За пределами игры
- -
- 100%
- +
Я киваю, ибо в его словах действительно есть здравый смысл, а это наводит меня на мысль, что мы опять стоим по разным сторонам, смотря на ситуацию с разных ракурсов.
Может однажды мы окажемся на одной.
— Вот и всё. Никакой большой теории заговора. Никакого плана, который я провернул за его спиной. Мы с ним в нормальных отношениях, даже иногда посмеяться можем, если вдруг для тебя это так важно, – Райдер на секунду замирает, а потом тихо выдыхает. — Но всё, что я делал по отношению к тебе не было с целью что-то получить взамен намеренно. У меня никогда не было таких мыслей. Ты мне веришь?
Я встречаюсь с его зелёными глазами и меня прошибает от того, насколько искренним он сейчас кажется. Задумываюсь, сопоставляя все моменты и те мотивы, что сейчас прозвучали, приходя к ответу:
— Верю.
Райдер выдыхает, а его плечи расслабляются, словно с него только что упал большой груз, а на губах появляется легкая улыбка.
— Соскучились? – Кастиэль возникает рядом с другом, а ко мне подходит Тессера, неловко улыбаясь. — Мы приняли решение пройтись немного до остановки, потому что скоро начнет ходить транспорт. Возражения не принимаются.
Мы начинаем идти по дороге, постепенно удаляясь от клуба. Прохладный ветер приятно обдувает лицо, а после душного помещения это ощущается особенно хорошо. Небо уже понемногу светлеет, хотя до рассвета ещё остаётся время. На часах почти пять утра, и город вокруг выглядит совсем иначе: людей почти нет, машины проезжают редко, а привычный ночной шум постепенно стихает.
Мы с Тесс идём чуть впереди, держась под руку и время от времени переговариваемся о своём. Иногда к разговору подключаются парни, которые идут следом, бросая какие-то реплики, на которые мы отвечаем через плечо. Всё спокойно, даже немного сонно, пока в какой-то момент Кас и Райдер не начинают говорить между собой тише.
Я оборачиваюсь на них, пытаясь понять, что именно они обсуждают, но до нас доносятся только обрывки фраз. Через несколько секунд перестаю пытаться прислушиваться и снова поворачиваюсь к Тесс, продолжая идти рядом с ней.
— Красотки, пообещайте кое-что, – Кастиэль вместе с Райдером огибают нас спереди, тормозя движение. — Вы можете постоять здесь ровно в таком положении и не оборачиваться?
— Зачем? – интересуется Тесс, сведя бровь к переносице.
— Надо, – отвечает Нат. — Просто не двигайтесь. Пожалуйста.
Парни уходят, оставаясь у нас за спинами. Мы с Тесс переглядываемся, обе явно пытаясь понять, что они там задумали, но в итоге решаем просто довериться им и не вмешиваться. Через несколько минут позади нас вдруг слышатся быстрые шаги, а затем и вовсе звук того, как они срываются на бег. Мы одновременно оборачиваемся, но уже не успеваем толком разглядеть, куда именно они направились. Честно говоря, понятия не имею, что происходит и зачем им понадобилось куда-то бежать. Тесс только пожимает плечами, достаёт телефон и начинает что-то открывать на экране, пока мы продолжаем идти дальше.
— Хочешь посмеяться? – спрашивает подруга, протягивая мне сотовый. — Я выложила историю, где мы вчетвером. Догадайся с трёх раз, чей на ней просмотр.
Я смотрю на дисплей и среди кучи людей замечаю ник Доминика. Горло неприятно садит, потому что не могу знать, какая именно у него будет реакция, если учесть насколько сильно он ненавидим Райдера, рядом с которым я стою на этой фотографии.
Хотя...Плевать, и я решаю сделать репост, не стесняясь того, с кем провожу время. Пусть знает, раз его самоуверенная натура решила испортить мне настроение ещё днём.
— Кстати, он на меня не подписан, – добавляет Тесс, когда я возвращаю ей телефон. — Следит, гад.
— Можете оборачиваться, – произносит Райдер позади меня.
Не понимаю, как мы их не услышали ранее.
Мы с Тессерой переглядываемся, после чего поворачиваемся на носках, оказываясь прямо перед лицами парней. Кастиэль и Райдер стоят с букетами цветов, неловко переминаясь с ноги на ногу, пряча свои взгляды. Крафтовая упаковка огибает пыльно розовые, вперемешку с молочным цветом пионами, находящимися в руках мальчиков.
— С прошедшим днём рождения, – одновременно произносят они, приподнимая уголки губ.
Райдер протягивает руки вперёд, выставляя букет перед собой, и я аккуратно забираю его, опуская нос в свежие цветы, вдыхая приятный аромат.
Кас проделывает то же самое, получая восторженный возглас от подруги.
Поднимаю глаза исподлобья, ловя зрительный контакт с парнем, после чего не в силах удержаться от искренней улыбке.
Я не могу объяснить, что именно движет мной дальше, но я делаю один шаг вперёд, сокращая расстояние, и обнимаю его за шею, аккуратно огибая правой рукой, чтобы не задеть букетом. И теперь запах, что я ощущала ранее от пионов, сменяется его собственным.
Как же вкусно он пахнет. Цитрусовый парфюм, у которого отражаются тёплые нотки дерева, способный вскружить голову, что сейчас именно и происходит.
Я упираюсь лицом ему в шею, прикрывая глаза.
Под щекой чувствую тепло его кожи и едва заметное движение, когда он сглатывает слюну. Где-то совсем рядом размеренно бьётся пульс, и я слишком отчётливо ощущаю каждое его действие.
Райдер замирает, явно не ожидая такой реакции и теряется, но собирается с мыслями, а после на талию ложатся его руки, и он очень осторожно притягивает меня к себе.
Он был прав. Я действительно не могу определиться со своими желаниями.
— Спасибо, – мой голос звучит так предательски нежно и довольно, что мне самой становится неловко.
— Вот эти цветы тебе подходят намного больше, – комментирует он, припоминая розы, с которыми видел меня утром.
— Согласна.
Мы ещё несколько раз успеваем поблагодарить парней за вечер, пока идём по улице. Тесс то и дело напоминает им, какие они всё-таки молодцы, а я только улыбаюсь, слушая её восторженные комментарии. Со стороны мы, наверное, выглядим слишком мило и по-девчачьи: две уставшие после клуба девушки, которые всю дорогу обсуждают цветы и то, как неожиданно приятно закончился этот вечер. Я сама уже несколько раз ловлю себя на мысли, что действительно благодарна им за то, что они вторглись а наше пространство, составив нам компанию.
До остановки добираемся без приключений. Через несколько минут подъезжает автобус, и мы садимся внутрь, устраиваясь рядом. Парни занимают места неподалёку и всю дорогу продолжают что-то обсуждать между собой.
Когда мы наконец подъезжаем к кампусу, все вместе выходим и идём к общежитию.
Парни провожают нас до самого входа. На прощание мы снова благодарим их, а затем расходимся. На этот раз ни я, ни Райдер не пытаемся обняться. Между нами остаётся привычное расстояние, и, наверное, сейчас меня это даже устраивает. Я только коротко смотрю на него перед тем, как мы с Тесс заходим внутрь.
Стоит нам закрыть за собой дверь комнаты, как мы обе практически одновременно начинаем раздеваться. Я снимаю обувь, бросаю вещи на стул и наконец освобождаюсь от одежды, которая за несколько часов успела порядком надоесть. Цветы я сразу ставлю в вазу и убираю её на прикроватную тумбочку. На этом для меня история заканчивается.
А вот Тесс, кажется, совершенно не собирается с ними расставаться.
Она переодевается, не выпуская букет из рук, потом садится на кровать и снова поднимает его перед собой, рассматривая каждый цветок. Поворачивает вазу, поправляет несколько стеблей, что-то тихо говорит себе под нос и улыбается. Я наблюдаю за ней, пока не понимаю, что она действительно настолько довольна этим подарком, что готова провести с ним остаток ночи.
И в этот момент мои догадки окончательно подтверждаются.
— Тебе нравится Кас, – это даже не вопрос, а простое утверждение.
— Это слишком заметно, да? – Тесс легонько приподнимает уголки губ, не собираясь отрицать.
— После цветов – да, пожалуй, очевидно, – я присаживаюсь на диван рядом с ней. — Лично для меня.
— Это всё равно не имеет никакого значения, – подруга проводит ладонью по лицу, устало выдыхая.
— Почему? Ты настолько уверена в том, что это не взаимно? Мне показалось, что ты ему нравишься.
— Мэдс... – она поворачивается ко мне, и я вижу, как её глаза начинают поблёскивать от влаги. — Он со всеми так общается, понимаешь? Я не эксклюзив. Самое отвратительное – это то, что мне всё равно. Я люблю себя и уважаю саму себя, но меня трясёт от него. От каждого его присутствия, когда он обнимает меня, касается, я запоминаю всё в мелких деталях. Он не выходит из моей головы никогда, каждый раз я вспоминаю о нём. О чем ты вообще? Я сидела на свидании с Брайеном, а в моих мыслях был другой, точнее, я так тонко понимала, что не должна была вообще быть здесь, тем более с ним.
По щеке Тессеры медленно стекает одна слезинка, и мне так становится больно за неё, что я завлекаю подругу в крепкие объятья.
— И я готова ненавидеть его за это. Но не могу. Я ненавижу себя, что влюбилась именно в него.
Но я видела, как он реагировал на то, что она ходила на свидание с другим. Более того Райдер, который его лучший друг, смеялся именно с него. Скорее всего он знает гораздо больше, именно поэтому это вызвало такую эмоцию.
Может быть причина, по которой он иначе относится к Тессере – это именно Кастиэль?
Глава 28. Овертайм
Twitter@Miss L
«Вы меня все заспамили сообщениями с просьбой прочитать статью про вашего уважаемого и всеми любимого, в кавычках, Райдера.
Ладно. Прочитала.
Что могу сказать? Статья действительно хорошо написана. Мне понравилась структура, вопросы, то, как всё это построено.
А что касается самого Райдера…
Насколько я поняла, он всю жизнь пытался доказать, что способен добиться всего самостоятельно. Вдали от отца, его имени, его репутации и всего остального, что автоматически прилагается к фамилии известного хоккеиста.
Ну и что тут скажешь?
Молодец.
Действительно молодец. Поставил себе цель, добился её, выбрал собственный путь. Отлично. Радуемся за человека, хлопаем в ладоши, расходимся. Он такой необычный и не такой, как все, да?
Что ещё вы хотите от меня?
Мне теперь написать отдельный пост о том, какой Райдер замечательный человек?»
Личные сообщения:
Райдер:
«это был сарказм, или ты действительно считаешь, что я молодец?)»
Мисс Эл:
«можешь перечитать ещё раз, если с первого раза что-то не понял)»
Райдер:
«ты такая злая, потому что у нас не сложилось свидание, да?»
«извини, что расстроил. я понимаю, что это очень обидно:(»
Мисс Эл:
«конечно, как ты догадался? ты не сдержал обещание, а я ведь так мечтала сходить с тобой на свидание(»
Райдер:
«скажи честно, если бы мы всё-таки выиграли первую игру, ты бы всё равно никуда со мной не пошла?»
«скорее всего, заблокировала бы меня или слилась?»
«я прав?»
Мисс Эл:
«да, прав»
****
Райдер
Язык — мой главный враг.
Иначе я не могу это объяснить.
Или мой мозг решает отключаться в присутствии девушки с янтарными глазами, или я стал настолько слепым, что перестал замечать очевидное.
Честно говоря, мне уже смешно вспоминать, чем закончился наш поход в клуб. Особенно мои слова про два варианта, один из которых должен быть верным.
Что бы ни подумала Мэдс — она попадёт в яблочко.
Потому что схема с ревностью, которую они устроили Кастиэлю, была филигранной. Просто гениальной.
Плохая новость в том, что я понял, что этот придурок до сих пор неровно дышит к Тесс, только в тот момент.
Она нравилась ему ещё в начале. И нет, мне действительно тогда не показалось. Но после первого курса Кас заявил, что это не так и у них ничего не получится, потому что отношения его не интересуют. Но это было так давно, что я уже не брал это во внимание.
Что же это за два варианта, по которым я не могу использовать манеру общения под названием флирт по отношению к Тессере?
Первое — она подруга той, что мне нравится.
Я всё ещё не мудак, чтобы так делать.
Второе — в неё влюблён мой лучший друг.
Я имел в виду только первый вариант. Но за столом, когда Кастиэль так разозлился из-за того, что Тессера ходила на свидание с другим, стало очевидно: теперь работают оба.
Собственно, плевать. Мне всё-таки интересно, что из этого выбрала бы Мэдс.
Точнее, какой вариант ей понравился бы больше.
Кстати, об игре в «Я никогда не». Я думал, что убью своего друга. Честное слово. Одной фразой он сумел лишить меня дара речи и на несколько секунд пустить по моему телу сплошное онемение.
Потому что Кас имел в виду ситуацию с Рэйфом. Это я понял. И чёрт бы с ним.
Но проблема была в другом. Мэдс я предложил дружбу, чтобы быть к ней ближе и завоевать её доверие. И это две разные вещи.
Дерьмово получилось, но…
Считаю, что я грёбаный гений.
Простите за излишнюю самовлюблённость, но я определённо хорош. План работает как швейцарские часы.
Мало того, что она сказала, что верит мне.
Она меня обняла.
А вот это уже, мать его, серьёзно.
И это было, блять, потрясающе. Настолько, что я на миг опешил, не ожидая никак такой реакции. Я рассчитывал на «спасибо» и милую улыбку, а получил намного больше.
Это было какое-то личное испытание моей выдержки, потому что когда я увидел, что какой-то ублюдок начал к ней приставать, то дальше уже не думал от слова совсем. За секунду оказался там, и хотел ушатать его прямо на танцполе с одного удара, чтобы потом по нему ещё протопталась остальная толпа, когда он бы рухнул на пол.
Но это бы меня выдало, очевидно. Пока что я не имею на неё прав, как парень.
Пока что.
Пропущу тот факт, что после её танцев я сидел продолжительное время со стояком, вечно поправляя штаны, чтобы это не было настолько заметно. Клянусь, я еле сдержался, чтобы не утащить её в темный угол и не поцеловать также грязно и жадно, как она виляла бёдрами, задевая мой член.
Она меня проверяла и ждала, что же я буду делать. Но, это не я лез к ней и не я приставал, а когда она сама это сделала – дальше уже не стал держать руки при себе и строить из себя святого. Я что, дурак?
Это было достаточно забавно. Как минимум, говорит о том, что я ей не противен, а мои касания ей нравятся, иначе она бы не дрожала так сильно в моих руках.
И, если это хоть каким-то образом поможет мне заслужить её расположение, то я готов проигнорировать ноющий член, нуждающийся в чьих-то прикосновениях. Нет. Не в чьих-то, а конкретно в её.
Больше всего меня раздражает, что рядом с ней мне приходится наступать на собственное горло и отказываться от всего, к чему я привык.
Я не собираюсь лезть к ней первым. Уже проходили. Стоит мне самому сделать шаг навстречу — она сразу закрывается.
Поэтому я подожду.
Когда она сама захочет — я это пойму. А пока мне остаётся только держать руки при себе и делать вид, что меня совершенно не ебёт, как сильно я её хочу.
Даже если мой член с этим решением категорически не согласен.
И, мать его, иногда мне кажется, что проще было бы выиграть финал чемпионата, чем продолжать строить из себя девственника, которому вообще не интересны девушки.
Хотя бы потому, что у этого девственника уже давно закончились аргументы в пользу собственного целомудрия.
Флиртовать вообще безумно легко, пока речь не заходит о человеке, который тебе действительно нравится. Раньше я это делал с ней легко и даже не думал о словах, а сейчас запариваюсь над каждым, чтобы это звучало не просто круто, но и тонко.
Кстати, знаете, что мы сейчас делаем?
Идем на чёртово футбольное поле.
Зачем?
Кас хочет поговорить с Брайаном.
Принесите мне пиво светлое нефильтрованное и чипсы, пожалуйста. Это зрелище так прекрасно.
— Немое кино он любит, идиот, – бурчит себе под нос Кас. — А она любит комедии нулевых.
Бронте шагает размеренно, вечно цокая языком, вызывая во мне короткие смешки, что я уже не могу держать в себе.
— Ты достал! С чего ты смеешься всю дорогу? – в какой-то момент Кас решает уточнить, чем вызвано моё хорошее настроение, повернув голову.
— С тебя.
— В смысле?
— В прямом. Мне весело, что тебе было абсолютно плевать на Тесс, пока ты на горизонте не увидел потенциального конкурента. И теперь ты лишился её полного внимания. Вот ты и бесишься.
— Это никак не связано, – продолжает отрицать Кастиэль.
Я бы ему поверил, если бы не знал его вот уже девять лет своей жизни.
— Ну-ну.
— Тебе напомнить за что мы набили морду Брайану пару лет назад?
— Я помню.
Неприятная история, и до сих пор неизвестно правдива она или нет. Это всё ещё наш любимый и незабываемый первый курс. Одна девушка подбежала к нам тогда и попросила помочь, рассказав о том, что Брайан что-то подсыпал её подруге, а потом увел куда-то наверх. Мы вытащили его из комнаты, а точнее стянули с тела девушки, после чего хорошенько приложили головой об стену. Он отрицал все выдвинутые против него аргументы, говоря о том, что ему это не нужно, чтобы переспать с кем-то. И в последующие годы никаких подобных историй не возникало. Либо же до нас они не доходили. Мы всё-таки в разных мирах колледжа обитаем.
— Тогда какие вопросы? – Кас останавливается напротив меня, оживленно дыша. — Я не хочу, чтобы он приближался к ней даже на дюйм, и это называется дружеская забота.
— Нет, ты пытаешься решить за неё и огородить Тесс от мужского пола, что в целом не очень адекватно.
— Меня не волнует. Я хочу уберечь её от этого ублюдка. Это благородно.
— Признайся, что дело не в самом Брайане и не в том, что у него не самая хорошая репутация, – толкаю его в плечо, чтобы растормошить. — Тесс не глупая девочка, и как никто другой знает, что из чужих рук пить нельзя, как и оставлять стакан без присмотра, а в её сумке всегда лежит перцовый баллончик. Тем более, она сказала, что он был милым и интересным.
— К чему ты ведешь?!
— К тому, что если бы это был не Брайан, а кто-то другой очень хороший, то ты бы придумал тысячу аргументов, чтобы запретить ему с ней общаться. Кстати, это вторжение в личное пространство, и я это не поддерживаю, – мой друг округляет глаза, после чего хмурится. — Признайся, что тебе не всё равно. И она тебя нравится. Не как подруга.
— Райдер, прекрати, – он вскидывает руками, отворачиваясь от меня. — Ты же знаешь, что это не для меня. Все эти отношения, любовь, чувства. Я быстро теряю интерес, мне всё наскучивает, и я ищу что-то новое во всём.
Кастиэль оттягивает волосы на затылке, словно борется с самим собой. Всё, что он говорит, имеет смысл, и это действительно правда.
Бронте — самый непостоянный человек из всех, кого я знаю. Каждый месяц, каждого года у него новые предпочтения, вкусы и увлечения. Нам обоим уже по двадцать одному, а Кас всё ещё умудряется менять интересы чаще, чем люди успевают их запоминать. Понимаете, да, насколько всё плохо?
Единственное постоянное, что у него есть – это я, хоккей и любовь к спортивным машинам. Как бы смешно это ни звучало.
— Я боюсь, понимаешь, – его голос становится тише. — Поэтому я не хочу начинать что-то с Тесс, если через пару месяцев мне станет скучно. Она мне нравится. Как человек она классная. Она красивая, умная. Мне с ней всегда весело и комфортно. Я помню, как мы проводили время на первом курсе, когда только познакомились. И сейчас мне нравится быть рядом с ней. Но что, если этого недостаточно?
До этого момента я ещё мог воспринимать его слова как очередную попытку отмазаться от очевидного. Но сейчас он действительно выглядит так, будто впервые вслух сказал то, что долго не хотел признавать даже самому себе.
— А ты пробовал?
— Что?
— Быть с ней.
— Нет.
— Тогда откуда ты знаешь, что тебе станет скучно?
— Потому что я знаю себя.
— Ты знаешь себя в ситуации, где у тебя нет никаких обязательств, – развожу руками. — Это немного другое. Зачем ты заранее отказываешься от того, что не испытывал на себе?
— Потому что я не хочу сделать ей больно, – честно сознаётся Кастиэль, притупив взгляд. — А я сделаю. Не хочу однажды проснуться и понять, что мне больше неинтересно. Не хочу начать смотреть на других девушек. Не хочу, чтобы она потом сидела и думала, что со мной было не так. Ещё хуже, если решит, что с ней что-то не так. Поэтому проще вообще не начинать.
— Ты себя вообще слышишь? – набираю воздух полной грудью, потому что мне хочется убить его на ровном месте. — Ты знаешь прекрасно, что она к тебе неровно дышит. Да мы все это знаем! Ваши чувства, к слову, взаимны, если ты ещё не понял. Ты решил, что отношения с тобой обязательно закончатся плохо, а у тебя их ни разу не было, чтобы ты так думал! Всё, что ты говоришь – лишь неподтверждённая теория.
Кас затихает, начиная обдумывать сказанное, наворачивая круги по тротуару. Вот мне бы сейчас подобное положение: у тебя с девушкой взаимные чувства, а я такой идиот и ничего с этим не делаю.
— Ты даже не оставляешь ей права ошибиться вместе с тобой.
— Мой отец тоже так начинал, – всё же отвечает Бронте, присаживаясь на скамейку, а я следую за ним. — Разъезды. Командировки. Бизнес. Постоянно где-то ещё. Мать его ждала дома. А он ей изменял, всегда, и я это видел. Потом он заверял, что это ничего не значит, а маму он любит и просил об этом не говорить.
Я помню историю, где Кас застукал своего отца с другой женщиной, после чего он сразу позвонил мне, попросив взять фальшивые документы, и мы отправились в бар, откуда вышли только под утро. Нам было восемнадцать, а это произошло прямо перед отъездом в колледж.
— Ты думаешь, что будет также и с тобой?
— Я не знаю, у меня нет никакого другого примера отношений. Это у тебя он был, – Кас проводит ладонью по лицу. — Мы собираемся играть в НХЛ, Райдер. Восемьдесят две игры за сезон. Самолёты, отели, перелёты, половина жизни хрен знает где. Ты сам уверен, что сможешь быть с одним человеком всё это время? Что никогда не появится кто-то другой? Что тебе никогда не захочется чего-то нового?
Это действительно правильные и хорошие вопросы, но мы никогда не знаем, что будет с нами дальше. Я знаю, что верен той, кого выбираю, и не могу иначе. И как сказал Кас – у меня действительно есть хороший пример. И это мой отец. Да, в отношениях с другой женщиной, к сожалению. С моей мамой у них не получилось, и я плохо помню, что у них вообще было, но он ей не изменял никогда.
Я вижу, как он относится к Ванессе. И это ни что иное, как самое правильное отношение мужчины к своей женщине.
— Я всегда в себе уверен, но никто от этого не застрахован, – собираю ладони в крепкий замок. — Но я могу гарантировать: если когда-нибудь пойму, что больше не хочу быть в отношениях, я закончу их прежде, чем пойду к другой.
— Это всё равно дерьмо, – Кас качает головой.
— Конечно, – короткий смешок слетает с моих губ. — Расставание вообще редко бывает охуенным событием, если только вы не достали друг друга.
— А если мне захочется трахнуть другую девушку, пока ещё в отношениях?
— Желание не делает человека изменщиком. Поступки делают. Если однажды ты поймёшь, что хочешь другую, у тебя есть рот, чтобы сказать своей девушке, что всё закончилось.
— Всё равно больно.
— Больно. Но знаешь, что ещё больнее? Узнать, что человек месяцами трахался с кем-то за твоей спиной и улыбался тебе за завтраком.
— Вот и что мне делать? Я хочу разбить морду Брайану, клянусь, меня всего трясёт, – кулаки Кастиэля сжимаются так резко, что я невольно смотрю на его руки. — Но, как ты и сказал, я решаю за неё, а я ей по факту не являюсь парнем. Замкнутый круг.
— Давай так. Если ты мне сейчас говоришь, что «я устраняю от неё Брайана, а сам зову её на свидание и даю самому себе шанс на счастливое будущее», то я сам лично впечатаю этого ушлёпка в стену и пригрожу ему, – моё предложение вызывает у него громкий смех. — Или тебе слабо?
— Ты сейчас серьёзно? Берешь меня на слабо?
— Именно это я и делаю, – не могу сдержаться от улыбки. — Ты не сможешь отказаться, как и я.
— Какая же ты скотина всё-таки, – мы пожимаем руки.
— А вообще, иди-ка ты к чёрту! – встаю на ноги, после чего указываю на него пальцем. — Я вообще не должен решать твои проблемы и быть твоим психологом после того, как ты подставил меня в клубе со своим «дружба с целью выгоды».
— Бро, ну я уже извинялся за это несколько раз! – Бронте расплывается в улыбке, потому что теперь его очередь надо мной измываться. — Если бы ты мне сразу всё рассказал, то я бы ни за что тебя не подставил, ты же знаешь. Откуда я знал, что ты влюбился в Мэдс?