Хроники Истиля. Книга первая. Последняя надежда

Глава 6: Нэнт

Маркус присел и, широко зевнув, сонно потёр глаза.

Пробивающийся сквозь небольшое окно жёлтый солнечный луч оповещал о наступлении утра. Чтож, ещё один день на курорте под названием: «Нэнт».

Он улыбнулся и, нацепив на себя штаны и ботинки, начал делать зарядку. Лёгкую, только чтобы разогреться.

Лачугу ему дали небольшую, зато совершенно бесплатную. Хватало и того, что здесь была кровать и крыша, о большем он и не просил. Ведь человек просит лучшее от того, что ему надоело худшее. Он вечно хочет улучшения условий жизни, всегда. Сколько бы ты не давал человеку, он всегда будет хотеть больше. Но когда ты живёшь в полях, в лесах, да горах, большее для тебя – это крыша, постель и тёплая еда.

Немного поразмявшись, Ройвер достал из маленького погребка очередную деревянную бутыль с широким горлом и, вскрыв её, жадно выпил содержимое. На вкус это пойло походило на смесь укропа, петрушки, лука, капусты, спаржи и сельдерея, проще говоря – дрянь, какую поискать, но Фриландель сказал, что она восстановит его силы быстрее, чем любое другое средство, а пока он не восстановит свои силы – он не сможет телепортироваться в речные земли, так что выбор был очевиден.

Маркус занимался каждое утро на открытом воздухе, недалеко от своей лачуги, что стояла на окраине Энсиля, столицы эльфидов (так именовали себя эльфы). Он гостил у эльфов уже целую неделю, но ничего не мог с этим поделать. Всё было у него в руках. Чем быстрее он восстановится, тем быстрее отправиться в путь, так что – заниматься, заниматься и ещё раз заниматься.

Если честно, Ройвер немного удивился, когда узнал, что его ведут именно в Энсиль. Обычно эльфы довольно ревностно относятся к своей столице, не допуская в неё чужаков. Если подумать, довольно мало ныне живущих могли бы похвастаться тем, что бывали в Энсиле. Это воодушевляло.

Пару дней назад Ройвер заметил, что за ним наблюдают несколько молодых эльфиек. Эльфы никогда не были расистами и даже допускали кровосмешение, подтверждение чему Маркус уже встречал тут и там, пока путешествовал по миру в качестве разведчика. От таких браков дети появлялись крайне редко, но появлялись. Чего уж там, Ройвер и сам грезил, что когда-нибудь женится на эльфийке. Его всегда прельщало общество этих спокойных, сдержанных и таинственных созданий. А насколько они были прекрасны… сколько баллад уже сложили певцы об эльфийской красоте. В общем, ему крайне доставляло, что за его тренировками наблюдали эльфийские девушки. Собственно, именно по этой причине он перестал надевать на утренние тренировки куртку.

Правда, как позже оказалось, ещё больше длинноухим красавицам нравилось наблюдать за тем, как Маркус мылся после тренировок. Он делал вид, что не замечает их, обмываясь в реке, что текла вдоль окраины города, но прекрасно видел, как они кусают губы и играют со своими волосами, наблюдая за ним. Они его хотели, но оставались в стороне, предпочитая фантазии действиям. Пока что. Может, если он задержится здесь ещё на пару дней, одна из них и порадует его ночным визитом, но надеяться на это не стоило. Эльфийки сдержанны и стеснительны. Они привыкли к долгим ухаживаниям, на которые у него не было времени. Да и местные эльфы мужского пола уже неодобрительно поглядывают на его тренировки в полуголом виде и девушек, что за ним наблюдают. Если он ещё начнёт при них ухаживать за молодыми эльфийками, у кого-нибудь может лопнуть терпение, а он бы этого не хотел. Он был обязан эльфам жизнью. Этот народ столько раз его выручал. Не хотел бы он выглядеть плохим в их глазах, точнее, неблагодарным.

Закончив тренировку и ополоснувшись в реке, напоследок улыбнувшись одной белокурой эльфийке, которая уже пребывала где-то в других мирах, судя по её глазам, Маркус отправился завтракать.

Эльфийская кухня Ройверу нравилась, но после недели овощей и фруктов с травяным чаем, он заскучал по мясу. Свою сумку со стрелами и сушёным мясом он потерял по дороге в Энсиль, а может её выкинул Фриландель, как знать, а охотиться в здешних краях запрещалось. Так что придётся потерпеть до дома.

Дом. Если уж честно, никогда Маркус Ройвер не считал речные земли своим домом. Да и все людское королевство. Он всегда жалел, что родился человеком. Лучше бы он был прекрасным эльфом, тогда бы он смог колдовать и ни один саархил не смог бы его одолеть. Или лучше бы он родился арденитом, быстрым и проворным, несущим смерть каждому, кто вставал бы у него на пути. Всё лучше, чем человек. Слабый, ничтожный вид, не имеющий склонности к магии. Что они могут противопоставить северным захватчикам, помимо своего численного превосходства?

Возможно, они могут поставить на чашу весов тот артефакт, что сейчас у него внутри?

Маркус посмотрел на свою тарелку.

– Пока ты не восстановишь свои силы, я не стану тебя телепортировать. Ты видел, что с тобой стало в последний раз, я не стану рисковать. Восстановись, а потом поговорим, – вспомнились ему слова друида.

Ройвер взял деревянную вилку и принялся есть.

Фриландель всегда держал слово и терпеть не мог споры, это разведчик уяснил давно. Нужно просто делать то, что говорит старый эльф и всё будет хорошо.

Маркус убрал посуду и пошёл заниматься снова, но уже не телом, а духом, или, точнее, кристаллом.

Фриландель извинился за ту атаку. Он объяснил Ройверу, что она была направлена на то, чтобы выжечь любую магию, иллюзию или электрическую технику. Короче, если бы архенит или саархил использовали какой-то приём, чтобы принять его облик – шар бы их испепелил, а человеку бы он не навредил. Но проблема была в том, что внутри Маркуса находился кристалл саархилов, так что шар его не уничтожил, но вырубил на двое суток, лишив всех сил.

Друид быстро сообразил, что происходит. На счастье Ройвера – Фриландель был очень мудр. Эльф просканировал тело разведчика и обнаружил инородное тело магического происхождения, которое не смог изъять.

– Ты бы погиб, если бы я его вытащил, – признался тогда эльф.

Следующие двое суток, пока они шли до границы Нэнта, Маркус помнил лишь урывками. Он то приходил в себя, то отправлялся в сладкое небытие. Именно тогда он потерял свою сумку с мясом и стрелами. Сначала он подумал, что её взял на хранение кто-нибудь из разведчиков-эльфов, но Фриландель развеял его надежды.

– Мы взяли лишь твой щит и кинжал, – заявил он.

Когда их группа подошла к северной границе эльфийского королевства, Ройвер пришёл в себя достаточно, чтобы идти на своих двоих без посторонней помощи.

Пешим ходом до ближайшего эльфийского города – Сирина, было примерно двое суток, а до столицы – Энсиля, суток семь, если быстро идти. Именно тогда-то Фриландель и решился на телепортацию. Он не хотел терять времени, особенно после разговора с разведчиком, который вкратце накидал ему то, что произошло на севере. Эльф-друид решил, что, придя в себя, Маркус достаточно окреп для телепортации, да и расстояние вроде как небольшое. Фриландель решил рискнуть и переместил их двоих в столицу.

То ли сам разведчик переоценил свои силы (а на самом деле он тогда не чувствовал себя хорошо, всё ещё отходя от действия того странного друидского шара), то ли как-то повлиял кристалл, но после той телепортации Ройвер снова слёг в постель на двое суток.

Его постоянно рвало, а жар не спадал ни днём ни ночью. Сам Маркус уже думал, что всё, кончились его приключения, но друиды вытащили его, выручив в очередной раз.

Именно из-за подобного побочного эффекта Фриландель и сказал ему, что не будет его телепортировать, покуда Ройвер не восстановит все свои силы. Друг опасался за его жизнь и Маркус, понимая это, не злился на него за задержку. Тем более, если бы не телепортация друида, они бы, скорее всего, всё ещё шли по лесам Нэнта в столицу.

На третий день Маркус достаточно окреп, чтобы встретиться с верховным друидом Халантисом. Фриландель тогда помог другу привести себя в приемлемый вид и отвёл в Рощу, место, где течёт сила, как говорят эльфиды.

До того дня Ройвер ни разу в жизни даже близко к Роще не подходил. Это священное место, и никто кроме эльфов туда не допускается. Он не понимал, почему ради него сделали исключение, а может просто чего-то не знал. Может здесь просто проводились важные собрания и встречи? Или верховный друид всегда принимал гостей в Роще? Ему-то откуда это знать?

Роща располагалась к югу от королевского дворца. Витиеватые врата из белого дерева никем не охранялись. Они раскрылись сами по себе, стоило Маркусу с Фриланделем подойти достаточно близко, позволив войти в место, о котором большинство услышит лишь из сказок.

Разноцветные цветы пестрели благоухающими островками по всей Роще, а высокая тёмно-зелёная трава струилась вдоль троп, образуя живой борт. Сладкие фруктовые деревья и множество других деревьев, о существовании которых Ройвер и знать не знал: белые широкие древа с красными листьями; серые тонкие и высокие с фиолетовыми листьями; карликовые деревца с чёрными листьями в виде пальцев, раскинулись по всей Роще, создавая самый необыкновенный карликовый лес в мире. В этой роще находилось много чудесного, но то, что увидел Маркус, подняв наконец глаза вверх, поразило его пуще прежнего. Огромное дерево, накрывающее своими ветвями всю Рощу, а в центре него дупло, из которого льётся фонтан.

– Красиво здесь, да? – улыбаясь, подмигнул ему друид.

– А, и, э, – не находился с ответом разведчик.

– Понимаю, – важно кивнул эльф и пошёл вперёд, давая Маркусу время прийти в себя после увиденного.

Примерно на середине пути до великого древа, их встретил среброволосый эльф, чуть выше Фриланделя. Его зелёная мантия с белыми нашивками и многочисленными знаками на рукавах, а также плотной накидкой, покрывающей плечи и грудь, выглядела намного внушительнее подобной мантии Фриланделя. Глубокие, сапфировые глаза эльфа смотрели прямо на Маркуса, а на тонких губах поигрывала лёгкая еле заметная улыбка. По его лицу Ройвер определил, чтот верховный друид любит пошутить, что радовало. Позитивных эльфов найти также сложно, как иголку в стоге сена.

– Добро пожаловать, – улыбнулся друид. – Я – Халантис.

– Рад знакомству, – слегка поклонился разведчик. – Я – Маркус Ройвер, разведчик.

– Маркус, Фриландель передал мне часть твоего рассказа о севере. Я хотел бы услышать всё из первых уст, и как можно подробнее, если можно.

Верховный друид махнул рукой и рядом с ними, прямо из-под земли, выросли три стула из переплетённый веток.

– Конечно, – кивнул разведчик и присел на один из стульев.

Маркус рассказал Халантису всё, что случилось с ним в горах Закилии без утайки, включая всё, что касалось кристалла. Он рассказал ему даже об Ае, о молниях на руках, о телепортированном в неизвестность чёрном ягуаре. Он не утаил ни единой детали, потому что знал, что, если ему и сможет кто-то помочь, так только эльфы.

– Значит, тебе помогла архенитка, – задумчиво обронил друид. – Мы примем это во внимание, но лучше не распространяйся об этом, даже в главном штабе.

– Вы думаете, что в нашем штабе шпионы? – спросил Ройвер, прекрасно зная, что так оно и есть. Он сам подозревал подобное.

– Я это знаю, – беспечно пожал плечами эльф. – Но будет лучше, если наши противники не будут знать, что в их тылу есть наши союзники.

Маркус задумался, хрустнув указательным пальцем.

– Думаете, у них планируется переворот? – осторожно спросил разведчик.

– Всё возможно, – неопределённо ответил Халантис. – Будем на это надеяться. Архениты никогда не любили подчиняться дворфам. Ты знал об этом? Почему они перешли на сторону горных народов?

– Мне говорили, что их завоевали около двадцати лет назад, как и остальных, – простодушно ответил Ройвер.

– Нет, их никто не завоёвывал, – покачал головой верховный друид. – Сорок лет назад они заключили союз с дворфами. Дворфы завоевали вайраков, которые в свою очередь доставляли много неприятностей архенитам. Но при этом горные народы боялись архенитов и их силы. Воевать с ними дворфы не хотели, вот и заключили союз. А потом дворфы предложили архенитам условия, от которых крылатые не смогли отказаться. Дворфы предложили архенитам стать смотрителями вайраков. Таким образом крылатые получили сразу два места в высшем совете и могли подавлять восстания вайраков и давить их, как им вздумается. Архениты просто не могли упустить такой лакомый кусочек. Они ведь должны были отомстить за все те беды, что принесли им перевёртыши. Так что двадцать лет назад архениты присоединились к дворфам по доброй воле.

– Но таким образом получается, что они единственные не завоёванные, поэтому они не боятся дворфов, – предположил Маркус.

Халантис улыбнулся и чуть нагнулся к собеседнику.

– Архениты не любят служить. Одно дело отомстить вайракам, другое дело участвовать в том, что им не нравится. Сейчас их маловато для полноценной революции, вот они и дают знать, что у нас есть друзья на том берегу. Но, если честно, я удивлён, что вайраки больше не пытаются устроить бунд.

– Они пытались дважды, – припомнил Ройвер. – И оба раза их чуть не уничтожили, как вид.

– Да, пожалуй, это поубавило их пыл, – огорчился эльф. – Но, если бы у нас получилось помирить архенитов и вайраков, мы бы смогли задавить северян с двух сторон. Стоит об этом поразмыслить, – нахмурился друид.

– А кристалл? – решил перевести тему разведчик.

– Фриландель уже просканировал его и сообщил о его природе, – встрепенулся Халантис. – Мы считаем, что это один из древних артефактов саархила. Странно, что он вселился в тебя, ещё более странно, что не разорвал на части.

– Это не может не радовать, – вставил Маркус, горько улыбаясь.

– Да, – улыбнулся в ответ эльф. – Но его способности не совсем понятны. Ты говорил, что его носитель имел девять кристаллов, что не совсем укладывается в голове. Скорее всего, этот кристалл играет роль усиления. Для саархила или, скажем, архенита, или эльфа – он бы стал настоящим оружием, но для человека, который по своей природе магии не имеет…

– Он как козе второе вымя, – вставил Ройвер.

– Лучше и не скажешь, – вскинул брови Халантис. – Но ты говорил про молнии и телепортацию, а значит, что-то всё-таки получил. Тренируйся, пытайся понять, что это. Ты уже понял, что можешь управлять молниями и телепортировать вещи, а возможно, и самого себя. Осталось научиться этим управлять. Природа магии чужеродная, особенно для тебя, кто никакой магией отродясь не пользовался, но раз получилось один раз – получится и в другой.

– Это, конечно, ободряюще звучит, – скривился Маркус, – но я надеялся услышать, как этим управлять.

– Этого я тебе сказать не могу. В магии кристаллов я не шибко-то и разбираюсь. Фриландель может подскажет тебе что-то дельное во время тренировок, но особо не обольщайся.

– Тренировок? – переспросил разведчик. Он тогда ещё не тренировался при эльфах, только придя в себя.

– Конечно, – ответствовал друид. – Пока ты в Энсиле, нельзя упускать возможность заручиться помощью хорошего мага.

На следующий день Маркус начал свои тренировки под присмотром Фриланделя. Но сколько бы он ни занимался, хоть один, хоть с друидом – результат был нулевым. Что бы ни жило внутри него, оно не желало себя проявлять.

– Может оно живое? – спросил как-то у друида Ройвер.

– Это вряд ли, – ответил ему эльф. – Кристалл не может быть живым.

Но разведчик в этом сомневался. Он помнил, как тот вылез их груди саархила и вселился в него. И чем больше он вспоминал тот момент, тем больше уверялся в том, что этот кристалл именно живой. Он защищал своего носителя, но не хотел проявлять себя просто так. Но даже, если и так, Ройвер своих тренировок не бросит. Он доведёт это дело до конца, живой этот кристалл или нет. Этот кристалл жил в его, Маркуса, теле, а значит, должен слушаться его. Вот и всё.

Ройвер присел в тенёк, вытирая лицо полотенцем.

– Уже устал? – спросил друид.

Маркус занимался уже довольно давно, но не заметил в какой момент пришёл Фриландель.

– Давно ты тут? – спросил он напрямую.

– Нет, недавно, – отмахнулся эльф и присел рядом.

– Мне уже значительно лучше, – осторожно сказал разведчик.

Фриландель кивнул.

– Да, я вижу.

– Но с кристаллом всё по-прежнему тихо, – добавил он.

– Я так и думал, – просто сказал друид.

Маркус хрустнул указательным пальцем, нажав на него большим.

– Мы так толком ничего и не узнали об этом кристалле.

– Да, – согласился эльф. – Но не бросай тренировки. Мне кажется управление кристаллом как-то зависит от эмоций.

– Да, я тоже об этом думал, – кивнул разведчик.

– Пробовал?

– Пытался, но…

– Понятно, – поджал губы друид. – Завтра тебя телепортируют в речные земли.

Маркус кивнул.

– Я свяжусь с вами, как только что-то узнаю.

– Конечно, – просто ответил Фриландель и, поднявшись на ноги, отправился восвояси.

Ройвер откинул палочку, которую до того зачем-то держал в руке, и тоже решил подняться. Пора было пить зелёное пойло.

Глава 7: Император

Жинтой звался чудесный северный край, изобилующий гейзерами, горячими озёрами и железом. Последнего здесь встречалось настолько много, что Жинту прозвали ржавым краем. И в центре этого края, где небосвод протыкали своими вершинами три самых высоких горы Истиля, прозванные ржавыми горами Жинты, расположилась столица дворфьей империи – Мирда.

Мирда являлась самым густонаселённым и продвинутым городом северной империи. Император севера – Гумбер грустный пожелал, чтобы в столице империи свободно могли обитать жители со всех уголков империи, вне зависимости от своей расы. Тогда, двадцать лет назад, он открыл врата Мирды для всех и это сделало город великим, а саму империю намного сплочённее. Все расы внесли свою лепту в развитие столицы своей империи и теперь Мирда не походила ни на один из городов севера, став чем-то большим. Великий город переплетал в себе кристальные технологии саархилов, рунную технологию дворфов, паровые машины гномов и солнечные технологии архенитов. Все расы жили в нём, как единое целое, но даже так оставались недовольные.

Гумбер закрыл окно и в его кабинете стало темно. Кристаллы зажглись сами собой, создав иллюзию лунного света. В большинстве помещений они использовали бронзовые светильники гномов или более традиционные рунные камни, но Гумберу нравились саархильские кристаллы. Он практически не бывал снаружи, особенно ночью, а этот свет так напоминал луну…

Император присел на высокий стул, своё рабочее место, выбитое из потрясающего чёрного мрамора: спинка стула в виде двух перекрещивающихся секир, подлокотники в виде молотов, а нижняя часть стула походила на горные вершины. Камнетёс постарался на славу, всё это выглядело внушающе и потрясающе, но было одно «но» … иногда ему становилось неудобно, а пододвинуть стул… в общем, сами понимаете.

Гумбер побарабанил пальцами по мраморному широкому столу и тяжело выдохнул.

Он знал о повстанцах. Может они называли себя по-другому, он не знал, его командиры называли их только так. По словам его командиров, повстанцы намеревались убить императора и развалить империю. Естественно, Гумбер дал указ найти их и искоренить, но… что-то во всей этой истории ему не нравилось. Как могли появиться повстанцы в империи, в которой всё хорошо? Он ежедневно смотрел в окно и видел счастливых людей. Он никогда не слышал плач, в городе уже многие годы не происходило преступлений. Конечно, он уже довольно давно не бывал в других городах империи, но не могло же там быть настолько всё плохо, что аж повстанцы появились. Бред какой-то.

Император встал, не в силах долго сидеть на одном месте. Он бесцельно расхаживал по кабинету, хмурясь, но ноги его радовались возможности размяться.

Он император, но заперт в этом дворце. Командиры и генералы категорически против того, чтобы он покидал столицу. Они всё твердят об угрозе, о повстанцах и разведчиках с юга, у которых на уме только одно – убить императора Гумбера. Может оно так и было, он не знал, но какой же из него правитель, если он будет бояться каждой тени?

Раньше все его любили, ведь он смог объединить и сплотить народы империи, но потом всё перевернулось с ног на голову. Да, он император. Да, последнее слово в высшем совете за ним. Но при всём при этом он абсолютно не чувствовал себя главным. Он знал, что стоит ему настоять на чём-то и его уберут. Он не дурак и прекрасно понимал, что генералы давно сговорились за его спиной и не потерпят, если он начнёт возникать. Поэтому ему придётся быть послушным. Пока что. Другого выхода не было.

В дверь постучали.

– Войдите, – как можно более грозно сказал Гумбер.

В кабинет вошёл невысокий серобородый дворф в коже и синем плаще. Руки в перчатках смиренно покоились на уровни груди, сложенные вместе. Главный дворецкий дворца.

– Ваше императорское величество, – поклонился дворецкий.

– Слушаю тебя, Далий, – бросил Гумбер.

– Вас ожидает высший совет, – почтительно ответил дворецкий и медленно принял вертикальное положение.

– Передай, что я скоро буду.

– Слушаюсь.

Далий вышел, закрыв за собой дверь. Звука отдаляющихся шагов дворецкого император не услышал, Далий всегда ходил бесшумно, как и полагалось представителю его профессии.

Гумбер скорчил рожу. Опять совет. Неужели они не могут принимать решения сами? Опять разговоры про повстанцев и будущую войну. Почему всегда так? Почему нужно завоевать народ, чтобы он понял, что с нами и правда будет лучше? Почему ради этого должно погибнуть множество живых существ? Как же он всё это ненавидел.

Император накинул чёрный плащ с белым треугольником по центру, надел золотую корону с пятью чёрными вертикальными камнями, и вышел вон.

Каменный пол коридора разносил эхо его шагов на добрую милю. Все члены совета, без сомнений, прекрасно его слышали и ожидали. Вот бы научиться ходить также тихо, как дворецкий. А ещё лучше, научиться летать, как архенит, и улететь из этого проклятого дворца как можно дальше.

Советники. Все они что-то знали о внешнем мире. Что-то, что от него скрывалось ими всеми. Что-то, что он обязательно должен узнать. И непременно узнает.

Гумбер вошёл в большой чёрный зал для совещаний и скользнул взглядом по совету. Те стояли к нему лицом, склонив головы, держа правый кулак у живота, а левый за спиной. Приветствие старшего в северной империи.