После флота

Глава 5. Вместе с флотом. 2007–2010 годы

2007 год начался плюсовой температурой и моросящим дождем. Думаю, тепло принес юго-западный ветер. Первый снежок выпал после рождества, а к концу января зима по-настоящему вступила в свои права…

Как показало время, этот год стал годом реальной работы «Проекттехники». Сотрудники набирались опыта, а компания набирала обороты. Появлялись новые клиенты: «Нептун-сервис», «Судосервис», «Россудосервис», «Балтийское снабжение», «Владморсервис», «Промснабсервис» и другие снабженческие организации, которых много крутится вокруг судостроительных и судоремонтных заводов. Так, фирма «Владморсервис» проявила интерес к жарочным плитам и котлам «Баратта», на которые планировалось заменить устаревшие польские котлы и плиты в предстоящем переоборудовании камбуза парусника «Надежда» на Дальнем Востоке.

В начале марта проскочило сообщение, что «Рособоронэкспорт» стал единственным в стране экспортером вооружения и военной техники. Созданная второй после «Газпрома» экспортная монополия должна была исключить ненужную конкуренцию между российскими производителями военной техники на внешнем рынке. И «Рособоронэкспорт» эти надежды полностью оправдал, став крупнейшим продавцом оружия в мире.

Интересной работой этого года была поставка «Проекттехникой» камбузного оборудования на строящиеся на «Адмиралтейских верфях» два морских буксира для «Газфлота». При перегоне после постройки этих буксиров на Сахалинское газовое месторождение один из буксиров захватили сомалийские морские пираты. После этого случая появились разговоры, что, мол, «Проекттехника» сделала такой отличный камбуз, что пираты не смогли удержаться и, чтобы хорошо пообедать, захватили судно. Смех смехом, но морские пираты существуют до сих пор, особенно свирепствуя в Аденском заливе.

Весной телевидение принесло трагическую новость – произошла очередная техногенная катастрофа, взорвался газ метан на шахте «Южкузбассуголь». Трагедия произошла по вине персонала шахты, отключившего сигнализацию о предельно допустимом количестве метана, якобы мешавшую работе в забое. Элементарное нарушение техники безопасности, и все ради прибыли. Жаль людей.

В нашем городе, видимо, благодаря предвыборной лихорадке, стало модно бороться за свои права у большого концертного зала «Октябрьский» и шествовать по главным улицам. Такие «Марши несогласных» происходили по поводу и без повода: против застроек скверов, повышения цен на продукты, сноса ларьков у станций метро, строительства ледового катка на Дворцовой площади… Были и забастовки докеров, почтовых водителей, сотрудников Российской академии наук, требовавших увеличения зарплаты. Но постепенно активность спала, многие, побастовав пару дней, возвращались на работу.

В середине мая произошло событие, очень знаковое для всего православного мира. В храме Христа Спасителя был подписан Акт о каноническом общении между Московской патриархией и Русской православной церковью за рубежом. Этот акт положил конец восьмидесятилетнему периоду разделения русской церкви. Слава Богу!

С конца июля по середину августа прошла уникальная Высокоширотная полярная экспедиция «Арктика – 2008». Я внимательно следил за ее ходом. Экспедиция отправилась из Мурманска к Северному полюсу в составе атомного ледокола «Россия» и научно-исследовательского судна «Академик Федоров» с целью доказать, что подводный хребет Ломоносова является продолжением Сибирской континентальной платформы и что Россия может включить хребет Ломоносова в свой континентальный шельф, дабы эксклюзивно добывать его полезные ископаемые. Серьезная заявка на богатства Северного Ледовитого океана, на которые, кстати, засматриваются многие страны, и близко не стоящие на его берегах.

13 августа 2007 года в области произошел очередной теракт. На перегоне у поселка Малая Вишера был подорван скорый поезд «Невский экспресс». Поезд сошел с рельсов. Пострадало шестьдесят человек. Погибших не было. В августе в городе, как сообщали новостные каналы, был задержан предприниматель Барсуков (Кумарин), подозреваемый в покушении на владельца «Петербургского нефтяного терминала». Покушение, расстрел машины на Левашовском проспекте, было совершено еще в 2005 году. С арестом Барсукова (Кумарина) в городе, как считают эксперты, закончилась «эпоха лихих 90-х», эпоха передела собственности, когда все вопросы решались на улицах оружием. Прощай, «бандитский Петербург»! Хочется в это верить. Действительно, очень хочется включить телевизор, и чтобы оттуда диктор произнес: «Сегодня ничего плохого не произошло».

Осенью в нашем городе проходила «Нева-2007» – международная выставка по судостроению, судоходству, деятельности портов и освоению океана и шельфа. Эта выставка стала рекордной за всю историю проведения с 1991 года. Общее количество российских и иностранных участников составило более восьмисот фирм и предприятий из сорока стран, из них шестьсот с собственными экспозициями и почти двести в составе объединенных стендов. Общая площадь выставки более десять тысяч квадратных метров. «Нева-2007» проводилась под эгидой Морской коллегии при Правительстве России. «Проекттехника» выставила на своем стенде камбузное оборудование «Баратта». Это была первая выставка молодой компании, первое крупное мероприятие по продвижению камбузного оборудования «Баратта» в отечественном судостроении. После выставки конструкторское бюро «Балтсудопроект» начало работу по камбузу научно-экспедиционного судна, затем по судну снабжения. «Инженерный центр судостроения» запросил перечень оборудования на прогулочное судно и служебно-разъездное судно, Научно исследовательский институт Морского флота прописал на камбузе лоцманского судна оборудование «Баратта».

Выполняя поставленную перед собой задачу ежегодно публиковать информацию о новых технологиях в журнале «Судостроение», я подготовил и напечатал статью «Камбузное оборудование миноносцев начала ХХ века типа “Сокол” и современных корветов», напечатанную в апрельском номере журнала. Статья интересна экскурсом в историю судостроения в части камбузного оборудования и сравнением с современными подходами в питании экипажей кораблей в дальнем плавании.

Но история историей, а жизнь не давала скучать. Наш город – своеобразный город. На выборах в Госдуму горожане продемонстрировали неожиданно низкую явку и поддержали не официальную «Единую Россию», а альтернативную партию «Справедливая Россия». В связи с выборами по городу ходили слухи о переводе губернаторши Матвиенко в столицу. Ей пророчили разные посты, вплоть до главы правительства, но она опровергала все слухи. В это же время жители города боролись с проектом самого высокого небоскреба – четырехсотметрового офиса «Газпрома». Горожанам не понравилась идея построить небоскреб рядом с историческим центром, что сломало бы уникальную «небесную линию» города. Они открыто выражали недовольство и активно выступали против сноса исторических зданий в центре. В итоге небоскреб – «кукуруза», как его метко прозвали в народе, – был построен вдали от центра, на Лахте и, между прочим, здорово смотрится на фоне Финского залива.

Даже в случае с футболом горожане проявляли удивительное единодушие. Все болели за «Зенит». Я не большой поклонник футбола, но когда впервые за последние двадцать три года футбольный клуб «Зенит» стал чемпионом России, я тоже радовался вместе со всеми. В день победы «Зенита» на улицу вышел практически весь город; с поздравлениями выступила губернатор Валентина Матвиенко.

Как сообщили новостные каналы, во время сильнейшего осеннего шторма в Азовском и Черном морях, за один день, 11 ноября, затонули четыре судна, шесть судов сели на мель, разломился танкер «Волганефть». Суда находились в море, в штормовых условиях, нарушая требования безопасности. Как и в случае с аварией на шахте – в погоне за прибылью. Это и есть капитализм. Главное, прибыль, а на людей плевать! В ноябре, 20 числа, забастовали работники автозавода во Всеволожске, требуя поднять зарплату. А в тот же день, 20 ноября, на аукционе «Кристи» русский коллекционер приобрел уникальное ювелирное изделие – яйцо Фаберже за 18,5 миллиона долларов. В этом – вся нынешняя Россия, гигантский разрыв от нищеты до баснословного богатства. Этот разрыв, эта пропасть, иначе и не скажешь, пронизывает все общество и разделяет его. Вдобавок в небытие уходили люди, которые цементировали городское общество, считаясь его честью, совестью, символом нашего города, – ученые, писатели, актеры. В феврале скончался актер театра и кино К. Григорьев, в марте – народный артист России Е. Меркурьев, в апреле на восемьдесят втором году жизни ушел замечательный артист театра и кино К. Лавров… Жаль, лучшие люди уходят.

В начале декабря в стране завершилась длившаяся несколько месяцев политическая интрига: кто же станет приемником Путина или он за собой президентский пост сохранит, изменив конституцию? Путин назвал приемника – Медведев. Формально его выдвинула «Единая Россия», а Путин поддержал эту инициативу. Медведев и близко не имел харизмы Путина, и хотя Путин, характеризуя Медведева, говорил «мы одной крови», это было явно не так. Медведев предложил Путину в случае своей победы на выборах возглавить правительство. Путин дал согласие. Так на наших глазах родился тандем. Но это в политике. В экономике страны тоже соединялось несоединимое. Завершилось создание новой российской автомобильной промышленности. К нам на рынок пришли, построив сборочные заводы, ведущие мировые гиганты: «Ниссан», «Форд», «Фольксваген», «Фиат», «Ситроен», «Хундай», «Сузуки».

Я же в «Норд Трейдинге» в 2007 году оснастил сторожевой корабль проекта «Спрут», корабль на аэродинамических принципах поддержания проекта «Дюгонь», морской транспорт вооружения на «Амурском судостроительном заводе», ледокол «Москва» на «Балтийском заводе», сухогрузы типа «река-море»: «Василий Климов», «Капитан Абакумов», «Механик Коваленко» на Онежском судостроительном заводе, круизные теплоходы «Кржижановский» и «Бауман».

Наступивший 2008 год порадовал новобранцев сокращением срока службы до двенадцати месяцев. В новом году произошло долгожданное событие – нашему городу на Неве частично перешли столичные функции. В комплекс исторических зданий Сената и Синода, в один из красивейших архитектурных ансамблей мира, переехал Конституционный суд России.

Я продолжал работать по внедрению новых технологий в систему питания флота и параллельно писать цикл статей в журнал «Судостроение» о современном камбузном оборудовании. Чтобы было интереснее читать, я рассматривал исторические аспекты на основе архивных документов, как было поставлено питание в русском флоте до революции. В номере №2 за апрель вышла статья «Организация питания на боевых кораблях русского флота начала ХХ века и современных корветах», в которой описывается организация питания корабельных офицеров и нижних чинов в начале ХХ века и принципиально новая технология раздачи пищи на современных кораблях. Соавтором этой статьи был мой сын. Кстати, эта и другие наши совместные статьи в журнале «Судостроение» пригодились ему при защите кандидатской диссертации, войдя в перечень печатных изданий соискателя. В этой статье был дан исторический обзор системы питания в российском императорском флоте – как офицеров, так и нижних чинов. Организация питания офицеров в кают-компании по ресторанному типу, с подачей блюд на стол вестовыми, со сменой посуды и приборов при перемене блюд в ходе обеда, по традиции сохранилась до настоящего времени. Совершенно иначе был организован прием пищи нижними чинами. Пищу выдавали в артельных баках, которые «бачковыми» матросами разносились по кубрикам, где матросы ели на подвешенных к подволоку столах из общего артельного бака, индивидуальными ложками. Чай разносился в медных чайниках и разливался по индивидуальным железным кружкам. Как ни странно, подобная организация приема пищи личным составом частично сохранялась на надводных кораблях и советского ВМФ до 70-х годов прошлого века. Я сам, будучи курсантом Высшего военно-морского инженерного училища, «бачковал» в кормовом кубрике крейсера «Слава» (бывший «Молотов») на Черноморском флоте еще в 1969 году. Кстати, крейсер «Молотов» был переименован в «Славу» в связи с деятельностью антипартийной группы, куда входил В. Молотов. По этому поводу на флоте шутили: «Вячеслав сменил имя на Славу», намекая, что Молотов носил имя Вячеслав – Слава.

В соответствии с существующей Международной конвенцией №133 площадь судовых столовых определена в один квадратный метр на одно посадочное место. Этот фактор и требования по улучшению обитаемости кораблей в части повышения комфорта приема пищи личным составом, сокращения времени приема пищи предполагают применение на корабле линии раздачи готовой пищи – поточной линии, что существенно ускоряет выдачу пищи. Впервые в истории флота современной России мы совместно с ЦМКБ «Алмаз» разработали линию раздачи по системе кафетерия, которую изготовили в Финляндии и установили на первом серийном корвете «Стерегущий». Линия раздачи представляет собой модульную конструкцию, включающую модуль подавателя подносов, приборов и тарелок; модуль тепловой секции (мармит) с гастрономическими емкостями для хранения первых и вторых блюд; модуль нейтральной секции с раздатчиком горячих напитков, несущую конструкцию с полками для салатов и хлеба и направляющими для продвижения подносов вдоль линии раздачи. Использование в корабельных столовых таких линий раздачи готовой пищи по системе кафетерия на тридцать процентов сокращает время приема пищи, уменьшает затраты на обслуживание и повышает культуру питания экипажей. Вот, собственно, об этом и была статья в «Судостроении».

Нужно заметить, что свои «первые университеты» в писательском ремесле я прошел, печатаясь в журнале «Судостроение». К этому приложил руку заместитель главного редактора журнала, милейший человек, член союза журналистов, сам много пишущий о проблемах судостроения. Опытный журналист, он подвел, заинтересовал и убедил меня взяться за статьи и подготовить материал о ранее не применяемых на нашем флоте технологиях приготовления пищи в пароконвектоматах. Это он научил меня выверять каждое слово, каждую фразу. Скажу честно, я много писал в своей жизни научно-технических отчетов, но их читал узкий круг специалистов. А здесь огромный тираж, широкая публика, читатели разных возрастов и интересов, разного образования. Я долго не решался. Наконец, статья пошла в печать. Не передать трепет, с которым я открыл журнал со своей первой статьей, со своей фамилией в заголовке. Спасибо редакции за поддержку и, главное, за уверенность в моих силах.

Думаю, кое-что в умении работать со словом досталось мне и от отца. Он писал отличные стихи. Способность живым языком, без напряжения, легко и непринужденно рифмованным словом описывать повседневные, бытовые стороны жизни говорит, что у него был незаурядный литературный дар. Поразительно, сколько в его стихах внутренних психологических нюансов и характерных особенностей курсантской жизни, невидимых порой постороннему глазу. В этих стихах, стихах юноши, пережившего войну, но не очерствевшего душой, остро чувствуется романтика морской службы, чувство дружбы и настоящего товарищества. Его стихи полны поэтической глубины, чувств и мистических предсказаний будущей морской офицерской службы. Случилось так, что позже я издал его стихи в поэтическом сборнике «Курсантский альбом 1945–1949 гг.». Отец отлично рисовал. Его акварельные рисунки, иллюстрирующие «Курсантский альбом», – лучшее тому свидетельство. Его стихи нравились, хорошо запоминались, передавались изустно и по прошествии десятилетий превратились в курсантский фольклор.

Именно опыт работы с печатным словом в журнале «Судостроение» подвиг меня взяться за написание историко-документальной книги о судьбе офицера российского императорского флота. А дело было так. Выполняя свой план ежегодно выпускать одну статью о новых технологиях в журнале «Судостроение», я совершенно случайно для себя прикоснулся к судьбе офицера российского императорского флота и в итоге написал о нем книгу. В 2008 году при подготовке статьи в «Судостроение» мне потребовалось уточнить устройство корабля начала ХХ века, и я взял с полки учебник «Кораблестроение. Курс Морского корпуса» 1914 года издания, который был куплен много лет назад. Я пригляделся к надписи на титульном листе, выполненной уже порыжевшими от времени чернилами, прочитал фамилию владельца книги – Садовинский, и ниже: 7 января 1914 год, класс №36. А ведь хозяином книги был кадет Морского корпуса, подумал я, вспомнив, что в Высшем военно-морском инженерном училище, которое я окончил, так же нумеровали классы. Я учился в классе №306. Первая цифра 3 означала третий курс, цифра 6 – номер роты. Тогда кадеты учились четыре года, значит, в 1915 году владелец книги выпустился на флот мичманом. Шла Первая мировая война, как сложилась его судьба? Вскоре в разговоре с начальником исторического отдела Центрального научно-исследовательского института флота контр-адмиралом К. я обмолвился, что интересно бы узнать судьбу юноши-кадета, подписавшего учебник по кораблестроению в 1914 году. Он ответил, что судьбы российских моряков складывались по-разному – об одних известно много, о других вообще ничего. Надо работать в архивах.

В тот же день в книжном магазине мое внимание привлекла книга, на обложке которой был изображен морской воротник – «гюйс» и офицерский кортик. Книга называлась «Закат и гибель белого флота». Я открыл ее на первой попавшейся странице, и взгляд выхватил строчку: «…большевиками были захвачены и расстреляны несколько моряков Белого флота. Среди них лейтенант Садовинский». Меня как будто толкнули в спину. Я оглянулся – сзади никого. Это был знак! Судьба этого человека все больше и больше начинала волновать.

Эта история захватила меня, и я стал в дополнение к основной деятельности работать в архивах по поиску материалов для книги и над написанием самой книги. Пройдут четыре года большой, кропотливой работы, и книга под названием «Терновый венец офицера русского флота» будет издана и получит положительный отзыв Главнокомандующего и военного совета Военно-морского флота и, самое главное, широкий отклик среди потомков русских морских офицеров у нас в стране и за рубежом, в Париже, где я познакомлюсь с известным историком русского флота Александром Владимировичем Плотто.

Забегая вперед, чтобы закончить повествование о моей первой книге «Терновый венец офицера русского флота», скажу, что весной 2011 года книга вышла. Ее презентация проходила в кают-компании ледокола «Красин», бывшего «Святогора» – боевого ледокола Северной флотилии Российского императорского флота, на котором в 1918 году бывал мой герой во время своей службы в Белых войсках на Севере. На презентации книги присутствовали потомки русских морских офицеров, известные фамилии морских династий, что было для меня очень волнительно, сотрудники военно-морского архива и просто любители отечественной морской истории. Нужно сказать, что известное в стране издательство «Вече» издало мою книгу тиражом в 2500 экземпляров в серии «Морская летопись», а затем переиздало в серии «Морская историческая библиотека». Через Парижское Морское собрание моя книга оказалась в руках старейшего историка русского флота во Франции, потомка русских морских офицеров, Александра Владимировича Плотто. Прочитав книгу, он высоко ее оценил и пригласил нас к себе в Париж в гости.

Осенью 2011 года мы с женой вновь прилетели в Париж и встретились у него дома. Стол был накрыт по-русски широко и обильно! Французские коллеги сами удивились такому приему, но чувствовалось, что Плотто ждал нас, ибо лично встретил у дверей – высокий, худощавый старик (ему был тогда девяносто один год), похожий ликом на художника Рериха, с такой же благообразной седой бородкой и ясными глазами. Из разговора выяснилось, что Александр Владимирович обладает отличной памятью и цепким пытливым умом. Он показал свою коллекцию фотографических портретов офицеров российского императорского флота, которую собирал сорок лет, но посетовал, что во Франции она особенно никому и не нужна… Это было уникальное собрание. Я предложил на основе его коллекции выпустить в России фотоальбом «Галерея портретов офицеров Российского императорского флота». Он дал согласие, и спустя два года такой альбом был мною выпущен. Александр Владимирович, как рассказывали знакомые, плакал, держа его в руках! Слав богу, я успел сделать альбом, пока он был жив. Александр Владимирович Плотто ушел из жизни в возрасте 98 лет. Царство ему небесное!

Специалисты Военно-исторического архива назвали вышедший альбом «Галерея портретов офицеров Российского императорского флота» научным подвигом, ибо впервые в научный оборот были введены более сто двадцать фотографических ликов русских морских офицеров, ранее не имевшихся и не издававшихся в России. Вот, собственно, чем я еще занимался помимо внедрения новых технологий и нового оборудования на корабли и суда. Но на этом история с книгой не закончилась. Как-то мы отдыхали на юге Франции, на престижном курорте Лазурного берега, в Ницце. Еще с середины ХIХ века Ницца стала популярным курортом в среде русской аристократии. Императрица Александра Федоровна приобрела на Лазурном берегу в бухте Вильфранш землю, где были построены дома императорского двора, позже в Ницце построили собор Святого Николая и основали русское кладбище. Мы остановились в стильном историческом отеле «Вест-Энд», рядом с отелем «Негреско», в центре города на Английской набережной, со своим частным пляжем. В отеле, построенном в стиле «прекрасной эпохи», нас окружали старинные картины, канделябры, хрустальные люстры. Все смешалось в нашем отеле – и старина, и современный сервис. Отдыхалось отлично, погода благоприятствовала, сентябрь в тот год на юге Франции был на редкость жарким…