Маленькая разбойница для (босса) папы

– После совещания сразу вернусь, – пообещал я и вышел в коридор.

Там по-прежнему торчал Виталик.

– У тебя работы мало? – хмыкнул я.

– Ну, слушай, я просто… мягко говоря… А что это за девочка?

– Сказал же, Василиса.

Поколебавшись, все-таки добавил:

– Она Милина дочь.

– И твоя, что ли? – вытаращил глаза Виталик.

– Пока это не подтвердилось, – стараясь казаться спокойным, ответил я. – Завтра будут результаты теста. Ладно, всё, я спешу, у меня сейчас совещание.

Совершенно не хотелось выкладывать Виталику подробности, хоть он и мой троюродный брат. В конце концов, я сам пока ни в чем не уверен. Вот буду уверен, расскажу. Может быть.

– Поня-ятно… – снова протянул он.

***

На совещании я невнимательно слушал, о чем мне докладывают. Старался сосредоточиться, но в голове, как назойливые мухи, кружились тревожные бестолковые мысли.

А вдруг Василиса там уже не только комнату отдыха, но и пол-офиса разнесла?

Да справится ли с ней Ирина Родионовна? Я ничего об этой женщине не знаю.

Василиса – Маленькая разбойница, с ней не так просто справиться!

А может, ребенок сейчас страдает, что ее все бросили? Мама в больнице, а сама она еще и правда такая маленькая… Я оставил ее с чужой теткой на непонятный срок…

Не говоря уж о том, что только сегодня утром Вера Николаевна оставила ее со мной, и я в тот момент тоже был для малявки чужим человеком!

А впрочем, почему в тот момент? Я и сейчас для нее неизвестно кто. Не факт, что она уже увидела во мне отца. Не факт, что я вообще ее отец! Хотя мы, вроде, поладили… Или это пока слишком самонадеянное заявление?

Я, наверное, с ума сойду, пока дождусь завтрашнего дня и результатов теста!

Кстати, надо будет спросить у Виталика, как он считает, похожа или не похожа…

– А вы как считаете, Руслан Сергеевич? – спросил вдруг финансовый директор, и я понял, что прослушал всё, о чем он говорил.

– Мне надо сейчас срочно уйти, – ответил я. – Продолжайте без меня, потом доложите о результатах.

Встал и вышел из переговорной, где у нас обычно проходят совещания.

Сердце было как-то совсем не на месте. То ли беспокойство, то ли муки совести. Мне срочно надо было убедиться, что офис цел и Василиса цела, что Ирина Родионовна ее не обижает или – куда более вероятная версия – что Василиса не обижает Ирину Родионовну.

Ну, а дальше… разберемся, что делать дальше. Может, еще раз свожу малявку на аттракционы. А может, в магазин за игрушкой – она же хотела, да?

***

В комнате отдыха не было Василисы.

– Не понял, – нахмурился я.

Сидевшая на диване Ирина Родионовна встала и нервно улыбнулась.

– А Василису забрали. Ну, только что, – сказала она. – Мне сказали, вы срочно требуете ее к себе, а я должна тут пока подождать. Мне сказали, вы скоро ее приведете обратно. Вот сижу, жду…

Я похолодел. За долю секунды бросило в холодный пот. Затопило ледяным иррациональным ужасом.

– Что значит «забрали»? – прохрипел я, и холод вдруг уступил место горячей ярости. – Кто забрал ребенка?! Кто???