Чеховки: записки образовательного юриста

Как школе не получить судебный иск

В настоящее время факт существования платных образовательных услуг ни у кого не вызывает сомнений и возражений. При этом часто возникают споры как о правомерности предоставления тех или иных услуг на бесплатной основе, так и о качестве и объеме услуг, предоставляемых за плату.

Иногда такого рода споры доходят до разбирательств в высших инстанциях. Так, например, Верховный Суд РФ вынес Определение от 1 декабря 2015 г. № 4-КГ15–60 по иску Зайцевой С. И. к негосударственному образовательному учреждению «Центр образования «Первая Европейская гимназия Петра Великого» о взыскании суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Согласно материалам дела между гр. Зайцевой С. И. и НОУ ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого» 19 июля 2013 г. был заключен договор на оказание платных образовательных услуг по программе начального и основного общего образования сроком до 30 июня 2023 г. По условиям данного договора она приняла на себя обязательство ежемесячно оплачивать обучение своего сына Зайцева В. В.

Пунктом 6.3 договора была предусмотрена оплата за услуги психолого-педагогического тестирования на протяжении всего периода обучения, обозначенного в договоре. Обязательство по оплате данного тестирования истцом было исполнено в полном объеме. В связи с тем что образовательной организацией изменено место оказания образовательных услуг, истец была вынуждена отказаться от договора и потребовать возврата уплаченной за неоказанные услуги психолого-педагогического тестирования суммы. Однако НОУ ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого» отказалось возвращать сумму.

Суды предшествующих инстанций, в которые обращалась Зайцева С. И., выносили решения в пользу образовательной организации, руководствуясь тем, что предусмотренная договором услуга психолого-педагогического тестирования является единовременной и истцу была оказана при приеме обучающегося в гимназию. Однако Верховный Суд признал эти решения неправомерными, напомнив, что нормы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300–1 «О защите прав потребителей» распространяются в том числе и на образовательные услуги.

Так, в соответствии со статьей 10 указанного Закона исполнитель обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию, включая цену и условия предоставления услуги, а также информацию о правилах ее оказания. Согласно пункту 1 статьи 12 этого же закона, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию об услуге, он вправе в разумный срок отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Довод образовательной организации о том, что внесенные истцом при заключении договора деньги являются платой только за проведение входного психолого-педагогического тестирования, противоречит содержанию договора, в котором прямо указано, что это плата за услуги психолого-педагогического тестирования на всех этапах обучения за весь период обучения.

В случае с Зайцевой И. И. отказ от дальнейшего обучения сына в НОУ ЦО «Первая Европейская гимназия Петра Великого» предполагает прекращение услуг тестирования и отсутствие у ответчика расходов на проведение его в будущем. При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила решения судов первой и апелляционной инстанций и направила дело на новое рассмотрение.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что при организации платных образовательных услуг важное значение приобретает доказательное информирование обучающихся и их родителей обо всех особенностях оказания этих услуг, а также об их содержании.

Граффити и завхоз: анатомия школьного конфликта

История известная: в одной из красноярских школ ученик написал маркером на двери школьного туалета предвыборные лозунги. Поступок вызвал острую реакцию со стороны работников школы с последующим резонансным обсуждением в социальных сетях и в СМИ. Попробуем взглянуть на произошедшее через «юридическую оптику».

При рассмотрении любого конфликта необходимо руководствоваться несколькими принципами:

– все его участники обладают равными конституционными правами;

– эмоциональная оценка событий возможна, но не может выступать основанием для принятия решений;

– единственным мерилом оценки действий участников событий является официально закрепленная норма.

Является ли поведение ученика неправомерным? Ответ: безусловно, да. Согласно пп. 2, 5 части 1 статьи 43 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» обучающиеся обязаны выполнять требования устава организации, осуществляющей образовательную деятельность, правил внутреннего распорядка и иных локальных нормативных актов по вопросам организации и осуществления образовательной деятельности, а также бережно относиться к имуществу организации, осуществляющей образовательную деятельность.

В развитие этого положения локальный акт школы «Положение о Правилах поведения учащихся в МБОУ “Гимназия № 8” Железнодорожного района города Красноярска» содержит в пункте 1.8 требование к гимназистам аккуратно относиться как к своему, так и к чужому имуществу. Если учащийся совершил действия, повлекшие нанесение ущерба имуществу гимназии или имуществу другого лица, он или его родители (законные представители) обязаны этот ущерб возместить.

Весьма спорным, к слову, выглядит требование локального акта школы к обучающемуся «аккуратно относиться к своему имуществу», но требование «аккуратно относиться к чужому имуществу» в данном случае нарушено со всей очевидностью.

Итак, констатируем: действия обучающегося, выразившиеся в порче, повреждении имущества школы, неправомерны и содержат признаки правонарушения.

Поэтому директор школы и (или) иные уполномоченными лица вправе были наложить на виновника дисциплинарное взыскание. Из числа предусмотренных в части 4 статьи 43 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» видов дисциплинарных взысканий в наибольшей степени подходит замечание. Также школа имеет право взыскать нанесенный обучающимся школе ущерб с его родителей.

Подчеркнем, что речь идет именно о праве, а не об обязанности. Если директор и (или) другие уполномоченные лица посчитали, что наиболее целесообразный вариант разрешения конфликта и прекращения негативных последствий не должен предполагать применения дисциплинарных взысканий, то это решение они вправе принимать, что называется, «на свой страх и риск».

Тем не менее, хорошо было бы на будущее в воспитательных целях напомнить малолетнему любителю надписей на стенах школьных туалетов о возможности наступления административной ответственности, например по основанию, предусмотренному статьей 7.17 КоАП РФ «уничтожение или повреждение чужого имущества». Административная ответственность за это наступает с 16 лет.

Далее. Из сообщений в СМИ следует, что за пресечение неправомерных действий обучающегося взялся работник школы, выполняющий функции заведующего хозяйством, исходя из собственных представлений о жизни, подкрепляемых использованием крепких выражений в воспитательных целях.

В его действиях также содержатся признаки нарушения норм законодательства. В частности, школьный завхоз нарушил нормы пп. 9 части 1 статьи 34 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» о предоставлении обучающимся права на уважение человеческого достоинства, защиту от всех форм физического и психического насилия, оскорбления личности, охрану жизни и здоровья.

Согласно сообщениям СМИ, аффективно выраженные, негативно окрашенные претензии указанного работника к обучающемуся были связаны не с самим фактом неправомерного размещения надписи, а с ее содержанием. То есть, если бы обучающийся написал на двери туалета что-либо другое, то либо претензии были бы выражены в иной форме, либо их вообще не было бы.

Имело ли право лицо, выполняющее функции заведующего хозяйством, выразить недовольство фактом порчи школьного имущества? Да, конечно. Но имело ли это лицо право квалифицировать действия обучающегося и оценивать их с точки зрения возможного наказания? Конечно, нет. У этого лица на сей счет отсутствовали полномочия. Заведующий хозяйством не может быть наделен функцией осуществления воспитательного процесса в школе и применения дисциплинарных взысканий к обучающимся.

Использование экспрессивных и оскорбительных выражений: «за чей счет ты жрешь, пьешь и спишь?», «свинья долбаная», «балбес», «скотина», «руки поганые» запрещено в отношении любого гражданина России вне зависимости от статуса, включая осужденных.

Согласно части 1 статьи 21 Конституции России достоинство личности охраняется государством.

Как минимум в данном случае речь может идти об административном правонарушении, предусмотренном статьей 5.61 КоАП РФ: оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме.

В соответствии с частью 1 статьи 28.4 КоАП РФ дела об оскорблении возбуждаются прокурором. Следовательно, обучающийся (родители или законные представители) вправе обратиться в органы прокуратуры, указав конкретные обстоятельства, при которых обучающийся был оскорблен.

Помимо привлечения к ответственности по статье 5.61 КоАП РФ можно потребовать взыскания морального вреда в порядке гражданского судопроизводства, причем как с конкретного работника, так и со школы в целом на том основании, что обучающийся состоит в образовательных отношениях со школой, а не с завхозом. Соблюдение конституционных прав обучающегося должна гарантировать школа в течение всего времени его нахождения на ее территории.

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос об использовании в отношении ученика слов типа: «убью», «его там убьют нафиг», «бошку сверну». Использование такого рода слов в рассматриваемой ситуации потенциально способно привести к уголовному преследованию. УК РФ, например, в части 1 статьи 119 предусматривает такой состав, как угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

То, что в рассматриваемой ситуации к работнику школы на данный момент применено, как следует из сообщений СМИ, всего лишь дисциплинарное взыскание, по-видимому, связано со стремлением к пресечению дальнейшего развития конфликта и нахождением некоего устойчивого, как мы надеемся, компромисса между его сторонами.

Последний аспект вопроса связан с политической мотивацией обучающегося. Данный аспект, на мой взгляд, не является определяющим в данном конфликте и не может служить основанием для каких-либо решений. Более того, он, скорее всего, будет использоваться внешними силами для дальнейшего провоцирования развития конфликта, перевода его в политическую плоскость, что не в интересах ни работников школы, ни обучающегося.

Однако обсуждение этой ситуации включало в себя в том числе и политический аспект, касающийся содержания надписи. Поэтому возникает необходимость в оценке также и этого обстоятельства.

Согласно части 12 статьи 27 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» в государственных и муниципальных образовательных организациях создание и деятельность политических партий, религиозных организаций (объединений) не допускаются. Применение данной нормы на практике обусловлено многочисленными проблемами. Со стороны администрации школы представляется крайне трудным обеспечить исполнение этой нормы.

Если, например, на урок истории приглашают какого-либо депутата, являющегося одновременно партийным функционером, для того чтобы школьники могли задавать ему вопросы и тем самым изучать современную политическую ситуацию в России, то, по сути, это мероприятие вполне может быть квалифицировано как деятельность конкретной политической партии в школе.

Имеет ли право обучающийся поддерживать того или иного политического деятеля России и как-либо выражать эту поддержку? Да, конечно, – это право гарантировано Конституцией России в статье 29, при условии, если обучающийся не нарушает при этом законодательство. Такое же право имеет и любой работник школы. Более того, каждый работник школы и обучающийся (с учетом возрастного ценза) имеют право быть членами политических партий, входить в их организационные структуры в индивидуальном порядке.

Однако данное обстоятельство само по себе неизбежно привносит элементы деятельности политических партий в школу. Школа, как известно, часть общества и содержит в себе потенциальные конфликты, свойственные обществу.

Характерно, что указанная норма Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» не распространяется на частные образовательные организации (даже в том случае, если такая образовательная организация имеет государственную аккредитацию). Таким образом, получается, что обучающиеся и работники частных образовательных организаций и работники государственных и муниципальных образовательных организаций находятся в неравном положении.

Логика законодателя, включившего указанную норму в закон, понятна, однако дальнейшее применение нормы о запрете деятельности в государственных и муниципальных образовательных организациях политических партий требует совершенствования.

Школьный музей: как платить зарплату?

Вот не такой уж редкий случай: в школе работает учитель-энтузиаст. Скажем, историк. Вместе с такими же увлеченными учениками он ищет и реставрирует вещи, отражающие прошлое родного поселка и района – предметы быта, фотографии, письма, награды, монеты, банкноты и даже остатки машин и оборудования.

Постепенно всё это составляет фонд школьного музея, размещающегося буквально в углу учебного кабинета истории, а учитель вполне закономерно назначается его заведующим.

Директор, высоко ценя это благородное и нужное школе и детям дело, требующее больших и разнообразных затрат (временных, трудовых, интеллектуальных), назначает учителю, который в принципе и не думал претендовать на вознаграждение, премию за «интенсивность работы». Она начисляется раз в квартал, но ни своим размером, ни мотивацией не выделяет деятельность по заведованию музеем как таковую.

При этом сам факт наличия и работы школьного музея добросовестно отражается в отчетах как признак хорошей работы школы и ее директора.

Налицо правовая коллизия.

В целях регулирования деятельности школьных музеев до настоящего времени используется несколько устаревшее Примерное положение о музее образовательного учреждения (школьном музее), утвержденное Письмом Минобразования РФ от 12.03.2003 № 28–51–181/16 «О деятельности музеев образовательных учреждений». В нем есть п. 4.1, перечисляющий основные функции такого музея:

– документирование истории, культуры и природы родного края, России путем выявления, сбора, изучения и хранения музейных предметов;

– осуществление музейными средствами деятельности по воспитанию, обучению, развитию, социализации обучающихся;

– организация культурно-просветительской, методической, информационной и иной деятельности, разрешенной законом;

– развитие детского самоуправления.

Соответственно, деятельность учителя по заведованию школьным музеем может документироваться посредством перенесения такого рода положений в локальный акт школы, регламентирующий деятельность музея. Я, конечно, не считаю себя сторонником излишней бюрократизации школьной жизни, но в данном случае локальный акт необходим, поскольку нужно обосновать справедливость финансовой компенсации деятельности педагога и привлечения ресурсов, необходимых для организации деятельности музея. О необходимости принятия такого рода локального акта также упоминается и в вышеуказанном положении.

Более того, также необходимы: приказ о создании школьного музея, инвентарная книга музея, книга учета научно-вспомогательного фонда, приказ о назначении учителя истории руководителем музея.

Тем не менее возникает вопрос, по какому легальному основанию оплачивать учителю его работу по заведованию школьным музеем? Безусловно, выплата премии юридически не может быть оплатой данной работы. Премия, как и любая другая стимулирующая выплата, назначается исключительно за качество работы. В данном же случае речь фактически идет о дополнительной работе по отношению к собственно учительской деятельности.

Согласно статье 60.2 ТК РФ, с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату. Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей).

Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника. Следует при этом обратить внимание на то, что работник вправе отказаться от выполнения данных функций – при отсутствии его согласия возложение на него данных функций становится невозможным.

При всей близости функций заведующего школьным музеем к должностным обязанностям учителя истории полагаю, что функция заведующего музеем – это все же иная работа, нежели деятельность учителя истории, особенно когда речь идет о «документировании природы родного края», организации культурно-просветительской, методической, информационной и иной подобной деятельности. В связи с этим в рассматриваемом случае речь может идти о выполнении дополнительных функций применительно к действующему трудовому договору с учителем истории.

Согласно статье 151 ТК РФ при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы. То есть в данном случае речь может идти об установлении специальной компенсационной выплаты учителю истории в виде доплаты, размер которой определяется по соглашению между ним и директором школы. Соответствующим муниципальным правовым актом может быть установлен размер доплаты, применяемый в данном случае, но его может и не быть.

В любом случае необходимо заключить с учителем истории дополнительное соглашение к трудовому договору, в котором должны быть четко обозначены функции заведующего музеем и размер доплаты за выполнение этих функций.

Безопасность: проблемы правового регулирования

Трагедия в Кемерово заставляет вносить свои, тяжелые, поправки в тематику «чеховок». Очевидно, что гражданский долг каждого человека состоит в том, чтобы способствовать недопущению такого рода трагических ситуаций за счет применения профессиональных знаний и активной гражданской позиции.

Как следует из сообщений СМИ, трагедия, унесшая жизни взрослых и детей, произошла в здании торгового центра. При этом часть детей находились там в сопровождении взрослых, педагогических работников и других, смотрели фильм в кинотеатре.

Ключевой элемент для определения предмета правового регулирования – нахождение организованной группы детей в сопровождении специальных работников в специально оборудованном месте, которое с точки зрения противопожарной безопасности фактически является местом повышенной опасности.

В современной ситуации часто возникает потребность в том, чтобы педагогические работники вместе с организованными группами детей посещали музеи, кинотеатры, другие заведения, особенно в контексте предусмотренной образовательными программами внеурочной деятельности. Поэтому вопрос безопасности во время пребывания организованных групп детей вне школы крайне актуален.

В настоящее время вопросы противопожарной и иной безопасности зданий школ в основном урегулированы. Однако пребывание организованных групп школьников в рамках каких-либо дополнительных занятий, внеурочной деятельности в различных организациях требует системного подхода в части правового регулирования.

Все общественные здания, в том числе здания торговых центров, безусловно, должны соответствовать требованиям противопожарной безопасности.

Наряду с этим критически важным условием следует задаться вопросом наличия у школьников, а также у сопровождающих их лиц, навыков поведения в чрезвычайной ситуации, связанной с пожаром и другими техногенными катастрофами.

Важно совершенствовать нормы основополагающих законов в сфере безопасности детей. В частности, Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации».

Целесообразным будет распространение режима, предусмотренного указанным законом для часто посещаемых организованными группами детей кинотеатров и других заведений, предоставляющих услуги, которые условно можно назвать услугами по организации отдыха для детей. Эта мера позволит установить дополнительные гарантии для безопасности детей.

Надо сделать так, чтобы нововведения в сфере безопасности не вызывали неподъемные административные обременения, что обычно приводит не к повышению безопасности, а наоборот – к ее резкому понижению, вызываемому за счет использования более дешевых коррупционных механизмов решения вопросов безопасности.

Как показывает практика, положительный эффект дает добровольное сертифицирование объектов, не относящихся к зданиям образовательных организаций, но тем не менее использующихся для отдыха и обучения детей.

Это обеспечивает более или менее безопасные условия для пребывания детей, подтвержденные внешним экспертным сертифицированием.

Школы и другие образовательные организации, конечно, будут заинтересованы в том, чтобы организованные группы детей с педагогическими работниками пользовались услугами как раз именно этих организаций. Наличие соответствующего сертификата будет выступать механизмом увеличения спроса на услуги организации – владельца здания.

Также необходимо обратить внимание на правовое регулирование содержания ФГОСов в части предметов и направлений, обеспечивающих обучение безопасному поведению учащихся, в том числе в нештатных ситуациях.

Федеральный государственный образовательный стандарт среднего общего образования, утвержденный Приказом Министерства образования и науки РФ от 17 мая 2012 г. № 413, в пункте 3 предусматривает положение о создании условий для формирования здорового, безопасного образа жизни обучающихся.

Термин «безопасный образ жизни» также используется при характеристике личностных результатов освоения основной образовательной программы и в других разделах стандарта. Аналогичные положения есть в федеральных государственных образовательных стандартах основного общего и начального общего образования.

Изучение предмета «Основы безопасности жизнедеятельности» должно обеспечить знание правил и овладение навыками поведения при чрезвычайных ситуациях природного, социального и техногенного характера.

Детей следует учить, как сохранять эмоциональную устойчивость в опасных ситуациях, как действовать индивидуально и в группе, как оказать первую помощь пострадавшим.

Таким образом, ФГОСы в принципе содержат необходимые положения, выступающие правовой основой для обеспечения формирования навыков безопасного поведения.

Другой элемент обеспечения безопасности при посещении организованными группами обучающихся школ каких-либо заведений связан с подготовкой сопровождающих педагогических работников.

Навыки поведения в чрезвычайных ситуациях с организованными группами обучающихся, находящихся вне школ, необходимо «упаковывать» в программы повышения квалификации для педагогических работников.

Важно обратить внимание на квалификационные требования к работникам образования, утвержденные Приказом Минздравсоцразвития РФ от 26.08.2010 № 761н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», раздел «Квалификационные характеристики должностей работников образования».

Согласно данному приказу, за руководящими и педагогическими работниками в части должностных обязанностей закреплена позиция: «Выполняет правила по охране труда и пожарной безопасности». Однако квалификационные требования к педагогическим работникам не содержат соответствующих положений.