Вместе с биением сердца

Глава 1. На распутье

Ветер выл и кренил деревья, из-за чего в душе пробегали мурашки: а точно ли крыша достаточно крепка для удара кроны, а точно ли снаружи не осталось ничего, что может случайно улететь вместе с потоком? Но сколько бы эти вопросы не мучили Джулита, он предпочитал не поддаваться чувству паники и смотрел на все с холодной головой. Только вчера они вместе с отцом Роула проверяли крепость дома, а вещи предварительно занесли внутрь. Благо местный оракул предрек скорое появление урагана вместе с сильным дождем.

Джулит оторвался от созерцания окна. В свете огней ему легко было различить ту грусть, которая отразилась на лице Роула. С самого их возвращения он предпочел закрыться в себе и с подобным выражением, отражающим всю внутреннюю скорбь, мешать что-нибудь пальцем, будь то снадобье или травяной чай. Через какое-то время он выпивал получившееся месиво, но пальцами уже мучал твердую поверхность, настукивая грустную мелодию.

– И что так беспокоит тебя, братец? – спрашивала вновь его сестра, коренастая женщина с серьезным лицом и проникновенными голубыми глазами.

Но Роул не замечал ее. Если уж она и ухитрялась посмотреть ему в глаза, то он тут же поднимал взгляд выше головы и снова терялся.

– Оставь его, Пат. Ты же видишь его состояние, – вздохнул Джулит.

Патриция только нахмурилась. И не удивительно. В обычной ситуации Джулит был для нее союзником в общении с Роулом. Теперь же силы переменились, и у водного мага находилось все больше и больше возможностей пребывать в своей меланхолии без попыток даже на несколько мгновений вырваться оттуда.

В иной ситуации Джулит не позволил бы это. Он обязательно схватил бы Роула за шкирку и тянул, даже если бы тот стер пальцы в кровь, пытаясь ухватиться за свое состояние. Неважно.

Но что Джулиту следовало делать сейчас? Любовь никогда не была причиной падения Роула. И Джулит не был уверен, что в этой ситуации следовало делать хоть что-то.

– Что вообще произошло там, в Сноулите? – сверкнули в полутьме глаза Патриции.

Пока Джулит вновь обсасывал так надоевшие ему мысли, она подобралась достаточно близко, вцепилась в его темно-зеленый жилет. Он опустил руку на ее, аккуратно освободился и покачал головой. Патриции уже следовало смириться, но Джулит совсем не знал, как донести до нее это. Только поддерживал совместное молчание, будто все это путешествие несло за собой одну нестерпимую боль.

– Как вы мне оба надоели! – взорвалась Патриция, но ее пыл остудил вошедший в зал отец.

– Патриция, – его голос прозвучал серьезно и в меру жестко.

Поэтому она только и могла, что вздохнуть и прикусить губу. Спорить с отцом – последнее, что стала бы делать Патриция.

Глава семьи сел рядом с Роулом, отодвинул от него стакан. Но для того это не имело никакого значения, он снова начал барабанить пальцами по столу.

– Да, мальчик мой, ты совсем зачах, – вздохнул Роглан, и в голосе его отразилась вся скорбь, которую только мог отразить отец в отношении сына.

– Я думаю, скоро это пройдет, – выдавил из себя Джулит.

Он надеялся, что звучал дружелюбно, но натолкнулся только на стену отчаянья. Даже если все присутствующие надеялись, что Роула скоро отпустит, все ужасно переживали из-за него.

Стук резко прекратился. Все посмотрели на Роула. Он неожиданно нахмурился, качнул головой и поднялся из-за стола. Роглан хотел что-то спросить у него, но Роул ловко обогнул отца и скрылся за дверью одной из комнат. Все только вздохнули.

– Джулит, – тем же суровым тоном обратился к нему Роглан.

Джулит покорно сел за стол, но старался не смотреть на мага. Взгляд того ужасно давил. И вопрос его, хоть и прозвучал вновь, но снова покоробил самые дальние стенки души:

– Что произошло?

– Я не думаю, что мне следует говорить…

Роглан покачал головой. Джулит знал, что это означало – длинный монолог о том, что он взрастил Джулита с младых лет, дал ему кров и возможность вырасти прекрасным молодым магом, но в ответ получил сущую неблагодарность. И хоть воздушный маг привык к этим бравадам, но в этот раз решил оставить любые попытки дать возможность Роулу сказать все самому. Он рассказал. О Милдред, Тетьене и их совместном небольшом путешествии. Роглан слушал его с недоверием, Патриция силилась в это время не открыть рот от пробившегося наружу изумления. И Джулит не был удивлен такой реакции – Роул никогда не отличался любвеобильностью. Он легко отвергал девушек и проводил с ними время только затем, чтобы другие задавали поменьше вопросов. Но даже такой подход выдавал его с головой перед родственниками. И теперь Джулит оказался в незавидном положении: с одной стороны, ему надо сделать хоть что-то, чтобы дни не тянулись так мучительно долго, с другой – ему никто не верил. Когда он подходил к Роулу и пытался убедить того либо сделать шаг в сторону Милдред, либо оставить ее, тот отговаривался только:

– В любом случае я вряд ли ей нужен.

И любые попытки указать на записку с точным расположением Лейна не приносили результата. Сейчас же Джулит видел недоверия родственников Роула и только мог подмечать их похожесть: никого не слушают и поступают только так, как считают правильно. И неважно, что это слишком сильно отражалось на других.

– Все-таки вряд ли эльфийка могла… – заговорил Роглан после того, как Джулит закончил, но быстро замолк.

Густые брови его сомкнулись, и выражение лица отражало озадаченность. Джулит постарался скрыть ухмылку, но не мог не думать о том, что рад такой перемене. Может, если отец будет понимать причину недомогания сына, они смогут немного поговорить.

– Ты говоришь она из Драуна? – спросила тем временем Патриция.

– Не переживай, Пат. Времена тех грозных драунов давно прошли, – попытался отшутиться Джулит, но сам прекрасно понимал ее настороженность.

Наверное, только об этом он и забыл. Маг так привык к Милдред и Тетьену, что совсем не задумался о том, что другие драценцы думали о таких, как она, – жителях Драуна, предпочитающих самоуверенно двигаться вперед, переступая через головы других.

– Ему в пору выкинуть ее из головы, – подвел черту Роглан.

– Но вы не думаете, господин, что именно это и гложит вашего сына, – чуть выдвинулся Джулит, нервно сжал попавшую под руку ложку. – Вы и так совсем не прислушиваетесь к тому…

Роглан прервал его тираду рукой. И хоть воздушному магу было что сказать, он подчинился.

– Я сам решу, мальчишка, как мне следует вести себя с моим сыном.

Роглан поднялся и покинул комнату, сильно хлопнув дверью. Патриция придвинулась ближе к Джулиту, потрепала его плечо.

– Кажется, тебе следовало остановиться, Джу, – улыбнулась она.

Он же ничего не ответил. И хоть хуже не стало, но такое поведение Роглана разозлило даже его.

***

Джулит потратил почти всю ночь на раздумья, из-за чего практически не сомкнул глаз, но все же решил поговорить с Роулом еще раз. Так больше продолжаться не могло. Поэтому, как только он проснулся, то сразу же отправился в комнату друга. Тот уже давно не спал и что-то спешно собирал в сумку. Джулит молча зашел в комнату и заглянул внутрь поклажи: там лежала кое какая одежда и немного провизии.

– Собрался к ней? – спросил он, когда Роул наконец-то оторвался от сборов и обратил внимание на постороннего в комнате.

Видно было по лицу водного мага, что он предпочел бы сейчас ни с кем не разговаривать и не пересекаться без особой надобности. Уйти тишком – в духе Роула. Так они вдвоем не раз сбегали, когда Роглан выказывал неодобрение по поводу их планов. Если попытаться выспросить нужное разрешение или одобрение, то можно ждать целую вечность и ничего не добиться. Проще уйти и заставить всех вокруг смириться с твоим поведением. Именно так и поступал Роул, Джулит же просто соглашался с ним.

– Не нужно на меня так смотреть. Просто ответь на мой вопрос, – Джулит вздохнул.

– Даже если и так, – увел взгляд Роул. – Возможно, я слишком…

Джулит покачал головой.

– Уже давно пора. Я уверен, она все это время ждала тебя, а ты… – воздушный маг устало присел на кровать.

Такой ответ немного успокоил Роула, он вернулся к своему занятию. Джулит только следил за тем, чтобы друг ничего не забыл. И как только все было собрано, они, аккуратно переступая по скрипучим половицам, вышли наружу.

– Я думал, ты тоже начнешь отговаривать меня, – честно признался Роул, пока они шли к границе их поселения.

Джулит фыркнул.

– Когда я тебя отговаривал? – и не дав ответить, продолжил: – Я встал так рано только потому, что хотел поговорить с тобой. Твое поведение действовало мне на нервы.

Роул несколько раз качнул головой, но ничего не ответил.

– Правда, теперь мне придется иметь еще больше дел с твоими родственниками, – выдал несколько смешков Джулит. – Но в ином случае отец тебя просто запер бы.

– Почему?

Джулит вздохнул.

– Да просто я не подумал, что лучше не рассказывать о Милдред некоторых подробностей.

– Зачем вообще рассказывать? – нахмурился Роул.

– А ты оставил мне выбор? Ходил тут с постной рожей…

Джулит прожевал некоторые слова. Не было нужды сейчас ссориться. Роул решился, и от этого воздушному магу стало спокойней.

Как только они дошли до точки, где последние дома соединялись с густым лесом, настала пора прощаться. Надолго ли? Джулит не знал. Просто чувствовал, что хотел бы вновь пойти за Роулом в очередное странное путешествие. Но теперь тот обрел первые ростки покоя, и Джулит точно не тот, кто мог помочь взрастить их до крепких деревьев. Теперь очередь Милдред.

– Если бы я знал, что ты так наскоро соберешься, написал бы им письмо, – с усмешкой на устах заметил Джулит.

– Можешь написать и после моего ухода, – Роул поддался его настроению и также усмехнулся.

Джулит качнул головой.

– Ты же понимаешь, что может учинить Роглан. Лучше мне не знать ничего о том месте, куда ты направился.

– Понимаю, о чем ты… Драун – самая большая страна, и вряд ли кто-то сможет отыскать меня там, – Роул несколько раз кивнул, после улыбнулся несколько грустно и произнес: – Спасибо.

Неприятно кольнуло в груди. Они всегда двигались вместе, но теперь их пути начинали расходиться. Когда Джулит думал об этом ночью, представить себе не мог, как тяжело будет ему сказать «прощай» теперь. Вроде бы такое простое слово, но губы совсем не хотели смыкаться нужным образом. Только глаза щурились от стойкого желания пропустить несколько слезинок, которые совсем не шли такому крупному и обычно хладнокровному существу, как Джулит. И поэтому он только часто сглатывал, стараясь лишний раз не думать о том, что действительно происходило сейчас.

Роул просто отдалялся от него, но казалось, что вместе с каждым шагом все выше и выше поднималась огромная стена, дальше и дальше разрасталась пропасть, и ему осталось только наблюдать за этим, не в силах сделать хоть что-то.

Может, именно так и выглядело взросление? Он не знал. Понимал только то, что ему пора выбирать свой путь. Слишком долго он сидел в тени Роула, из-за чего, сбитый с толку, сейчас стоял на обочине жизни и совсем не знал, что следовало делать дальше.

***

Первые дни семья Роула его уход воспринимала более или менее спокойно. В оставленной записке он объяснил все необходимостью проветриться и прийти в себя. И Джулит подкрепил это признанием, что застал сборы Роула.

– Он мне сказал, что хотел бы забыть Милдред, – открыто лгал воздушный маг.

Но его это мало волновало. Роглан сам нередко ставил своих детей в такое положение, при котором им приходилось врать и юлить. Правда, было среди его качеств одно примечательное – он всегда примирялся с детьми, когда они начинали идти ему наперекор. Роглан давно привык к их побегам в различные уголки необъятного мира и даже стал встречать их не очередными нотациями, а вопросами о месте, которое они посетили. И поэтому теперь Джулит лелеял надежду, что с выбором сына Роглан также смирится. Или же вовсе благословит его. Но хватило бы и первого варианта.

И так тянулись дни в отсутствие Роула. Каждый был занят своим делом, иногда они собирались вместе за столом и что-то рассказывали друг другу. Только сегодня, когда настало время ужина, глава семьи долго не появлялся, хотя обещался успеть сделать все дела до появления на столе аппетитного куска дадена1, которого удалось поймать недалеко от поселения всего каких-то несколько дней назад.

Джулит уже жевал чуть поостывший кусок, Патриция ковырялась в тарелке, все еще убеждая себя, что голод недостаточно силен, и она обязательно дождется отца. Но тот будто специально все еще не появлялся, из-за чего в тишине уже давно различался жалобный вой живота.

– Ты бы поела, Пат, – вздохнул Джулит, взглянув на нее: лицо той уже совсем побледнело и осунулось.

Конечно, она любила отца, как и совместные посиделки. Но сначала брат ушел в неизвестном направлении, а теперь отец неизвестно где бродил и не давал никаких весточек о возможной задержке. Джулиту только и оставалось, что потрепать ее за плечо и улыбнуться.

– Мне тоже не хватает Роула.

Она посмотрела на него растерянно, после бросилась в объятия. И хоть ее сдержанная натура не позволяла показывать сильные эмоции перед окружающими, рядом с Джулитом она не держала лицо – он почувствовал, как взмокла его хлопковая рубаха под силой ее слез. Что мог сделать сам Джулит? Он потрепал ее черные длинные волосы, провел несколько раз вдоль шелковистых локонов.

– Тебе совсем не идут слезы, Пат.

Прозвучало не очень, но тем и отличалась Патриция от других девушек, что видела дальше слов и знала, что Джулит желал подбодрить ее. Наверное, поэтому он когда-то, когда они были еще детьми, преподнес ей в подарок розовую петунью и попросил в будущем стать его женой. И хоть они уже давно забыли об этой шалости и друг друга не держали на этой странности, но Джулит понимал – с другой он не вряд ли сможет быть так близко, как с ней.

– Я знаю, Джу, – Патриция отстранилась, посмотрела прямо в глаза друга. Он же смог в отблеске света от огня различить красноту и влагу под ее веками. – Я знаю, что должна отпустить его. Как и ты однажды уйдешь. Но мне… это… – она отшатнулась, схватившись за голову. – Я рассуждаю, как маленькая. Все вспоминаю наше детство, как мы много времени проводили вместе… Никак не могу признать, что мы уже не дети.

– Пат, но мне ведь необязательно уходить, – Джулит изобразил подобие улыбки, а сам понимал – в чем-то он хорошо понимал эту горечь. Даже слишком хорошо. – Да и Роул…

Та замотала головой.

– Только не говори мне, что он вернется. Я хорошо знаю вас обоих, – она прищурилась. – Он ведь ушел к ней… этой эльфийке?

Джулит изумленно уставился на нее. Проницательна, как и всегда.

– И как ты это поняла? – только и мог вздохнуть он – врать Патриции уже смысла не было.

– Я же уже ответила, – она скрестила руки на груди, демонстративно отвернулась. – Да и этот рассказ про «поиск себя» выглядит просто глупо. По крайнем мере, для того Роула, которого я наблюдала последние дни.

– Но это все-таки не значит, что мы оба больше не вернемся. Он придет, и я не обязан уходить.

Патриция, видимо, изрядно истратив силы на слезы, откусила лежащий перед ней кусок мяса, но гнева от этого совсем не сбавила.

– Надеюсь, ты не начнешь снова предлагать мне сойтись?

Джулит помотал головой.

– Я не про то, Пат. Мы не в глухом лесу живем, и если я просто переберусь в другой дом, не значит, исчезну.

Она замерла и уставилась на Джулита. Тот же сам стал демонстративно есть, сильно стуча по тарелке. Он сказал все, что хотел. Оставалось только радоваться приятному румянцу, блеснувшему на щеках Патриции.

Дверь неожиданно распахнулась, впустив в их теплую атмосферу морозные нотки ночного зноя. Внутрь зашел Роглан. Патриция выбралась из-за стола и поспешила к нему. Но даже такая расторопность дочери не растопила злобы на его лице. Он сгрузился на первые попавшийся стул и грубо попросил Патрицию сесть на место. Джулит знал, что это означало – серьезный разговор. Пришлось убрать приборы в сторону и тяжело вздохнуть.

Роглан заговорил не сразу, вначале выдержав неприятную паузу. После все же сгрузил на слушателей все, что думал: злобу и досада по поводу поведения Роула и небольшой упрек в адрес Джулита. Роглан был уверен, что последнему было известно о реальных планах его сына. Джулит же предпочел промолчать.

– Так что завтра же я отправляюсь в Драун. И если тебе есть, что сказать, Джулит, то прошу, – глаза Роглана в полутьме угла, в котором он сидел, выглядели, как глаза злобного зверя, притаившегося в ночи.

Но Джулита это давно не пугало. Он вздохнул и повинился только в одном – в поддержке легенды.

– Но я не знаю, где живет эта эльфийка, – он развел руками. – Точное место она сообщила только Роулу.

– И ты не стал спрашивать, так? – вновь сверкнул очами Роглан.

В такие моменты он был действительно страшен. Но Джулит понимал другое – походу, он ненароком солгал Патриции. У него действительно не было планов идти куда-либо, но теперь зрела нужда – нужда найти Роула раньше и предупредить его о планах отца.

Неожиданно из-за стола встала Патриция, ее взор, решительный и суровый, держался на отце.

– Позвольте сопроводить вас, отец, – даже в голосе не слышалось недавней меланхолии.

Такие порывы подействовали на Роглана успокаивающе. Он поднялся, прошел ближе к столу и в один укус прикончил кусок дадена. Джулит не отпускал его взглядом, но сам больше думал о Патриции. Что она задумала?

– Вам бы отдохнуть перед походом, господин. Я помогу Патриции собрать вещи.

Раз Роглан более или менее успокоился, можно было дерзнуть. Тем более все больше зрела необходимость поговорить с его дочерью наедине.

– А что ты сам будешь делать, Джулит? – хоть больше он не сверкал глазами, как коршун в ночи, но все еще давил, добавляя басу более устрашающих ноток.

– Присматривать за домом, полагаю, – в этот момент воздушный маг старался не увести взгляда, но едва держался.

Видеть перед собой эти ярко-желтые глаза, ждущие любую его оплошность, было то еще испытание. Но он выдержал. Роглан поддернул головой, подхватил еще один кусок и скрылся за дверью своей комнаты.

– Пат, что происходит? – тихо спросил Джулит, когда она вновь села.

И хоть следовало соблюдать осторожность, девушка держала с ним дистанцию.

– Я постараюсь отвлечь отца, пока ты разыщешь Роула, – и не дав толком переварить услышанное, добавила: – Я разделяю мнение отца по поводу драунов, но это выбор Роула, и поэтому я на его стороне.

– Вряд ли он оставит меня без присмотра… – полуулыбнулся Джулит.

Патриция только поморщилась.

– Будто тебе впервой сбегать, – она поднялась, направилась к своей комнате, добавив напоследок: – В благодарность лучше займись сбором вещей. Мне же нужно собраться с мыслями.

Она также скрылась в глубине дома. И хоть Джулит не горел желанием помогать со сборами, но сам предложил это. Он отложил остатки мяса, обмакнул лицо небольшой тряпкой и стал осматривать комнату, выискивая то, что могло бы пригодиться в путешествии.

Глава 2. Неумолимая ведьма

Джулит чувствовал в этот день усталость из-за многих вещей: ему пришлось встать практически на рассвете, потому что необходимо было проводить Роглана и Патрицию; ему пришлось долго возиться со сбором вещей, так как следовало подумать и о себе; практически сразу после ухода семьи Роула в доме появилась Рорхильда – сестра Роглана, живущая буквально за несколько домов и формально получившая повод некоторое время навещать брата, пусть и в его отсутствие; и теперь он должен был придумать способ улизнуть от нее, не привлекая внимание. Но никому еще не удавалось так просто провести Рорхильду. Ее орлиный взор выцеплял не только действия – помыслы. Поэтому она сразу же, как разложила на столе поклажи, произнесла грубоватым и севшим голосом:

– Надеюсь, Джулит, ты не решишь пропасть из моего поля зрения.

И хоть прямой угрозы она никогда не высказывала, все можно было легко прочитать между строк. Поэтому теперь Джулит сидел за столом, покачиваясь на нем, и рассматривал эту маленькую женщину с большим носом, белесыми волосами и небольшим горбом, из-за которого она выглядела скорей как горная отшельница, чем обычная магичка с слабовыраженной предрасположенностью к воде.

Джулит усмехнулся про себя. Наверное, именно по этой причине ей и не нашлось места в доме Роглана. Хоть он очень любил сестру, но цитадель его родителей, и их родителей, и всех остальных с приставкой пра- не мог порочить маг, чьи способности нельзя было обозначить емко и четко: маг воды, маг огня, маг крови и так далее. Сам Джулит оказался в этом доме по той же причине – его способности были ярко выражены, и это очень ценилось. Оставить такого мага одного не могло ни одно поселение, ни один уважаемый взрослый маг.

«Но как мне все-таки уйти?» – постучал по столу Джулит.

У Роглана было несколько близких людей, которым он мог доверить своих детей (Джулита он причислял в их число). И выбор среди них определял степень злости и обеспокоенности Роглана. Если дети только немного шалили, то с ними всегда оставалась добрячка Ольга – местная знахарка, чьи познания не смог переплюнуть никто в Драцене. Если Роглан злился на детей сильнее, то просил о помощи главу их деревни – сурового и непоколебимого старика Горварда. И в первом, и во втором случае Джулиту не о чем было волноваться. Но Роглан в этот раз пылал яростью, поэтому теперь воздушный маг смотрел на Рорхильду и по холодку, гуляющему по спине, понимал, что она уже давно раскусила все его замыслы.

«И если подумать, у нас ни разу не получилось улизнуть от нее», – Джулит вздохнул и поднялся.

Ему хотелось лечь. И если уж не подумать, то хотя бы немного поспать. Но Рорхильда сразу отсекла его попытку скрыться за дверью комнаты.

– Мне нужна твоя помощь, – ее голос звучал сурово и бескомпромиссно.

Джулит только и мог, что подчиняться. И чем больше он повиновался, тем больше она нагружала его. Так прошел день, и только к ночи он смог опустить голову на подушку. Но даже сквозь дрему слышал скрип двери и ощущал спиной ее взгляд – она проверяла, чтобы даже в сладостные минуты ночи ему не пришло в голову уйти.

Но вместе с этим у Джулита сам собой созрел план. И пусть он совсем не хотел делать ничего подобного, и вся его выходка могла стоить ему огромных последствий, он все же решил действовать. Утром, как ни в чем не бывало, он возник перед Рорхильдой, спрашивал у нее о еде и будущих делах, а сам выжидал. Вглядывался в каждое ее выражение лица, в каждое движение. Он ждал подходящего момента, при этом стараясь не выдать себя ни мускулом, ни полуулыбкой, ни чуть вздувшимися ноздрями.

Она вроде бы ничего не заподозрила, отвечала как обычно и полностью была сосредоточена на готовке. И в какой-то момент промелькнуло – вот оно. Рорхильда удачно встала спиной. Осталось только нанести удар.

Джулит прикрыл глаза, сложил руки в молитвенной позе и произнес:

– Рорутхимен.

Потоки воздуха подчинились ему. Предметы взмыли в воздух, единственное окно в комнате распахнулось, а все его усилия устремились в одну точку – прямо к Рорхильде.

Джулит открыл глаза, но тут же обомлел – ветер удерживал какое-то бревно. Где же Рорхильда? Не успел он призвать силы, чтобы разыскать ее по оставляемому дыханию, как в спину что-то ударило. И хоть Джулит рухнул, он сразу же перекатился под стол. Нападение прекратилось, но кто-то будто специально медленно продвигался к нему, пока перед глазами не всплыло лицо Рорхильды – в сущих сантиметрах от Джулита. Он сглотнул.

– Не дорос ты, Джулит, до реальной битвы со мной, – с неприятной усмешкой произнесла она, после чего протянула ему руку.

Он хоть и с долей недоверия, но ответил на жест. Она вытянула его из-за стола и быстро поставила на ноги.

– Не существует плана, который можно было от меня скрыть, – продолжала тем временем Рорхильда. – Особенно, такой примитивный, как нападение.

– И чем он примитивен? – обиделся Джулит. – Вы вместе с Рогланом вырастили меня, такого удара вы точно не ожидали бы.

Рорхильда рассмеялась.

– Знаешь, как говорят? Держи друзей близко, а врагов еще ближе. Если будешь наивно полагать, что другие не способны зайти за спину, чтобы вонзить оружие, то долго не протянешь.

Джулит только нахмурился. Такие истины понятны и ему. Но разве не могло быть тех, кому можно было безгранично доверять?

– Ну и не стоит забывать про клонов. В конце концов, мы живем в мире, где существует любая магия, даже самая паршивая, – она приметно стукнула ложкой по большому котелку, чье содержимое предварительно размешала.