Симуляция требует времени

— Приветствую Вас снова! Я благодарен видеть Вашу поддержку этого скромного места.

— Мистер Кейлен!! Ну Вы нас и напугали! — вид у Зои и впрямь был слегка ошарашенный. — А клуб сегодня на это... не занят на праздник?

— Ни в коем разе. В нашем клубе хватит места для всех, об этом вам не стоит беспокоиться.

Пауллин робко стояла в стороне. Но долго так продолжаться не могло. Она несколько раз глубоко вдохнула воздух. Тут же, «распробовав» знакомый аромат, на её лице появилась блаженная улыбка. Вот, тут пахнет так же, как и в бассейне, а там она кто? Апполинария! Так что пора взять себя в руки!

— Мистер Кейлен, скажите, а Вы сам какие вечеринки и праздники любите? — Пауллин тут же прикусила язык. Какой же это наивный вопрос! Не к месту, не к месту, не!..

— Хороший вопрос. — Кейлен быстро улыбнулся. Свет стробоскопа на секунду отразился от его чистых передних зубов. — Если Вам интересно, мой любимый праздник

— Новогодняя Ночь. У этого торжества очень интересная история, могу посоветовать её изучить.

— Я обязательно почитаю об этом, как будет время!!... Знаете, я где-то месяца два назад даже писала про карнавальную ночь тридцать первого декабря. — Она смущённо улыбнулась и посмотрела на Кейлена, тихо добавив: — Я могу позже прочесть.

— Отлично. Я надеюсь, Вы останетесь у нас как можно дольше, и мы успеем послушать Вашу поэзию.

Ну вот что это он говорит?! Ещё и смотрит так спокойно и пристально...

— Ох, да какая там поэзия... Просто стишки.

— Пауллин встряхнула головой, как бы говоря о том, что парень преувеличивает.

— Да подождите вы!! Мы вообще только искали Майка и... — Зои привстала на цыпочки и собиралась всё объяснить. Но Кейлен вовремя остановил подступающий поток слов:

— Он сейчас проводит время в караоке- комнате. Я могу сообщить ему о вашем визите...

Сообщать о визите дворецкому не довелось, так как Майк в буквальном смысле вывалился из караоке-комнаты, смеясь и крича что-то вроде:

— Всё, приятели, повеселились и хватит! Ещё на сеанс опоздаю... — неведомая сила держала Майка, не давая ему выйти из караоке-комнаты окончательно. — Астрид, ну отпусти меня уже!..

Неведомой силой оказалась коротко стриженная платиновая блондинка. Майк усмехался, но под его глазами не было ни одной «морщинки счастья».

— А если отпущу, упущу такого милашку! — лениво протянула Астрид, хитро усмехаясь.

— Астрид, я занят. В целом за-ня-тый мужчина! — Майк показательно выдернул жилетку из рук девушки и быстро направился к центру холла.

Компания молодых людей громко засмеялась, приняв слова парня за очередную острую шутку. Майк лишь хмыкнул и с обидой смотрел куда-то в сторону.

— Ну привет, девчонки... — Майк шумно выдохнул и чуть устало улыбнулся подругам.

— К киносеансу все готовы?

— Так точно, капитан Брейв! — Зои залилась доброжелательным смехом.

Но Майк почему-то подошёл к девочкам вплотную, тихо, ещё более «замучанно» говоря:

— Вы не знали, но тут в клубе есть одно негласное правило. В присутствии людей, которые, скажем так, не в курсе всего, обращаемся друг к другу исключительно так, как в жизни. Лады?

Зои поспешно закивала, показательно приложив указательный палец к губкам.

— А разве здесь не каждый знает о... — робким шёпотом начала было Пауллин.

Майк перебил её чуть раздражённо:

— Нет же... Поймите, мы... — он снова постарался улыбнуться. — Вип-гости! А вип- гостей здесь от силы процентов тридцать.

Он сел на розовый диванчик и нарочито постучал по нему, намекая на то, чтобы Зои и Пауллин последовали его примеру. Девушки растерянно сели по две стороны от Майка.

— Подождём минуту, не больше.

Майк нажал на запуск таймера в телефоне и ещё какую-то кнопку. Как только он это сделал, двое, а именно незнакомые Пауллин парень и девушка, поспешно вышли из караоке-комнаты.

Не прошло и двух минут, как они уже все впятером, не считая Кейлена, шли по тёмному коридору в «вип-зал». Каждый по- своему предвкушал предстоящее приключение.

Незнакомцы бурно обсуждали тот факт, что они уже как две недели не были в клубе. У парня на одном ухе был наушник, и одновременно с разговором он неустанно водил пальцами по телефону, явно побеждая в ритм-игре.

Зои была, как всегда, энергична и пыталась заглянуть в телефон незнакомцу.

Происходило это под аккомпанемент осуждающих взглядов незнакомой девушки в сторону Зои.

Майк, пользуясь периодическими паузами в разговоре, раздавал своей команде указания по поводу приближающейся игры.

Пауллин слышала просьбы Майка ещё хуже, чем незнакомец в наушниках.

Она смотрела на Кейлена, не отрывая взгляда. Хорошо, что дворецкий развёрнут спиной и не знает об этом...

— Хочу предоставить Вам небольшой совет по поводу будущей игры. — вдруг монотонно начал Кейлен, так и не повернув голову к компании знакомых.

— Не забывайте смотреть по сторонам и не фиксируйте взгляд на одном объекте или же субъекте подолгу. Это поможет вам не растеряться в случае внутриигровой опасности.

Пауллин пропустила мимо ушей слова о какой-либо опасности. Сейчас опасным был только уровень румянца на её щеках.

Погодите-ка... А как Кейлен почувствовал её взгляд? Взгляд чувствуют на спине только в стихах и сказках! Впрочем, он и выглядит так, будто пришёл прямиком оттуда...

Лишь вступив на территорию «спа-портала», Пауллин почувствовала себя как дома. Не того дома на 11 этаже. Она чувствовала себя чуть ли не лучше, чем в родном городке Анси. Даже лучше, чем когда после прогулки у озера возвращалась домой. Чем когда единственной её заботой на следующие полчаса была инвентаризация принесённых с пляжа камушков.

Думая так, Пауллин засмотрелась на сверкающую гладь воды круглого бассейна.

Только сейчас она заметила, что форма рукотворного «водоёма» — далеко не идеальный круг. Скорее идеальная, можно даже сказать, «иконическая» капелька дождя. Такая, которую не стыдно поместить на соответствующую иконку прогноза погоды. Раздражённый голос незнакомого парня резким рывком вытянул Пауллин из пучины размышлений.

— Это водонепроницаемые! Чё пристал!

Фыш!

— Пожалуйста, не заставляйте меня повторять просьбу дважды. — А вот голос Кейлена как всегда ласкает слух. Хм, кажется, он снова идёт эхом...

— Вали ты, я для трансформации такую крутельку забабахал! — уже жалостливо протянул незнакомый паренёк.

— Положите наушники и телефон возле бассейна. Пожалуйста.

Осознав всю непреклонность дворецкого, «бунтарь» покорно протянул наушники в его руки.

— Возле бассейна. Благодарю.

«Геймер» только хмыкнул и показательно бросил своё «сокровище» на пол. Кейлен кивнул и сделал маленький, аккуратный шаг назад. А затем и вовсе скрылся за дверью. А за ним, будто на конвейерной ленте, поехали предметы техники незнакомца. Парень со звонким криком отскочил с места происшествия.

— Не беспокойтесь, в нашем клубе есть некоторые места, оснащённые конвейером.

Это сделано исключительно для Вашего удобства. — Монотонный голос Кейлена оказывал на Пауллин чудодейственное влияние. Потому даже когда дворецкий ушёл окончательно, она смотрела на свет, пробивавшийся сквозь щель в двери, улыбаясь. Только после того, как девушка переоделась и за руку с Зои нырнула в бассейн... до неё дошло, что произошла первая в истории её посещений клуба ссора.

Пауллин уже безо всякого страха открыла глаза и снова очутилась в окружении фиолетовых пузырьков.

— Добро пожаловать в симуляцию! Вы будете направлены в свободную группу.

Девушка не могла не усмехнуться, снова услышав свой любимый тембр. А что, она, Аполлинария, имеет право считать голос дворецкого любимым! Мало ли, что «Пауллин» думает по этому поводу...

— Количество человек там сейчас — четверо.

Интересно, а где сам Кейлен находится во время того, как делает объявление?

Апполинарии хотелось это выяснить. А потому она попробовала «проплыть» в сторону. Но будто какая-то невидимая стена заграждала ей путь.

— Пожалуйста, оставайтесь на месте. — Ей показалось, что голос Кейлена дрогнул, говоря это. — Возможно, Вы хотите обновить Ваш образ на более подходящий текущей сессии? Пропойте ноту «до», если не согласны с выбором. Пропойте ноту «рэ», если хотите поменять амплуа.

Пауллин не была знакома с нотной грамотой близко. Но Аполлинарии в этот момент показалось, что она и есть музыка. Девушка сразу взяла точную «рэ». Наступила пауза.

Эта неловкая тишина длилась с минуту. Пока она висела в воздухе, Аполлинария увидела, что пузырьки стали отблёскивать радугой и в целом двигались причудливо. Внезапно все пузырьки замерли, как по команде.

Девушка нервно сглотнула слюну.

— Благодарю за Ваш выбор. — В голосе Кейлена была слышна улыбка. — Напомню, что тема Вашего погружения — «Космические спасатели». Ориентируйтесь на неё, когда будете создавать образ.

Пауллин уже было пожалела, что слушала Майка вполуха. Апполинария не понимала, что в этой теме неясного.

Правая рука с пафосом откинута в сторону.

Сделать вид, будто одним движением надевает перчатку. Благо, «притворства» здесь достаточно, чтобы получить то, что хочешь. Это касалось каждого последующего предмета гардероба. Волосы, если махнуть головой, приобретают нужный «звёздный» оттенок. Древнегреческий венок заменят созвездия, прикинувшиеся обручем.

— Хороший выбор. — В момент, когда Кейлен сказал это, улыбаясь... А девушке не нужно было видеть его улыбку, чтобы знать, что она есть! В этот миг ни о какой «Аполлинарии» и речи быть не могло.

Но её образ уже на ней, или же она уже в нём. А о подходящей локации Кейлен позаботится сам.

Апполинария чувствовала себя самую малость... пристыженно. Слушать руководство Майка было бы хорошим решением, если бы она приняла его вовремя.

Перед ней простирался огромный, тёмный лабиринт с люминесцентными узорами на каждой из стен, за которым и разноцветного звёздного неба не было видно. Только запрокинув голову глубоко назад, можно было догадаться, что они находятся в открытом космосе. Или же на планете, к которой в очередь на дружбу записались чуть ли не все беспризорные спутники. Вид на них тоже был преграждён блоками неизвестной науке твёрдой текстуры.

— Апполинария, не хочу тебя упрекать, но я же всё доходчиво объяснил... — Брейв ещё раз оглядел девушку с ног до головы. — Тебе это-о-о... — протянул он, разминая плечо, закованное в плотно прилегающую ткань полиуретанового комбинезона. — Юбка не помешает?

Апполинария краем глаза видела, как незнакомый парень, уже обзаведшийся тонким неоновым хвостом под цвет фиолетовых волос и чёрным кожаным комбинезоном, захихикал. Брови поэтессы сами собой приблизились к переносице. Она показательно громко вздохнула. На её вздох тут же повернула голову Зои. До этого она мелодично стучала каблуком высокого белого сапожка по полу, призывая очередной вихрь снежинок.

Ковбой, в свою очередь, сглотнул слюну и продолжил требовательно смотреть на Пауллин:

— Но моё слово таково — не помешает юбка мне. — Апполинария чуть виновато улыбнулась Брейву. — Да только мнение своё, — она гордо подняла голову, глядя прямо на «парочку новеньких», — друзья, держите при себе.

Хвост «кожаного мышонка» нервно дёрнулся:

— Не парься, девочка. Никто тебя не осуждал и не обсуждал. Ты думаешь, кому-то нада-а- а? И ваще, хочу играть! — он резко застегнул молнию на комбинезоне повыше. Приняв околобоевую позицию, скорее похожую на первое движение некоего модного танца, он истошно крикнул:

— ЗАРЯДО-РАЗРЯ-Я-Д!! — и тут же отлетел на пару метров назад, отбрасываемый потоком молний из своих же ладоней.

Апполинария драматично закатила глаза и снова вздохнула. Это заметили все собравшиеся. Но никто не должен был видеть, что девушка обеспокоенно закусила губу. И никто не мог знать, о чём она сейчас переживает. Пусть рука Апполинарии уже вовсю репетирует изящные движения на случай, если Кейлен распределил ей силу тоже...

— Слушай, — Брейв подошёл к девушке ближе, аккуратно положив руку ей на плечо.

— Ты разве силу не выбирала? Ещё в прошлую игру.

— А? Силу? Не помню... — робко и честно ответила та.

— Значит, Кейлен должен был дать тебе любую из базовых... Какие там стихии есть...

— Брейв стал по очереди загибать сильные смуглые пальцы. — Вода — это у Зои, модификация... Остаются земля, ветер и свет. Что значит...

— У тебя земля? — Пауллин чуть саркастично вздёрнула бровь.

— Нет же, у меня-то не базовая!... Ладно.

Забудь. Паулли-полинария, попробуй-ка сделать движение поразмашистей.

«Паулли-полинария» прислушалась к совету.

И почувствовала что-то... Будто некая нить связывала её руку и... стену? Неужто земля?

Или ветер? Она чуть испуганно обернулась в сторону, откуда чувствовалась тяга.

Нить шла прямиком от люминесцентной звёздочки. Пауллин аккуратно пошевелила рукой. Затем потянула нить на себя. Та стала тёплым, светящимся клубком в руках девушки. Да вот только звёздочка на стене потускнела. Зои... То есть Айси Спаркл, наблюдала за действиями подруги, затаив дыхание.

— Как мне вернуть её обратно? — в голосе Пауллин читалось чуть ли не отчаяние. С тем же выражением поэтесса смотрела на подругу.

Айси задумалась, вскрикнула что-то вроде: «О!» — и попыталась изъять клубочек из рук растерянной Апполинарии. Клубок не поддался, так ещё и обжёг Айси, которая принялась прыгать на одной ножке и дуть ледяным дыханием на мизинец.

— Прости, пожалуйста!! — Апполинария так испугалась за подругу, что уронила клубок.

Он сам собой переместился в исходную позицию звезды на стене. — Где бы пластырь здесь достать... И руки больше не сжигать... — поэтесса аккуратно взяла руку подруги со словами: — Не очень болит?

— Вроде нет... — неуверенно пролепетала Айси.

Тут у Пауллин появилось необъяснимое желание дотронуться до мизинца подруги.

Такая же тяга, как с той нитью от звезды.

— А если так? Не болит ведь?

Апполинария едва коснулась пальца Айси, отчего та взвизгнула. Но ожог на её пальце начал исчезать. А вскоре и вовсе пропал.

Айси моргнула пару раз и стала с интересом разглядывать свой мизинец.

— Ого, я даже и подумать не могла, что такая сила доступна!!... А! Придумала! — Зои исполнила элегантный реверанс. — О превосходный свободный поэт Апполинария, не соизволите ли стать моим придворным лекарем?

— Ваше Высочество, я, конечно, приношу свои извинения... Но есть ли у Вас замок?

Зои так и застыла в позе реверанса, издав в шутку обиженный писк. Апполинария и не заметила, что одна из малюсеньких звёзд на стене совсем потухла.

— Ну что тогда... Все, кто готов к игре, руки поднимите, и начнём. Повторю для... особо экзальтированных. — Майк тепло усмехнулся, а потому ни поэт, ни принцесса не смели обидеться. — Сегодня у нас сражение с пришельцами. Уб...вать, — слово Майка прозвучало заглушённо, а буква «и» вообще пропала в тишине, — мы их не собираемся, просто обезвредим... Одного за другим! — озорная улыбка появилась на лице ковбоя. — Ну что, начинаем?

Все три руки взлетели вверх как по команде.

— Постойте. Небольшая задержка... Где Джулия? — шериф вопросительно повернул голову к крашеному парню.

— А она скучанула с вами, занудами, и на другую позицию попёрлась. — лениво ответил «мышонок».

— Ладно, только ты б сказал ей, что разделяться опасно... КЕЙЛЕН, НАЧАЛИ!

Не успела Апполинария опомниться, как почувствовала на своём плече чью-то липкую руку. Только девушка хотела обернуться и «познакомиться» с её владельцем, сюрикен в форме звезды шерифа промчался прямо возле её уха, а за спиной раздался громкий хлопок, смешанный с простой мелодией из трёх нот.

Перед носом Пауллин взлетели конфетти.

— Вот и они... — сюрикен, словно бумеранг, вернулся в руку ковбоя. — Поэтесса, не время мечтать! Возьми энергию света в руки и держи ухо востро.

Апполинария судорожно вздохнула и потянула нить света на себя. Цветной клубок в её ладони был полностью готов к сражению. Сама Апполинария — не то чтобы очень.

А вот Айси не ждала чужой готовности. С боевым кличем:

— ПРИКАЗЫВАЮ ВАМ ОТСТАТЬ ОТ МОИХ ДРУЗЕЙ, МОНСТРЯКИ! МЫ ВАС СЕЙЧАС КА-А- А-АК!..

Что именно принцесса собралась делать с пришельцами, уточнено не было. Пару раз встряхнув кистью руки, Айси получила три клинка в виде ледяных сосулек. С довольным «Ого!» она ринулась вперёд:

— Я исследую территорию!

— В первую же игру? — хмыкнул Брейв, напряжённо сжимая в кулаке сюрикен.

— Не бойся, как-то справлюсь! — смеялась Айси, уже напрыгивая на пришельца, замахиваясь сосулькой на его осьминожью голову.

Апполинария ждала дальнейших указаний шерифа. Ноги у неё немного дрожали, но девушка продолжала стоять, величественно подняв голову вверх. Что со стороны, скорее всего, было похоже на лебедя, внезапно заблудившегося в родном пруду.

— За мной, ребята, за мной! — скомандовал ковбой.

Поэтесса и «мальчик-мышь» мгновенно исполнили приказ. И следующий электрический разряд, и следующие пять поворотов внутри лабиринта, и первая, довольно неловкая, но всё ещё успешная атака Апполинарии — всё прошло под пристальным контролем Брейва. В той же подконтрольной суматохе прошли... Десять минут? Двадцать? Полчаса? Усталость не давала понять, сколько времени прошло.

Хоть бы Брейв не пропустил нужную звезду на небе...

Апполинария снова пожалела, что соврала.

И с тем, что слушала внимательно, и с тем, что юбка ей мешать не будет... Но если так подумать...

— ГРЯЯЯЯКХ! — раздалось над головой Пауллин дыхание с ароматом гнилой океанической рыбины.

Световая нить пронзила врага насквозь, и он с хлопком разлетелся на множество кусочков цветной бумаги.

Так во-о-от... Разве это враньё, когда ты просто не говоришь лишнего? Апполинария устало отряхнула юбку от «праздничных» остатков пришельца. Осмотревшись по сторонам, она обнаружила, что Брейв и «мышь» оторвались вперёд. Их силуэты стали маленькими точками, что вот-вот скроются за углом лабиринта. Поэтесса уже было побежала к ним, но её окликнул незнакомый девичий голос.

— Подержи мою руку-у-у! Мне страшно-о-о!

Перед Пауллин стояла русая девчонка в белом комбинезоне. Она была то подростком, то ли уже старше Пауллин. Лицо девочки постоянно меняло очертания. Едва заметно, но достаточно, чтобы определить её возраст стало невозможным. Фигура её тоже выглядела скорее аскетичной.

— Хо... Хорошо? Ты ведь из нашей группы?

Ты ведь та девушка из караоке, верно? — голова Апполинарии кружилась от беготни, а венок из созвездий покосился набок.

— Да из группы, из группы! Тебе что, важно, откуда я там! Говорю же... — из глаз девушки покатились невероятно крупные слёзы. — Мне страшно!

— Тише... — Апполинария сейчас ничем не отличалась от Пауллин. Кроме венка, перчаток, платья и причёски получше. Это нужно было срочно исправить. Апполинария понизила голос и молвила:

— Тише, дитя. Не нужно бояться, я сейчас тобой...

Девушка взяла незнакомку за обе ладошки.

Взглянула ей в глаза. «Дитя» почему-то коварно засмеялось. Апполинария увидела, что глаз у девочки... две пары...

— Ну ты и попалась, дурёха-поэтессочка! — заявила девочка звонким мужским голосом, плотно сжав руки Пауллин. Впрочем, левой рукой она всё же отпустила ошарашенную писательницу и резко вырвала из блестящей копны волос волосок.

— Ой, долго помнить меня будешь, poussin mouillé! — девочка без лишних раздумий положила волос Пауллин себе на язык и вмиг его сжевала. — Всё! Было ДНК ваше, стало наше! Что, цыпочка, не нравится?

Цыпа-цыпа...

Незнакомка с голосом паренька, теперь уже явно лет так двадцати пяти, взяла свободной рукой «глупую курочку» за подбородок.

— Как смеешь ты!..

Апполинарии не дали закончить стих.

Мощная тёмная рука потянула «целительницу» за плечо, и та, спотыкаясь, отлетела на безопасное расстояние.

Клинок чёрной рапиры был нацелен прямо в шею «девчонки с мужским голосом».

— Колись, негодяй. — Голос Брейва уже не звучал как диктор из рекламных роликов газировки. Не звучал он как голос обворожителя из низкобюджетного сериала.

Этот голос мог бы быть только у полицейского. Злого полицейского. — Что тебе надо от нашей новой подруги?

— Н-ни-ничего! И ты не можешь меня... — незнакомка упала на пол, смешно поджав колени, и сглотнула слюну. — Того этого, конфетишкой сделать! Это неприятно! И не хочу домой, не пойду! Там сыро, Пьерр сказал: «К кухне ни ногой». Nani shi ni... Ты ж знаешь, змеи у него кусючие, ух! Сжалься, я знаю, что ты добрый!

— А ну живо, — шериф оставил всю эту болтовню без внимания. — Прими правдивую форму, пусть Апполинария... — Брейв посмотрел на девушку с укором и сожалением. — Полюбуется...

— Ой-йо-йо-о-о-ой... Любоваться-то есть чем.

— Девочка встряхнула головой. Слышен был звон бубенцов, таких, которые шуты обычно носят на своих шляпах. И вот перед ковбоем и поэтессой уже черноглазый мужчина неопределённого возраста. Те глаза, что расположились, как у всех людей, возле носа, имели характерный азиатский разрез.

Но каких только глаз не было у него по всему телу... От такого разнообразия уже глаза Апполинарии разбегались.

Шевелюра мужчины по форме напоминала как раз те шутовские шляпы. А ещё, не будь они в игре, вызвала бы поток вопросов о доступности геля для укладки в магазинах.

— Ну что, что, нравлюсь тебе, petite dévergondée?

Апполинария стала такой красной и так сильно сжала руки в кулаки, что, видимо, уже хотела сама была не прочь сделать с нахалом то, что Брейву ранее даже сказать не дали. Шериф не знал французского, но рапира уже оставила поверхностный разноцветный след на шее шута.

— А ну, следи за языком, Харольд! В мою смену ты здесь никого не обидишь!

— О-о-о, а тебе она нравится? — ехидно засмеялся шут. — А ты ей нравишься! Давай, Пауулиша, поцелуй его, покажи мне, как надо целоваться!

Апполинария чувствовала стыд. Такой сильный, будто его ничто не сможет успокоить. Но с этим она погорячилась.

Ведь отовсюду снова послышалось знакомое эхо.

— Приносим свои извинения за незапланированное нападение марионеток.

Компенсация за данное недоразумение — бесплатные 20 минут дополнительно к вашей сессии. Если пожелаете, можете сменить локацию, чтобы отдохнуть.

Шут замер. Вернее сказать, застыл неподвижно. Глаза его были то ли испуганно, то ли со злобой устремлены вверх.

— Пойду я, пожалуй...

— Да, пожалуйста. — В голосе Кейлена появилась... незнакомая ещё ни Апполинарии, ни Пауллин нота. Не оттенок загадки, не что-то вроде заговора во благо, ни даже той же строгости. Он будто забыл, что вообще собирался сказать. Тому была подтверждением длительная пауза, во время которой звёзды на стенах где-то процентов на десять утратили свет.

— Возвращайтесь на своё место. Так будет лучше для каждого из вас.

— Иди! Чтоб ноги я твоей здесь не видел! — погрозил Брейв кулаком вдогонку Харольду.

— Козёл... В следующий раз разр...жу тебя!...

— тут Брейв остановился и добавил виновато: — Кейлен, дружище, извиняюсь, само сорвалось.

Дворецкий не стал отвечать. Шумом ветра был слышен его смешок и спокойное:

— Как вы относитесь к варианту пикника на планете огромных цветов?

— Звучит невероятно романтично... — Апполинария сказала это скорее сама себе.

Собравшись с силами, добавила: — Вы ведь присоединитесь к нам, правда?

Эхом послышался нервный писклявый смех.

— Благодарю, сегодня у меня действительно много работы на ресепшене. Но...

Благодарю, очень рад Вашему предложению.

Ах да, я хотел напомнить Вам, Апполинария, что на Ваш телефон пришло новое сообщение. Я не читал его, ведь это ни разу не вежливо. Тем не менее, там значилось имя «мистер Брукс».

— Ох... Это ведь мой начальник... Можно, я выйду? Я же смогу зайти обратно сегодня?

— Да, Вы сможете это сделать. — Голос Кейлена снова стал каким-то сухим. — Отправляю Вас в реальность через три, два...

На слове «один» Пауллин уже судорожно хватала воздух, выплывая из рукотворного водоёма. Прямо на купальник она накинула любимое светло-жёлтое пальто, забыв даже о переключателе режимов одежды. Ей срочно нужно на ресепшен. Срочно...

Пауллин чувствовала, что заблудилась так же, как и вчера. Хотя нет. Что-то стало другим. Может, дело в освещении? Все бушевавшие на входе лампочки были просто ничем по сравнению с неисправностью электричества здесь. Потому Пауллин почти на ощупь пыталась следовать к заветному синтетическому запаху. Вот, кажется, ей это удаётся! Ха, как необычно... Неужто Кейлен по просьбе Зои сменил освежитель воздуха?

Аромат такой свежий, натуральный, ежевичный... Хотя нет, скорее запах тёплого пластика... Но какой ещё пластик пахнет в точности как самая жгучая мята и самая сладкая вата одновременно?