Одержимый. Тамерлан

Глава 1

Тамерлан Арсаев привык получать всё, чего хочет.

А теперь он хочет Арину.

Слишком сильно. Ему уже мало видеть её. Мало касаться. Мало знать, где она и с кем. Он хочет быть единственным мужчиной, на которого она смотрит, о котором думает, которого подпускает к себе.

И если ради этого придётся испоганить ей работу, отношения, планы и спокойную жизнь, Тамерлан это сделает.

Потому что Арина ещё не поняла главного. Он не собирается её добиваться. Он собирается сделать так, чтобы без него у нее не осталось даже самой себя.

Глава 1

Тамерлан приехал в клуб злой настолько, что охранник у входа молча распахнул перед ним дверь и даже не полез с привычным приветствием. Правильно сделал. Сегодня Арсаеву хотелось не разговаривать, а бить. Желательно долго, сильно и до того момента, пока внутри наконец не станет тихо. Телефон уже третий раз завибрировал в кармане, но Тамерлан даже не посмотрел, кто звонит. Он и так знал. Отец. Мать. Кто-нибудь из родственников, которым внезапно понадобилось напомнить ему о семейном ужине в субботу, о людях, которых нельзя заставлять ждать, и о девушке, на которой он рано или поздно всё равно должен жениться. Тамерлан вытащил телефон, отключил его и сунул обратно в карман. Сегодня он никому ничего не должен.

В раздевалке несло потом и кровью. Амир уже ждал его возле шкафчиков, прислонившись плечом к стене, и при виде хозяина клуба только хмыкнул. Он слишком давно работал с Тамерланом, чтобы задавать глупые вопросы. Если Арсаев приехал сюда в костюме за полночь, снял часы ещё на ходу и швырнул их ему в ладонь, значит, кому-то сейчас не повезёт. Через десять минут Тамерлан уже затягивал бинты на кистях. Плечи распирало от напряжения, мышцы ныли, хотя он ещё даже не вышел в клетку. Ему нужен был удар. Потом второй. Чужая кровь, собственная боль, рев толпы. Всё что угодно, лишь бы выбить из головы чужие планы на его жизнь.

— С кем?

Амир пожал плечами и кивнул в сторону двери.

— Громов сегодня здесь. Сам вызвался.

Тамерлан усмехнулся. Громов был здоровым ублюдком килограммов на десять тяжелее него и бил так, будто пытался вколотить человека в бетон. Отлично. Именно то, что надо.

— Выпускай.

Через несколько минут зал ревел. Тамерлан почти не слышал людей за сеткой, хотя видел их рты, поднятые руки, перекошенные азартом лица. Первый удар Громова пришёлся в скулу. В голове вспыхнуло белым, во рту появился вкус крови, и Тамерлан рассмеялся. Вот теперь хорошо. Он ответил в корпус, ушёл от следующего удара, поймал противника на движении и вложился в челюсть так, что тот качнулся. Ему не нужны были очки, красивые комбинации и мнение зрителей. Он пришёл сюда выжечь из себя ярость. Поэтому бил до тех пор, пока Громов не рухнул на колено, а судья не вклинился между ними. Даже после остановки Тамерлан ещё несколько секунд тяжело дышал, сжимая кулаки и глядя на лежащего соперника, будто решал, хватит ему или нет.

Хватило ненадолго.

В душ он не пошёл. Стащил бинты, бросил их Амиру и сел возле клетки, промокая разбитую губу полотенцем. Адреналин всё ещё гудел в крови, рубашка липла к спине, а в теле стояла приятная тяжесть после драки. Люди постепенно расходились. Кто-то уже готовил следующую пару бойцов, работники клуба спешно приводили зал в порядок, собирали бутылки, протирали столы, меняли полотенца. Тамерлан лениво смотрел перед собой и думал, что через час опять станет пусто. Та же злость. Те же звонки. Те же люди, которые почему-то решили, что могут распоряжаться его жизнью.

Потом в клетку вошла девушка.

Он заметил её не сразу. Невысокая, тонкая, в тёмных брюках и слишком большой серой футболке с эмблемой клуба. Волосы собраны наверх кое-как, несколько волнистых прядей выбились и прилипли к виску. На руках яркие резиновые перчатки. Девушка поставила рядом ведро, опустилась на корточки и начала оттирать с покрытия кровь Громова. Без брезгливой гримасы. Без любопытных взглядов на бойцов. Просто работала, устало двигая тряпкой по полу, будто каждый вечер вытирала после Тамерлана чужую кровь и её это совершенно не впечатляло.

Он смотрел.

Сначала потому, что больше смотреть было не на что. Потом потому, что девушка наклонилась за ведром и футболка натянулась на её теле, обозначив тонкую талию и округлые бёдра. Тамерлан медленно провёл языком по разбитой губе и почувствовал неприятное жжение. А потом желание. Яркое. Острое желание.

Девушка повернула голову, будто ощутила его взгляд. Большие светлые глаза встретились с его глазами через сетку. Ни улыбки. Ни кокетства. Она просто посмотрела на него секунду, нахмурилась, словно он мешал ей работать даже на расстоянии, и снова отвернулась.

Тамерлан выпрямился.

— Кто это?

Амир проследил за его взглядом.

— Где?

— В клетке.

— А. Новенькая какая-то. Уборщица. Дня три работает. Вроде.

Тамерлан продолжал смотреть на неё. Девушка уже тёрла покрытие возле самой сетки, недовольно разглядывая засохшее пятно. На лице ни грамма косметики. Никакого клубного блеска, искусственных ресниц и надутых губ. Обычная. Даже слишком. Но что-то в ней раздражало его внимание, не давало отвернуться. Может, то, что она единственная в этом зале совершенно не интересовалась человеком, вокруг которого ещё десять минут назад орала толпа. А может, дело было в том, как её зубы прикусили нижнюю губу, когда пятно не захотело оттираться с первого раза.

— Как зовут?

Амир снова посмотрел на девушку и пожал плечами.

— Понятия не имею.

— Узнай.

— Зачем?

Тамерлан повернул к нему голову. Амир усмехнулся и поднял ладони, признавая, что вопрос был лишним.

Девушка в клетке тем временем поднялась. Вытерла запястьем лоб, взяла ведро и пошла к выходу. Проходя мимо Тамерлана, она даже не замедлилась. Только запах остался. Чистый, лёгкий, совсем не клубный. Что-то фруктовое, смешанное с хлоркой и моющим средством. Тамерлан проводил её глазами до служебной двери и вдруг понял, что уже не злится. Во всяком случае, не на семью.

Теперь ему хотелось другого.

— Амир

— Мм?

Тамерлан поднялся, забрал у него часы и застегнул ремешок на запястье.

— Эту ко мне сегодня привези.

Амир застыл.

— Уборщицу?

— Нет, блин, ведро. Конечно уборщицу.

— Ты хотя бы познакомиться с ней не хочешь?

Тамерлан криво усмехнулся и вытер большим пальцем кровь с губы.

— Вечером познакомимся.

Амир несколько секунд смотрел на него, потом тяжело вздохнул. Он знал этот взгляд. Так Арсаев смотрел на вещи, решение по которым уже принял и обсуждению это не подлежало.

— И что ей сказать?

Тамерлан накинул на голое тело рубашку, не утруждая себя пуговицами.

— Что я её хочу.

— Очень содержательно.

— Добавь денег, если понадобится.

— А если не понадобится?

Тамерлан даже не понял вопроса.

— В смысле?

Амир усмехнулся.

— Ничего. Забудь.

Через сорок минут Тамерлан уже был дома. Душ смыл с кожи пот и чужую кровь, но странное возбуждение никуда не делось. Он вышел из ванной с полотенцем на бёдрах, налил воды и поймал себя на том, что вспоминает не драку. Волнистые волосы. Серую футболку. Упрямо поджатые губы. Как она посмотрела на него и тут же отвернулась, словно он был обычным мужиком, который слишком откровенно пялится. Тамерлан раздражённо поставил стакан на стол. Глупость какая. Девчонка приедет, он получит то, чего захотел, и к утру даже имени её не вспомнит.

В прихожей завибрировал телефон.

Сообщение от Амира.

Тамерлан открыл его и несколько секунд просто смотрел на экран.

«Она не поедет.»

Ниже пришло второе сообщение.

«Деньги тоже не взяла.»

И третье сообщение уже окончательно вернуло ему испорченное настроение.

«Сказала, чтобы ты сам приехал и забрал, если такой смелый.»

Тамерлан расплылся в довольной ухмылке. Внутри снова поднялось то самое горячее, бешеное чувство, которое он несколько часов пытался выбить из себя в клетке. Только теперь ему хотелось не драться.

Ему хотелось узнать, как зовут эту наглую девчонку. Где она живёт. Почему решила, что может ему отказать. И насколько долго сможет смотреть ему в глаза с той же дерзост