После флота

Глава 4. Свое дело. 2006 год

Со звоном курантов и брызгами шампанского наступил 2006 год. В первые же дни Нового года газеты и новостные каналы запестрели заголовками о том, что Россия прекратила поставку газа на Украину. Действительно, в ответ на заявление «незалежной», что цена на газ неприемлема, «Газпром» прекратил качать газ в объеме закупок Украины, но продолжал перекачивать по украинской трубе голубое топливо европейским потребителям. В ответ «незалежная» сразу начала воровать газ, который шел в Европу. В общем, ничего нового. Правда, зима в тот год в Европе была очень холодной. Аномально холодной была она и в нашем городе. Температура в середине января достигала минус двадцать пять градусов по Цельсию.

Быстро промелькнули новогодние каникулы, и началась будничная работа: переговоры с конструкторскими бюро, рассылка каталогов с оборудованием снабженческим фирмам и отделам закупок верфей, подготовка коммерческих предложений для судостроительных заводов, переписка по проектам, уже движущимся к подписанию договоров. Кроме этого, контроль исполнения оплаченных договоров, заказа оборудования за рубежом, его оплаты, перевозки, таможенной очистки, и так ежедневно. Добавьте к этому организацию пуско-наладочных работ на заказах инженерной службой…

В общем, станет понятно, что зима проскочила на одном дыхании. В этот период у меня были и командировки. Приезжая по делам на строящиеся яхты «Timmerman» на судоремонтный завод, расположенный недалеко от столицы в Хлебниковском затоне, я обратил внимание на трехпалубный пассажирский речной теплоход под названием «Комарно», пришвартованный неподалеку. Выяснив, что на нем предстоят модернизационные работы, поднялся на борт, познакомился со старшим строителем и оставил свои координаты. Через некоторое время мне позвонили и пригласили в столицу.

И снова я в Хлебниковском затоне. Круизный теплоход «Комарно», переименованный в «Волжскую мечту», модернизировался по высшему разряду. Его хозяин, крупный столичный бизнесмен в строительной области, решил сделать из старого проекта, что называется, «пять звезд». Теплоход был построен в Чехословакии в 1959 году и до середины 60-х годов курсировал на линии Горький – Астрахань, затем совершал рейсы с пассажирами от Астрахани до столицы. Два года назад теплоход перешел в частные руки, и на нем планировали провести полную реконструкцию и переоборудование. В ходе проектных работ пассажировместимость уменьшили в три раза. При этом площадь кают увеличили путем объединения нескольких в одну. В итоге на борту судна осталось пятьдесят шесть кают класса «пять звезд», в которых размещаются сто туристов. Отдельно на второй палубе на носу разместили дипломатический и президентский люксы с собственной верандой. В интерьерах судна – красное дерево, бронза, картины. Под стать этому оборудовался и ресторан с барами. Я приложил массу усилий, чтобы заказчик заинтересовался нашим предложением. Здесь мне помог опыт поставок на президентскую яхту «Кавказ», президентский теплоход «Россия» и мега-яхту. Я выиграл тендер на оборудование пищеблока этого теплохода – на тот момент самого комфортабельного круизного судна в России.

В ходе этих работ я часто мотался в столицу на переговоры и согласование нашего видения оборудования судового ресторана. Конкурентом у меня была известная немецкая фирма. Мне удалось обойти ее, предложив заказчику комплексное оснащение всего судна с рестораном, шведским столом, барами и холодильными камерами.

Это был первый проект, идущий от имени компании «Проекттехника», где директором был мой сын. Выполнение этого проекта потребовало напряжения всех наших сил – сил трех человек. Сын смог найти транспортную компанию, которая могла переводить деньги за рубеж и вывозить оттуда оборудование, а также выполнять таможенное оформление груза. Забегая вперед скажу, что впоследствии договор на поставку оборудования пищеблока круизного теплохода «Волжская мечта» более чем на сто тысяч евро позволил компании «Проекттехника» существовать и работать в течение целого года…

Февраль 2006 года запомнился зимней олимпиадой, проходившей в Италии в городе Турине. Это были ХХ Зимние Олимпийские игры. В них приняли участие восемьдесят стран. Победила Германия с одиннадцатью золотыми, двенадцатью серебряными и шестью бронзовыми медалями. Вторые – американцы. Наши спортсмены заняли четвертое место, собственно, как и наши хоккеисты, которые, несмотря на выигрыш у Канады, не смогли подняться выше. Жаль ребят, столько сил отдано! Но спорт есть спорт. В этой олимпиаде участвовали шестнадцать спортсменов из нашего города в шести видах спорта. Они завоевали четыре золотые медали из восьми, присужденных в Турине российской сборной. Мо-лод-цы, пи-тер-цы!

Наступил март. Небо над городом все чаще голубело. Снег с помощью дворников быстро сошел… В середине мая 2006 года в нашем городе в ходе реставрационных работ неожиданно обрушились четыре колонны ограды Юсуповского дворца на набережной реки Мойки. Городские средства массовой информации разнесли звон об этом по всему городу, благодаря чему о чрезвычайном происшествии узнали и в «Росохранкультуре», хотя, как я понимаю, они должны знать первыми. Юсуповский дворец известен тем, что в его подвале заговорщики во главе с князем Юсуповым в 1916 году совершили покушение на Григория Распутина. В «Росохранкультуре» пообещали восстановить ограду к концу осени.

…Постепенно, набирая опыт, «Проекттехника» разворачивала свою деятельность. Понимая, что новой молодой компании нужно выходить на рынок с импортным судовым оборудованием завода, представителей которого нет на нашем судостроительном рынке, а такие фирмы, как «Метос», «Электролюкс», «Скайколд», давно имели представительства, поэтому тягаться с ними было сложно, «Проекттехника» сделала ставку на никому не известную в России итальянскую компанию «Баратта», поставляющую весь перечень камбузного оборудования. Было подготовлено и отправлено в Италию письмо с предложением сотрудничать и представлять их в России. Ответ пришел положительный, руководитель фирмы приехал к нам в город на Неве.

Мы встретили его в аэропорту, привези к нам в офис, где обсудили через приглашенного переводчика все вопросы, касающиеся сотрудничества. Вечером заехали поужинать в ресторан – парусный корабль, пришвартованный на Петровской набережной, недалеко от домика основателя города Петра Великого. Роскошные интерьеры ресторана произвели должное впечатление на итальянского гостя, тем более наше сотрудничество касалось оборудования для судов, поэтому вдвойне приятно было завершить переговоры ужином в корабельных интерьерах парусника.

После отъезда итальянца работа закипела. Прежде всего, были напечатаны каталоги камбузного оборудования «Баратта» на русском языке и разосланы по проектным, снабженческим организациям и отделам закупок судостроительных заводов. В течение месяца было разослано больше ста каталогов. Параллельно разместили рекламу «Проекттехники» в журнале «Судостроение и судоремонт», организовали и поддерживали сайт «Проекттехника» в интернете.

Предстояла длительная, последовательная, ежедневная, упорная работа по внедрению теплового, холодильного, обрабатывающего оборудования «Баратта» в проекты кораблей. Совместно со специалистами Зеленодольского ПКБ был спроектирован камбуз на проекте многоцелевого сторожевого корабля 2-го ранга с управляемым ракетным вооружением ближней морской зоны «Гепард», которые строились на Зеленодольском судостроительном заводе, как для ВМФ России, так и для ВМФ Вьетнама.

10 мая 2006 года президент Путин выступил с ежегодным посланием Федеральному Собранию. Послание было необычным потому, что экономике в нем было посвящено всего треть времени, а две трети сконцентрировались на модернизации армии и флота, наращивании вооружений и внешней политике, провозгласив курс России на строительство, по выражению президента, «собственной крепости». Как это важно! Ведь известно, что «если не хочешь кормить свою армию, будешь кормить чужую». Это послание дает и нашей компании перспективу, ибо если будет развиваться и строиться флот, будем работать и мы. По словам президента, в ближайшем будущем будут реализованы новые виды вооружений и, как он подчеркнул, «наши ответы должны быть основаны на интеллектуальном превосходстве. Они будут ассиметричными, менее затратными, но будут повышать надежность и эффективность нашей ядерной триады». Слова президента о том, что флот будет неуклонно развиваться, касались напрямую нашей работы и давали нам надежду на будущее.

Наступившее лето радовало нас, горожан, теплом и солнышком, таким редким у нас на севере. Порадовал поклонников и наш питерский боксер-тяжеловес Николай Валуев, который в поединке в Германии защитил честь страны, одержав победу над американцем, став первым российским боксером, сумевшим завоевать чемпионский титул в самой престижной весовой категории – в супертяжелом весе. Поединок продолжался всего три раунда, когда рефери остановил бой, зафиксировав победу Валуева, пославшего противника в нокаут. После этого произошло событие, о котором в городе потом еще долго судачили. Боксер сумел достойно защитить честь своей жены, «поговорив» с хамовитым охранником одного из питерских спортклубов, после чего тот оказался в больнице.

Благодаря новому партнеру, фирме «Утепленный дом», «Проекттехнике» удалось подключиться к поставкам камбузного оборудования на нефтегазодобывающую платформу «Арктическая», куда «Утепленный дом» поставлял импортную теплоизоляцию. Первая самоподъемная плавучая буровая установка «Арктическая» для «Газфлота» была предназначена для бурения разведочных и эксплуатационных скважин на нефть и газ на шельфе арктических морей на Севере страны. СПБУ «Арктическая» проектировало конструкторское бюро «Коралл». В те годы город, где располагалось это конструкторское бюро, был в составе «самостийной и незалежной» страны. Оборудование было прописано финское – фирмы «Метос». У «Метоса» было представительство в нашей стране, и оно само поставило бы оборудование. Что предпринять? Запрашиваем судостроительный завод, на котором строилась буровая. Там ответили, что им все равно кто поставит, главное, чтобы было то оборудование, которое прописано в проекте, и чтобы поставка была дешевле. Оборудование поставки компании «Проекттехника» в сумме было дешевле, но требовалось пересогласование проектной документации. Во-первых, для этого не было оснований, проект был согласован, а во-вторых, за чей счет проводить переделку конструкторской документации?

Переписка с «Кораллом» о смене в проекте оборудования «Метос» на оборудование «Баратта», ни к чему не привела. Крепко обдумав ситуацию и не желая, чтобы сорвался важный в экономическом и политическом плане проект – первая в стране буровая установка, – решили обойти официального дилера «Метос», договорившись с партнерами в Финляндии, фирмой «Малми-Стиил», производящей камбузную мебель из нержавеющей стали, чтобы они купили оборудование у «Метоса» напрямую, а потом уже переправили его в Россию. Удалось договориться с финнами благодаря исключительной работе русскоговорящего менеджера – ранее жившей в городе на Неве, потом вышедшей замуж за финна. Все сложилось. Даже с наценкой «Малми-Стиил» купленное финнами у финнов оборудование с наценкой «Проекттехники» оказалось дешевле. Вот какую бешеную наценку, не стесняясь, заряжал «Метос» для нашей страны в те годы. Этот знаковый проект позволил «Проекттехнике» серьезно заявить о себе и немного улучшить свое финансовое положение. В «Проекттехнике» создали дополнительно еще два рабочих места, закупили мебель, компьютеры, два телефона, поэтому увеличили количество сотрудников, приняв еще двух человек – менеджеров по продажам. Молодежь крутилась как белки в колесе, потому что работа по поставкам оборудования «с колес», без аренды склада, была очень сложной, но они справлялись. Был решен вопрос подключения и ремонта оборудования на заказах, без содержания штатных механиков, а привлекая их со стороны на время конкретной работы.

Политическая жизнь в стране не замирала и летом. Предсказуемо передрались между собой либералы. В середине июля в столице прошел съезд партии «Яблоко», на котором был поставлен окончательный крест на слиянии «яблочников» с «Союзом правых сил». Это называется не поделили портфели.

После самоподъемной плавучей буровой установки «Арктическая» второй платформой была морская ледостойкая стационарная платформа «Приразломная» – нефтяная платформа. Проектантом «Приразломной» было Конструкторское бюро подводного кораблестроения. «Проекттехника» плотно, больше года работала над проектированием пищеблока жилого модуля. Работа была проделана объемная, серьезная и, главное, бесплатная, потому что мы рассчитывали получить выручку от поставленного на строящуюся платформу оборудования. «Приразломная» строилась на Севере, на заводе, который в советское время строил атомные лодки. Но в 2002 году с целью удешевления и ускорения строительства было принято решение строить на Севере только «кессон», а жилой, буровой и технический модули срезать с выведенной из строя иностранной платформы.

В качестве донора верхней части у норвежской компании была куплена списанная платформа. Таким образом, в одночасье «Проекттехника» осталась без поставки камбузного оборудования, ибо на срезанной верней части платформы камбуз уже имелся.

Да, бывает и так! Это и есть риски бизнеса… Финские коллеги учили: «Отлично, если из ста процентов поданных коммерческих предложений, сработает тридцать процентов». Необходимо было добиваться ста процентов из ста, но, как видите, не всегда все зависит от исполнителя.

В этом сумасшедшем ритме и водовороте событий и работ нужна была отдушина, передышка. Иногда я поступал так – останавливал машину у набережной Невы, выходил и тихим спокойным шагом шел вдоль гранитного парапета. В один из таких дней, после короткого летнего дождя, когда мокрый асфальт парил и пах как-то по-особенному, я шагал вдоль Невы. Вдали буравил небо острой иглой золотой шпиль Адмиралтейства, Исаакиевский собор блестел темным золотом купола, удивляя своей мощью и красотой. Иногда я останавливался у шероховатого красно-серого гранитного парапета и смотрел вниз, на величавое, завораживающее течение Невы, несущее свои полные воды в Финский залив сейчас, как и сотню и тысячу лет назад и как будет нести всегда. Я стоял лицом к широкой глади реки, с радостью вбирая в себя и это небо, и эту речную ширь, и этот свежий ветер с Невы. «Люблю тебя, Петра творенье!» Жаль, что это сказал не я.

Летом, когда в нашем городе проходил саммит «Группы восьми» G8, были приняты беспрецедентные меры безопасности, правда работе саммита постоянно пытались помешать… ливни и ветры, бушевавшие во время встречи глав государств «Группы восьми», но не смогли. Я много работал над внедрением импортного оборудования на неатомные и атомные подводные лодки. В то время, как писали журналисты, на саммите были приняты не все решения, о которых мечтали российские власти, я отлично договаривался со специалистами Конструкторского бюро подводного кораблестроения, подготовив и передав на подписание комплект документов: техническое задание, договор, протокол согласования договорной цены, калькуляционные материалы для выполнения опытно-конструкторской работы «Формирование облика камбузов неатомных подводных лодок IV поколения». Мною были проведены испытания импортной посудомоечной машины по техническому заданию заказчика, и впервые в истории эта импортная посудомоечная машина была поставлена атомную подводную лодку. Было получено решение о замене устаревшего отечественного камбузного оборудования на современное импортное оборудование «Норд Трейдинга» на проекте фрегата. Внедрено в ходе выполнения технического проекта «Северного ПКБ» на камбуз импортного корвета для ВМС Индии и на малые рыболовецкие суда конструкторского бюро «Восток».

Теленовости разразились новой негативной информацией. Этим летом, после завершения плановой проверки, стало известно о краже из Государственного Эрмитажа. Оказалось, что из фондов было похищено более двухсот уникальных экспонатов. Все это очень странно. Если из таких организаций, как Эрмитаж, крадут экспонаты, то что говорить о периферийных музеях?

Наступила благодатная пора – небо высокое, голубое, деревья в золоте листвы – август. В новостях промелькнуло сообщение, что Россия полностью и досрочно рассчиталась с Парижским клубом кредиторов по долгам бывшего СССР. Конечно, для обычного человека это, возможно, и не очень значимо, но принять к сведению надо. Экономика страны растет, нефть дорожает, можно стране и долги отдать.

25 августа небо над городом застелил густой черный дым. Пожар в исторической части города! В огне сгорели только что отреставрированные купола Троицко-Измайловского собора. Пожар начался на строительных лесах. Огромное облако черного дыма стлалось в воздухе. Пожар огромной силы полностью уничтожил крупнейший в мире купол, имеющий деревянный каркас. Тушили пожар с помощью вертолета. Слава богу, не обрушились разогретые докрасна кирпичные своды собора. Они жутко светились в ночи, пока не остыли…

В августе в нашем городе на Неве в разговорах не сходила с уст простая русская фамилия Перельман. Оказывается, на Международном конгрессе математиков в Мадриде должны были вручить медаль Филдса за доказательство гипотезы Пуанкаре, которую сто лет никто не мог доказать. В чем смысл этой гипотезы, честно скажу, – не знаю, да и многие люди понятия не имеют, но то, что решение предоставил наш соотечественник, живущий в нашем городе человек, уникальный математик Перельман, было приятно. Утерли всем нос! Разговоры подпитывались информацией о том, что еще в 2000 году американский математический институт учредил премию в один миллион долларов тому, кто докажет гипотезу Пуанкаре. Но Перельман отказался от награды и премии и прослыл в научном мире «бескорыстным человеком, лишенным честолюбия». Такой неординарный поступок Перельмана моментально сделал его знаменитым в мире. Да, слава бывает разной…

В стране продолжались разборки «в стиле лихих 90-х» на самом высоком уровне. В середине сентября был убит первый председатель Центрального банка, который вел жесткую, непримиримую борьбу за чистоту банковского бизнеса, за 2005 год им было отозвано тридцать банковских лицензий, за 2006 год – еще сорок четыре. Он стал шестнадцатой жертвой среди банковских топ-менеджеров. Осенью Верховный суд оставил в силе приговор по делу «банды Шутова», который был депутатом городского парламента города на Неве второго созыва в 1998 году. Депутату и его сообщникам было предъявлено обвинение в совершении нескольких заказных убийств, и он был приговорен к пожизненному заключению.

Наконец, в городе произошло долгожданное событие – открыли сквозное движение по Восточному полукольцу кольцевой автомобильной дороги, но, к сожалению, это мало помогло решить проблему пробок. По городу по-прежнему сложно было проехать в час пик.

Осень вступила в свои права, и хотя в двадцатых числах сентября на несколько дней потеплело и, казалось, лето вернулось, наступил октябрь, небо затянули серые тучи, заморосил дождик, стало серо, сыро, холодно…

При всем разнообразии ситуаций вокруг морских заказов было в этой работе и определенное однообразие. Сначала готовилось и передавалось заказчику технико-коммерческое предложение, затем заключался договор поставки и подписывался сторонами. Предварительно согласовывался и подписывался протокол согласования договорной цены, который являлся неотъемлемой частью договора. «Проекттехника» выигрывала тендеры потому, что предлагала цену ниже рыночной для каждого конкретного типа оборудования. Менеджеры внимательно отслеживали цены конкурентов. Но в этом был и минус работы – слишком маленькая наценка, правда, и коллектив в «Проекттехнике» был в то время совсем небольшим. С другой стороны, участвуя в ключевых, заметных проектах, «Проекттехника» зарабатывала себе имя.

На улице ветер трепал оголенные деревья, под ногами на асфальте хлюпала вода – ноябрь. После череды хмурых и дождливых дней утром выглянуло солнце, на душе повеселело. Живем!

Главное, что в течение 2006 года «Проекттехника» неплохо работала, опираясь на западного партнера фирму «Баратта», была налажена бухгалтерия, работа с транспортной компанией по доставке импортного оборудования в страну и работа с механиками по монтажу и пуско-наладке оборудования на судах.

В середине декабря 2006 года я улетел в командировку по делам «Норд Трейдинга» на Север, на завод «Звездочка», где состоялась конференция, посвященная производству судовой обстройки, включающей отделку жилых помещений, служебных помещений камбузов, мебели из дерева и камбузной мебели из нержавеющей стали. Конференция проводилась под руководством заместителя начальника отдела Управления судостроительной промышленностью. Присутствовали все ведущие проектные организации и руководство военных приемок судостроительных заводов «Севмаш», «Звездочка» и «Янтарь».

Во время конференции провел переговоры с руководителями присутствующих военных представительств, решив вопрос по продвижению подписания договора на поставку оборудования на проект «Спрут» с начальником отдела внешне-экономической деятельности «Севмаша». Одним словом, командировка прошла успешно и, как говорится, плодотворно. Написал об этой командировке и вспомнил предыдущую конференцию, которая проводилась летом, в разгар белых ночей. Сказочно красивое время на русском Севере. По окончании той конференции нас пригласили на прогулку по Северной Двине на старинном дореволюционном колесном пароходе «Н. В. Гоголь» с настоящей паровой машиной, с отделанными красным деревом и бронзой интерьерами, который принадлежит заводу. Вообще, на заводском сленге пароходами рабочие называют атомные субмарины: топка – ядерный реактор, паропроизводящая установка, турбины – чем не суперсовременный пароход? А пароходу «Н. В. Гоголь» почти сто лет – это старейший российский пароход-колесник. Единственное российское судно своего класса, которое продолжает использоваться благодаря бережной заботе корабелов «Звездочки». Легендарный пароход был построен на заводе в Сормово в начале ХХ века. Пароход ходил по линии Вологда – Архангельск и Котлас – Архангельск. Это было самое современное пассажирское судно Российской империи. На его борту имелись библиотека, ресторан с буфетом с большим ассортиментом угощений и напитков. Нам показали дореволюционное меню, в котором были блюда высшего класса: из семги, осетрины, телятины и баранины, тетерева и рябчика. Пассажиры первого и второго классов могли с помощью звонка вызвать в каюту официанта или горничную. Пережил пароход и революцию, и Гражданскую войну. В середине 70-х годов, когда пароходы-колесники постепенно списывались в утиль, «Н. В. Гоголю» повезло – он был приобретен заводом «Звездочка» для организации отдыха своих работников. Заводчане вдохнули новую жизнь в пароход, и поэтому до сих пор бьется его сердце – паровая машина, установленная в далеком 1911 году.