдруг заметил, как один мужчина резко остановился. Сжав толстыми руками одежду в области груди, он с выпученными глазами часто хватал ртом воздух. Ксандр в один миг оказался рядом с ним. Сердечный приступ спешно завершал свое грязное дело. Мужчина уже с синим лицом лежал на земле, а окружающие обходили его с обеих сторон. Ксандр склонился над затихающим клатилианцем и делал массаж сердца. Все, что помнил еще от своих родителей, но он уже осознавал, что его действия ни к чему не приводят. Он кричал, звал врачей и людей вокруг, но все они старались не смотреть на него. Лишь аккуратно обходили стороной. Ксандру оставалось лишь просто смотреть на незнакомого мужчину, который, вероятнее всего, поступил бы точно так же, как и остальные, если бы увидел умирающего человека. В тот момент все эти люди стали ему еще противнее, он так на них злился, что едва не бросился на девушку, которая протянула ему руку, чтобы помочь подняться. Так он познакомился с Лорель, которая показала ему дом Грибса и познакомила с его обитателями. Именно союзники отличались от остальных клатилианцев ясным разумом и человечностью, чего ему так не хватало.

На берегу реки Лека уже столпилось порядочное число клатилианцев. Было странно смотреть на эту спокойную водную гладь, не тронутую льдом, когда вокруг все было покрыто большим слоем снега. Ксандр слышал, что Лека никогда не замерзает, потому что по ее дну проходят потоки с горячих источников. Он посадил сестру в двухместную моторную лодку и направился к противоположному берегу. За это ему пришлось отдать дедовские часы, которые он успел забрать из сгоревшего дома, пока его не подчистили хороны. На том берегу была такая же пристань, на которой лодки оставались на хранение. Дежурный хорон дал ему квиток, который потом нужно будет обменять на моторку. Ксандр с маниакальным удовольствим незаметно его скомкал, но выбрасывать не стал.

Здесь тоже находилась ярмарка, не такая крупная как на главной площади Клатилии, но разнообразия тоже хватало. Роунд радостно бегала между прилавками и восхищалась новыми яркими товарами. Ксандр купил им медовые ватрушки и горячий чай, а также еды в дорогу, истратив последние деньги. Усевшись на стоящие рядом скамейки, они молча смаковали свои лакомства. У него в рюкзаке был запас провизии, но он хранил его на случай если получится попасть в Безлюдную долину. Мимо проходили люди, спешившие на автобусы, отправляющиеся на главную площадь Клатилии.

– А сколько нам надо ждать? Почему мы не сейчас уйдем из города? – Громко спросила девочка, вовсю болтая ногами.

– Роунд, если ты и дальше будешь так громко говорить о нашей тайне, то мы вообще никуда не уйдем. – Ксандр с опаской огляделся, не подслушивает ли кто, но окружающие были слишком заняты разглядыванием ярмарочных прибамбас. Рун понимающе кивнула и поднесла палец к губам, показывая, что больше она такой оплошности не допустит.

– А вдруг нас не пустят? – прошептала Рун.

– Нас и не подумают впускать.

– А как же…

– Мы попытаемся сделать это так, чтобы нас не заметили. И для этого надо соблюдать тишину.

Ксандр запомнил время на часах, когда отдавал их дежурному. Предположительно прошло уже тридцать минут, значит, через два с половиной часа начнется атака. Если пойти на запад сейчас, то они придут за час до нападения. Он надеялся, что Лорель уже будет на той стороне, когда они с сестрой пересекут границу. Она ушла в середине ночи и должна прийти первая.

– Ксандр, скажи, о чем ты думаешь? – запыхавшись, спросила Роунд. Она старалась не отставать от спешащего брата.

Ксандр понял, что ноги несут его в сторону леса, и сбавил темп.

– Если надо будет быстро бежать, ты сможешь?

Рун удивленно на него посмотрела.

– Бежать? А что, нам надо будет от кого-то убегать?

– Я не знаю, но, надеюсь, что нет. Но запомни, если что-то случится и я скажу тебе бежать, ты это сделаешь. Не споря и не пытаясь мне помочь, поняла?

Девочка посмотрела на него широкими глазами и кивнула. Ксандр хорошо помнил лица своих родителей и, глядя на сестру, видел в ней их отражения. Но характером Рун пошла явно в мать, такая же храбрая, упрямая и умная. Это он понял уже давно, наблюдая за тем, как быстро сестра познает все новое.

Ксандр почувствовал, как она крепче сжала его ладонь. Перед ними расстилался густой и темный лес, в который не осмеливался зайти ни один клатилианец. Слухов об этом месте было много, и ничего хорошего они не сулили. Ксандр решительно направился в глубь, ведя за собой сестру, лишь отдаленно понимая, что его ждет.

Глава 3

Лес встретил их холодным молчанием и густым полумраком. Единственный звук издавали они сами, наступая на опавшие ветки, припорошенные снегом, которого здесь, к большому удивлению Ксандра, было гораздо меньше. Чем дальше они углублялись в лес, тем темнее становилось вокруг. Наконец, когда город полностью скрылся за высокими стволами деревьев и затихли голоса, они решили передохнуть. Ксандр достал из рюкзака бутылку с водой и передал сестре, которая сделала лишь пару глотков. Затем он быстро промочил горло и убрал ценную бутыль обратно. Он вынул яблоко и дал Роунд, которая тут же с удовольствием им захрустела.

Вдруг впереди послышался шорох. Ксандр подхватил Рун и спрятал за густой куст, сам укрылся там же. Мимо них прошли двое темнокожих молодых мужчин в черной одежде. Хороны, догадался Ксандр. Они что-то оживленно обсуждали. Остановившись недалеко от беглецов, они закурили, жадно втягивая и с наслаждением выдыхая серый дым. На миг хороны замолкли, но через секунду продолжили свой разговор.

– Да говорю тебе, тот парень пытался проскочить мимо наших. Когда его остановили, он принялся орать, что сегодня будут бомбить. Видел бы ты его рыжую рожу.

«Эдл», – подумал Ксандр.

Второй понимающе хмыкнул.

– Видали таких, как же. И куда прутся, хотел бы я знать.

– В Безлюду, куда ж еще. Интересно, откуда он про бомбежку выведал. Даже нашим сказали только сегодня, а этот был явно подготовлен, куртка, рюкзак со шмотками, провизия.

«Был. Они говорят о нем в прошедшем времени».

– Может, он один из этих? В последнее время их стало что-то слишком много.

– Не думаю, ну не похож он был на остальных. Рыжий и тупой, и пугливый, – он громко загоготал.

– И что ты так рыжих не любишь?

– А за что их любить-то? – и он снова рассмеялся, покачивая головой. – Ладно, надо торопиться, скоро здесь будет жарко.

Они бросили непотушенные окурки сигарет и пошли дальше. Ксандр только сейчас понял, что все это время крепко сжимал руку сестры. Он посмотрел в испуганные глаза Рун, перед глазами у него стоял Эдл, союзник-нелегал, сосед, рядом с которым он жил несколько лет, и которого вероятно уже нет в живых. Как же он так опрометчиво поступил. Ведь каждому известно, что будет, если попытаться перейти границу открыто. Но он был так напуган, не понимал, что делал. Ксандр почувствовал, как сестра потянула его за куртку.

– Ксандр, нам надо идти, нельзя тут стоять. Идем скорее.

Он тупо кивнул и направился дальше к границе. Было холодно, и сидение на заледенелой земле лишь усилило это ощущение. Ксандр надеялся, что в Безлюдных землях другой климат. Он уже слышал, что там теплее, к тому же, в их стороне были хорошо видны горы. Он планировал провести там первое время, а потом уже двигаться в Арденту. Они сделали всего несколько шагов, как вдруг раздался такой знакомый страшный грохот. Земля затряслась, и верхушки деревьев осыпались на головы брата и сестры. Ксандр прижал к себе Роунд, пытаясь оградить ее от этих взрывов. Он вытащил ватные шарики и заткнул ей уши, чтобы было не так громко. Залпы стали раздаваться чаще. Они были направлены на Клатилию. Мимо них промчались четверо пограничных хоронов. Их лица были искажены страхом, а в глазах читался ужас. Не проронив ни слова, они устремились к центру города, не заметив брата и сестру.

Когда стражи скрылись за деревьями, Ксандр поднялся на ноги и, все еще держа Рун за руку, побежал в сторону границы. Теперь ее уже никто и ничто не охраняло, а значит, можно смело перебежать в безлюдные земли.

Они долго пробирались сквозь толстые ели, снежные шапки то и дело сваливались им на голову, проникая под воротник. Прошло еще полчаса, как впереди показалась каменная стена с явным и немаленьким недостатком. Зияющая дыра размером с булыжник открывала вид на виднеющийся в дали темный лес. До него как на ладони простиралась снежная поляна. Подобные отверстия были по всей стене, по крайней мере, насколько далеко мог видеть Ксандр. Первые удары с Барты обрушились с восточной стороны. Этим разрушениям гораздо больше времени, и нанесены они точно не со стороны вражеской столицы. Вокруг не было обломков стены, их давно уже убрали, и это волновало его больше всего.

– Для них страшнее оказаться в безлюдом лесу, чем покинуть цивилизованный город, – пробормотал он под нос.

– Смотри, мы сможем легко туда пролезть, Ксандр, – радостно воскликнула Рун и поспешила к стене.

Он пошел вслед за сестрой, не переставая думать о странном поведении стражей. Они легко перебрались на нейтральную землю, теперь оставалось добраться до единственного укрытия – густого бора. Вдалеке раздался грохочущий рокот, от которого деревья вновь, как от страха, затряслись, осыпав землю очередной порцией снега. Брат с сестрой поспешили подальше от разрушающегося города. Им пришлось бежать по открытой местности, преследования не было. Ксандр испытывал противоречивые чувства. Город, в котором он родился и вырос, убивали, а он был счастлив, что ему удалось оттуда вырваться, что его сестра теперь рядом с ним, и никто и ничто не разлучит их. Он презирал Клатилию, место, где нет искренних эмоций, бескорыстных поступков, человечности. Даже животные там не водились, а он много читал о них и мечтал встретить хотя бы крошечного зверя или птицу. Но здесь, в безлюдных землях, он точно знал, такой притесненной жизни не будет.

– Роунд, мы сейчас побежим вон до тех деревьев. Беги так быстро, как можешь. Не бойся взрывов, ладно? Представь, что мы играем, и кто добежит первым, получит главный приз.

–Только не отпускай мою руку, хорошо?

– Никогда. – Ответил он, глядя в ее большие голубые глаза.

– Тогда бежим, – крикнула она и потянула брата вперед. И они побежали, очень быстро, смешивая тонкий снежный слой с грязью. На миг Ксандру показалось, что позади них раздаются голоса. Холод пробежал по всему телу, но зато отогнал страх. Он еще быстрее пустился вперед, чувствуя, что сестра словно летит рядом. В тот момент он и не думал, что она может отстать, только чувствовал, что она рядом. Оставалось всего ничего, чтобы достигнуть леса. Со стороны Клатилии все громче раздавались голоса, на этот раз Ксандр расслышал, что кричат не только мужчины, но и женщины. Добежав до леса, они упали на землю, часто дыша. В тенях пушистых веток он чувствовал себя в безопасности. Он смотрел на стену, ему казалось, что к ней стремительно приближаются все жители города.