Наследница Аркаима, или Охота на Оборотня

Глава 4

Человеческое любопытство штука такая… мягко выражаясь, неуправляемая. Оно как огонёк в тумане безызвестности – хочешь не хочешь, а поворачиваешь туда, куда он зовёт. Как нестерпимый зуд в укушенной комаром ноге – и знаешь, что не надо рассчесывать, а царапаешь, пока кожу не сдерёшь.

Есть, наверное, только одна вещь, которая хуже человеческого любопытства – это любопытство волчье.

Вот этому сопротивляться бессмысленно вообще. Как унюхаешь дичь – дальше можешь идти только по следу, включается какой-то первобытный инстинкт.

Я прочувствовала это на себе. Честно сопротивлялась часов до двенадцати дня, то и дело напоминая себе, что, во-первых, нужно работать. Во-вторых, Руслан русским языком сказал – никакой самодеятельности, никаких глупостей, пока он не разрешит.

Потом набрала в яндексе имена двоих выживших жертв и, выяснив, что одна из них лежит в районной больнице, а другой – аж в Склифосовского, до которого ехать два часа, решила для начала взяться за ближний вариант.

Жертву звали Нина. Потратив полчаса на дорогу, я увидела перед собой черноволосую девушку лет двадцати на вид. Распущенные волосы её и карие глаза так походили на мои собственные, что мне стало неуютно, но отступать было некуда, и, притворившись соратницей по несчастью, я попыталась её разговорить.

Отвечала Нина неохотно, видимо, боялась. Ничего нового, кроме, разве что, нескольких красочных подробностей, мне узнать не удалось.

Здоровенная серая собака – или волк, Нина называла хищника то так, то так, набросилась на неё из подворотни.

– Я вообще не поняла, что произошло, – говорила она, демонстрируя основательно пожёванную руку, которую, к счастью, похоже, удалось зашить.

Самое неприятное и в то же время самое важное произошло позже, когда я уже собиралась от неё уходить.

Я покинула холл третьего этажа, в котором подловила её, и направилась к лифтам. Нажала кнопку вызова и замерла, когда дверь открылась передо мной.

Прямо мне в глаза смотрели серые глаза Дениса. Он молчал.

– Привет, – пришла я в себя и вставила локоть в закрывающиеся дверцы лифта.

– Привет, – спокойно сказал он.

– Не думала, что ты болен, – сказала я первое, что в голову пришло.

– У меня знакомая больна. А у тебя?

– Тоже. Знакомая, да.

Снова повисло неловкое молчание.

– Ладно, я уже навестила её. Пропусти, пожалуйста, я домой хочу.

Мне ужасно не хотелось заходить в лифт, пока там находился он, но Денис, как назло, выходить не спешил.

– Вы едете или нет? – послышался сбоку женский голос, и я увидела рядышком полную, но очень боевую медсестру.

Она оттолкнула нас обоих и вошла в лифт. Теперь уже и я решилась последовать за ней, а Денис, освобождая место, напротив, переместился в коридор, но взгляда от меня всё также не отводил – а я от него.

Медсестра нажала кнопку с цифрой один, но Денис протиснул колено в створки и поймал мой локоть. Я подалась было назад, но в тесноте лифта наткнулась на медсестру.

– Постой, – торопливо, но твёрдо сказал он, – подожди меня внизу, я тебя подвезу.

– Я спешу, – я высвободила руку, отпихнула его колено и нажала кнопку закрытия дверей. Лифт наконец-то двинулся вниз.

Я измерила шагами вестибюль раз пять в тщетной попытке убедить себя в том, что мне абсолютно не нужно ждать.

Контраргумент, впрочем, звучал весомо: не поговорив с Денисом, мне было бы очень трудно узнать, какого… он делает здесь.

С другой стороны, вряд ли он так уж мечтал мне об этом рассказать.

И кстати, кого лешего он на самом деле делает здесь?

Теперь уже сомнений быть не могло: он не простой человек. Но тогда кто? Охотник? Оборотень?

Надо отправляться к вожаку…. Хватит играть в игрушки, Диана, тебе же сказали русским языком…

Голос разума, однако, тонул в нетерпеливом любопытстве, предвещавшем мне немало проблем.

Денис показался на первом этаже спустя полчаса. Он был мрачен и замкнут, но меня заметил издалека. Подхватил под руку и потянул на выход.

– Ты что творишь?! – поинтересовалась я, рванула руку, но вырваться не смогла.

Денис вывел меня наружу и решительно затолкал в свой форд. Заблокировал дверь, нажал на газ – и только потом заговорил.

– Как зовут твою подругу?

Мне стало неуютно. Я подёргала фиксатор, но справиться с ним не смогла.

– Хочешь выпрыгнуть на полном ходу? – поинтересовался он. – Только не среди белого дня, девочка. Тебе всё равно, а вот всем остальным – нет.

– Я не девочка, – фыркнула я и тут же сама поняла, как по-идиотски звучат мои слова. – А как зовут твою знакомую? – перешла в контратаку я.

– Нина. Что скрывать? Ты и так поняла.

– Отлично. Какое отношение ты имеешь к ней? Только не делай вид, то ты её любящий брат.

Денис резко повернул, прижимая машину к тротуару, и затормозил.

– Слушай, – сказал он, разворачиваясь ко мне, – не время играть в детективов. В вашем районе происходит нечто весьма опасное. Что-то подобное вполне могло произойти и с тобой.

И тут до меня дошло!

Я хлопнула глазами и испуганно посмотрела на него.

– Мафия? – шёпотом поинтересовалась я.

Он в самом деле не знал, кто я!

– Что-то вроде того.

– Боишься за меня?

Без особых к тому причин мне было смешно.

– Дур-ра, – бросил Денис.

– Двери открой.

Не дожидаясь, пока он выполнит моё требование, я потянулась к приборной панели и сама перевела рычажок. Затем раньше, чем он успел что-либо предпринять, выскользнула из машины и, не оглядываясь, поспешила затеряться в потоке людей.

Самое обидное, что до тату-салона я так и не добралась. В смысле, не добралась до вожака.

Руслан содержал небольшой салончик, где набивал татуировки. Во-первых, ему нравился сам процесс. Когда-то он, будучи в душе художником, носил эскизы тату мастерам, но никогда не мог сразу уйти, наслаждаясь видом создания рисунка на человеке. Затем попробовал сам – и у него получилось сразу, как он рассказывал мне. Сам он эскизами не пользовался, словно видел будущий рисунок там, где он должен быть – на настоящей, человеческой коже. Рокеры и металлисты шли к нему потоком – Руслан был довольно известен в их кругах своими непревзойденными головами зверей, особенно – волчьими.

Предлагал сделать пару татушек и мне – не особо, впрочем, настойчиво. Всё-таки это – не мой стиль.

К знаку стаи – чёрной волчьей морде на правом плече – я тоже не была готова после того, что случилось со мной до переезда, потому и в этом он меня не торопил.

Ну, а во-вторых, такой бизнес позволял собирать у себя в подвальчике разного рода сомнительных личностей – в смысле, других волков.

Я-то человек вполне приличный, хотя респектабельной меня и не назовёшь. По крайней мере кожа, байки и всё прочее – не совсем моё. А вот многим оборотням нравится ощущать чувство родства. Они носятся по городу по ночам – то в волчьем облике, а то и в человечьем.

Я могу их понять. Пожалуй, мне бы тоже хотелось почувствовать это – ветер в лицо и понимание, что ты один из братьев-волков, а сильнее вас нет никого. Но для этого, наверное, нужно уметь доверять. А доверие – не самая сильная моя черта.

Пристроившись в уголке у дома, я залезла в мобильник и заказала такси. Минут через десять машина остановилась около меня. Но, уже оказавшись внутри, я поняла, что если поеду к Руслану сейчас, то подставлю уже не только себя, но и его. Не хватало, чтобы Денис узнал, где мы собираемся и где живёт вожак. А с этого станется пристроиться где-нибудь в проулке и наблюдать за мной.

В итоге, вздохнув от понимания, что делаю глупость – в очередной раз за последние дни – я назвала адрес дома, где живу, и машина повезла меня туда.

Очередной сюрприз поджидал меня, когда мы завернули во двор – и его, конечно же, звали Денис.

Мне оставалось только выругаться сквозь зубы, потому что мой новоявленный сосед стоял у входа в заброшенную дворницкую с металлическим прутом в руках и вид имел такой, как будто бы только меня и ждал.

Мне мгновенно расхотелось выходить из такси – и общаться с этим прутом. Но водитель всё более напряжённо смотрел на меня сквозь зеркало заднего вида и, в конце концов вздохнув, я сунула ему деньги, а сама открыла дверцу и вышла во двор.

– Привет, – буркнула я.

– Давно не виделись, – Денис как ни в чём не бывало посмотрел на меня.

Дверь за спиной Дениса был открыта, и мой взгляд невольно обратился туда.

– Что это там? – спросила я, разглядев ванну. – Тут что, баня какая-то?

– Нет, – усмехнулся Денис. – Кто же пойдет купаться в баню без сауны и сопровождения в виде эскорта? Тут у меня другое, но не менее интересное. Хочешь зайти и посмотреть?

Я сделала пару шагов в помещение и замерла, увидев лежащую на столе рядом с ванной голову волка. Рядом с ней лежали какие-то шкуры, и везде витал стойкий запах химических препаратов.

– Что ты тут делаешь? – стараясь быть как можно более спокойной, повторила я вопрос, хотя единственное, что мне хотелось, это убежать отсюда.

– Шкуры выделываю, обрабатываю кожу для шитья, – объяснил Денис. – Сначала удаляю с просоленной шкуры шерсть, вот там, на столе, видишь? Потом ее надо как следует промыть, это занимает почти целый день. Затем ее необходимо размягчить и хромировать, а потом опять отмыть. Далее следуют другие операции, которые призваны сделать кожу более прочной, влагостойкой и мягкой. Не буду объяснять тебе весь технологический процесс – это долго, и ты все равно не поймешь. Но на выходе где-то недели через три мы имеем кожу, готовую для покраски, и затем – для пошива.

– И что, с такими сроками это приносит доход?

– Всегда есть клиенты, которые хотят что-то особенное. Которые готовы ждать месяц или два. А другие и не приходят ко мне. Ты выглядишь несколько бледно, – сказал Денис, внимательно наблюдая за моей реакцией на всё, что он рассказал.

– Тебе кажется.

Ещё бы, чтоб тебя! Если я и есть тот редкий зверь, которого ты собираешься свежевать и отмачивать в ваннах несколько недель! А шкурка у меня дорогая – сомнений нет.

– Денис, – я натянуто улыбнулась, – а тебе не жалко тех животных, которых ты пускаешь на плащи?

Денис продолжал внимательно смотреть на меня.

– Если я скажу, – медленно произнёс он, – что работаю только с хищниками. И их не за что жалеть. Ты поверишь мне?

Я покачала головой и отвела взгляд.

– Жаль, – сказал он и нырнул в свой подвал.

Глава 5

Вечером того же дня пришла смска от Руслана. Он просил не приходить и в ближайшее время не звонить – что настораживало. Либо обиделся на меня, либо что-то произошло…

Но оспаривать распоряжение вожака я не решилась.

Дни потекли однообразной чередой, какой летели до того, как Денис ворвался в мою жизнь. Впрочем, с одним отличием – каждый день, ровно в десять утра, он звонил в мою дверь и просил дать ему какую-нибудь ерунду. Сахар, соль, консервный нож. На следующий день в то же время приходил снова – уже чтобы вернуть.

– Слушай, если так неймётся – уже пригласи меня куда-нибудь! – не выдержала я на десятый день.

Денис, державший в руках вантуз, задумался.

– Барбекю или стейк? – спросил он.

– А ничего вегетарианского ты не ешь?

– А ты ешь? – Денис в демонстративном удивлении поднял бровь.

– Ем. Шоколад, например.

Денис улыбнулся.

– Кондитерская? Я знаю одну в получасе езды.

Я кивнула.

– Только куртку возьму.

Через пару минут мы уже сидели в его машине, ехавшей по шоссе в направлении третьего кольца. Я чувствовала странное напряжение, как будто даже отвернувшись и глядя сквозь лобовое стекло, он видел меня – и видел насквозь.

– Тебя так пугает моя работа? – внезапно спросил он, и, присмотревшись, я увидела, что руки его с силой сдавливают руль.

Повела плечом.

– Честно говоря… да, – призналась я, – ты убиваешь… живых существ. Или кто-то убивает их за тебя?

– Бывает, и сам.

– Того волка, например?

Денис промолчал, из чего я сделала вывод, что мне не понравится ответ.

Сколько я ни общалась с ним, никак не могла понять – знает он о нас или нет?

Вообще-то, я видела в салоне у Руслана немало парней, которые с удовольствием бы заказали косуху с волчьей головой на плече или такой же плащ. При этом им абсолютно не нужно было быть ни оборотнями, ни инквизиторами, ни кем-то ещё. Они просто хотели чувствовать себя волками – не зная толком, что это значит: быть волком в городе людей.

– Я не хочу, чтобы ты боялась меня, – сказал тем временем Денис.

– Ещё бы, – я хмыкнула, – какой же охотник захочет пугать дичь?

Денис на мгновение обернулся на меня, а затем снова отвернулся на дорогу.

– Я не воспринимаю тебя так.

Я молчала. Откуда мне, в конце концов, знать? Если отвлечься от этой волчьей ерунды. Насчёт внешности у меня комплексов нет. Денис, ну… Он, конечно, хорош, но у меня нет никаких оснований думать, что он Дон Жуан.

– Я бы хотела узнать тебя лучше, – призналась я, – чтобы что-то ответить на твои слова.

– Я всегда рад, – он снова покосился на меня и улыбнулся краешком губ, – например, пригласить тебя куда-нибудь.

Я сильно сомневалась, что он пошёл бы со мной туда, куда люблю ходить я.

– Тогда пригласи, – ответила я вслух, – только я не люблю есть стейк при чужих.

Обещанное приглашение, однако, на следующий день так и не состоялось, потому что на меня свалился очень выгодный заказ.

Не без труда объяснив в очередной раз позвонившему в дверь Денису, что десять утра для меня – разгар рабочего дня, я полностью погрузилась в проект и почти не выходила из-за компьютера последующие три дня. Разряженный телефон пылился в углу, а я увлечённо чертила макет.

Наконец в пятницу, часам к двум дня, работа была отправлена заказчику, а я, внезапно обнаружив, что не расчёсывалась и не умывалась все три дня, отправилась наполнять ванну.

И едва я с наслаждением погрузилась в горячую воду, едва опустила веки, чтобы забыть обо всём, что окружает меня, как в дверь раздался звонок.

Я распахнула глаза и уставилась в потолок. В том, кто ждёт меня там, ни малейшего сомнения быть не могло. Что ещё более обидно, вариант просто не впустить его мне даже в голову не пришёл.

Нехотя вынырнув из ванной, я завернулась в просторное полотенце и босыми ногами прошлёпала к двери, чтобы открыть.

– Привет, – устало сказала я. В отличие от меня, Денис сиял.

– Пошли, – сказал он.

– Эм… Куда?

– Ты сказала, что если я приглашу тебя – пойдёшь со мной?

– А ты меня приглашал?

– Да. В Суздаль, на два дня.

Я с сомнением покосилась на окно, за которым накрапывал очередной осенний дождь.

– Сейчас? – уточнил я.

– Жду в машине через десять минут.

Данунах!

Самое смешное, что я собралась. Даже не знаю, что на меня нашло. Денис стал чудом, весенним громом, ворвавшимся в мою жизнь – на благо или на беду. И мысль о том, чтобы провести выходные с ним, пьянила меня.

Мы ехали по мокрой дороге, которая, едва успевая сбежать с одного холма, взбиралась на другой. Меня прижимало к спинке кресла, и я невольно хваталась за его плечо, а Денис поворачивался на мгновение и смотрел так, будто собирался поцеловать. Но не делал ничего.

Примерно на середине пути мы сделали недолгую остановку. В кафе не подавали ничего, кроме бутербродов с колбасой и кофе, но после двух часов в машине я была рада и этому. За окнами шумел осенний лес, простиравшийся, казалось, без края во все стороны.

– Почему Суздаль? – поинтересовалась я, задумчиво прожёвывая бутерброд.

– Не был там никогда.

– А где был?

Денис улыбнулся.

– Далеко.

Помолчали. Не то чтобы я рассчитывала на более внятный ответ…

– А ты? – спросил он.

Я покачала головой.

– Вообще не помню, когда выбиралась из Москвы. Разве что родители возили в Бердянск, когда мне было десять лет.

Денис задумчиво смотрел на меня.

– Почему ты не живёшь с семьёй? – продолжил допрос он.

Я пожала плечами.

– Не маленькая уже. Отселили меня.

Денис улыбнулся краешком губ.

– Я бы не стал уезжать от отца, если бы мог.

– Но уехал же.

Денис отвернулся. Я, похоже, сама не желая того, выбила его из колеи. Возникло было желание извиниться, но тут же разозлилась сама на себя. В конце концов, это он хотел выбить из колеи меня. И кто виноват, что у самого одни тайны и недомолвки?

Я думала, Денис уже не решится продолжить этот разговор, и сосредоточилась на кофе, имевшем подозрительно горьковатый вкус, когда Денис снова посмотрел на меня и произнёс:

– Мне кажется, у тебя не слишком хорошие отношения с семьёй.

Я поджала губы. В точку попал.

– Да такие же, как у всех, – буркнула я и прикусила бутерброд. – Я благодарна им. Без них сейчас и не знаю, где нашла бы жильё.