- -
- 100%
- +
Пролог
Он подошёл ко мне и взвесил на ладони грудь.
Пользовательски, как будто я мешок с мукой.
Стиснула зубы, стараясь не плюнуть ему в лицо. А толку? Проклятая тварь даже не замечает моих гримас.
Смотрит только туда, вниз. Кажется, что ему вообще безразлично лицо. Разглядывает и ощупывает вторую грудь. Прихватывает пальцами сосок.
Стискиваю зубы сильнее и тихонько вою про себя – как бесит то, что от этих касаний становится горячо между ног…
– Привязка полная?
– Да, милорд.
Пропускает затвердевшую бусинку между пальцев. Играется, урод… Колени становятся ватными – вот-вот рухну. Да куда я рухну, руки то крепко скованы над головой…
А проклятая мразь всё равно зачем-то подхватывает меня под поясницу. Ещё один повод пощупать, или что?
Как же я вляпалась, Семнадцать Священных Звёзд…
Мысль рассеивается на полпути, когда его ладонь пускается в путешествие по животу.
Спускается по выбритому треугольничку – чувствую себя ещё более голой, чем на самом деле есть. Хотя куда уж ещё…
Твёрдо намереваюсь сжать бёдра и не позволить ему добраться туда… И понимаю, что ноги предательски расступаются под его напором. Грубая и жёсткая кожа его пальцев касается самых нежных мест. С нетерпением и ненавистью жду, когда проникнет внутрь…
Нет, на самом деле он не урод. У него чёрные длинные волосы, слегка испорченный горбинкой узкий нос… Высокие скулы и что-то такое индейское в разрезе глаз. И руки… такие руки, что я опасаюсь, что и без этой проклятой модификации позволила бы ему себя хватать… И от этого ещё хуже. Я уже не понимаю, где поработали палачи, а где на самом деле я. Да и к тому же…Красивых убивать всегда тяжелей.
А мне придётся его убить, иначе я никак не выкарабкаюсь из того дерьма, в котором завязла по уши.
Пальцы скользят кругом моего входа, распаляют искорки желания, заставляют их пуститься в пляс.
И я сама подаюсь навстречу. Проклиная себя. Убеждая: «Это просто секс…»
ГЛАВА 1
Всё это дерьмо началось три дня назад.
Началось спонтанно и, наверное, причиной было то, что вечером в пятницу мне уже не хватало денег оплатить номер в дешёвой припортовой ночлежке.
Впрочем, возможно, я бы впуталась в это дело и без всякой ночлежки.
Просто когда я сидела в баре, потягивая отвратный разбавленный местный лагер, ко мне подсел Дэвид Чембер, такой же отвязный авантюрист, как и я.
У нас с Дэвидом была парочка общих дел, и все они выгорали в хорошенькие суммы… Ха! Да если бы первое не выгорело, то мы бы не просто не стали больше работать… Мы бы свои буйные головы до ближайшей больницы не донесли.
Дэвид, как и я, любит рисковать. Так что б уж взял денежки – и залёг на полгода на дно. У него есть кураж, и работать с ним – всегда в кайф. А за делом обычно следует постель – и в этом Дэвид тоже хорош.
Одним словом, когда этот крепкий и не в меру харизматичный мужчина опустился за мой столик, я решила, что эта встреча сулит мне одно из двух: или сегодня ночью за номер можно не платить, или он предложит мне работу… И тогда за номер всё равно можно не платить.
Знамение так и так было хорошее. И, терпеливо ожидая, пока он закажет пива, я готовилась услышать его предложение.
Интуиция не обманула.
– Была когда-нибудь на Гуанаде? – словно бы невзначай поинтересовался мой визави. Рука его поднесла к губам кружку, и собеседник позволил мне лицезреть как напрягаются красивые бицепсы.
– Очень давно, – призналась я. Откинулась на спинку стула, ожидая продолжения, и Дэвид меня не обманул.
– Тут попался в руки интересный буклет, – Дэвид извлёк из заднего кармана джинсов разноцветную бумажку. Опустил на стол передо мной.
– Сердце Мистраля – уникальный экспонат, демонстрируется в первый раз. Хм… – я задумчиво разглядывала изображённый в шапке массивный рубин. Чтобы продемонстрировать размер, неведомый рекламодатель поставил рядом чашку кофе – рубин был примерно в её треть. – Одно из двух, – предположила я, – или туда набегут все медвежатники, которые найдутся в семи днях лёту, или сигнализация такая, что нас схватят ещё на орбите.
– Скорее всего… и то, и то, – пожал плечами Дэвид. – Но у меня есть план.
И понеслось…
Закупка снаряжения, подготовка корабля, изучение карт. Перелёт, ночная вылазка, пустые коридоры выставочного комплекса, редкие силуэты охраны на мониторе сканера.
Спуск на верёвке, серебристые лучи сигнализации… Вой, крики, беготня.
Лицо Дэвида и его протянутая рука.
Боль под рёбрами. Одно единственное слово «дерьмо» которое так и крутится на языке.
Потом всё, темнота.
В себя я пришла уже на суде.
Ну это я так культурно называют «суд», а вообще это был длинный тёмный коридор, вдоль которого тянулись ряды фиксирующих платформ – вертикальные перегородки, на которых такие же как я висели как колбаса.
Оказалось, бюрократии на Гуанаде нет. В том смысле, что никаких камер предварительного заключения, присяжных, прокурора и тем более адвоката – тоже нет.
Зевая от скуки, судья вынес приговор:
– Модификация в рабу желаний и на аукцион.
Впервые с начала этой маленькой, но очень неудачной авантюры я почувствовала страх. «Аукцион» – это ещё ничего. А вот «модификация в рабу желаний» – полный каюк.
Рэй
– Говорят, на Гуанаде самые лучшие рабыни, – голос Ленса прорывается сквозь мои собственные мысли.
Честно говоря, рабыни – последнее, что меня интересует. Свободных по уши хватает.
Я на этом рынке ради оружия. Толстячок старпом всё косит глазами на помост с обнажёнными невольницами, а как по мне, лоток с ассианскими лезвиями куда интересней.
Присмотрел пару экзотических игрушек, и подумываю отправиться к следующему лотку – тому, где огнестрел. Я его не люблю. Мало толку в абордажном бою. Или герметизацию нарушишь, или самому себе голову снесёшь.
А наземные стычки у нас случаются не часто. Не мой профиль. «Королева Мистраля» предпочитает брать добычу в открытом космосе.
Вот уже третий год как мы остерегаемся заходить в республиканские гавани.
Гуанада – редкое исключение, и то лишь потому, что у нас тут намечена сделка. Грех не воспользоваться случаем и не посмотреть товары, которых не встретишь и пиратских портах. А такие есть.
– Вот это куколка! – Ленс присвистывает так красноречиво, что я инстинктивно поднимаю взгляд.
И замираю, что б его, оценив…
Сандра Даймонд. Бриллиантовая моя.
Я это личико узнаю из ста тысяч лиц. Потому что в каждой второй таверне оно висит рядышком с моим. На доске почёта под надписью: «Назначена награда».
Я только сумму припомнить не могу – она, кажется стабильно растёт.
Кто-то сошёл с ума. Или я – или тот придурок, который её продаёт.
– Я б такую взял… – мечтательно заявляет Ленс.
– Вместо кока.
– Чего?
– Вместо кока, – повторяю я. – у нас денег на кого-то одного.
Ленс мнётся. Явно не хочет прощаться с надеждой на хорошую жратву. Но это правда – я действительно собирался подыскать нам нового повара, и действительно не смогу оплатить и то, и то.
Впрочем, нолики стремительно щёлкают в голове.
До Ленса ещё не дошло, потому он до сих пор старпом, а не капитан.
Сдать её галактической полиции по номинальной цене – самый простой вариант. Вряд ли тут за неё запросят тот же миллион, что дают там.
А могут быть варианты поинтересней… Например, заставить её работать на меня. Пускай сама себя выкупит. А я уж позабочусь о том, чтобы денег на это ей не хватило никогда.
Отбросив замечательное ассианское лезвие, которое в мгновение ока перестало меня занимать, медленно, но уверено продвигаюсь к помосту. Не смотрю ни на Ленса, ни на зевак, которых приходится раздвигать. Только на неё.
Чёрные волосы, такие же неопрятные, как на фото. Впрочем, ещё бы… Ночь в загоне для рабов проторчать. Глаза карие, зло блестят. Смотрит не на меня, вообще ни на кого. Поверх голов, как будто всех нас считает дерьмом. Ничего, лапочка, ты у меня быстро поймёшь, кто есть кто…
И абсолютно обнажена. А фигурка, между тем, ничего. Её на фотороботе нет. В нашем деле много мужеподобных, но это не тот вариант. Плечи узенькие, кожа загорелая. Умеет, видно отдыхать. Грудь небольшая и крепкая. Так и хочется положить на неё ладонь. Померить, так сказать – поместится или нет.
А, собственно, что такого?
Пробившись сквозь толпу, запрыгиваю на помост и подхожу к ней.
Её очередь ещё не пришла, и охранники пытаются заступить мне дорогу. А вот купчишка сразу же меня узнаёт. Даёт им отмашку, и те останавливаются по обе стороны от нас.
В глаза конфетке я больше не смотрю. Нечего остальным знать, какой тут интересный товар.
Пользуясь случаем, взвешиваю правую грудь. Весьма-весьма…
А неудачница прогибается, так и подаётся навстречу.
И тут я начинаю понимать ещё кое-что…
Или её накачали наркотой…
Бросаю быстрый взгляд на лицо – вот и нет. Абсолютно ясные глаза, да и на голых предплечьях следов от уколов нет.
Либо куда более интересный вариант… да она же модификант.
С трудом удерживаю желание расхохотаться. Быть не может, что мне так повезло. Но надо держать себя в руках. И проверить, прав я или нет.
Сжимаю пальцами её затвердевший сосок.
Рабыня так и плавится в моих руках.
– Привязка полная? – смотрю на её набухшую грудь, а обращаюсь к торгашу.
– Да, милорд.
По голосу слышу: он всё-таки понял, что сумел меня заинтересовать. Сейчас цену задерёт. Прощай кок.
Скольжу рукой по её животу – уже и сам не знаю, проверить хочу или что, потому что мне просто в кайф. Такая чувственная… А после того как куплю, будет полностью зависеть от меня.
Стоит пальцам коснуться её лобка, как у рабыни подкашиваются ноги.
Не задумываясь подхватываю её, и только потом понимаю, что она прикована к транспортной платформе. Не упадёт.
Ну, ничего. Всё равно мне нравится её держать.
– Сколько? – спрашивает Ленс у меня за спиной. Я эту интонацию знаю так хорошо, что не сомневаюсь – он сейчас или облизывается, или очень хочет это сделать.
Торговец называет цену. Нехилую такую цену, и я б её сбил вдвое. Но не в этот раз.
Во-первых, меня уже узнали.
Во-вторых, могут узнать её.
Значит, надо спешить.
– Ленс, отсчитай, – приказываю я.
Тот недовольно сопит, но мне наплевать. Я полностью погружён в созерцание того, что находится передо мной.
Стоит коснуться груди, слегка прижать сосок – как покупочка начинает тяжело дышать. Я почти ощущаю исходящий от неё жар.
Нет, галактической полиции не по карману такой товар.
Наконец, в мою ладонь ложится хозяйский браслет. Повинуясь распоряжению торгаша, стражник отстёгивает товар.
Напоследок окидываю взглядом обнажённое тело и приказываю:
– Иди за мной.
ГЛАВА 2
Ах эта прекрасная, расчудесная, вольная планета Гуанада… Что б ей в болоте утонуть. Тропики кругом, жара вырви глаз. Море плещется где-то вдалеке.
А я шагаю голая следом за каким-то мудаком.
Три часа на верёвочках на городской площади почти что сумели меня смутить. Столько жирных ублюдков с сальными взглядами я не видела за… последние десять лет? Ладно, вру. Но за последнюю пару недель – уж точно.
Мне, наверное, надо бы радоваться, что купил меня красавчик. Да только вид массивного стального браслета на его запястье как-то не содействует веселью.
По правую руку тянутся лотки с ассианскими лезвиями. В любой другой ситуации – остановилась бы посмотреть. А сейчас и вовсе посещает мысль стянуть одно-другое… С торговца не убудет. Вот только куда я его спрячу?
Даже ТАМ наверняка возьмётся проверить. Да и как-то… пораниться можно.
Отвернувшись от лотков, принимаюсь разглядывать подтянутый зад новоявленного «хозяина». В чёрных штанах узкие бёдра смотрятся очень ничего. Или это опять модификация даёт о себе знать?
Дрянь… Как же я могла вляпаться в такое… то.
Прекрасная, вольная планета Гуанада славится своей природой. Тем, что больше чем на половину независима от Республики. И ещё тем, что местные мастера программируют идеальных рабов.
Не знаю, в чём соль этой технологии, но кое-что теперь успела испробовать на себе.
«Рабы желаний» – модификанты, предназначенные для постельных развлечений. С одинаковым успехом используются как в борделях планеты, так и продаются на экспорт. У нас же политкорректность, что б его. И право наций на самоопределение. Вот кто самоопределил своим культурным достоянием программирование рабов – тот и будет их штамповать. И галактической полиции как бы всё равно.
Впрочем, что это я… Тут, на Гуанаде, этой самой полиции, видимо, вообще нет. Иначе вместо того, чтобы продавать меня на рынке – уже запаковали бы в какую-нибудь орбитальную тюрьму.
Вот только как не убеждаю себя, что мне повезло – верится с трудом.
О том, как моё тело весь день подгоняли под новую функцию – где растягивали, а где уплотняли, тьфу ты… В общем, об этом как-то не хочется вспоминать.
Стараюсь не унывать и думать о будущем. И не из такого выбирались, в конце концов.
Хотя, честно говоря, ситуации более плачевной припомнить не могу…
Будущее, будущее… А «будущее» моё, видимо, вот этот самый зад. Очень символично, надо сказать.
Зад останавливается, так что я врезаюсь в него на полном ходу. Спина мужчины, затянутая в чёрную облегающую майку, оказывается прижата к моей обнажённой груди.
Хочется верить, что ему от этого так же… странно… как и мне.
– Дальше я не иду, – спокойно, даже не оборачиваясь, говорит он. Обращается, конечно же, к своему коротышке-спутнику, а не ко мне.
Вот этот кадр достоин быть выставлен в галерее вместо моего рубина. Ножки короче ушей – папаша у него, что ли, дарсул? Мордаха вполне человечья, а глазки бусинками, как у гоблина какого. И как он облизывался, стоя у своего дружка за спиной… Брр. Не хотела бы остаться с ним наедине. По крайней мере, без ассианского клинка.
Пока я обдумываю эту перспективу, двое о чём-то переговариваются между собой. Из обрывков фраз понимаю только то, что у главного были богатые планы на день. И что, похоже, эти планы обломались из-за меня. Подтянутый зад собирается отвести мена на корабль, а на какую-то там сделку отправляет своего толстячка.
Толстячок недоволен, ему, видимо, страшно, но спорить с подтянутым задом, похоже, себе дороже. Стоит спору выйти за рамки дружелюбия, его интонации заставляют ушастого гоблина заткнуться и даже изобразить подобие поклона.
– Как скажете, капитан, – изрекает он, и, свернув на другую улицу, направляется прочь.
«Капитан», тем временем, оборачивается ко мне.
Насторожённо смотрю на него. Не знаю, чего ждать. Ах вы ж Семнадцать Звёзд, пошлите мне хоть самый ржавый нож… Зарежу его, стяну браслет и всё, только меня и видели.
Увы, ножика нет.
Есть невероятно нахальный гад, который приближается ко мне и снова прижимается – только теперь уже грудью, а не спиной.
Рука скользит по моему позвоночнику. Следом за пальцами бегут мурашки и снова между ног становится горячо. Вот так, с полоборота. Вот же дрянь…
– Нравится? – у самого уха раскатистым полушёпотом интересуется гад.
– Да…
Это что, сказала я?
Шаловливые пальчики спускаются всё ниже. Опасно низко. Проникают в ложбинку между двух округлостей, и я задыхаюсь, когда он касается меня там. Обводит пальцем колечко ануса, ставшее вдруг необыкновенно жадным. Никогда, никогда я не увлекалась такими играми! Пробовала пару раз – но что бы так от этого возбуждаться – никогда!
А сейчас палец играет со мной. Дразнит. Сводит с ума. И я с отчаяньем думаю, что приму от него всё. Пусть возьмёт меня хоть как. Здесь. Сейчас.
– Тебе понравится всё, что я захочу с тобой сделать, – эхом вторят безумным мыслям слова мудака. У самого уха. Дыхание щекочет кожу.
Тихонько рычу в ответ.
– Ты попала, Сандра. Теперь ты – моя вещь. И будешь делать всё, что я скажу. Да?
– Да… – инстинктивно выдыхаю я.
Мужчина резко отстраняется. Лицо его не просто спокойно… В проклятых чёрных зенках искрится смех!
– К космопорту, – приказывает он. – Пойдёшь впереди меня. Хочу полюбоваться на твой голый зад.
И я, как чёртова заводная кукла, выполняю приказ. Только двинувшись с места понимаю: «Он знает, как меня зовут?!»
Рэй
Ах ты ж Гуанада, обитель счастья… А я ещё в приметы не верил.
Иду, любуюсь, как соблазнительные округлости покачиваются на ходу.
Пока шла сзади, чуть дыру не просверлила глазами у меня пониже спины. А когда вжалась всем своим обнажённым телом… Это был уже край. Впрочем, к тому времени я уже понял, что ни на какую сделку не пойду, Ленсу её не отдам. Поведу на корабль сам.
Старпом, похоже, не обрадовался такому исходу. Но тем больше я уверен в своём решении. Не команде игрушку покупал.
А вот сам бы поиграл…
Какое-то время упиваюсь возможностью сверлить глазами этот зад, а потом понимаю, что нолики в голове как-то отошли на задний план. Хочется подойти, положить на него ладони…
А лучше толкнуть её к стене и взять прямо так.
Мгновение всерьёз обдумываю такую перспективу. Мысль о том, что она готова для меня на всё, что будет прогибаться и стонать и получит ровно такое же удовольствие, как и я… как бы потом не ненавидела себя… Эта мысль заводит круче любого наркотика.
Модификанты с Гуанады – это не столько тело, сколько разум. Да, мне не терпится изучить, что сотворили с её дырочками в исправительном центре… Но это только полдела. Главное, что рабу с Гуанады нравится делать то, для чего он предназначен. Они никогда не будут бунтовать.
А в нашем случае… Когда речь о рабыне желаний с возможностью полной привязки… Это значит, что она всегда будет хотеть того, чего хочу я. Желания мои будет угадывать без слов. Нужно только зафиксировать привязку на себя. И очень скоро я этим займусь.
Привязочка, правда действует только на одно. Так что в обычной жизни придётся иметь дело с неуправляемой капризной стервой – слышал я об этой девчонке кое-что. Но это меня абсолютно не пугает. Во-первых, и не такие попадались. Во-вторых, эта особенность её модифицированного организма для моего кошелька прямо-таки клад.
Она будет хотеть меня. Ночью, днём. Она всё сделает, чтобы я её взял.
И пока мы идём, в моей голове рождается миллион идей относительно того, как можно использовать этот факт.
А потом все они разбиваются об этот галактический «тадам!»
Представляю, как отреагируют парни, когда вместо кока и ящика со сталью я приведу на корабль голую девчонку.
И вряд ли будет легко объяснить им, что это очень ценная воровка, спец по замкам, охранным системам и не задокументированным гиперпутям.
– Стой! – окликаю я. С удивлением чувствую, что голос охрип.
Сандра оборачивается. Смотрит на меня через плечо. С таким выражением лица, как будто это ни она тут рабыня, а я подрядился её охранять.
– Что ещё?
Оглядываюсь по сторонам. Проще проигнорировать вопрос. Ага, вот это подойдёт…
Заметив возле мусорного бака холщовый мешок с какой-то дрянью, высыпаю содержимое на землю. Достаю нож. Отмечаю, как блеснули, отразившись в лезвии, карие воровские глаза. Надо быть внимательнее – отвернусь и тут же сопрёт.
Мельком подумав об этом, тремя быстрыми движениями вспарываю мешок. Делаю дырки для рук и головы. И протягиваю подарочек рабыне.
– Вот ты хозяйственный мужик, – замечает она. Брезгливо берётся за импровизированное платье. Кривится, но натягивает.
Оправдываться и объяснять, почему так поступил – не хочу. Разберёмся в деталях на корабле.
– Иди давай, – разворачиваю её и подталкиваю в сторону космопорта.
Конечно, даже в грязном мешке – который, к слову, едва прикрывает длинные ноги – моё приобретение производит фурор.
И, конечно, находятся те, кто спрашивает:
– А где кок?
И ещё те, кто предлагает вместо ужина (раз уж готовить всё равно некому) насытиться женским телом.
Это они ещё не знают про модификацию… И, надеюсь, не узнают.
Парни у нас неплохие, но на экзотику падки.
Коротко приказав всем заткнуться, миную мостик и направляюсь к своей каюте. Рабыню веду за локоть следом за собой.
Вталкиваю её внутрь, захожу сам.
Наконец, дверь закрывается за спиной и можно с облегчением вздохнуть.
Отсюда ей уже не сбежать. Даже с ножом. И всё-таки, оружие надо спрятать получше.
Вопрос следующий – заняться привязкой, или сначала отправить её в душ? Привязка, вообще, осуществляется через обмен жидкостями. То есть, пойдёт надрез на пальце или там, поцелуй… Но кому, к дарсовой бабушке, сдались пальцы, когда речь о голой рабыне?
Сандра, не смущаясь, принимается стягивать мешок. С отвращением бросает на пол и пинком отправляет в угол.
– Что прикажет мой… господин? – интересуется таким голосом, что я не выдерживаю.
Беру за плечи, толкаю на кровать, лицом вниз. Заставляю подтянуть колени и мгновение любуюсь на представший передо мной вид.
– Дрянь! – выплёвывает, сражаясь с покрывалом, в которое уткнулся её нос.
– Господин желает проверить, что купил.
Веселиться здесь буду я.
Провожу кончиками пальцев по мягким складочкам. Тут же вижу, как они раскрываются передо мной, прямо-таки зовут. Вхожу на одну фалангу. Она уже вся мокрая изнутри. Стоит только коснуться…
Сандра тяжело дышит, но молчит.
Вынимаю пальцы и слышу глухой недовольный стон.
Касаюсь другого входа. Он так же жадно раскрывается навстречу, но туда я пальцы не сую.
– Давай же! – цедит сквозь зубы.
Резко отпускаю её и отхожу.
– Душ за дверью. Пойду, проведаю ребят.
С этими словами выхожу и запираю за собой дверь.
ГЛАВА 3
Чувствую себя течной кошкой.
Когда он выходит за дверь, ещё какое-то время лежу, пытаясь унять нестерпимое желание. Ничего не выходит. Мысли всё время возвращаются к этому «хозяину». И желание становится только сильней. А по мере того, как оно усиливается, нарастает и злость.
Наконец, заставляю себя подняться и иду искать душ. Это и правда необходимо. И хотя умом понимаю, что сначала стоит обыскать комнату, удержаться от этой маленькой слабости не могу.
Кажется, что струи воды потихоньку смывают всё, что произошло со мной за последние три дня. Вместе с чувством облегчения приходят и воспоминания, но я старательно выталкиваю их из сознания. Никому не будет лучше, если я впаду в истерику. В том числе и мне самой. Поэтому держусь.
Ощущение необратимости случившегося подкатывает всё ближе, и вместе с ним приходит страх.
Поняв, что омовение идёт уже не в прок, в последний раз споласкиваю волосы и выхожу из душевой.
Оглядываюсь по сторонам. Каюта у нашего капитана небольшая. А теперь уже точно ясно, что это – капитан. Причём, капитан одного из самых известных в восточном секторе кораблей – «Королеву Мистраля» трудно не узнать, даже если видела её только в новостях. Длинный чёрный лансер с криво загнутым к низу носом – похож на коршуна с лица, и на ската сбоку. И ещё – на своего владельца. Рэймонда Стила. Стальной ты наш… Тьфу.
Впрочем, и правда стальной. И мышцы как сталь, и взгляд…
Начав вспоминать, остановиться уже не могу. Снова чувствую его руки на своей груди. На животе. У себя между ног. Хочется или треснуться башкой об стену – или кого-нибудь убить.
Кое-как совладав с бурей эмоций, заставляю себя снова сосредоточиться на каюте.
Мешок мой валяется на полу, но чёрта с два я ещё раз надену эту дрянь.
В одной из стен проступают дверцы шкафа, и я решаю начать оттуда. По крайней мере, если кто-нибудь зайдёт – встречу его в одежде.
У Рэя тут несколько пар чёрных штанов… три из пяти кожаные… Кожаный плащ, две кожаных куртки… Пафос наше всё. Ага. А вот и рубашки, которые точно мне подойдут. Прикладываю к щеке – нежнейший шёлк. Едва не мурлыкаю. Семнадцать звёзд, ну наконец-то почувствую себя хоть чуточку хорошо…
Надеваю рубашку и раздумываю над штанами. Но, во-первых, они явно мне велики. Буду выглядеть смешно.
Во-вторых – у меня появляется мысль, что, если постоянно грубить, добьюсь лишь такого же отношения к себе. Нужно заставить его мне доверять. А вот потом уже можно сковырнуть с него браслет и сбежать.
Как штаны связаны с грубостью? Да очень просто. Можно же их не надевать. И посмотреть, надолго ли он останется стальным.
Определившись с этим, закрываю шкаф и продолжаю обыск, но, увы, ни ящика с оружием под кроватью, ни других атрибутов пиратской жизни не нахожу. Только несколько карт на столе в углу… Но к чему они тут понять не могу. Несколько звёздных и парочка наземных. Кажется, это Альтарас. Довольно пустынный мир, там только одна колония биологов. И что он собрался там искать?