Маленькая разбойница для (босса) папы

Глава 1

Мила

– Извините, – сказал какой-то высокий мужчина, даже не взглянув на меня.

– Извините, – повторила я эхом.

Только что на выходе из офиса я налетела в дверях на незнакомца. Или, возможно, он на меня налетел. А скорее, мы оба смотрели себе под ноги, вот и налетели друг на друга.

В следующую секунду я подняла взгляд… и потеряла дар речи. Аж дыхание перехватило.

Нет, он вовсе не незнакомец.

Господи… не может быть!

Я искала этого человека пять с лишним лет назад – но не смогла найти. Я хотела рассказать о своей беременности…

Но Руслан предпочел исчезнуть из моей жизни, ничего не узнав, совсем ничего.

– Руслан? – выдохнула я ему в спину.

Он был с какой-то девушкой, высокой эффектной блондинкой в облегающем красном платье. И успел сделать пару шагов, удаляясь от меня, но вдруг замедлился.

Остановился.

Обернулся.

Я смотрела на него со странной для самой себя жадностью, пытаясь за доли секунды определить, как он изменился за эти пять с лишним лет.

Пожалуй, не особенно изменился.

В плечах стал немного шире – хотя куда уж шире? Его плечи и раньше разве что не застревали в дверных проемах.

Возможно, он стал выглядеть старше, и в то же время – вот парадокс – совершенно не постарел.

Глаза, в которых я когда-то полностью утонула, были всё такими же ярко-синими. Совсем как у нашей дочери.

Волосы – всё такими же темными.

Выражение лица… ну, Руслан стал выглядеть еще более надменным и уверенным в себе. Хотя куда уж увереннее…

– Мила? – спросил он.

Шагнул ближе. Окинул недоверчивым взглядом, словно никак не мог решить, это правда я или все-таки не я. Его спутница стояла чуть в стороне, косилась на меня с заметным недовольством.

– Ты… ты как здесь? – пробормотал он. – Давно в Москве?

– В Москве – почти два года. Здесь – работаю неделю. А ты?

Господи, о чем мы разговариваем? Какая разница, где я работаю? Мы пять лет не виделись! Руслан даже не знает, что у него есть дочь!

Он уставился на меня еще более недоверчиво.

– Ну, тоже… кхм, работаю. А ты что… хочешь сказать, не знала?

– Говорю же, неделю как устроилась. Откуда мне всех знать?

– М-м-м… и в каком же отделе ты трудишься, не покладая рук?

– Бухгалтерия.

Повисла пауза. Руслан явно не определился, о чем еще меня спросить. А я не хотела спрашивать, кем работает он. Что там спрашивать – руководящая должность, ежу понятно…

– Здравствуйте, Руслан Сергеевич! – пискнула моя коллега Юля. Она стояла рядом со мной, ведь мы вместе собирались пойти на обед.

Руслан чуть повернул голову, посмотрел как будто сквозь Юлю, равнодушно кивнул. Потом снова перевел взгляд на меня.

– Завтра в десять ноль-ноль жду тебя в своем кабинете.

– Что? – растерялась я.

– Это этажом выше. Имя секретарю назовешь, тебя пропустят.

– Я не…

Хотелось возмутиться – какого черта он тут приказывает? Но меня отвлекла внезапная ноющая боль в животе. Такая неприятная, что в ответ удалось выдать лишь шипение сквозь стиснутые зубы.

– Придешь – поговорим, – добавил Руслан. – Сегодня всё равно не получится, я очень занят. Поэтому до завтра, Мила.

Он вернулся к своей спутнице, которая одарила меня напоследок еще одним недовольным взглядом.

– Кто это? – спросила она.

Руслан что-то буркнул, но что именно, я уже не расслышала – они вместе быстро пошли прочь.

А я выдохнула с облегчением, потому что боль в животе прошла так же внезапно, как и началась.

– До свидания, Руслан Сергеевич! – крикнула Юля, но он, конечно, не обернулся.

Я молча смотрела, как высокая эффектная пара вышагивает по коридору в сторону ресепшена, и пыталась осознать, что произошло. Господи, я встретила Руслана! Спустя пять с лишним лет!

Я ведь все эти пять лет думала – если только случайно встречу, первым делом выскажу всё! А вторым делом сообщу про Василису! И пусть только попробует отвертеться от алиментов, сволочь!

Но в итоге растерялась, ничего сказать не успела… Вот как так? Да еще внезапная боль… на нервной почве, да? Из-за стресса? Мой организм, похоже, этого козла просто не переваривает!

Ладно, спокойно. Ничего страшного не произошло, завтра я всё смогу исправить.

В десять ноль-ноль я приду к нему в кабинет – уж не знаю, о чем Руслан хочет со мной поговорить, но он сам напросился, я никого за язык не тянула.

Наконец-то я расскажу его величеству, что он стал счастливым отцом!

Нашу дочь зовут Василиса, ей почти пять – четыре года десять месяцев. И от алиментов на этот раз он не уйдет!

– Ой, Ми-ила, неужели ты знакома с Ольшаниным? – пропела Юля и взяла меня под локоток. – А насколько близко? Да как ты с ним познакомилась-то? Расскажешь, расскажешь? Ой, ну какой он все-таки мужик, я не могу…

– Ты лучше скажи, кем он у нас в компании работает? – осторожно уточнила я.

– В смысле, кем работает? – возмутилась Юля. – Ольшанин – генеральный директор «Строительных технологий»!

Ну, кто бы сомневался.

***

Юле я не стала, конечно, ничего про Руслана говорить, отделалась общими фразами. Ну, а что я должна была сказать?

Были мы с ним близко знакомы? В некотором смысле – да. Провели вместе одну ночь и один день. Это было феерично, незабываемо и… очень близко, тут уж не поспоришь. Максимально возможный близкий контакт.

Только всё это случилось в другой жизни, в другом городе и, по сути, с совсем другой Милой, молодой и глупой. Потом Руслан испарился, и сегодня я впервые встретила его за пять с лишним лет.

Разве это близость? Это суррогат. Я поверила человеку, которому нельзя верить. Руслан был напорист и умел добиваться, чего хотел – и кого хотел.

Он стал моим первым мужчиной – впрочем, и последним. Он исчез до смешного быстро, а я вскоре обнаружила, что жду ребенка.

Последующие годы мне было абсолютно не до мужчин. Я выживала и пыталась встать на ноги…

…Разве я могла рассказать всё Юле? Мы с ней познакомилось-то неделю назад, когда я пришла работать в «Строительные технологии».

Хотя, наверное, недолгое знакомство тут ни при чем. Я даже маме не смогла в свое время выложить все подробности – за пять с лишним лет так и не нашла на это моральных сил.

Историю нашей близости с Русланом знает только моя тетя Вера.

***

– Нет, правда? Ты сегодня встретила этого своего козла? – воскликнула потрясенная тетя Вера и ударила кулаком по столу.

Удар получился впечатляющим, даже чашка подпрыгнула. Тете Вере уже восемьдесят лет – не шуточки вам. Однако она на редкость крепкая старушка. В молодости, я подозреваю, не то что коней – слонов на скаку останавливать могла.

– Надеюсь, алименты ты из него уже выбила? – добавила тетя Вера.

Мы сидели вдвоем на кухне и пили чай после ужина. Василиса убежала в нашу с ней комнату смотреть любимый мультик про Снежную королеву.

– Пока не успела выбить, – вздохнула я. – Завтра в десять ноль-ноль мы с ним встречаемся в его кабинете. Он сам сказал приходить. Кстати, я наконец-то узнала его полное имя – Ольшанин Руслан Сергеевич. Он наш генеральный директор. И без алиментов я не уйду!

– Ты смотри там, Милочка, осторожнее, – подумав, добавила тетя Вера. – Подозрительно что-то. Зачем это он сказал в кабинет приходить? А может, даже уточнил, чтобы одна приходила, без кузнеца? Ох, как бы еще одного ребенка тебе не заделал…

– Тетя Вера, ну что ты такое говоришь! – фыркнула я, и в животе снова кольнуло от возмущения. – Как будто я этому козлу позволю еще хоть раз ко мне прикоснуться!

– Вот и правильно, – закивала головой тетя Вера. – К тому же, плохо очень, когда дети без отцов растут. Они тогда неуправляемыми вырастают, совсем как…

– Василиса не неуправляемая! – быстро возразила я. – Она просто…

– Маленькая разбойница, да-да, я в курсе.

– Просто активная и энергичная! Где-то в пределах нормы. Ну, почти.

– Я нашу Василисоньку прямо как родную внучку люблю, – проворчала тетя Вера. – Но твердая мужская рука ей нужна все-таки. А тебе, Милочка, давно пора замуж! Кстати… говоришь, этот твой козел – генеральный директор? А он не женат?

Я молча закатила глаза и ушла в ванную. Чтобы отвлечься, принялась сортировать белье для стирки. Но отвлечься, увы, никак не получалось. И живот продолжал ныть – теперь мне казалось, что болит в основном справа внизу… это что, печень? Но ведь я еще слишком молода для проблем с печенью!

Машинально сортируя белье, я думала о тете Вере… и заодно о Руслане.

Тетя Вера знает нашу историю с Русланом во всех подробностях. Она единственная, с кем я смогла поделиться – остальные родственники, даже мама с папой, всё равно ничего не поняли. Удивлялись, когда я твердо заявила, что буду рожать!

К сожалению, у тети Веры никогда не было своих детей, хотя она всю жизнь мечтала о них. Именно поэтому она меня понимает.

Вообще, она мне не тетя, а двоюродная бабушка, сестра моей собственной бабушки. А я прихожусь тете Вере внучатой племянницей. Только роднее ее у меня никого нет…

Бабушка с тетей Верой родились в нашем городе, а потом тетя Вера вышла замуж за москвича и уехала в Москву. С дядей Мишей они прожили пятьдесят лет в любви и согласии, но детей у них не было, и тетя Вера по этому поводу сильно страдала. Десять лет назад она схоронила мужа, жила одна… А два года назад позвонила мне и предложила переехать к ней в Москву.

– Тошно одной жить, – вздохнула она. – Квартира у меня, сама знаешь, двухкомнатная, места вам с Василисой хватит. Помру – тебе всё по завещанию достанется. Дочку в садик тут устроишь, сама работу с хорошей зарплатой найдешь.

Я согласилась – в родном городе меня ничто не держало. После рождения Василисы я жила с родителями. Только кроме меня и мамы с папой там жил еще мой брат с семьей, и всем нам в одной стандартной трешке было, мягко говоря, тесновато…

Уезжая в Москву, я старательно гнала от себя пустые надежды, что рано или поздно смогу отыскать Руслана. Ну как я его отыщу? Кроме имени, я доподлинно знала о нем лишь то, что он козел и родственник козла Виталика, а еще – москвич.

«Нет, Москва огромная, – говорила я себе. – Мы никогда с ним больше не встретимся. Не стоит рассчитывать на алименты, рассчитывать надо на себя!»

И все-таки мы встретились.

…В бок очень сильно кольнуло.

Да что происходит?

***

Боль в животе не прошла. Ночью, после того как меня вырвало, тетя Вера вызвала скорую.

– Срочно госпитализироваться, – отчеканил молодой фельдшер.

– А может, само как-нибудь рассосется? – расстроилась я.

Он покачал головой:

– Подозрение на аппендицит.

– Милочка, ты, главное, не волнуйся! – принялась успокаивать меня тетя Вера. – За Василисой я пригляжу. Утром проснется, отведу ее в садик. Да справлюсь, всё будет хорошо. Ты же знаешь, я еще старуха крепкая.

– Теть Вер, ты только не слишком усердствуй, ладно… – слабым голосом попросила я. – Василиска такая шустрая, ты уж не гоняйся за ней… И я уверена, это никакой не аппендицит. Меня скоро отпустят…

– Конечно, конечно, – покивала она. – Ты, главное, лечись, выздоравливай. Когда можно будет, тогда и отпустят. А с Василисой я справлюсь, точно тебе говорю.

В последнюю секунду, когда дверь почти закрылась, я вдруг вспомнила:

– Теть Вер! Я же с Русланом встречаюсь! В десять утра… Ой, а как же алименты…

– Да разберемся с твоим Русланом, – махнула рукой тетя Вера. – Милочка, ни о чем не волнуйся.

Что-то в ее словах показалось мне подозрительным, но сейчас уже не было сил об этом размышлять.

Глава 2

Руслан

Вчерашний день выбил меня из колеи.

И так-то было с утра не самое прекрасное настроение – потому что мать навязала мне Снежану, дочь своей драгоценной подруги.

Так вышло, что пару дней назад я заскочил к матери – ненадолго, просто навестить, – и у нее в гостях была подруга, Любовь Дмитриевна.

Мне радостно сообщили, что Снежана, которую я едва помнил, в прошлом году получила диплом юриста и теперь подыскивает хорошую работу по специальности.

– Дочка могла бы вообще не работать, – заявила успешная бизнесвумен Любовь Дмитриевна. – Но это не в ее характере. Вся в меня, не любит без дела сидеть…

Мать тут же вцепилась в меня хваткой бульдога:

– Руслан, ты недавно говорил, что тебе нужны юристы! Ты должен встретиться со Снежаной! Она такая умная девочка, училась очень хорошо!

Тот случай, когда ты не можешь отказать и вынужден согласиться. Подумал – ладно, встречусь с ней, поговорим.

Я был на девяносто процентов уверен, что Снежана мне не подойдет. Но в общении с моей матерью всегда проще сделать вид, что ты готов попробовать, а потом объяснить, что ничего не вышло, чем сразу отказаться даже пробовать.

Со Снежаной мы договорились встретиться в ресторане. Она оказалась дурой, как я и предполагал. Даже не на девяносто, а на все сто процентов.

Пришла на собеседование в облегающем красном платье, хлопала наращенными ресницами, поминутно облизывала наколотые губы языком, закидывала ногу на ногу и подтягивала подол платья так, что становилась заметна резинка чулок.

Ее целью была не работа в моей компании, а я сам.

Мать не устает говорить при каждой встрече, что мне давно пора жениться и осчастливить ее целой оравой внуков и внучек. А Любовь Дмитриевна, насколько я понимаю, хочет пристроить в хорошие руки единственную дочь.

Тут и гадать нечего – наши родительницы решили, что мы со Снежаной созданы друг для друга.

У меня не было желания выслушивать потом возмущенные упреки матери – «ты даже не дал ей шанса!» – так что скрепя сердце я предложил Снежане поработать.

– Давай ты попробуешь выйти на испытательный срок?

Я понимал, что она быстро накосячит, и собирался попрощаться с ней под предлогом «девочка не справилась» – причем в ближайшем времени.

Но вся эта ситуация меня дико раздражала. И настроение находилось в районе плинтуса с самого утра.

А потом, когда мы вместе со Снежаной направлялись в юридический отдел, когда я был зол и очень хотел кого-нибудь покусать… Там, в коридоре нашего офиса, я…

…я встретил Милу.

Милу!

В первую секунду я не понял, что это она – все-таки пять лет прошло.

Налетел на какую-то девушку в дверях, извинился и пошел себе дальше. Сделал пару шагов.

И меня словно током шарахнуло. Обернулся и обалдел.

Она слегка изменилась, чуть повзрослела. Исчезла та трогательная детскость на лице? Впрочем, в свое время это ее детское и доверчивое выражение лица оказалось фальшивкой, на которую я, как дурак, повелся.

Но прежняя красота была при ней.

Густые и длинные – до поясницы, – вьющиеся русые волосы. Огромные серые глаза. Аккуратный нос и ямочки на щечках… Мила по-прежнему была самой красивой девушкой из всех, что мне приходилось видеть.

Пять лет назад я без сожаления… хотя с сожалением, конечно – да, с сожалением, но все-таки вычеркнул ее из своей жизни и решил больше о ней никогда не думать.

Только принять решение оказалось проще, чем его реализовать.

Иногда – с каждым годом всё реже, к счастью, – я вдруг начинал о ней думать. Иногда на меня накатывало – я вспоминал ту единственную ночь, круче которой в моей жизни просто не было, вспоминал тот день, который мы провели вместе, вспоминал прогулку в парке, искренний смех, быстрые поцелуи и даже кошмарного розового зайца, которого я выиграл для нее в тире. Она тогда заявила, что это зайка-девочка, а я предложил назвать девочку в честь хозяйки – Милашкой…

Наверняка я мог бы найти ее снова. Выйти на нее через Виталика – он бы поспрашивал у каких-нибудь старых друзей, где она сейчас.

Только зачем? Я категорически не хотел всё это ворошить.

***

Скорее всего, прошло бы еще сколько-то времени – год, два, десять, – и я бы забыл ее окончательно.

Если бы мы не встретились вчера в дверях моего собственного офиса!

Жизнь любит преподносить сюрпризы… Внезапно, да?

Вчера я смотрел на нее и думал: хочу повторить нашу безумную ночь. Желательно, несколько раз. Черт его знает, что за дурацкий парадокс! Эта девушка – насквозь фальшивая пустышка… но ночь с ней оказалась незабываемой.

Да, я хочу повторить те ощущения, которые не испытывал больше ни с кем.

Да, я бы забыл ее окончательно, если бы больше никогда не встретил.

Но раз уж встретил – теперь я хочу.

И почему бы не предложить ей вакантное место моей любовницы?

Я подумал, что ничем не рискую. Если наш секс будет таким же крышесносным, как и пять лет назад – значит, я получу всё, что давно хотел. Одного раза явно тогда не хватило, но если Мила станет моей постоянной любовницей, то рано или поздно она мне надоест. Лучшее средство от голода – это еда!

Ну, а если секс разочарует… Маловероятно, но если выяснится, что Мила уже не та, что раньше…

То я смогу выкинуть ее из головы и наконец-то забуду о ней.

Сплошные плюсы, как ни крути.

***

Вчера мне удалось довольно быстро отделаться от Снежаны – я познакомил ее с коллегами-юристами и сказал поскорее выходить на работу. Потом проводил ее, вернулся в свой кабинет и, не выдержав, набрал по внутреннему телефону Виталика.

Он работает со мной последние пять лет, и уже три года как дорос до должности начальника коммерческого отдела. А еще он мой троюродный брат.

Обычно я придерживаюсь правила не брать в компанию знакомых и родственников, но Виталик, в отличие от Снежаны, оказался в этом смысле счастливым исключением.

– Ты помнишь Милу? – спросил я.

– Какую Милу? – удивился Виталик.

Помолчав, он добавил после паузы:

– Ах, Милу…

– Оказывается, она переехала в Москву. И не просто переехала – она уже неделю у нас работает.

– Что? Да кто ее взял вообще?

– Отдел кадров, надо полагать.

– Типа… это совпадение?

– Не знаю.

– Ладно, понял. Разберусь и доложу.

– Нет, Виталь, я звоню не за этим. Наоборот. Я хотел сказать: если что, не вмешивайся. То есть, вообще не вмешивайся. Сам разберусь.

Потом я долго стоял у окна и смотрел с высоты на оживленную улицу.

Это действительно интересный вопрос, как Мила устроилась ко мне на работу. Совпадение? В наше время кто-то еще верит в совпадения?

Чего она добивается? Ну, в целом… нетрудно догадаться. Как и Снежана, Мила добивается меня.

Меня, Руслана Ольшанина, успешного и богатого московского бизнесмена, владельца крупной строительной компании…

Мила добивается денег, и я дам ей денег. А она даст мне то, что я так сильно хочу.

***

С самого утра я был как на иголках.

Ждал, когда часы покажут уже наконец-то десять ноль-ноль. Сгорал от нетерпения.

Я ни секунды не сомневался, что мое заманчивое предложение будет принято. Меня устраивал деловой подход – Мила не станет корчить из себя оскорбленную невинность, и можно уж точно не опасаться, что дама сердца плюнет мне в лицо.

Девять пятьдесят.

Чем меньше оставалось времени, тем больше нервных взглядов бросал я на часы, и тем сильнее бился пульс.

Всё случится прямо здесь, в моем кабинете.

Скажу Кристине, чтобы никого не пускала, и запру дверь на ключ.

Скажу Миле, зачем я позвал ее, она согласится, и…

В моем кабинете достаточно горизонтальных поверхностей. Вот, например, этот огромный стол для переговоров – для начала он нам подойдет.

Девять пятьдесят пять.

Надо держать себя в руках, чтобы не порвать на ней к чертовой матери всю одежду. Или, как минимум, не оторвать все пуговицы на блузке.

Если не удержусь и порву, возникнут некоторые затруднения. Ведь чуть позже Миле надо будет выйти из кабинета и добраться со мной до машины, на которой мы поедем ко мне.

В принципе, можно дать ей свой пиджак, но это будет обсуждать весь офис. Хотя мне, кажется, всё равно.

Девять пятьдесят девять. Она же не посмеет опоздать на встречу с боссом?

О работе я сегодня даже думать не могу… Хорошо, что всё самое срочное решил еще вчера.

Десять ноль-ноль.

Сейчас Кристина наберет меня и скажет:

– Руслан Сергеевич, к вам пришла Исакова Мила.

А я отвечу:

– Да, впусти.

…Из приемной послышался грохот, а потом – какой-то бред вообще! – раздался пронзительный свист.

Я аж подпрыгнул на месте. И через секунду бросился к двери.

Что происходит?

***

За дверью меня ждала картина маслом.

Посреди приемной стояла незнакомая пожилая женщина в очках, а рядом с ней – незнакомая девочка в коротком голубом платьице. Именно она радостно свистела в свисток.

Секретарша Кристина замерла перед незнакомками, раскинув руки, и всем своим видом изображала монумент «Ты не пройдешь!».

Я обошел секретаршу и тоже остановился.

У девочки были пушистые русые волосы и голубые глаза.

Свободной рукой она прижимала к себе кошмарного розового зайца.

– Ну всё, всё, Василиса, можно больше не свистеть, – сказала пожилая женщина девочке и погладила ее по макушке ладонью. – А то у него денег на алименты не будет.

– Что? – спросил я.

Девочка кивнула, убрала свой свисток в карман.

Стало тихо. Даже слишком тихо.

Я сделал еще два шага и присел на корточки перед явлением в голубом коротком платьице.

– Откуда у тебя этот заяц? – спросил я.

– Ты, дядя, вообще не понимаешь ничего, – фыркнула девочка. – Это не заяц, а зайка. Ее зовут Милашка.

Глава 3

Руслан

Я не мог не узнать этого зайца. Именно такого зайца, огромного и розового, пять с лишним лет назад я выиграл для Милы в тире.

Можно было бы поверить, что игрушка просто похожая, если бы девочка с красивым именем Василиса не сказала, что ее зайца зовут Милашкой.

– Ладно, а откуда у тебя Милашка?

Я пытался уложить сейчас в голове хоть что-то.

– Это мамина Милашка, – проворчала девочка. – Но теперь моя. Я с ней всегда играю!

– Значит, мамина? – выдохнул я.

Встал и повернулся к пожилой женщине в очках.

– Объясните мне, что происходит.

– Объясню, – кивнула женщина. – Мила ночью в больницу попала.

– В больницу?!

– Да. Спокойно, Руслан Сергеевич! Ей сделали операцию. Аппендицит. Щадящая методика, забыла, как называется… там маленькие такие разрезы… Я уже звонила с утра в больницу и выяснила, что всё прошло очень успешно. Разрезы совсем-совсем маленькие, она быстро восстановится. Мне так и сказали: не волнуйтесь, до свадьбы заживет.

Я молчал, потому что не понимал, что ответить. Растерянно смотрел на эту женщину в очках.

– Меня Вера Николаевна зовут, – сказала женщина. – Я дальняя родственница Милы, седьмая вода на киселе. Но так уж вышло, что мы с ней вместе живем.

Я продолжал молчать. В голове мелькали обрывочные мысли о судьбе, которая так любит вот-это-повороты. Пока я грезил с утра пораньше, что Мила, не успею я и глазом моргнуть, окажется в моей постели, она лежала на операционном столе…

– Мама скоро вернется домой, – сказала Василиса.

Я понятия не имел, как поддерживать диалог с ребенком, я вообще не умею и не хочу уметь общаться с детьми – поэтому вопросительно посмотрел на Веру Николаевну.

– Это правда Милина дочь? Зачем вы ее в офис привели?

Вера Николаевна одарила меня таким насмешливым взглядом, а ее губы растянулись в такой многозначительной улыбке, что на душе стало как-то нехорошо.

– Не только Милина, Руслан Сергеевич, – буднично сообщила Вера Николаевна. – Василиса – и ваша дочь.

– Что? – спросил я.

– А пока ее мама чуть-чуть приболела, придется вам позаботиться о ребенке.

– Что? – спросил я.

Вера Николаевна погладила по голове задумчиво молчащую Василису.

– Это твой папа, – сказала она девочке. – Папа очень рад с тобой познакомиться. Постарайся его не расстраивать и сильно не обижать.

– Уж как получится… – засомневалась Василиса.

– Что происходит? – рявкнул я. – Что за представление вы тут устраиваете? Думаете, я поверю хоть на секунду, что девочка…

Я споткнулся на полуслове, чувствуя, что задыхаюсь. Неужто эта сумасшедшая старуха думает, что я поверю, будто Мила родила от меня ребенка?! Нет, не может быть!

– А разве кто-то просит вас верить на слово? – фыркнула сумасшедшая старуха. – Сходите в лабораторию, сделайте тест… Это сейчас очень просто всё, только деньги плати. Но я думаю, у вас-то, Руслан Сергеевич, деньги на тест найдутся.

– Найдутся, – ледяным голосом ответил я. – Мы немедленно поедем в какую-нибудь лабораторию, и…

– Вот и поезжайте, – кивнула Вера Николаевна. – А я домой поеду, устала уже.