Хроники Истиля. Книга первая. Последняя надежда

Глава 9: Лес Вол

Аша старалась не шевелиться и не издавать никаких звуков. У вайраков очень чуткий слух. Странно, что они ещё не учуяли её, но, возможно, это из-за масла Жея, которым она мажется, чтобы от неё не пахло потом. Запах масла очень схож с древесным и гончие вполне могли не обратить на него внимания. В другой ситуации арденитка рассмеялась бы такому исходу, но сейчас ей было не до смеха.

Ноги, руки, спина и плечи затекли. Левую ногу сводило уже дважды. Ей было всё сложнее сохранять неподвижность. «Всё бы отдала, чтобы пройтись сейчас по лесу» – подумала она. Но об этом и думать не следовало. Лес кишит вайраками, пытающимися напасть на её след.

Мимо пролетело белое пятно, и Аша еле-еле удержалась, чтобы не дёрнуться. Она хоронилась под ветвистыми корнями одного широкого дерева, названия которому не знала. Сверху это место припорошили листья и её можно было заметить в темноте корней только подойдя к ним вплотную. Вайраки носились по всему лесу, пытаясь уловить движения или запах, им и в голову не пришло, что можно просто остановиться и поискать её. Но вечно она здесь оставаться не сможет. Ей в любом случае придётся покинуть это место и попытаться вернуться в лагерь. Она должна рассказать всем, как всё было. И должна предупредить всех, что вайраки гнездятся прямо у них под носом, что они уже в лесу Вол и вот-вот нападут на их лагерь.

Уходить лучше утром, как ей казалось. Вайраки выдохнутся от беготни или решат, что она уже ушла. Да и в дневное время они менее опасны, насколько она помнила. Так что ей полагалось выспаться, а потом дело за удачей.

Аша решила рискнуть и быстро перевернулась набок, приняв позу эмбриона. Её движения могли уловить вайраки, но иначе она бы задеревенела уже через пару часов, не говоря уж о том, что спать на четвереньках она бы и вовсе не смогла.

Она ждала, вонзив свой взгляд в пространство между корнями. Услышали её или нет? Умрёт она или шанс ещё есть? Сердце быстро колотилось, создавая столько шума, что девушка боялась, как бы вайраки его не услышали. Но время шло и ничего не происходило. Её не обнаружили.

И как это всё могло произойти? Всё случилось слишком быстро. Она выжила лишь чудом, и она это прекрасно понимала. Все погибли. Все. Кроме неё. И теперь она просто обязана выполнить своё задание. Ради них всех. Она должна рассказать обо всём, что здесь творится. И ещё кое о чём. Она обязана обелить имя Берса. Её основное задание выполнено. Теперь она была полностью уверена, что Берс не предатель.

Четыре дня они пробирались на север, через лес Вол, и ничто не предвещало беды. Их было восемь, включая её и Берса. Все бывалые разведчики, она самая молодая среди них. Берс рассказывал о лесе и разных премудростях, большую часть которых она уже знала.

Болес, один из разведчиков, показал ей ягоды, которые она ранее считала несъедобными. Он рассказал, что их надо есть зелёными, а не красными, как обычно принято. Зелёные они сладкие и полезные для зрения. Это было на второй день их похода и Аша объелась этих ягод досыта. После того случая Болес прозвал её ягодкой.

На четвёртый день похода, то бишь сегодня, они вступили в северную часть леса, куда ходят только разведчики. Даже охотники арденитов не осмеливаются заходить так далеко в лес Вол. Тут-то их и встретили.

Перед этим, Берс отправил двоих разведчиков вперёд, осмотреть местность, но судя по тому, что на них напали, Аша заключила, что они умерли самыми первыми. Или были взяты в плен, что было ещё хуже. Все знают, насколько тщательно вайраки пытают своих пленных.

Их оставалось всего шестеро, когда на них обрушился большой тяжеловооружённый отряд вайраков. Враги превосходили числом раз в пять, да и вооружены были несравненно лучше арденитов. Всё же они шли на разведку, а не на войну.

– Убирайся отсюда, кроха, – кинул ей через плечо Берс. – Ты самая юркая, авось проскочишь, а мы постараемся их задержать.

Она никогда не слыла воином, проку от неё на поле брани никакого, так что она послушалась приказа и здравого смысла, и ринулась прочь от места битвы. Двое вайраков метнулись за ней в погоню, а позади послышался вскрик, который ещё долго будет преследовать её во снах. Это был крик Берса, она была в этом уверена.

Слёзы застилали глаза, и она неслась вперёд, не разбирая дороги. На её счастье, гончие оказались не так быстры, как о них рассказывали. Он начинали отставать от неё, уставая, и тогда она приметила те самые ветвистые корни, в которые и юркнула. Преследовавшие её вайраки пронеслись мимо, даже не замедлив бега.

Она не видела исхода боя, но была уверена в том, что не выжил никто. А если и выжил, то сам не рад этому.

«Проклятые северные твари» – выругалась она про себя и глаза её снова увлажнились, вспомнив погибших братьев.

Почему им не сидится у себя на севере? Почему они вечно лезут всё дальше и дальше, завоёвывая чужие вотчины? Неужели жадность этих народов настолько не знает пределов? Неужто они испытывают наслаждение, когда другим становится худо?

Дворфы. Всё началось с них. Не сказать, что они так уж сильны, больше просто многочисленны, но завоевав гномов и забрав их необычайные технологии, они стали поистине опасны. Настолько опасны, что смогли завоевать саархилов, странных существ с ещё более странной магией. Аше не доводилось сталкиваться с саархилами напрямую (что её несказанно радовало), но она слышала о них достаточно, чтобы начать бояться. Они сильны и её радовало, что кристальные люди, как называли их на Арго, жили так далеко от них. Арденитам больше приходилось сталкиваться с вайраками, и она всегда считала это довольно ироничным столкновением. Две расы, имеющие хвосты, воюют друг с другом. Но небольшое сходство во внешности перечёркивалось огромной пропастью в культуре. Они были абсолютно разными народами, с какой стороны ни посмотри. Вайраки были агрессивными оборотнями, жаждущими крови. Она слышала, что их магию перевоплощений питает ярость, потому они всегда такие свирепые. Ей приходилось сталкиваться с оборотнями уже дважды, до этого дня, и оба раза она сбегала от схватки. В этот раз ничего нового не случилось. Зато она осталась жива…

Аша обняла себя руками. Лес за корнями практически перестал быть виден. Наступила ночь. Она не слышала вайраков, но вряд ли они прекратили поиски, просто, скорее всего, ушли отсюда подальше, решив, что она уже ушла южнее.

Девушка снова задумалась. Может они все так рвутся на юг, потому что им холодно там, на севере? Дворфы и гномы и правда не выглядят, как северные народы, в отличие от тех же вайраков. Но почему они никогда не заводили об этом речь с другими народами? Почему не предлагали обменяться землями или ещё как-либо решить эту проблему? Неужто гордыня? Так значит это из-за чьей-то гордости гибнуть тысячи существ по всему Истилю?

Аша нахмурилась. Её сильно злило положение в мире. Все эти войны и вечные склоки между различными расами. Почему они все не могут просто прекратить воевать и начать жить в мире? Помнится, был когда-то человек, который призывал жить всех в мире. Да. Точно. Она помнила об этом из рассказов Шейда. Король Брандон. Так его звали. На его клик откликнулись эльфы, а затем и ардениты, но больше никто. Хотя, Шейд говорил, что архениты поначалу тоже согласились на союз и даже общались какое-то время с людьми, но потом на них начали нападать оборотни и они перестали прилетать на юг, прекратив переговоры. Шейд не знал подробностей, но думал, что архениты попросили помощи у союза, а те им отказали и архениты перестали поддерживать с ними связь. Может так всё и было, а может и нет. Кто теперь знает?

Сейчас север сделался непобедимой империей с огромной армией и продвинутыми технологиями. Пять лет назад они смогли отбить их пробную атаку и это без помощи людей. Король Ламир заверил союзников, что в этот раз люди помогут чем смогут и вместе с силами союза дадут отпор врагу. Аша надеялась, что это не просто слова. Ведь пять лет назад люди мало что сделали, чтобы помочь другим расам, защищая собственные границы.

– Беги, кроха, беги! – кричал Берс, в то время, как его голову пожирал громадный бурый вайрак-медведь.

Девушка попыталась побежать в сторону лагеря, но её ноги увязли в земле, и она не могла сделать и шага.

– Беги! – не унимался почти съеденный командир.

Она ревела, но ноги лишь глубже уходили под землю. Её окружали вайраки и…

Она открыла глаза. Слабый луч света побивался через ветвистые узловатые корни, грея её грудь.

Она не заметила, как уснула ночью. Но она была рада, что выспалась, вместо того, чтобы провести бессонную ночь, размышляя о вещах философских и совершенно бесполезных. И была рада, что её так и не нашли.

Она сглотнула и только сейчас осознала, насколько сильно ей хотелось пить. Походная сумка была всё ещё при ней и Аша, нашарив бурдюк, прильнула к нему, как к живительному источнику. Выпивать всё не стала. Кто знает, в каких условиях ей придётся брести, и как скоро она найдёт влагу.

Пора было покидать это укрытие. Она приблизилась к корням и аккуратно, внимательно прислушиваясь к окружению, выглянула наружу. Тишина. Вайраки-гончие, скорее всего, уже ушли в свой лагерь отсыпаться. Если их и сменил кто, то они либо ещё не дошли до сего места, либо не придут вовсе. Можно было, конечно, подождать и посмотреть, как пойдёт дело, но она решила, что лучшего шанса у неё не будет.

Девушка осторожно выбралась наружу, проделывая это как можно медленнее и бесшумнее. Она внимательно смотрела по сторонам и слушала. Птицы чирикали где-то на западе, давая понять, что там точно никого нет. Она взвесила все за и против и, что есть мочи, ринулась в сторону юго-запада.

Арденитка бежала без остановок не меньше часа, прежде чем остановиться в укромном месте, под заросшим тёмным зелёным мхом камнем, окружённым кустами. Она присела на дрожащие ноги, дрожащими руками отыскивая бурдюк в сумке. Напившись вдоволь, и окончательно опустошив свой бурдюк, она в очередной раз посмотрела туда, откуда прибежала. Никого. Она улыбнулась и шмыгнула носом. Неужели у неё получилось? Но радоваться рано, всё ещё впереди.

Позади неё, сверху, послышался хруст. «Так гравий хрустит под ногами» – сразу подумалось Аше.

Разведчица отпрыгнула от камня, в прыжке повернувшись к нему лицом и выхватив кинжал. На валуне стоял здоровенный вайрак, покрытый густой чёрной шерстью. От него так и несло силой и яростью. Из-за камня, с двух сторон, выходили ещё вайраки: белый и два серых. Один, тот что белый, стоял справа, ближе к ней; двое серых слева. Всего их было четверо.

Ноги предательски задрожали. Ей не совладать даже с одним из них, не то что с четверыми. И она слишком сильно устала, чтобы убегать.

– Вот ты и попалась, ушастая, – оскалился чёрный вайрак и по щеке девушки пробежала одинокая слеза.

Глава 10: Из седла в седло

Когда Маркус наконец заметил вдалеке дым от костров, губы его сами по себе расползлись в улыбке. Не так-то и просто было найти этот лагерь. Равнина Гивдош, расположенная к югу от Пирита, место довольно обширное, а «Близ маленького городка Гарда» – понятие довольно растяжимое, да и генерал Фарлен далеко не профан и знает, как поставить лагерь так, чтобы его никто не нашёл.

Ройвер замедлил своего скакуна, гнедую кобылу, именуемую, если верить мальчишке-конюху, не иначе, как «звёздочка». Торопиться некуда. Он успеет ещё надышаться благоуханиями лагеря, этой ни с чем несравнимой смесью запахов отхожих мест, пота, дыма и кислятины. Сейчас стоило насладиться свежим воздухом и заходящим солнышком, медленно окрашивающим горизонт красными тонами.

Путь был не близкий. На то, чтобы переправиться из речных земель на равнины Гивдоша у него ушло четыре дня. И ещё три, чтобы найти лагерь генерала Фарлена. Не так уж и долго, если подумать. Но, по большей части, это заслуга кобылки, чем его. Звёздочка оказалась на редкость быстрой лошадкой, и, на радость наезднику, довольно покладистой. В одну из ночей он настолько сильно вымотался в дороге, что забыл стреножить кобылку, но на утро, к его радости и удивлению, спутница никуда не пропала, оставшись при хозяине.

Ночевать приходилось под отрытым небом, но привыкшему к подобному разведчику это не доставило особых проблем. Ночи были не такими холодными, как в безымянных горах, а новая одёжка, позаимствованная с повеления короля Ламира, оказалась довольно тёплой.

Дым от костров стал отчётливее. Теперь разведчик мог разглядеть и сам огонь, и снующих между кострами солдат. Их было не сказать, что много. Больше пятисот, но меньше тысячи. Маркус слышал, что Фарлен запрашивал ещё людей на передовую, но Ламир ему отказывал. Мол, угрозы войны ещё нет, а значит, и незачем людей туда-сюда гонять без причины.

В то утро, утро его отъезда, он зашёл к главнокомандующему Герхарду, как тот ему и наказывал. Генерал выглядел смурнее, чем обычно, зорко присматриваясь к Ройверу из-под кустистых белых бровей. Одетый в свой кожаный военный камзол поверх кольчуги, он сидел за своим небольшим дубовым столом, не чета королевскому, и барабанил пальцами по его потёртой поверхности.

– Разведчик Маркус Ройвер по… – начал, было, Маркус.

– Заткнись и сядь, – оборвал его Герхард и Ройвер сел на свободное место, напротив главнокомандующего, пытаясь понять, чем рассердил старика.

Генерал молча, как будто даже с осторожностью, протянул разведчику письмо.

– Это генералу Фарлену. Лично в руки, – уточник Герхард.

– Есть, – коротко ответил Маркус, памятуя о рассерженности главнокомандующего и не желая повторно навлечь на себя его гнев.

– Маркус, – устало обратился к нему генерал. – Думаю, ты догадываешься, что в наших рядах затесался предатель?

Сказать, что Ройвер удивился такому вопросу – это ничего не сказать. Конечно, он и сам думал поговорить об этом с Герхардом, но никак не думал, что старик начнёт этот разговор первым.

– Догадываюсь. И эльфы тоже об этом знают. Я хотел поговорить с вами об этом. Только на счёт вас я и уверен, – признался разведчик.

– Фарлен тоже с нами. Думаю, что Дирген тоже чист, но пока я не ввожу его в курс дела, – сказал главнокомандующий.

– А на счёт кого вы уверены? – поинтересовался Ройвер.

– Всех их покажет тебе Фарлен. Я отправляю всех, кому доверяю, на север.

– И меня… – обронил разведчик.

– И тебя, – согласился Герхард

– А как вы узнали на счёт меня? – решил спросить Маркус.

– Тебя ненавидит Ламир и любят эльфы. Эльфы видят лучше и глубже человека, а Ламир один из тех, кого я подозреваю.

– Неужели король… – ужаснулся Ройвер. Он, конечно, недолюбливал короля, да это ещё мягко сказано, но одно дело просто не любить, а другое дело знать, что король – предатель.

– Ламир, Гомер и Грин. Могу руку дать на отсечение, что кто-то из них предатель. А может и все трое. Пока я ничего не могу доказать и не знаю всех фигур на доске, – прошептал генерал. – Тебе же я приказываю молчать об этом. Если кто-то узнает о чём мы с тобой говорили, нас казнят за государственную измену.

– Есть, – только и ответил Маркус. Герхард кивнул.

– Просто знай и не болтай лишнего при других. Если будет что-то важное – иди сразу ко мне или к Фарлену, понял?

– Так точно! – тихо сказал Ройвер.

– Вот и отлично. Теперь ступай, если тебе больше не о чем сказать.

Маркус поколебался немного, стоит ли говорить главнокомандующему об Ае и кристалле внутри него, но решил промолчать. Пока нужды в этом не было, так что…

Город он покидал в спешке. Собственно, лошадь, которую он взял, принадлежала королю. Звёздочку он забрал по грамоте от генерала Герхарда, в которой значилось, что он может взять любую лошадь из королевской конюшни. Ройвер прекрасно знал, чья это лошадь, и просто не мог упустить такой возможности.

Одёжку он тоже взял не из простых. Лакей прекрасно слышал последний крик короля и поспешил выполнить его в лучшем виде. Маркус оделся в дорогие качественные лёгкие доспехи из плотной чёрной кожи, будто так и нужно было. Квил даже не подумал о подвохе. Ройвер лишь надеялся, что тому не влетит за это.

Уже распрощавшись с Квилом, разведчик вспомнил про меч, хлопнув по пустому ремню. Добродушный лакей открыл ему оружейную, позволив Маркусу самому выбрать себе оружие. Ройвер сначала хотел взять что-нибудь дорогое, из ряда вон выходящее, но пришёл к выводу, что меч лучше взять простой, но качественный, что он и сделал.

Лагерь окончательно вырос перед глазами и в нос ударило той самой смесью давно забытых ароматов лагерей. Маркус невольно скривился и все воспоминания повылетали у него из головы, будто сбегая от всей этой вони.

В лагере кипела привычная жизнь. Кто-то таскал воду; кто-то носил брёвна на северную сторону лагеря, матерясь, что есть мочи; вдалеке копали ямы, видимо под новые отхожие места; ближе к центру лагеря гудели голоса, приправленные долей азарта; с восточной части доносился запах съестного, видно именно там располагались полевые кухни. Он проехал мимо группы солдат, столпившихся вокруг двух перевёрнутых бочек. Они видно играли в какую-то новую, ещё незнакомую Маркусу, игру и были столь увлечены, что не обратили на путника никакого внимания.

Солдаты бросали на него редкие взгляды, но своего всегда узнаёшь издалека, так что и вопросов никто не задавал. По крайней мере, пока он не приблизился к большой белой палатке на пригорке.

– Стой, кто, куда? – остановил его стражник в красном. Тяжёлый доспех и уставшее, ничего не выражающее, лицо говорили о долгой службе и кое-каком опыте. Маркус решил не издеваться над ветераном.

– Мне нужен командующий северным корпусом, генерал Ричард Фарлен, – официально заявил Ройвер. – У меня сообщение от главнокомандующего армией, генерала Герхарда.

Стражник прислонил алебарду к столбу, рядом с палаткой, и, слегка отодвинув полог, что-то спросил.

– Заходи, – бросил он Маркусу через несколько секунд.

Ройвер спешился и огляделся по сторонам.

– Под, сукин ты сын! – крикнул гвардеец. – Вечно он так, – как бы извиняясь, обратился гвардеец к разведчику.

На его крик прибежал парень лет пятнадцати. Видно новобранец, пока исполняющий обязанности по типу «принеси-подай». Красные щёки, сальные чёрные волосёнки, тёмные поросячьи глазки и пухлые губы. Нелегко же ему будет служить. Ох, нелегко.

– Почисти и накорми как следует, – наказал пареньку разведчик, бросив тому монетку.

Глаза новобранца загорелись и он, радостно кивая, забрал звёздочку под уздцы.

Отряхнувшись от дорожной пыли, насколько это было возможно, Ройвер вошёл в палатку. Внутри было темнее, чем ночью в поле. Единственным источником света служила масляная лампа, которой хватало лишь на то, чтобы осветить стол и человека за ним. Фарлен, сгорбившись над картами, стоял к разведчику лицом, упёршись прямыми руками в стол. Они не виделись больше года и за это время генерал потерял в волосах и прибавил в животе. «Ну, этот хоть в шелка и бархат не рядится» – подумал про себя Маркус. Чёрная борода, казалось, посерела, а лицо осунулось. Тяжело ему даётся командовать севером. Ричард никогда в этом не признается, но у него на лице всё было написано.

– Ты прям как по заказу, Ройвер, – осклабился Фарлен.

– И тебе привет, Ричард, – улыбнулся разведчик и, подойдя ближе, через стол пожал руку генералу.

Только сейчас он заметил, что они в шатре не одни. Коренастый тип в коже поверх кольчуги и коричневом плаще разведчика, ютился слева, в тени шатра, как можно дальше от лампы, которая больше озаряла правую часть палатки. Он сделал шаг вперёд и Маркус разглядел густую короткую бороду, цвета сажи, и широкий вертикальный шрам на суровом квадратном лице. Справа, за вторым столиком, за какими обычно сидят писари, сидел молодой блондин в красном потёртом плаще, видимо какой-нибудь сержант или молодой командир. Парень глазел на новоприбывшего Ройвера своими изумрудными глазками, сверкающими в свете лампы, и странно улыбался, будто бы зная всё на свете. Маркус терпеть не мог людей, которые улыбались подобной улыбкой.

– Гарис, – генерал указал на здоровяка, – только что прибыл. Он разведчик, как и ты, ветеран.

Ройвер протянул разведчику руку и тут его осенило.

– Так ты каменный Гарис? – пожимая руку здоровяку, спросил он. Гарис слыл настоящей легендой севера.

– Он самый, – улыбнулся разведчик. – А ты тот самый Ройвер.

– Я думал, что ты давно уже командир.

– Таких как мы не повышают, – ещё шире осклабился здоровяк. Маркус невольно улыбнулся. Этот парень ему определённо нравился. – Я давно о тебе ничего не слышал. Даже начал думать, что ты погиб.

– В последнее время мне не дают продыху, отправляя из задания в задание, так что мне и похвастаться некогда было, – пошутил Маркус.

– В этот раз я тебя тоже не обрадую, – грустно прервал их беседу Фарлен.

– Я только прибыл, – упавшим голосом, жалобно протянул Ройвер.

– Прости, но дело не ждёт. Как я уже говорил, Гарис только что прибыл. Буквально за полчаса до тебя. Он сообщил, что на севере Пирита собираются вайраки. Они идут к лесу Вол. – Генерал прочистил горло и, отпив из кружки, продолжил. – Дело в том, что у леса Вол, буквально в трёх-четырёх днях от нас, стоит лагерь арденитов. Я только что отправил ворона к ним, но времена нынче неспокойные, да и птицы, сам знаешь, долетают через раз. Нужно их оповестить, предупредить. А заодно и разведать обстановку в самом лесу. Понял?

– Из седла в седло, – нахмурился Маркус. – Там-то можно будет передохнуть день, перед разведкой?

– Думаю, да. Но, лучше бы, обойтись без отдыха. Сейчас дорога каждая минута, Ройвер. Чую, пахнет войной. Если мы не поймём откуда ждать беды и не нанесём упреждающего удара…

– Понял-понял, – выставил руки перед собой разведчик. – Значит, выступаю немедленно.

– И не один, – сказал Фарлен. – Гарис и Нирван пойдут с тобой.

– Я лучше работаю один, – снова нахмурился Маркус.

– А я и не заставляю тебя с ними работать, – сказал Ричард, картинно задрав брови. – У Нирвана там своё задание, а с Гарисом вы пойдёте в разведку порознь. Так больше шансов, что хоть кто-то из вас выживет и я узнаю, что там происходит.

– А ты добрый, – ухмыльнулся Ройвер.

– Но я с ним согласен, – вставил здоровяк. – И с тобой, Ройвер. Я тоже привык работать один.

– Это хорошо, – кивнул ему Маркус, и они улыбнулись друг другу.

– Ну чтож, – хлопнул в ладоши Фарлен. – Думаю, вы на месте сами разберётесь, что делать. Если что, отправляйте воронов. Я точно знаю, что у арденитов они есть. А теперь, парни, я бы хотел поговорить с Ройвером наедине.