- -
- 100%
- +
— Как ваше имя, молодой человек?
— Николай.
— Отрок, мы решили по нашему совету, что с сегодняшнего дня ты приступаешь к обязанностям главного священнослужителя этого храма.
Николай был удивлён, но не посмел отказать. Он с готовностью ответил:
— На всё воля Божья.
И действительно, Николай стал служить верой и правдой, помогая тысячам страждущих. В преданиях о жизни Святого Николая много интересных историй, но так случилось, что он прослужил до самого конца своей жизни в этом храме в городе Миры. Поэтому часто его называли Святой Николай Мирликийский.
Когда-то город Бари называли Град Барский, известный на Руси также как Бар-Град. Знаменит он стал во времена первых паломников, посетивших в городе Бари базилику, где находились мощи Святого Николая. А случилось это в тысяча восемьдесят девятом году, когда сорок семь вооружённых жителей Бари прибыли в порт города Миры, ворвались в храм, где когда-то служил Святой Николай, забрали мощи, погрузили на корабль и перевезли его в родной город. В Бари находилась православная церковь Николая Чудотворца. День Святого Николая отмечается двадцать второго мая по новому стилю. Таким образом Алекс Романди, когда-то Алексей Столярский, ещё в детстве услышав историю о Святом Николае, в своё время смог побывать в храме и почтить память родных.
Алекс вернулся домой. Романди тут же спросил:
— Как дела?
— Всё отлично, — ответил Алекс.
Романди не стал больше задавать вопросов, и они сели пить вечерний чай.
На следующий день была суббота, и ровно в десять прозвучал звонок: это пришёл посыльный. Он принёс долгожданный заказ со шторами. Романди рассчитался с ним, поблагодарил, а Алекс тут же стал разворачивать пакет. Перед их взором предстали чудесные голубые шторы.
За эту неделю Алекс привёл фотосалон в порядок: вымыл стёкла, убрал лишнее, постелил коврики на кресло, стулья и диванчик. Оставалось только повесить прекрасные шторы, что он и сделал, встав на лестницу и используя специальные приспособления. Салон просто преобразился!
— Вот и хорошо! — сказал Романди. — С понедельника начинаем работу, а завтра выходной, воскресенье.
Как же долго Алекс ждал этого воскресенья, и наконец-то оно наступило! Медленно тянулось время, и вот на часах пять вечера. Алекс надел светлые брюки, голубую рубашку, лёгкие светлые туфли. Подошёл к зеркалу, расчесал волнистые русые волосы и, заметив блик в отражении голубых глаз, подумал: «Что ж, хорош… Неужели не понравлюсь?»
Спустившись по лестнице, уже в семнадцать тридцать он стоял у таверны «Джульетта». Алекс смотрел на часы, стрелки медленно двигались, и вот наконец-то показали восемнадцать ноль-ноль. Он посмотрел наверх, на лестницу, по которой должна была спуститься София, и, действительно, увидел её. София не шла, а просто парила как бабочка в лёгком белом платье, а её волосы развевались. Алекс не выдержал и пошёл к ней навстречу. Они остановились друг напротив друга, улыбнулись и поздоровались.
— Может, пойдём к морю погуляем? — спросил Алекс.
— Да, — ответила София, — я очень люблю море.
Они спустились по одной улице, потом ещё по другой, оказались на берегу и зашагали по мягкому песку. Море было тихим, воздух особенно насыщен озоном, дышалось легко, и они наслаждались этим состоянием.
Алекс пытался рассказывать что-то на итальянском, а София, на удивление, пыталась отвечать ему на русском. Это была гармония их отношений. Время прошло незаметно, и солнце неожиданно начало клониться к закату. София поспешила:
— Мне пора, — сказала она.
Они вернулись вдоль моря и подошли к таверне «Джульетта». Алекс твёрдым голосом произнёс:
— София, я буду тебя ждать в следующее воскресенье в восемнадцать часов, здесь, на этом месте.
— Да, — ответила София с улыбкой. — Но дальше я пойду сама, не надо меня провожать.
— Хорошо, — ответил Алекс. — Тогда до встречи.
Алекс и София встречались целое лето, и они поняли, что любят друг друга. Осенью они поженились — это была настоящая любовь. В этом браке родилась дочь, которую назвали Венера. Венера — это богиня любви. И действительно, Алекс и София прожили долгую жизнь, полную любви и счастья.
— Вот такая история, — произнесла Виктория. — Сейчас мы с вами сделаем остановку. Николя должен заправить автомобиль, а мы с вами выйдем, посидим в кафе рядом, выпьем прохладительные напитки и потом уже поедем в Толедо.
Глава пятая
Три поколения
Виктория и Максим вышли из машины, а Николя поехал на заправку. Кафе было уютным, столики расставлены аккуратно, и, самое главное, посередине был фонтан, который не только украшал обстановку, но и делал воздух более прохладным. На улице было тепло и приятно. Максим выбрал один из столиков, который стоял ближе к фонтану, отодвинул стул и жестом пригласил Викторию. Подошёл официант и предложил напитки. Виктория заказала себе лимонад, а Максим — содовую воду.
— Кстати, ещё одну содовую! — добавила Виктория и пояснила: — Мой сын Николя тоже предпочитает её. Максим спросил у Виктории:
— А как же дальше развивались события? Мне очень интересно узнать о тайне пояса Венеры!
Виктория заулыбалась и сказала:
— О, это длинная и интересная история, загадочная, и я вам поведаю о главных действующих лицах. Надеюсь, что вы как писатель сможете всё это необыкновенно рассказать.
И она продолжила:
— Мы с вами остановились на том, что мой прадед Алекс Романди и София поженились. Жили они счастливо, и через год у них родилась девочка, которую назвали Венера в честь богини любви.
Девочка подросла и превратилась в настоящую красавицу. Она очень любила танцевать, и вечерами выступала в таверне «Джульетта». В один из таких вечеров её увидел прекрасный испанец, ювелир. Звали его Лоренцо. Он приехал со своим отцом Роммондо в Италию, чтобы продавать ювелирные изделия. Лоренцо в первый же вечер влюбился в Венеру и предложил ей встречаться. На одной из встреч он и подарил ей пояс Венеры. Лоренцо пообещал, что через два месяца он вернётся и они поженятся. Но этого так и не случилось…
Через девять месяцев Венера родила девочку и назвала её Вероника. Позже, когда Вероника подросла, Венера с дочерью переехали в Милан. В Милане Вероника смогла закончить балетную школу. Там же она познакомилась с консулом из Парижа, который устроил её переезд в столицу Франции для продолжения учёбы в балетной школе имени Айседоры Дункан. Через год консул предложил Веронике
выйти за него замуж. Это был тяжёлый год, тысяча девятьсот сорок первый. Началась война, в Париже господствовали немцы. Жизнь была полна тягот и лишений. Консул уехал из Франции по делам в другую страну, а Вероника осталась одна: на руках у неё был маленький ребёнок — сын Жан-Жак. Ситуация была настолько тяжёлой, что не хватало денег даже на продукты. И сверх того, малыш заболел. Когда Вероника выходила замуж, её мать, Венера, подарила ей изумрудный пояс, сказав при этом: «Мы не скопили богатства. Это самое дорогое, что я могу тебе подарить. Если будет очень трудно, ты сможешь его продать, чтобы купить себе продукты».
Так и случилось. Оставшись без средств к существованию, Вероника решила пойти к антиквару и заложить несколько изумрудов из пояса, чтобы выкупить их через год. Но произошло следующее…
Несмотря на все усилия, Жан-Жак умер от воспаления лёгких, и Вероника осталась одна. Неожиданно она получила известия от супруга: он сообщал, что ей нужно приехать в город Бёрн. Вероника помчалась навстречу к мужу, надеясь, что теперь-то они не расстанутся. Но оказалось, что консул прибыл в Швейцарию всего на несколько дней по делам службы, после чего должен был снова уехать. Вероника вернулась в свою квартиру. Это был конец войны, тысяча девятьсот сорок пятый год. Получилось так, что через девять месяцев после встречи с мужем она снова родила, на сей раз девочку. Назвала её Виктория, что значит «победа». Муж дал ей деньги, и она решила выкупить изумруды у антиквара. Но когда она пришла по адресу, дверь была заперта. Она постучалась в соседний дом, и там ей ответили, что антиквар уехал в Испанию. Он сказал, что будет в Толедо. Вот и всё. Вероника ждала своего мужа, но не дождалась. В газете она прочла, что рейс самолёта, на котором летел её супруг, разбился. Это было безутешное горе. Но что поделать? Нужно было собраться с силами, ведь у неё росла дочь Виктория.
Виктория с ранних лет пела, и Вероника и её бабушка Венера, которая жила вместе с ними, были очень довольны её талантом. И не зря, ведь в итоге она стала певицей.
- Девочка выросла — и вот она перед вами…
Виктория задумчиво вздохнула.
— Голос голосом, а счастья семейного у меня не было. Правда, моя радость и отрада — это мой сын, Николя Барский. Ведь когда я закончила музыкальный институт, то стала работать в Парижской опере. Правда, далеко не на главных ролях. Но со временем дирекция заметила мой талант, и меня направили стажироваться в Ла Скалу. Там было очень много одаренных певцов из разных стран мира. И так случилось, что я влюбилась — или в меня влюбился оперный певец, который приехал из России, тоже на стажировку. Звали его Валерий Барский. После года стажировки мы решили пожениться. И, как подарок судьбы, у нас родился сын. Назвали мы его Николя. Мы переехали в Париж, но денег было мало, зарабатывали мы тогда немного, и вот — удача! Из Америки приехал продюсер, который бывал в опере и слышал, как поёт мой возлюбленный. Он предложил ему контракт с гастролями по Америкподписан только с Валерием — я не могла поехать, у меня на руках был маленький Николя. Валерий меня успокаивал: «Через год Николя подрастёт, у нас будут деньги, мы наймём няню, и твоя мама Вероника поможет с малышом. А потом уже и я подоспею, вернусь домой». Так было сказано, и я поверила. Но случилось следующее: буквально через несколько месяцев Валерий почему-то перестал писать. Правда, деньги присылал. Приближался срок окончания контракта, и вдруг — известия от Валерия: «Извини, дорогая, я подписал новый контракт, и у меня сейчас новые обстоятельства. Я не хочу тебя обманывать, я полюбил другую».
Виктория смахнула слезу, вспомнив этот момент, и произнесла:
— Но как же так?
Максим слегка прикоснулся к её руке и сказал:
— В жизни всё бывает…
От его успокаивающего голоса и тепла рук ей стало легче.
Допив напиток, Виктория окончательно успокоилась и произнесла:
— Ну что ж, вернемся к нашей истории… Однажды меня пригласили на банкет к очень высокопоставленному лицу. Я думала, что же надеть, и моя мать Вероника мне посоветовала:
— Надень вот это белоснежное платье, оно тебе так к лицу! А украшением будет изумрудное ожерелье.
И мама одела мне на шею ожерелье из изумрудов. Да, действительно, прекрасен был наряд! Банкет был днём, это было свадебное торжество. Уже к вечеру я смогла покинуть это место и решила пройтись по
набережной. Здесь я встретила ведунью. Эту женщину знали все горожане: она подрабатывала тем, что предсказывала будущее. Многие гости из любопытства соглашались на её услуги. Ведунья остановилась и обратилась ко мне:
— Красавица, не спеши. Мне надо что-то очень важное тебе сказать.
— Но что вы мне можете сказать? — всё же решилась выслушать я её.
Указав рукой на ожерелье, ведунья произнесла:
— Ты знаешь, это ведь не простое изумрудное ожерелье. Оно волшебное. Но в своё время с ним поступили неправильно, и с тех пор оно приносит горе.
И тут я вспомнила: действительно, это так! У бабушки, у мамы, у меня не было счастливой жизни.
— Что же мне делать? — спросила я у ведуньи. Она ответила:
— Посмотри внимательно, — и снова показала на ожерелье. — Ведь оно неполное! Здесь не хватает камней. Его нужно восстановить, и тогда тот, кто будет носить это ожерелье или пояс, будет счастлив.
Виктория поблагодарила ведунью, дала ей денег и задумчиво пошла домой. Вернувшись, она обратилась к матери:
— Мама, расскажи мне, пожалуйста, об этом изумрудном ожерелье.
— Ну что ж, моя родная дочь, расскажу.
Вероника поведала ей о том, что в тяжёлое время ей пришлось заложить антиквару несколько изумрудных камней. Этот антиквар был известный, но, когда через год она хотела выкупить камни назад, оказалось, что он уехал в Испанию, в Толедо. Вот тогда у Виктории и созрел план — разыскать этого ювелира, приехать в Толедо, принести ему расписку — благо её Вероника сохранила и отдала дочери. Потребовалось некоторое время, чтобы разыскать этого антиквара, имея на руках лишь его фамилию.
Виктория завершила историю:
- И вот сегодня, зная адрес, мы едем к нему, чтобы восстановить пояс Венеры!
— Да, да! — произнёс Максим. — Преинтереснейшая история!
— Как писателю вам будет очень интересно познакомиться с этим антикваром, — сказала Виктория. — И, более того, подробнее узнать о волшебном изумрудном поясе Венеры…
Её прервал Николя:
— Мама, Максим, пора ехать.
В дороге они провели не больше часа. Въехав в предместье Толедо, покатили по застроенным двухэтажными особняками улицам. Всё было в цветах и зелени — можно сказать, райский уголок. Миновали одну, вторую улицу, проехали мимо храма, повернули и остановились перед двухэтажной виллой, увитой лозами винограда.
— Приехали! — сказал Николя. — Адрес верный: Рассини, девять.
Перед тем, как ехать к антиквару, Виктория созвонилась с ним и сказала точное время прибытия. Действительно, как только машина подъехала, ворота открылись.
— Вот мы и на месте! — провозгласила Виктория.
Глава шестая
Знакомство с ювелиром
Автомобиль въехал во двор, где на лужайке стоял человек. Как только Николя остановил машину, Максим вышел и подал руку Виктории. Втроём они медленно подошли к встречающему. Человек пошёл навстречу гостям и, улыбаясь, представился:
— Леон, хозяин виллы.
В ответ Виктория произнесла:
— Это я вам звонила. Познакомьтесь, писатель Максим Беседин и мой сын Николя.
Леон пригласил гостей в дом, они прошли в гостиную. Там они увидели сидящего в кресле человека, седовласого, но ещё красивого и довольно крепкого. Леон подошёл к нему: — Папа, познакомьтесь, наши гости. Это — певица Виктория, которая нам звонила.
В ответ человек поднялся, протянул руку и сказал:
— Антиквар, ювелир в третьем поколении Пьер де Кордье.
— Ах! — воскликнула Виктория. — Так вот вы какой! Моя мама, Вероника, рассказывала мне о вас. Она приходила к вам в последний год войны, когда из-за неимения средств к существованию была вынуждена принести вам в залог пояс из изумрудных камней. А вот и расписка.
Открыв свою изящную сумочку, Виктория достала пожелтевший конверт и протянула его господину Пьеру. Тот взял конверт, открыл его и жестом пригласил всех присесть на диван. Он одел очки и стал внимательно читать жёлтые листы. Через некоторое время он произнёс:
— Да, помню, время было тяжёлое. Очень хорошо, уважаемая Виктория, что вы нашли меня, ведь действительно, надо восстановить справедливость. Я и сам в последнее время думал об этом поясе-ожерелье, но адреса не знал — была только неразборчивая подпись вашей матери. Сегодня я вам расскажу удивительную историю этого пояса — пояса Венеры.
И ювелир поведал следующее:
— Мой предок был служащим в мастерской ювелирных изделий и кое-чему там научился, а его сын, мой дед, стал уже ювелиром. Жили они в Испании, в городе Толедо, но обстоятельства сложились так, что им пришлось переехать во Францию, в Париж. Парижский дом по документам и ныне принадлежит мне, но я его сдал в аренду во время войны и вернулся в Испанию, в Толедо, где когда-то жил мой прадед.
Многие ювелирные изделия имеют свою историю, тайну или загадку. Так вот, изумрудный пояс, пояс Венеры, не стал исключением.
Дело в том, что мы, ювелиры, имеем много связей по миру. В частности, по сей день ко мне приезжают торговцы изумрудным сырьём, которые привозят его из Египта. Однажды, наряду с сырьём, мне предложили готовый пояс из изумруда.
Тогда я вспомнил, как в конце войны, в Париже, ко мне пришла молодая красивая женщина и предложила выкупить на один год несколько камней изумруда из пояса её матери Венеры. Так случилось, что обстановка в городе была напряжённой, и мы с сыном Леоном приняли решение взять саквояж с самым необходимым, свои драгоценные камни и выехать из Парижа, оставив соседям необходимую информацию на случай, если кто-то обратится, чтобы получить свои заложенные драгоценности. По закону, если срок договора не истёк, клиент имеет полное право выкупить вещь, оставленную в залог.
Так вот, я внимательно осмотрел пояс, принесённый торговцем из Египта. Он был очень похож на пояс вашей бабушки Венеры. Казалось, будто это лишь подделка — на нём не было застёжки в форме сердца, или, как ещё говорят, фигового листа. А на обратной стороне, в отличии от настоящего пояса Венеры, не было и символов.
— А что это за символы? — спросила Виктория.
— О, это тайна! Но вам, как хозяйке, я могу рассказать. Как вы знаете, ваша мать Вероника оставила три детали пояса: это две яйцевидные бусинки из изумруда и сердце из серебра. Позже я внимательно осмотрел символы пояса, снял с него эти три детали, сделал новую застёжку — и так пояс из изумрудных камней превратился в ожерелье, которое и ныне у вас на шее.
— Да, — ответила Виктория, прикоснувшись к ожерелью, и снова задала вопрос. — Так что за тайну скрывает пояс Венеры?
— О, это интересная история!
Виктория снова ахнула:
— А как вы узнали о поясе и драгоценностях?
— Мне это рассказал торговец из Египта. Ювелирных изделий из изумруда много: это и диадемы, и ожерелья, и подвески, и браслеты, и пояса, но среди ценителей есть поверье об одном уникальном поясе Венеры, с историей, восходящей к далёким годам.
Глава седьмая
Любовь с первого взгляда
Господин Пьер де Кордье внимательно осмотрел всех присутствующих и произнёс такую фразу:
— Иногда люди совершают ошибки. Но бывает и так, что ошибка — это будущая удача, настоящую ценность которой ещё только предстоит понять.
Сказав это, господин Пьер сделал паузу. В это время в гостиную вошла очаровательная девушка. Улыбаясь, ювелир представил её:
— Познакомьтесь, это моя внучка Изабелла.
Девушка грациозно сделала реверанс и кокетливо подала руку Николя. Он слегка прикоснулся к её изящным пальцам. Затем она подошла к господину Беседину, протянула руку ему, а затем, вежливо кивнув, поприветствовала госпожу Викторию. В гостиной было накрыто для чаепития. Как хозяйка, Изабелла пригласила всех к столу. Сервировка была прекрасной: красивый чайный сервиз, вазочки с вареньем.
В это время прозвенел колокольчик. Через несколько минут Изабелла вошла и подала сладкое. Всё располагало к приятной беседе. Девушка выпила свой чай первой и тут же обратилась к Николя, предложив ему прогуляться по оранжерее:
— Я вижу, у вас камера. Вы, очевидно, делаете фото и фильмы?
— Да, — ответил Николя.
— Не будет ли вам интересно сделать несколько фото для моего будущего вернисажа? Я занимаюсь флористикой.
Молодые люди встали из-за стола и пошли.
Изабелла и Николя, взявшись за руки, медленно подходили к оранжерее. Это была необыкновенная сказка, вальс цветов, симбиоз комнатных и садовых растений. Кротоны с разноцветными листьями и драцены возвышались у стеклянных стен. В правом углу цвели раскидистые розовые пионы. Большую часть оранжереи занимали розы — царицы цветов — разных тонов и оттенков. И белые ресницы крупных ромашек тоже тут! Мелкие цветки маттиолы украсили подножия разноцветных дельфиниумов. Озорные взгляды анютиных глазок поднимали настроение. Аромат этих растений слился воедино и наполнил всё пространство оранжереи. Приятная влага и невероятные запахи цветов опьяняли, настраивали на лирический лад.
— Ты прекрасна, моя дорогая Изабелла, как эти цветы! — прошептал Николя, нежно глядя на неё.
В это время Максим Беседин обратился к господину де Кордье:
— Вы рассказывали о том, что много ювелирных изделий привозят из Египта. Это очень интересная страна. Я бывал там. Она привлекает своей древностью, пирамидами. Так всё же, что за история с поясом Венеры?
Господин Пьер ответил:
— Да, история Египта насчитывает несколько тысячелетий. Но это ювелирное изделие, которое мы будем называть пояс Венеры, относится ко времени завоевания Египта Наполеоном.
Максим Беседин сказал:
— Это были тысяча семьсот девяносто-восьмой — тысяча восемьсот первый года — совсем рядом с нами!
— Да! — подтвердил господин Пьер.
Максим продолжил:
— О, эти завоеватели! Что они сделали в Египте! Грабили население, не брезговали ничем, что могли увезти с собой, забирали деньги, ценности и даже женщин, которых потом продавали в рабство.
Разговор зашёл в русло политических событий, а госпожа Виктория, удобно расположившись в кресле, думала о своём. В это время Изабелла и Николя вернулись в гостиную, и Виктория, глянув на Николя, впервые увидела своего сына таким счастливым. Да и девушка тоже улыбалась и светилась счастьем.
«Как хорошо, что они познакомились…», — подумала Виктория.
Николя восторженно сообщил матери:
— Мама, эта оранжерея — чудо! Я пригласил Изабеллу поехать с нами, в оперу, которая будет через три дня.
— Хорошо, — ответила Виктория.
Через три дня Николя поехал к своей любимой, единственной — Изабелле, чтобы отвести её в оперу. А ещё сегодня он скажет ей об этом… Припарковав машину у знакомой ограды, увитой плетистыми ветками дикого винограда, он вздохнул с облегчением и направился к кованой калитке, за которой виднелся красивый ухоженный особняк.
Солнце уже садилось за пирамидальные туи. Тротуарная плитка и каменные стены ещё хранили это солнечное тепло, а во дворе стоял приятный хвойный аромат. Ему навстречу вышла служанка.
— Сеньор, buenos días! Подождите, пожалуйста, Изабеллу в беседке, она сейчас выйдет к вам! — жестом руки указала на аллею справа.
Он кивнул и медленно пошёл по тротуару. Придорожные фонтанчики освежали зелень газонной травы, темно-зелёные шарики самшита, а разноцветные соцветия турецкой гвоздики становились ещё ярче. Белые стрелы юкки радовали глаз. У самого края бордюра цвели ароматные петунии, и от дневного тепла и фонтанной влаги они издавали пьянящий аромат.
А вот и беседка. Белоснежные конструкции её были аккуратно увиты крепкими плетями резного плюща и нежными, тонкими веточками ароматной жимолости. Они так красиво дополняли друг друга, что Николя подумал: «Вот бы и наши судьбы с Изабеллой переплелись так — раз и навсегда, раз и на всю жизнь… Вместе!»
Он присел на лавочку в беседке, и его взору открылась удивительная картина: альпийская горка у северной стороны дома, увитая высокими плетями вьющихся роз с малиновыми соцветиями. Они обрамляли окна первого этажа. Среди крупных вековых камней, заросших мягким сочным мхом, красиво смотрелись пёстрые цветочки бархатцев, вересковых астр и пушистых маргариток. У подножия горки виднелся маленький водоёмчек с водными растениями. На зелёный зонтик циперуса нежно присела белокрылая бабочка, раскачиваясь на лёгком ветерке.
— Почему я раньше не видел такой красоты? — удивился Николя. — Наверное, потому, что в моём сердце не было места для любви!
Он почувствовал, что ему нужно обернуться. По аллее, ведущей к беседке, приближалась его возлюбленная, его дорогая Изабелла. Заходящее солнце освещало её со спины. Лёгкое платье как бы растворилось в солнечных лучах, и он любовался её грациозной фигурой.