Во имя порядка. Кузница судеб

Маттоми встретился с Фариам, Шэхкацом и остальными воинами. Их окружило истово ревущее пламя, обращающее в пепел палатки и укрепления, вместе с насыпями. Воины противника формируют ударные формации в метрах ста от них, пытаясь создать нечто похожее на оборону, пока легионеры не прорвали измученные порядки.

– Вот это мы устроили! – крикнул Маттоми, выцеливая очередного несчастного.

– На твоём бы месте я так не радовалась! – фыркнула тёмная аэтерна, посылая огненный болид в толпу врагов. – Их тут много.

– Ничего страшного! – отмахнулся Маттоми, посылая стрелу в кольчужного воина.

– Твой оптимизм на грани безумия! – Фариам выставила длань пред собой и сковала полдюжины воинов цепью молний и испепелила их одним движением, показывая на выстраивающиеся ряды воинов. – Их слишком много!

Они влились в общую композицию битвы. Двадцать легионеров присоединились к ансамблю битвы. Шэхкац с Маттоми с поражающей скоростью сеют смерть стрелами, посылая их в шеи и груди. Фариам подняла на бой переменчивые потоки магии, залив всё вокруг ярко-синим пламенем и обращая противника в пепел. Первый воин из их гряды пал, когда его окружила свора гоблинов, опрокинула и забила дубинками. Прорычав, вся стайка бросилась на Фариам, но девушка изменила вектор инфернальной атаки и усилием воли превратила мысль в энергию. Паутина молний сверкнула и зеленокожие твари окутались всполохами энергии, пав на землю в конвульсиях.

– Склонитесь перед мощью изначальной силы! – фыркнул колдун-чернокнижник, внезапно появившийся на поле брани и распахнувший когтистую ладонь.

Тёмно-фиолетовые молнии окутали троих легионеров и отбросили их. Затем он сошёлся в ближнем бою с воином. Посох ловко отбил меч, тычковый удар поверг наземь парня, а навершие в кровь и хруст сокрушило череп.

– Зачем вы сопротивляетесь? – крикнул маг и одним движением руки направил полсотни арпов на малую группу. – Примите знание о том, что всех вас пожрёт огонь очищения, если вы не покоритесь пути хаоса! Так зачем сопротивляться, если конец цикла неизбежен?

– Проклятый безумец! – прошипел Маттоми, нацелившись в горло колдуну. – Ещё один полоумный верун на службе идиотизма!

Стрела столкнулась о магический барьер и разлетелась на осколки. Колдун же ответил им струёй светлого огня, но та развеялось о ментальный барьер, выстроенный Фариам, что вызвало речь удивления:

– Интересно… я не думал увидеть здесь дочь проклятой крови Зораса. Ты же должна более служить нам, как последователям дела разрушения и порядка чрез него. Ваш праотец Зорас, как раз проповедовал подобное, – чернокнижник в паре метров остановил арпов.

– Ты не знаешь о нас ничего! Ты всего лишь безумный последователь фанатичного культа, который создан поклонниками чёрного пути.

– Этот путь есть отражение нашей истинной сущности, – настаивает колдун. – Глупо его отвергать, если, только следуя ему, можно спасти этот мир. В конце концов сам Аркт поверг порядок в хаос, лишь бы спасти мир от самого себя.

– Ты что несёшь? – смутился Маттоми. – Зачем всё это великому мятежнику? Он всего лишь предатель, который не знает, чего хочет.

– Он точно знает, чего желает, – продолжает настаивать маг, сдерживая порыв своих слуг. – Служитель «первого бога», он знает, насколько губителен порядок и понимает, что для жизни мира нужно стать единым с порождениями хтонических страстей. Он повергнет поборника порядка и наследника Светорождённых, чтобы тот не смог нарушить его планов. Велисарий умрёт, как и остальные.

– Велисарий – наследник Светорождённых? – на этот раз возмущение прозвучало из уст Фариам. – Это метафорически или буквально?

– Вам ещё много предстояло бы узнать, – маг махнул рукой, приводя волну плоти в движение. – Но пускай вас просветит смерть.

Арпы были направлены одной лишь волей вперёд, но твари не успели и шага сделать, как на поле боя появился лояльный ватир. Сокрушительным рывком он отбросил полдесятка арпов, и обрушил железный молот на голову одной из твари, расколов её как арбуз.

Маттоми едва ли не в упор застрелил врага и откинув лук выхватил меч. Отступив, он не учёл длину вражеского клинка и тот мелкими зубцами задел кольчугу, сдирая с неё сталь. Шэхкац в один прыжок оказался рядом с противником и вогнал в него гладий, тут же развернувшись и рассекая спину второго арпа. Тирон отпрыгнул, схватил лук и положив последнюю стрелу, внимательно прицелился. Чуть опустив оружие, он отпустил снаряд в свистящий полёт, что закончился в шее вражеского арбалетчика.

Колдун гурьбой молний попытался убить тёмную аэтерна, которая столь опрометчиво повернулась. Яркая лента молний ринулась к ней, но в последний момент встал латник. Его броня сверкнула всполохами огня и буйства энергий, сам он от боли рухнул на одно колено, но удержал удар.

– Так просто меня не сломить! – проревел Аннкрат, вставая и поднимая меч.

Передовые позиции врага были захвачены и теперь когорте предстоит встретиться со всей передовой группировкой. Маттоми увидел, как к ним подходят и легионеры, и мужики в чешуйчатой броне Речного, и несколько воинов в тюрбанах со скиммитарами. Они встали на фоне полыхающих знамён Королевства, методично занимая насыпи и сторожевые посты, обступая расчёты орудий.

– В атаку! – порычал воитель из Ордена ночи. – Во имя Железного Королевства!

– Когорта, к бою! – воззвал Аннкрат.

На встречу эндеральцам бросилась толпа, в которой стояли и арпы с гоблинами, перемешанные с наёмниками, и воины, несущие на себе форму старого образца стражи аркских полков. Размахивая всевозможным оружием, они желали крови за золото и прошлое.

Аннкрат вступил в битву с воителем Ордена. Ему на помощь подбежал ватир, сцепив два клинка и молот с широколезвейным двурчником. Оттолкнув их, воитель атаковал со всей силы. Опустив меч, он разрубает древко молота и мощным ударом кулака, сокрушает челюсть ватира. Аннкрат и латник скрестили мечи, выбив дождь искр из скрежещущих лезвий.

– Вы все умрёте! – озлобился враг, надавив на Аннкрата. – Орден ночи восстановит истинный порядок. Вам нас не остановить!

– Почему вы предали? – спросил «фогвиллец».

– Святой орден нас предал! – прорычал воин. – Он оставил наши гарнизоны умирать в одиночестве, истекать кровью. Святой орден отдал страну на растерзание Союзу! Железное Королевство – единственный шанс на наше прошлое! На нашу душу!

Аннкрат попытался продавить оборону врага, вложив весь меч всю силу. Ватир врезался в бок противника и оттащил его прочь, но тут же получил град мощных ударов – латный кулак мял плоть и заставлял кости хрустеть, пока монстр ревел от боли. Ватир успел отпрыгнуть, прежде чем его рассёк меч нисходящим движением. Они отошли на расстояние, приготовившись к новой битве.

Вокруг легионеры и слуги «Короны» сцепились насмерть. Хлестая друг друга мечами и искалывая копьями, воины теснили друг друга. В мешанину тел ворвался чернокнижник, явившись во вспышке телепортации. Огонь и молнии вырвались ослепительным потоком с его пальцев, испепеляя легионеров. Пара взмахов посохом и убийственные паутины энергии окутали солдат, отчего те возопили и завыли, что аж кровь в жилах стыла.

Гурьба новоприбывших арпов врезалась толпой, усилив давление на наступающие формации когорты, заставив тех отступать под троекратным превосходством.

– Нас теснят! – кричит Маттоми, взбираясь на насыпи, где расположились расчёты. – Нужно что-то сделать!

Тёмная аэтерна ничего не сказала. Она видит поборника ветров магии – чернокнижника, который окутал себя чародейским огнём, и окружил кучами тел. Она, нехотя, но подняла ладонь и атаковала колдуна пламенной стрелой, которая рассеялась о его пси-щит. Пара шагов и она на крыльях «моря возможностей» врывается в ристалище, блистая плащом из убийственного и жаркого пожара, испепеляя им врагов. Встреча двух магов и их эфирных сил ознаменовалась громом и больной для глаз вспышкой.

– Шэх, – погладил рядом стоящую пушку. – Мозгов у меня нет, но есть идея.

Аннкрат рухнул на колено, чувствуя, как одежда скользит от пота, а руки устали колоть и пробить вражескую броню. Ватир кинулся вперёд, но его нагрудная пластина в мановении ока была промята и разрезана, а само существо, пятясь назад, скуля и млея отошло, сжимая шерстистыми лапами грудь.

– Ты слаб. Я силён! Наследие Мальфаса будет стёрто с лица земли. «Твоё имя для меня – причастие», – повторил древнюю литанию Святого ордена воин. – Тьфу, что за бред! Теперь я понимаю истинную природу силы.

– Никогда! – взревел Аннкрат и встал с колен.

Латник сошёлся с чемпионом ордена, вкладывая максимум сил в приёмы. Звон оружия оглушал, а удары могли бы с лёгкостью рассечь плоть, но враг не сдавался. Клинок столкнулся с мечом предателя, затем был отведён и устремился в выпад. Лезвие шаркнуло по доспеху, высекая царапины, но не пробивая его. В ответ на Аннкрата обрушилась чреда выпадов и мясницких ударов, под напором которых он отошёл назад. Латы обоих сверкали в огне кострищ, будто пожираемые огнём и пестрели мастерской гравировкой, несмотря на царапины, отражая идеи каждого.

– Я – длань старого мира и истинного могущества! – заявил о себе враг. – Твоим жалким мечом не пробить моей брони.

Залп! Спустя миг Аннкрат смотрел в зияющую рану, оставленную в груди хранителя Ордена ночи. Для пушечного ядра не было препятствием, ни крепость лат, ни магия зачарований, и оно с презрительной лёгкостью их разорвало. Повернув голову в шлеме, сквозь решётку забрала глаза жалобно и с ненавистью посмотрели на Маттоми и Шэхкаца. Аннкрат подошёл к врагу и вогнал меч в рану пока наконечник лезвия не упёрся в броню на спине, а затем надавил и опрокинул его на сырую от крови землю.

Несмотря на гибель предводителя орд Королевства, армия не дрогнула, ибо её вёл сам чернокнижник. Усилив наступление, они стали оттеснять когорту, топя её в крови. Мечи рассекали щиты, топоры рубили броню, а копья протыкали кольчуги. Легионеры короткими мечами кололи врагов, теснили их щитами, а позади линии лучников и арбалетчиков расстреливали толпу.

Маттоми и Шэхкацом, подобрав стрел, отстреливали с насыпи противника, наблюдая за битвой Фариам и чернокнижника. Маттоми не видел и шанса в этом бою – легионеры падали, раненные под натиском врага, а Фариам, взмокшая от неимоверных усилий и жары заклятий, стала уходить и гнуться под чародейскими выпадами колдуна.

Противостояние могло ещё долго продлиться, пока наступление сточится об оборону или когорта проявит мастерство и сломит роялистов, но на поле боя появилась новая сила, обозначившая своё прибытие громом и молниями. Воины в цветах чёрного и серого явились на место ристалища, выйдя из Шепчущего леса на конях. Электричество что белее снега хлынуло с небес, призываемое новоприбывшими боевыми магами, и посеяло толстыми прутами смерть в рядах врага.

– Инквизиция на поле боя! – признал прибывших Аннкрат, тяжело дыша и поднимая меч для очередного удара.

Всадники устремились в стремительную атаку, озарив своё наступление вспышками и раскатами огненным и громовых заклятий. С отвращением Маттоми видел, как целые дюжины падали на землю, обращённые в изжаренные куски плоти. Чародеи-аколиты Инквизиции, идущие вместе с суровыми мечниками, наносили существенный урон вражеской армии, которая и не собиралась отступать.

Чернокнижник с рёвом ненависти стал отдавать звонким басом команды, похожие на пронзительный медвежий рёв:

– Всем перестроиться! Отправить войска на левый фланг!

Но что могли сделать несколько тысяч воинов в плотном неповоротливом построении, лишённые манёвра? Лишь ждать своей участи. Тяжеловооруженные всадники цвета бездны врезались во фланг оборонительной формации противника – широкие мечи полосонули волну плоти, высекая кровавые раны. Инквизиторы и их помощники врубились в горнило битвы с яростью, вошли на наковальню войны с отвагой. Маттоми на секунду прекратил обстрел врага, с восхищением смотря, как инквизиторы с отчаянным бесстрашием направляя коней в гущу врагов и широкими мечами кромсая всех, кто попадётся под руку.

Глаза арпа и человека узрели высокого всадника, несущего массивный панцирный доспех цвета слоновой кости и отделанного золотыми узорами. На его груди пылает раскалённым златом символ чаши и меча, голова защищена серебряным шлемом с ярким перистым плюмажем, а в руках изящный иглоподобный меч, инкрустированный самоцветами… кажется, что из его лезвия проистекает внеземной свет, оставляющий смертельные ожоги на теле врагов. Рядом с ним скачет на вороном коне воин в чёрных латах, с лысой обнажённой головой, вооружённый топором. Вместе с ними на быстрой бежевой лошади в бой врывается, и рослая утончённая дама с пепельными волосами, защищённая всего лишь корсетом.

– Гедемин и Сигизмунд… а кто она – не знаю, – произнёс Маттоми, смотря на Шэхкаца, который снова поднял лук.

Стрелы полетели в чернокнижника, который, впрочем, не испытывал от них вреда – они либо вспыхивали о его пси-щиты, либо вязли в броне. Он обратил внимание на инквизиторов и уставил посох в их сторону. Страшные заряды тёмно-фиолетовой энергии ударили по ним. Взрывы и всполохи подняли фонтаны огня, крови, земли и плоти поднялись среди толпы сражающихся.

Фариам же уже не пыталась достать его, а испепеляла врагов пред собой. Огонь тёмной аэтрна сжигал в прах вопящих и орущих повстанцев, а легионеры прорывались на очищенные позиции, чтобы там сойтись меч к мечу с противником.

Чернокнижик казался недосягаемым, но до тех пор, пока в гуще боя не появились новые фигуры. Гедемин, Сигизмунд и неизвестная дама слезли с коней, встав на пути колдуна.

– Предательница! – фыркнул тёмный маг. – Ты предала «Кузенов»! Ты предала истину!

– Ты ничего не знаешь, – прошептала девушка, поднимая рапиру.

Маттоми застыл в наблюдении за схваткой, как и все сражающиеся вокруг. Гедемин отразил клинком поток чёрной молнии, давая Сигизмунду действовать. Топор полетел прямо в голову чернокнижнику, но тот с лёгкостью отбил его, пытаясь снова атаковать магией. Сблизившийся Гедемин снова принял на себя весь удар, блокируя нечестивые чары, приковывая к себе внимание. Высокорослая девушка ловким движением юркнула к врагу и выставила вперёд рапиру в молниеносном движении. Тонкое лезвие принизило бедро, заставляя чернокнижника отойти. Враг, чувствуя превосходство, выставил пред собой руки в отчаянной попытке выставить щит, но меч Гедемина в ярком фонтане искр разбил его. Дама подскочила и рассекла запястье, разрезая и сухожилие… посох выпал, лишая своего носителя главного чародейского инструмента.

– Ах-хах, вы не понимаете, что творите. Аркт… он всё равно вас достанет и уничтожит. Аркт есть архангел погибели… первый служитель ложного бога Азатарона, и прозревший в истине… он вас… аргх!

Колдун заглох, когда фламберг вошёл в спину, рассёк плоть и оборвал жизнь чернокнижника. Труп плюхнулся лицом в землю, а за ним возникла фигура Аннкрата, вынимающего меч из плоти.

Завидев гибель своего командира, стесняемые инквизиторами, воины «короны» дрогнули. Один за другим солдаты стали покидать сражение, а вскоре когорта общим давлением под буйство ветров магии, повергла в бегство всех противников.

Маттоми, Фариам и Шэхкац, ступая через трупы, следуя посреди всюду пылающих костров, шли к месту разговора командиров. Парень еле как сдерживал себя, чтобы его не вырвало от вида изрубленных и разодраны тел. В воздухе витал сводящий с ума запах горелой плоти, а ухо терзают стоны и крики агонии раненных и всхрипы умирающих.

– Аннкрат, командующий первой сводной когортой первого легиона, – представился «фогвиллец».

– Верховный инквизитор Гедемин, – хриплым тихим голосом обозначил себя воин, не снимая шлема и посматривая на то, как когорта вокруг них выстраивается в боевые порядки.

– Мы рады вас приветствовать. И рады, что вы нас выручили. Без вас было бы намного труднее.

– Это наш долг. Многие из нас служили в Инквизиции и Святом ордене при Рождённых светом, защищая мир от тьмы.

– А вы сами…

– Да, я сам когда-то был хранителем третьего сигила. Когда Первосвященник из остатков старой инквизиции10 и покинувших Орден решил создать тех, кто бы защитил Эндерал от тьмы, я откликнулся, – подняв чудесный меч, и приложившись лбом к нему, он обозначил. – Служа Истине, мы рассеем зло.

Маттоми заметил знакомое лицо Сигизмунда и просто не мог не заговорить с ним, в голосе выражая иронию:

– Вот это встреча, господин инквизитор, не так ли? Не думал я, что вы пожалуете сюда со своей дамой, – парень закинул лук за спину. – Неужто у вас завелась боевая подруга?

– Я вас настолько привлекла, что вы подняли этот вопрос? – спросила девушка, поправив пепельный волос; её красивое лицо словно выточено изо льда, отражает удивительные черты филигранности, в глазах будто бы отражена вся изумрудная глубина лугов Сердцеземья. – Или у вас есть определённые проблемы, когда вы видите рядом красивую девушку и инквизитора?

– Больно у вас интересное общение, – заметил Гедемин. – Каиль, наша союзница, легионер, так что прошу тебя, будь вежлевее.

– Хм-м, хм-м, хм-м, – втянул Шэхкац воздух, чувствуя что-то острое… запах неведомый и знакомый. – Это древний аромат… как рядом с королём. Особая… магия.

– Арпишка, лучше бы свой носик не тянул ко мне. Ты всего лишь уродское порождение своего проклятого рода, чтобы такое говорить. Я-то уж знаю, – усмехнулась девушка.

– Не смей с ним так с ним говорить! – вспылил Маттоми, одновременно инстинктивно чувствуя и опасность от Каиль; дама удивилась такому обращению, но сдержала себя. – Ты вообще кто такая?

– Не думаю, что сейчас конфликт, это лучшая форма сотрудничества, – заявил Гедемин и голос его стал торжественней. – Пока наши братья и сёстры ведут наступление по всему фронту, мы должны крепиться, и готовиться к последующим битвам.

– Галерея Гримлайт, – посмотрел в сторону острых чёрных скал, скрытых в ночном полумраке Аннкрат. – Центр обороны врага. Там сосредоточены основные силы оборонительного рубежа… это будет трудный бой.

– Да, и мы сокрушим их. Непоколебимость веры мы положим, как основное оружие, – на этот раз обернулся инквизитор, смотря, как из леса выступили порядки легионеров, вместе с боевыми братствами Святого ордена, пестрящими цветами огня и воды; в одном строю шагали, и наёмники Ост-Эндеральской Торговой Компании.

– Надеюсь, что артиллерия справится со своим предназначением.

– Несомненно брат! – хлопнул по плечу Аннкрата Гедемин. – Но главное, что мы противопоставим тьме врага, свет истин в наших душах. Светорождённые, да и сам Мальфас, ликовали бы при виде этого славного дня. Приготовимся же к битве, и приготовим души наши, – Верховный инквизитор отступил назад, оказавшись в окружении слуг. Вместе они приклонили колени, направив все мысли в молитве к Господу, готовясь к предстоящей битве.

– Интересная у тебя татуировка, – произнесла Фариам. – Во истину древняя. Времён… Килры.

– Молчи… если хочешь жить! – фыркнула Кайль, положив ладонь на рукоять.

– Мне нет до этого дела, – покачала головой тёмная аэтерна. – Я бегу от проблем куда более… серьёзных, чем эта война.