КР-III. Космическая Разведка. Император

– Нас обнаружили – бесстрастно сообщила смуглянка – сканирующий луч прошел по касательной. Мы не вызвали подозрений.

– Понятно – хором отозвались мы с Аленой. Я еще успел обратить внимание, что ответили мы громким шёпотом, а не в полный голос.

Напряжение в рубке управления нарастало. Через пятнадцать минут датчик на панели Азы мигнул еще раз и через минуту опять.

– Они рассчитали наш курс – сообщила Аза – я подключилась к их диапазону передач, прошло два внутренних сообщения. Не шифруются, значит, в нас пока не видят угрозы.

– Минимальное расстояние до Таргена будет через три часа – сообщила Ира – сейчас Федор принесет закуски и напитки.

– Мне кофе – напомнил я.

Ира, в пылу заботы о моем здоровье, начала «забывать» сделать мне кофе, заменяя его травяным сбором, который обычно пьет Алена. Единственное, что в этом было хорошего, Федор перед отваром тщательно мыл кружку.

– Ваш ужасный кофе – пробасил Федор, протягивая мою любимую кружку. Из спинок наших с Аленой кресел вышли специальные зажимы, в которые встали небольшие разносы с закусками.

Пока мы шли на большом расстоянии, датчики на голографической панели Азы оживали еще четыре раза. Видимо те, кто за нами следили, проверяли, не изменился ли наш курс.

– Мой капитан, вы должны это видеть! – шёпотом сообщила Ира – даю приближение.

Тарген, его изображение в обзорном мониторе, начал стремительно приближаться. Ира была права, от увиденного просто захватывало дух. Планета не вращалась вокруг оси, поэтому всегда была обращена к звезде одной стороной и на этой, светлой стороне была сосредоточена вся местная жизнь.

Примерно на уровне экватора от планеты вверх уходил высокий гребень, напоминающий горный хребет. Вот только хребет этот был искусственного происхождения и через равные промежутки к нему были пришвартованы большие корабли. Два выглядели вполне завершенными, еще три были в процессе изготовления. Ниже, ближе к поверхности планеты, был еще один уровень, с кораблями нашего класса.

– Тарген, это не полноценная планета – ровным голосом принялась рассказывать Аза – скорее это планетоид. Атмосферы нет, гравитация на низком уровне, все строения искусственные. Основной причиной, по которой космическую верфь сделали именно здесь, служит астероидный пояс, проходящий выше вокруг звезды. Удаленная разработка и транспортировка съедали слишком много ресурсов, поэтому верфь перенесли ближе к месту добычи ресурсов.

Я посмотрел в сторону звезды и действительно увидел широкий пояс астероидов, больших и маленьких космических камней, проплывающих между Таргеном и звездой. Возможно, и сам Тарген был таким же камнем, только более крупного размера. Додумать эту мысль мне не удалось. От планетоида в нашу сторону неспешно поплыли два таргана.

– Странно – проговорила Аза – в эфире не было команды на старт. Значит, искусственный разум управляет ими напрямую и, если я найду канал передачи данных, мы сможем попробовать захватить власть.

– Какой уровень управляющего интеллекта – уточнила Алена – может быть риск обнаружения?

– Риск есть всегда – пожала плечами Аза – При прошлом сеансе связи, когда тарганы делали конвойный корабль по заказу нашей тюрьмы, уровень местного разума был примерно равен моему. Больше я с ними не связывалась, нужды не было.

– Мир Гайетта за это время создал Четыреста Восемьдесят Шестую – напомнила Алена – кто знает, до каких высот саморазвился местный разум, находясь в изоляции и без перерывов на сон.

– Искусственные разумы не саморазвиваются, нам это не надо – развела руки в стороны Аза – это люди создают все более мощные мозги для выполнения своих задач.

– Ну, ты это, – смутилась Алена – будь осторожнее, кто их знает.

Тарганы приближались неспешно, как будто просчитывая нас, прощупывая на наличие систем безопасности.

– Нас сканируют – сообщила Ира – пытаются пробиться за покрытие, но у них не получается, лучи вязнут.

– Они нашли следы энергоустановки – Аза заметно подобралась, как будто бы напряглась – я пошла.

Никогда бы не подумал, что увижу воочию, как один разум пытается проникнуть в другой. Но Аза вытянула руку в направлении приближающихся тарганов, рука начала истончаться, пересекая разделяющее нас расстояние, она приблизилась к ближнему монстру и провела лучом по его сенсорам. В тот же миг от планетоида отделилось еще около сотни таких монстров и, выстроившись полукругом, стремительно полетели к нам.

Что-то невидимое захватило Азу и попыталось втащить внутрь стеклянного «глаза» искусственного монстра. Голограмма смуглянки напряглась и попыталась высвободиться, но ей это не удалось.

– Алена, принимай орудийную палубу – скомандовал я, еще не до конца понимая, что нужно делать – Ира, ручное управление!

Из пульта управления корабля с тихим шипением вышли рукоятки ручного управления. Это означало, что Ира полностью отключилась от управления кораблем и теперь вместо электроники всеми процессами управляет механика, гидравлика и хитросплетение различных тяг.

Получив свободу, Ира на миг стала ярче, потом ее голограмма полностью растворилась в воздухе, видимо дела обстояли совсем плохо, раз на визуальное изображение не осталось мощности. Азу продолжало засасывать в таргана.

– Уничтожь эту тварь – каким-то чужим голосом произнес я, переключая рычаг тяги с нулевой отметки на уровень прогрева. Смысла скрываться уже не было, нас обнаружили.

Корабль дернуло, раз, потом еще раз. В обзорном мониторе я видел, как от ухватившего Азу таргана отлетают куски обшивки. Но он по-прежнему удерживал нашу смуглянку. Так продолжалось еще пару долгих секунд, пока Алена не перевела огонь непосредственно на сенсоры чудовища.

Два события произошли практически одновременно. Алена попала в сенсор и Аза освободилась и в тот же миг мы потеряли контроль над правым орудием.

– Второй тарган на нашей поверхности – доложила Ира – мой капитан, мы не сможем уйти в подпространство! Он уничтожает наше оборудование! Предлагаю схему восемь.

– Делай! – разрешил я, плавно сдвигая рукоятки в сторону увеличения набора мощности, развивая скорость и выводя корабль из под вектора возможной атаки.

«Схема восемь» – наша с Ирой разработка. Таких схем мы разработали около двух десятков. Каждая позволяет избежать той или иной угрозы кораблю от внешних факторов. Восьмая схема включала отключение внутренней гравитации, мгновенное отключение всех энергозатратных систем корабля и высоковольтный удар во внешнюю обшивку корабля. Если бы на нашей поверхности находилось органическое тело, оно бы точно сгорело, а вот как это скажется на механическом пассажире, оставалось загадкой.

Стоящая на специальной подставке моя любимая кружка плавно поднялась вверх. Тело тоже хотело сместиться, но пристяжные ремни ему этого не позволили. Алену было уже не остановить! Девушка, судорожно вцепившись в рукоятки управления орудиями, методично расстреливала все, что попадало в перекрестье прицела.

Я перевел взгляд на Азу. Наша смуглянка тоже сражалась, только на одной ей доступном цифровом уровне и, к моему ужасу, она проигрывала этот бой. Выглядело это жутко, то там, то здесь в теле азы возникали проплешины, словно выбитые пиксели в картине.

– Она не выдержит массовой атаки – объявила Ира – а я ничего не могу поделать, несовместимость систем.

Мимо камеры медленно проплыло тело убитого током таргана. Видимо его защитные механизмы не предполагали такого сюрприза.

Резко, как это обычно бывает, включилось внутреннее притяжение. Моя любимая кружка, обретя силу тяжести, с грохотом упала на пол рубки управления и рассыпалась на несколько кусков. Я проследил, как разлетаются обломки того, что связывало меня с миром кофе, и перевел глаза в монитор.

У каждого человека есть предел терпения, точка невозврата, моя точка невозврата осталась далеко позади. Я перевел взгляд на корчащуюся в конвульсиях Азу, на залитое слезами лицо стреляющей во все, что движется, Алены. Мир как будто отделился от меня, наступило железное спокойствие, такое бывает, когда пройдены все пределы.

– Связь – спокойно сказал я – дай мне связь с этими уродами.

Тот, к кому я обращался, слышал и понимал меня с полувзгляда. Ира появилась рядом, голограмма деревенской девушки в простом белом платье, подол которого едва доходил до середины бедра, а босые ноги утопали в траве, островком растущей у ее ног.