Свобода от "Надо". Заметки психолога на пути к себе
- -
- 100%
- +
Другая моя клиентка, талантливый дизайнер, рассказывала, что она годами не могла начать свой собственный проект, потому что боялась, что он не будет идеальным, что кто-то найдёт в нём недостатки и скажет, что она плохой специалист. Она переделывала свои работы бесконечное количество раз, доводя их до совершенства, но так и не решалась показать их миру, потому что внутри неё жил тот самый голос учительницы, которая когда-то сказала ей, что её рисунок «недостаточно хорош для пятёрки». И только когда она начала работать с этим страхом, когда она позволила себе быть несовершенной и разрешила себе ошибаться, она наконец выпустила свой первый проект, и он имел огромный успех.
Что же происходит с нашим чувством собственного достоинства, когда мы вырастаем из школы, но школа продолжает жить внутри нас? Мы переносим ту самую систему оценок на всю свою взрослую жизнь: мы оцениваем себя за успехи на работе, за семейное положение, за социальный статус, за количество подписчиков в соцсетях, за то, сколько мы зарабатываем и как мы выглядим. Мы требуем от себя идеальности во всём, и, если что-то идёт не так, мы ставим себе двойку и начинаем чувствовать себя никчёмными и недостойными любви. Мы забываем, что жизнь не школа, что в ней не бывает правильных ответов, что в ней можно пробовать, ошибаться, менять направление, выбирать новый путь, и что всё это не делает нас плохими, а скорее, наоборот, живыми.
И самое печальное в этой истории то, что мы передаём эту систему оценок своим детям, даже не осознавая этого. Мы говорим им: «Что ты получил? А почему не пятёрка? А кто лучше? А сколько ошибок?» И в этих вопросах звучит всё тот же страх, который мы сами когда-то впитали: страх быть недостаточно хорошим, не оправдать ожиданий, страх быть отвергнутым за ошибку. Мы хотим для своих детей лучшего, но лучшим для них оказывается то же самое, что было для нас: бесконечная гонка за оценками, за одобрением, за тем, чтобы быть «хорошим» и «правильным».
Мы передаём дальше не то, что говорим, а то, что чувствуем. Мы передаём свои страхи, свои установки, свои шаблоны, и они становятся шаблонами для наших детей, даже если мы очень стараемся этого не делать. И единственный способ разорвать этот круг – начать с себя: научиться не бояться ошибок, разрешить себе быть несовершенными, перестать требовать от себя идеальности, чтобы потом не требовать её от своих детей.
А теперь подумайте, какую «систему оценок» Вы перенесли во взрослую жизнь. Где вы до сих пор требуете от себя пятёрки? Представьте на мгновение, что вы можете жить без этой системы оценок. Просто жить, пробовать, ошибаться, учиться, радоваться успехам, не измеряя себя и других линейкой «хорошо-плохо». Что бы изменилось в вашей жизни? Эти размышления могут показаться сложными, но именно они часто становятся началом настоящих перемен.
Я не говорю, что это легко: отпустить школьный страх, который рос с нами годами и стал частью нашей личности. Это долгий процесс, который требует времени, терпения и огромной внутренней работы. Но я вижу, как это работает, в своей жизни, в жизни своих клиентов, в жизни людей, которые решили, что они устали быть хорошими и хотят быть просто собой. Я вижу, как освобождает это чувство, когда ты перестаёшь бояться ошибок и начинаешь воспринимать их как часть пути, как необходимый этап роста, как возможность узнать что-то новое о себе и о мире.
И если вы сейчас чувствуете, что этот страх всё ещё сидит в Вас, если вы всё ещё боитесь ошибиться, всё ещё требуете от себя идеальности, всё ещё ждёте от жизни пятёрки, я хочу сказать одну вещь. Вы не обязаны быть идеальными. Вы не обязаны знать всё. Вы не обязаны делать всё правильно с первого раза. Ошибка – это не приговор, это опыт. И вы имеете право ошибаться, имеете право учиться, имеете право расти, и всё это не делает вас плохим человеком.
И всё же школа учит нас не только бояться ошибок. Она учит нас мыслить шаблонно, искать единственно правильный ответ и бояться любого отклонения от этого единственного, утверждённого варианта. Я помню, как много раз я не отвечала на уроке, хотя знала ответ, но мой ответ был другим, не таким, как в учебнике, не таким, как ждала учительница, и я боялась поднять руку и услышать это холодное «неправильно» или, что ещё хуже, «откуда ты это взяла?». За другое мнение можно было получить двойку, а если не двойку, то, как минимум тяжёлый осуждающий взгляд, который запоминался надолго и отбивал желание высказываться в следующий раз. Мы привыкали, что есть только один верный путь, только одно правильное решение, только одна допустимая точка зрения, и любое отступление от этого карается, а любое творчество пресекается на корню.
И это, наверное, самое печальное в школьной системе. Она формирует наш способ думать, подрезает крылья нашей оригинальности, приучает нас к тому, что безопаснее быть как все, чем рискнуть и предложить что-то своё. Мы вырастаем и продолжаем жить по этому принципу: на работе мы боимся предлагать нестандартные идеи, в отношениях мы боимся говорить о своих настоящих чувствах, в творчестве мы боимся выйти за рамки привычного, потому что внутри нас живёт тот самый школьный страх, что за «не как у всех» последует наказание.
Я часто задумывалась о том, как по-разному можно было бы подойти к оценке детских работ. Прочитала в Интернете очень интересную мысль. Представьте, если бы отмечали не ошибки красной пастой, которая сразу же кричит о провале, а то, что получилось лучше всего –зелёной пастой, которая говорит ребёнку: «Посмотри, как здорово у тебя получилось здесь, это твоя сильная сторона, развивай её». Как бы изменилось наше отношение к учёбе, к себе, к своим способностям, если бы мы с детства видели не свои недостатки, а свои таланты? Возможно, мы бы меньше боялись ошибаться и больше верили в себя, возможно, мы бы смелее пробовали новое и не боялись идти своим путём.
И ещё одна вещь, которая меня всегда удивляла в нашей системе образования и вообще в нашей культуре. Это убеждение, что нужно в первую очередь подтягивать те предметы, которые хромают, и что сильные стороны можно оставить на потом, они и так никуда не денутся. Мне всегда казалась странной эта логика: если у меня не получается математика, зато литература даётся легко и с радостью, я должна нанимать репетитора по математике и тратить на неё свои силы, чтобы в итоге стать среднячком по обоим предметам и потерять шанс стать настоящим профессионалом в том, что я люблю и что у меня хорошо получается. А что, если бы я пошла к репетитору по литературе? Что, если бы я развивала то, что у меня получается лучше всего, вместо того чтобы бесконечно подтягивать то, что хромает? У меня был бы реальный шанс стать писателем, журналистом, редактором, да кем угодно, но точно не тем человеком, который умеет всё понемногу и ничего по-настоящему.
Эта установка – подтягивать слабые стороны за счёт сильных, пронизывает всю нашу жизнь. Мы выбираем работу, которая не очень подходит, но стабильна; мы остаёмся в отношениях, которые не делают нас счастливыми, потому что боимся что-то менять; мы тратим годы на то, что нам неинтересно, вместо того чтобы вкладываться в свои настоящие таланты и желания. Мы боимся рискнуть и пойти своим путём, потому что школа и культура научили нас: главное – это быть как все, не выделяться, не отличаться, не пытаться быть лучше в чём-то одном, а быть средним во всём.
А что, если всё это неправда? Что, если самый правильный путь – это развивать свои сильные стороны, то, что у нас получается легко и с радостью, то, что мы любим и что нас вдохновляет? Что, если смысл не в том, чтобы стать среднячком во всём, а в том, чтобы найти своё призвание и стать в нём лучшим? Что, если ошибка – это не повод для наказания, а другое мнение – это не угроза, а возможность увидеть мир с новой стороны?
А что бы вы выбрали, если бы не боялись, что осудят за то, что вы идёте не по шаблону? И какой путь вы могли бы выбрать сейчас, если бы позволили себе эту смелость – быть не как все, а быть собой? Это страшно, но именно так рождаются настоящие профессионалы, творцы и просто счастливые люди.
Глава 3. Кнут и пряник, который ломает
«Вот поругаешь тебя, так сразу результат виден». Я до сих пор помню эту фразу: моя учительница произнесла её с явной гордостью, как будто её строгость была волшебной палочкой, а результат любой ценой был тем самым главным достижением, которое оправдывает любые методы. Она не знала тогда, что я буду вспоминать эти слова спустя много лет, перебирать их в памяти и постепенно понимать, что она искренне считала, будто воспитывает во мне ответственность и силу характера, а на самом деле воспитывала тревогу, которая потом поселится во мне надолго и будет влиять на каждое моё решение.
Результат, который достигается через страх, не является истинной победой, это, скорее, просто выживание, как дрожь в коленях перед контрольной, это пятёрка, которой я радовалась ровно три секунды, а потом снова накатывал страх: а получу ли я следующую, а не ошибусь ли я в чём-то, а не разочарую ли я кого-то своим следующим шагом. И так по кругу, потому что система кнута и пряника не предполагает остановок, она требует всё новых и новых результатов, всё новых и новых подтверждений того, что ты «хороший» и «достойный».
Тяжела роль отличницы. Это как олимпийский чемпион, когда ты уже получил высшую оценку, и теперь даже серебро равно проигрышу. А четверка– плохая оценка.
Я не помню радости от своих успехов в те годы, только ком в горле и постоянное напряжение, которое не отпускало ни на минуту. Учительница, наверное, гордилась собой и моими пятёрками и показывала меня в пример другим, а я гордиться не умела, я просто боялась, что если я перестану быть отличницей, если я позволю себе хотя бы одну ошибку, весь этот хрупкий мир одобрения и любви рухнет в один момент. Я думала, что я такая одна, что все вокруг справляются легко и без напряжения, а я – нет, я просто слабая.
Но теперь я понимаю: это не я была слабой. Это метод кнута, который применяли ко мне с самыми благими намерениями, сломал мою способность радоваться результату, он научил меня жить в постоянном напряжении, но не помог получать удовольствие от того, что я делаю, и это, наверное, самая большая цена, которую мы платим за систему, построенную на страхе и наказании. И теперь я убеждена: все, что мы делаем на пределе, на надрыве, вряд ли принесет пользу. Или принесет… но какая цена? Моя цена – постоянная тревога, с которой борюсь до сир пор.
Сейчас я учусь другому: медленно, с трудом, с постоянными срывами и возвращениями к старым привычкам, но я учусь. Я учусь хотеть, а не бояться, учусь делать что-то потому, что мне это интересно, а не потому, что страшно получить двойку или осуждение, учусь разрешать себе иногда не быть отличницей, не быть идеальной, не соответствовать всем ожиданиям сразу. Я учусь замечать разницу между тем, что я делаю из страха, и тем, что я делаю из искреннего желания, и эта разница оказывается огромной – она меняет всё: и качество работы, и моё самочувствие, и мои отношения с людьми, и моё отношение к себе. Очень важные слова, которые поменяли мое отношение к любой своей работе: «Худший текст – ненаписанный текст, худшее видео – не выложенное видео». «Лучше сделать на тройку, чем не сделать вообще». Если вы сейчас читаете эту книгу, значит я смогла. Выложить ее неидеальной, потому что идеальной сделать просто невозможно. А раньше бы она лежала годами, читалась по сто раз и так бы и не увидела свет.
Это не значит, что я теперь совсем не боюсь, страх никуда не исчезает, он остаётся, он живёт где-то внутри и иногда напоминает о себе в самые неожиданные моменты. Но я научилась замечать его, не подчиняться ему автоматически, делать паузу и спрашивать себя: «Я делаю это потому, что хочу, или потому что боюсь?» И этот вопрос, такой простой на первый взгляд, оказывается самым важным инструментом на пути к себе.
И знаете, что я заметила? Когда я делаю что-то из страха, результат получается хорошим, но он не приносит удовлетворения – только облегчение, что всё закончилось, и я снова выжила. А когда я делаю что-то из желания, из интереса, из любопытства, то результат может быть даже не идеальным, но я чувствую радость, я чувствую, что это моё, что я была в процессе, что я жила, а не просто выполняла программу.
В этом месте стоит задуматься: а как у вас? Что вы делаете из страха, а что – из искреннего желания? И что бы изменилось, если бы вы разрешили себе делать что-то просто из любопытства, без страха оценки?
Я вижу этот механизм в работе с клиентами постоянно. Люди приходят ко мне, успешные, состоявшиеся, с хорошими карьерами и доходами, но они не чувствуют удовлетворения от того, что у них есть. Они добились всего, чего хотели, но внутри – пустота, потому что достижения сделаны из страха, ведь они всю жизнь боялись быть плохими, не оправдать ожиданий, боялись, что их отвергнут, если они остановятся хоть на минуту. И они продолжают бежать этот бесконечный марафон, даже не понимая, зачем они бегут и куда.
Один из моих клиентов, очень успешный адвокат, рассказывал мне, что он ни разу в жизни не выбирал дело, которое ему действительно интересно, а только то, что принесёт больше денег и одобрения, что сделает его ещё более успешным в глазах других. Ну или с чем он наверняка справится. Он никогда не спрашивал себя, хочет ли он этим заниматься. И в какой-то момент он понял, что прожил двадцать лет профессиональной жизни, не получив от неё ни грамма удовольствия, и это осознание стало для него настоящим кризисом, но и началом пути к себе.
Или другая клиентка, талантливый музыкант, которая бросила музыку после того, как родители сказали ей, что это несерьёзно и что нужно получить нормальную профессию. Она послушалась, поступила на экономический, отучилась, устроилась на работу, и пятнадцать лет чувствовала себя несчастной, пока не решила вернуться к тому, что любила. Она боялась, что уже поздно, что она потеряла время, что у неё ничего не получится, но она всё равно рискнула, и сейчас она играет в оркестре и говорит, что это лучшие годы её жизни.
Что общего у этих историй? Они обе про то, как страх и система внешних оценок заставляют нас отказываться от себя настоящего, выбирать безопасность вместо свободы, одобрение вместо счастья. И они обе про то, что вернуться к себе никогда не поздно, что даже после долгих лет жизни по чужим правилам можно остановиться, выдохнуть и спросить себя: «А чего хочу я?»
Кнут и пряник не работают по-настоящему. Они создают иллюзию достижений, но разрушают нашу способность радоваться и быть собой. Они превращают жизнь в бесконечную гонку, где нет финиша, где всегда есть кто-то лучше, кто-то успешнее, кто-то более «правильный», и где мы никогда не можем остановиться и сказать: «Всё хорошо, я справился, я молодец». И самая страшная цена этой системы то, что мы перестаём слышать себя, забываем, что внутри нас есть голос, который знает, чего мы на самом деле хотим, и мы начинаем жить по чужим сценариям, делая вид, что нас всё устраивает.
А ведь можно по-другому. Можно выбирать то, что отзывается внутри, даже если это кажется неправильным или неудобным для других. Можно разрешить себе ошибаться и не быть идеальным. Можно делать что-то из любопытства, а не из страха. И можно учиться радоваться своим успехам не потому, что ты боялся и выжил, а потому что ты сделал что-то важное и интересное для себя.
Я часто думаю о том, как изменилась бы моя жизнь, если бы в детстве меня хвалили не за пятёрки, а за старание, за смелость попробовать что-то новое, за то, что я не побоялась ошибиться. Если бы мне говорили не «молодец, что не ошиблась», а «молодец, что попробовала», возможно, я бы меньше боялась ошибок во взрослой жизни, возможно, я бы смелее шла на риски и пробовала новое. И, неверное, я бы чувствовала себя более свободной и живой. Но прошлого не изменить, можно только учиться перестраивать своё отношение к себе сейчас, шаг за шагом, день за днём.
И я учусь. Иногда получается, иногда нет. Иногда страх побеждает, и я снова выбираю безопасность вместо свободы, одобрение вместо себя. Но каждый раз, когда я это замечаю, я делаю ещё один маленький шаг в свою сторону.
Глава 4. Что мы передаём дальше
Я часто думаю о том, как устроена эта невидимая передача от родителей к детям, от поколения к поколению, от одной семьи к другой. Мы не замечаем её, пока она не начинает проявляться в наших собственных жизнях, страхах, в наших убеждениях, в том, как мы строим отношения с миром и с собой. Мы думаем, что мы свободны, что мы выбираем сами, что мы живём свою жизнь, но, если присмотреться внимательнее, можно увидеть, как много в нас от тех, кто был до нас, как много мы несём в себе их надежд, их страхов, их непрожитых историй и невысказанных слов.
Одна из моих клиенток, молодая женщина, которая никак не могла наладить отношения с собственной дочерью-подростком, рассказывала мне о том, как они постоянно ссорятся, как дочь обвиняет её в том, что она её не принимает, не слушает, постоянно критикует. Она искренне не понимала, что происходит, она хотела для дочери только самого лучшего, чтобы та была счастливой и успешной, она хотела поддерживать её, но все её попытки заканчивались скандалами и обидами. И в процессе нашей работы мы постепенно начали разбираться, откуда взялись те слова, которые она говорит своей дочери, те интонации, те ожидания, которые она на неё возлагает.
Оказалось, что она просто повторяет то, что когда-то слышала от своей собственной матери. «Ты должна быть лучше, чем другие», «Посмотри на соседскую девочку, как она старается», «Как ты могла так поступить, нам стыдно за тебя». Она не хотела критиковать дочь, искренне верила, что таким образом она помогает ей стать сильнее, успешнее, лучше. Но единственный язык, который она знала, был языком критики и сравнения, потому что на этом языке говорили с ней самой, и она выросла с убеждением, что именно так и нужно воспитывать детей.
И когда она это осознала, она впервые увидела, что её критика была не инструментом воспитания, а просто отражением её собственного страха, что её дочь не справится, что она будет хуже других, что её отвергнут, что она не добьётся успеха. Этот страх жил в ней с детства, он передался ей от её матери, а той, скорее всего, от её собственной, и она переносила его на свою дочь, даже не понимая этого, даже не замечая, как он искажает их отношения и мешает их близости.
В этом месте, наверное, стоит задуматься на минуту: что из того, что мы говорим своим близким, на самом деле не наше, а пришло к нам из прошлого, из семьи, из культуры? Какие слова мы произносим автоматически, не задумываясь об их смысле, просто потому что так говорили наши родители, так говорят все, так принято? И что из этого мы хотели бы прекратить передавать дальше, а от чего освободиться, чтобы не передавать его своим детям.
Когда мы неосознанно копируем, получается, как в той истории из Интернета, когда девушка подрезала сосиски с обоих краев, прежде чем варить. Муж спросил, зачем она так делает, она просто пожала плечами и сказала, что так делала ее мама. Когда пара спросила у мамы, та сказала, что так делала ее мама. И только бабушка внесла ясность – кастрюля была маленькой. Или почему говорят, что, когда рассыпается соль – это плохая примета? Да потому что, когда она появилась, соль была на вес золота. Естественно, не к добру было ее рассыпать. Вот так и у нас, есть какие-то установки, а откуда они появились, часто мы и понятия не имеем. И нередко оказывается, что многие уже не так-то и нужны.
Я вижу этот механизм постоянно в своей работе, в жизни, в разговорах с друзьями и знакомыми. Мы все являемся носителями невидимых семейных программ, которые передаются из поколения в поколение, как эстафетная палочка, и мы редко задумываемся о том, что мы несём и кому мы передаём эту ношу. Мы можем годами жить с убеждениями, которые нам не принадлежат, которые были сформированы задолго до нашего рождения, которые не имеют никакого отношения к нашей реальной жизни, и мы будем передавать их дальше, если не остановимся и не спросим себя: «а это правда моё? А я хочу это оставить или я хочу это отпустить?»
Мой клиент, мужчина средних лет, вырос в семье, где эмоции считались проявлением слабости и их принято было подавлять. Его отец никогда не плакал, никогда не показывал страха, никогда не говорил о своих чувствах, и он вырос с твёрдым убеждением, что настоящий мужчина должен быть сильным, несгибаемым, неэмоциональным. Он стал отцом и воспитывал своего сына так же, как воспитывали его самого: «Не плачь, ты же мужчина», «Не показывай слабость», «Держи всё в себе, никто не должен знать, что ты чувствуешь».
Но сын рос замкнутым, тревожным, не умеющим выражать свои эмоции, просить о помощи, быть уязвимым в отношениях. И отец не понимал, что происходит, потому что он делал всё «правильно», как его учили, как было принято в их семье, как он сам вырос. Когда он пришёл ко мне, он искренне хотел помочь сыну, но не осознавал, что единственная помощь, которая нужна его сыну – это разрешение быть собой и выражать свои чувства, и что для этого ему самому нужно научиться этому же.
И это, наверное, самое сложное осознание, которое может случиться с родителем: что он не может дать своему ребёнку того, чего у него нет самого. Он не может научить его любви к себе, если сам не любит себя; он не может научить его принимать ошибки, если сам боится ошибаться; он не может научить его быть свободным, если сам живёт в страхе и напряжении. Он может говорить правильные слова, читать книги по воспитанию, ходить к психологам и педагогам, но если внутри него самого живёт страх, если он сам не умеет радоваться жизни и принимать себя, его дети будут чувствовать это и впитывать это, независимо от того, что он говорит.
Но в этом же осознании есть и огромная свобода. Потому что, если мы не можем дать своим детям того, чего у нас нет, то это значит, что мы можем начать с себя. Начать работать со своими страхами, освобождаться от своих ограничений, учиться любить себя и принимать свои ошибки, и тогда наши дети будут получать от нас не наши страхи, а свободу, способность быть живыми и настоящими. Они будут чувствовать наше спокойствие, уверенность, способность радоваться жизни и будут впитывать это на уровне чувств и атмосферы.
Я часто говорю своим клиентам, которые приходят с вопросами о воспитании детей: «Прежде чем пытаться изменить ребёнка, посмотрите на себя. Что вы передаёте ему каждый день своим примером, своей тревогой, своим отношением к себе? Начните с себя, и вы увидите, как изменится ваш ребёнок, даже если вы ничего не будете делать специально». И это работает, я видела это много раз, когда родители начинали работать над собой, и их дети начинали меняться следом, без дополнительных усилий, просто потому что атмосфера в семье становилась другой.
И ещё одна важная вещь, которую я поняла за годы работы с семьями. Мы передаём дальше не только страхи и установки, но способность быть живыми, чувствовать, любить, творить, быть в контакте с собой и с миром. И это, наверное, самый ценный дар, который мы можем дать своим близким.
Каждый маленький шаг в эту сторону – это не только подарок себе, но и тем, кто рядом с нами, и тем, кто придёт после нас.
Глава 5. Путь наименьшего сопротивления
Я долго думала, что «легко» – это плохо. Ведь настоящие достижения даются только через боль и преодоление через бессонные ночи и постоянное напряжение. Что если я не прилагаю сверхусилий, значит, я делаю что-то не так, недостаточно стараюсь, выбираю слишком простые пути и не расту как личность. Эта установка сидела во мне так глубоко, что я даже не замечала, как она управляет моими решениями, я просто автоматически выбирала более сложный путь, потому что считала, что только так можно чего-то добиться и стать достойной уважения.
Я помню, как в классе втором я решила провести эксперимент над собой. Мы проходили какую-то тему по математике, и я увидела, что задачу можно решить двумя способами: коротким, простым и эффективным, и длинным, сложным и запутанным. И я подумала: «Мы не ищем лёгких путей, мы сильные и готовы к трудностям», и выбрала сложный способ. Я старалась, я писала, я перепроверяла, я хотела доказать себе, что я способна на сложное, что я не боюсь трудностей. Но в итоге я запуталась в своих же вычислениях, сделала ошибку, получила неправильный ответ и потратила на это в три раза больше времени, чем могла бы, если бы выбрала простой. Даже больше, сложный способ работал при сложении, а в задании было вычитание (или что-то в этом роде).
Я до сих пор помню это чувство досады и разочарования: я старалась, хотела быть сильной, но я проиграла, потому что важна была не сложность, а результат. И этот урок я усваивала долгие годы, потому что внутри меня жило убеждение, что простота – это синоним слабости. Краткость – сестра таланта, не зря ведь говорят!