- -
- 100%
- +
Глава 1
Дождь барабанил по крыше старого «Бьюика» 84-го года так, словно хотел выбить код в металле. Эви Брэдшоу резко дёрнула ручник, и машина с протестующим скрипом остановилась на обочине. В салоне пахло мокрой кожей, бензином и кофе из термоса, который она допила ещё три часа назад.
Она потянулась к бардачку, где лежала фляжка, но передумала. «Не сейчас. Не здесь.»
Запотевшее стекло скрывало пейзаж, но она знала его наизусть: такая же бесконечная лента шоссе, мокрые сосны, редкие огни придорожных забегаловок. Где-то впереди был Блэк-Рок – рыбацкий городишко в Новой Англии, который в путеводителе обозначался как «прибрежный рай».
«Рай. Как же мне тошно от этих ярлыков.»
Эви резко провела ладонью по стеклу. В отражении мутного окна на неё смотрела женщина с короткими, тёмными волосами, слипшимися от дождя, и зелёными глазами, в которых застыло что-то между усталостью и вызовом. «Неплохо для призрака», – усмехнулась она про себя.
Воспоминание нахлынуло неожиданно, как всегда…
– Ты перешла черту, Брэдшоу! – лицо капитана Рейдера покраснело так, что лопнувший капилляр на носу казался фиолетовым. – Ты сломала ему челюсть!
– Он убил Томми, – её собственный голос прозвучал странно отстранённо. – И смеялся над этим.
– Нам нужны доказательства, а не твои самосуды! Сдавай значок и увольняйся. Пока я не отправил тебя под суд.
Она сдала, но не значок, его она швырнула в Гудзон позже, стоя на Бруклинском мосту, а веру в то, что система вообще что-то значит.
Дождь усилился. Эви завела машину, и «Бьюик» взревел, будто нехотя. Впереди, сквозь ливень, уже виднелся ржавый знак:
«Блэк-Рок. Население: 1 203 человека. Добро пожаловать.»
«Добро пожаловать», – мысленно повторила она, включая поворотник. «Как будто у меня есть выбор.»
Сигарета догорала. Эви докусала фильтр, выбросила окурок в окно и въехала в город, где её ждало только одно – пустой старый рыбацкий домик на берегу, который она арендовала за гроши, и бутылка дешёвого виски в бардачке.
Блэк-Рок встретил её пустынными улицами, мигающими фонарями, ржавыми калитками и лёгким океанским бризом.
Эви медленно вела «Бьюик» по главной дороге, мимо выцветших вывесок и потемневших от влаги деревянных фасадов. Городок казался вымершим – лишь редкие огни в окнах да одинокий кот, перебегающий дорогу, выдавали в нём признаки жизни. Рыбацкие сети у гавани тяжело провисали под весом дождя, а вывеска «Мэгги и Кофе» с потрескавшейся краской намекала, что сегодня кофе ей не видать.
Дорога сузилась, превратившись в две накатанные другими машинами колеи, ведущие к воде. Колёса проваливались в грязь, но «Бьюик» упрямо полз вперёд, пока не показался тот самый домик – маленький, серый, с облупившейся краской и покосившимся крыльцом, будто склонившимся под тяжестью лет.
Эви заглушила двигатель и несколько секунд просто сидела, глядя на своё новое убежище. Сквозь шум дождя доносился ровный шум прибоя.
– Ну что, Брэдшоу, вот и новое начало, – пробормотала она, распахивая дверцу машины.
Песок хрустел под ногами, смешиваясь с ракушечником. Воздух пах солью, водорослями и чем-то ещё – возможно, гниющими досками, выброшенными на берег последним штормом. Дом встретил её скрипом половиц, словно предупреждая: «Уходи». Запах плесени и старых обоев ударил в нос.
В углу стояла кровать с продавленным матрасом, на кухне – древняя плита на газу, которую, похоже, не зажигали годами. Эви бросила сумку на пол, и облако пыли медленно поднялось в лучах лунного света, пробивавшегося через грязное окно.
– Рай, – фыркнула она, подходя к оконному проёму.
Блики луны на воде, окрашивали её в свинцово-чёрный цвет. Где-то вдали мерцал одинокий огонёк – возможно, рыбацкая лодка, возможно, что-то ещё.
Эви достала фляжку, сделала глоток, поставила её на подоконник. Вопросы крутились в голове, как прибрежный песок на ветру: Зачем она здесь? Что пытается доказать? Кому-то вообще есть до этого дело?
Ответов не было. Только шум волн за окном.
– Завтра, – прошептала Эви, чувствуя, как усталость накрывает её волной.
Завтра она разберётся с этим домом, с этим городом, с собой. А пока – только скрип старых половиц да далёкий крик чайки, похожий на чей-то смех.
***
Лучи утреннего солнца, пробивавшиеся сквозь щель между окном и ободранной занавеской, разбудили Эви неожиданно резко. Она открыла глаза, на мгновение дезориентированная – жёсткие пружины дивана впивались в бок, во рту стоял горький привкус вчерашнего виски, а за окном шумели волны, будто напоминая: ты уже не в Нью-Йорке, детка.
Она поднялась, потянулась, почувствовав, как хрустят позвонки. Вчерашняя одежда – чёрные джинсы и мятая рубашка – пахли бензином и дорогой. Дом при свете дня выглядел ещё более уныло, чем ночью. Пыль висела в воздухе, медленно оседая на голые половицы, а по углам шевелились призрачные сети паутины.
Эви подошла к окну и резко распахнула занавески. Свет хлынул внутрь, обнажая все недостатки её нового жилища. Раковина с рыжими подтёками, газовая плита, покрытая слоем жира и пыли, шкаф с потёртыми дверцами – кухня выглядела так, будто здесь не готовили лет десять. Посередине комнаты стоял тот самый диван, на котором она провела ночь, а рядом – ящик из-под вина, служивший импровизированным столом.
– Ну что ж, начинаем, – пробормотала Эви, закатывая рукава.
Она нашла под раковиной ведро и тряпку, которые выглядели так, будто последний раз использовались во времена Вьетнамской войны. Методично, без лишней спешки, Эви принялась за работу. Сначала вымела паутину из углов старой метлой, потом протёрла полы солёной водой – ничего другого под рукой не оказалось, ведь из кранов лилась ржавая вода вперемешку с песком. Осколки разбитой бутылки, смятые газеты, пустые банки – все это отправилось в мусорный мешок.
Из своего рюкзака Эви достала немногочисленные пожитки. Фотографию в деревянной рамке она на мгновение задержала в руках, она не стала переворачивать её – Томми всё равно смотрел бы на неё из памяти. Армейский нож в кожаном чехле занял место под подушкой. Потрепанный блокнот с вырванными страницами она положила на импровизированный стол, а когда на дне рюкзака показалась чёрная футболка с надписью NYPD, Эви нахмурилась, удивляясь её наличию в рюкзаке, крепко сжала ткань в кулаке, затем швырнула в дальний угол комнаты.
На кухне нашлась старая керосиновая лампа. Решив, что это будет очень кстати ввиду предупреждения о частых перебоях электричества, Эви почистила стекло краем рубашки, налила керосина из канистры, оставшейся от предыдущих жильцов, и поставила лампу на ящик. Вечером пламя должно было придать дому хоть какое-то подобие уюта.
В ванной, которая больше походила на чулан с трубой, Эви вновь включила воду. Струя из крана оказалась бурой, с ещё одной огромной порцией песка и мусора, затем постепенно очистилась. Она смыла с себя дорожную пыль, стоя под слабыми струйками чуть тёплой воды, чувствуя, как усталость постепенно отступает.
После душа Эви разыскала в сумке остатки провизии – пачку крекеров, банку тунца и почти пустую бутылку воды. Выйдя из дома и присев на крыльцо, она принялась за свой скудный завтрак, наблюдая, как утреннее солнце играет на волнах. Где-то вдали кричали чайки, а с пирса доносились голоса рыбаков – первые признаки жизни в этом сонном городке.
– Не так уж и плохо, – пробормотала Эви, откусывая сухой крекер. Ветер играл её влажными волосами, а солёный воздух щекотал ноздри. На мгновение ей даже показалось, что здесь можно передохнуть. Ненадолго. Пока не решено, что делать дальше.
После завтрака Эви переоделась в свежие джинсы, тёмную майку и джинсовую куртку – практично, удобно, ничего лишнего. Перед выходом она на секунду задержалась у зеркала, заправив непослушные пряди волос за уши.
– Ещё не сгнила, – усмехнулась себе в отражение.
«Бьюик» заурчал, нехотя оживая. Эви выехала на главную улицу, медленно двигаясь мимо деревянных домов с облупившейся краской. Магазин «Рыбацкий улов» оказался именно таким, каким и должен был быть в рыбацком городке: вывеска с потрескавшейся краской, витрины, заставленные банками с червями, катушками лески, и звоном колокольчика над дверью, возвещающий о её появлении.
Внутри пахло солью, рыбой и старым деревом. Полки ломились от консервов, крупы и дешёвого виски. За прилавком стоял мужчина лет шестидесяти с седыми бакенбардами и лицом, словно вырезанным из морёного дуба.
– Новенькая, – констатировал он, изучая её взглядом.
– Временная, – парировала Эви.
Она поставила на прилавок всё самое необходимое: кофе, яйца, хлеб, пачку сигарет и бутылку бурбона – на всякий случай. Старик медленно пробил товар, затем внезапно спросил:
– Ты в старом доме Харрисонов поселилась?
– Возможно.
– Там… – он закашлялся. – сквозняки. Не забудь окна утеплить.
– Спасибо за совет, – сухо поблагодарила Эви, забирая пакеты.
На обратном пути она заметила кафе «Мэгги» – то самое, мимо которого проезжала вчера ночью. Машина сама свернула к нему, будто против её воли.
Кафе оказалось уютной норой с низкими потолками и стенами, увешанными старыми фотографиями рыбаков и их уловов. Запах свежего кофе и жареного бекона витал в воздухе. За стойкой копошилась женщина лет пятидесяти с густой рыжей гривой и веснушками, рассыпанными по носу.
– Кофе, – сказала Эви, садясь за крайний столик.
– Чёрный? – переспросила рыжая, явно хозяйка.
– Разумеется.
Женщина усмехнулась и через минуту поставила перед Эви кружку с дымящимся напитком.
– Мэгги, – представилась она. – Ты, видимо, новенькая.
– Это так заметно?
– Дорогая, у нас тут все друг друга знают. Чужая кровь чувствуется за версту.
Эви окинула взглядом зал. В углу сидела пара рыбаков, оживлённо обсуждающих улов. У стойки – мужчина в форме, судя по жетону вероятно, местный шериф, лениво перелистывающий газету. В дальнем углу, за чашкой чая, пряталась хрупкая девушка с книгой – слишком нарядная для этого места.
– Кто она? – невольно спросила Эви.
Мэгги нахмурилась.
– Лора Келлер. Дочь Джо… – она запнулась. – Будь осторожна с вопросами, новенькая. В Блэк-Роке не все любят, когда копают.
Эви подняла кружку, пряча ухмылку.
– А я, Мэгги, копать мастер.
Кофе оказался на удивление хорош, но вкус его вдруг перебило странное ощущение – будто кто-то смотрит ей в спину. Эви медленно обернулась.
В дверях кафе стоял высокий мужчина в дорогом пальто. Не местный. Его холодные глаза встретились с её взглядом, и что-то в них заставило Эви напрячься.
– Вандербильт, – прошептала Мэгги, внезапно побледнев. – Застройщик.
Мужчина улыбнулся, кивнул Мэгги и прошёл к столику у окна.
Кофе внезапно показался ей горьким.
«Интересно», – подумала Эви, закуривая сигарету. – «Очень интересно».
Кофе был крепким и обжигающим, как правда, которую никто не хочет слышать. Эви сделала последний глоток, когда внезапно тишину разорвал треск полицейской рации.
– Шериф, вам срочно нужно на северный пляж, – донёсся из динамика хриплый голос. – Рыбаки нашли… э-э… кажется, это Джо Келлер.
Ложка, которую Мэгги как раз мыла, со звоном упала в раковину. В кафе на мгновение повисла напряжённая тишина. Шериф медленно поднялся, лицо его стало каменным.
– Ведро с рыбой опять выбросило? – пробормотал один из рыбаков, но его сосед резко толкнул его локтем в бок.
Шериф бросил на стойку несколько монет и направился к выходу. Эви наблюдала, как его спина напряглась под тяжестью невысказанных мыслей.
Её пальцы сами собой постукивали по кружке. Тело. Возможно, убийство. Старые инстинкты проснулись мгновенно, как будто и не было этих месяцев, попыток забыть, кем она была.
– Сколько за кофе? – резко спросила она у Мэгги.
Рыжая женщина покачала головой:
– Сегодня за мой счёт, новенькая. Похоже, день выдался… тяжёлый.
Эви кивнула и встала. На выходе её взгляд невольно скользнул к столику Вандербильта.
Застройщик сидел, непринуждённо откинувшись на спинку стула, пальцы медленно барабанили по столу, но больше всего Эви поразило его выражение лица – в уголках губ играла едва уловимая ухмылка, а в глазах читалось что-то между удовлетворением и… ожиданием.
Он почувствовал её взгляд и медленно повернул голову, их глаза встретились. На долю секунды его маска сползла, и Эви увидела в его взгляде холодный расчёт. Затем он вежливо кивнул, как будто они были старыми знакомыми, случайно встретившимися в кафе и отвернувшись продолжил пить свой кофе. Его взгляд вызвал в ней противоречивые чувства, но ей некогда было заострять на этом внимание.
Эви вышла на улицу, где уже гремел двигатель внедорожника шерифа. Она быстро дошла до своего автомобиля, завела мотор, но вместо того, чтобы ехать домой, повернула в сторону северного пляжа.
«Просто посмотреть», – убеждала она себя, включая поворотник. «Просто удовлетворить любопытство».
Но где-то глубоко внутри уже знала – это начало. Начало чего-то, от чего она так долго бежала.
А в зеркале заднего вида мелькнула тень – Вандербильт вышел из кафе и стоял на крыльце, наблюдая, как она уезжает. Его ухмылка теперь была отчётливо видна даже на расстоянии.
Глава 2
«Бьюик» медленно катил по грунтовой дороге, ведущей к северному пляжу. Эви приглушила двигатель, остановившись в сотне метров от места происшествия. Через лобовое стекло было отлично видно, как несколько полицейских в жилетах с надписью SHERIFF оцепляли участок пляжа. Жёлтая лента трепетала на ветру, отмечая границы, куда посторонним вход воспрещён.
Эви прикусила нижнюю губу. Слишком близко подходить – значит привлекать внимание. Но и уезжать сейчас, когда в городе явно произошло что-то серьёзное, она не собиралась.
Её взгляд упал на приземистое деревянное здание в тридцати метрах от места происшествия – бар «Ржавый якорь». Вывеска скрипела на ветру, а из трубы валил дымок. Идеальное место для наблюдения.
Она припарковалась сбоку, где ее машину не было видно с пляжа, и направилась к бару. Деревянные ступеньки скрипели под ногами. На веранде стояли несколько столиков, пустых в это утро. Только у дальнего сидел пожилой рыбак, пристально смотрящий в сторону полицейских и потягивающий что-то из кружки.
Эви выбрала столик в углу, откуда открывался идеальный вид на пляж. Через минуту из двери вышел коренастый мужчина в фартуке – судя по всему, хозяин заведения.
– Кофе? – спросил он, вытирая руки о полотенце.
– И бутерброд, если есть, —кивнула Эви, не отрывая глаз от происходящего на пляже.
Бармен последовал за её взглядом.
– Джо Келлер, похоже. Рыбаки нашли его лодку пустой ещё вчера вечером.
Эви медленно повернула голову к нему:
– А часто у вас рыбаки пропадают?
Мужчина нахмурился.
– Не настолько, чтобы не обращать внимания, – он помолчал, затем добавил. – Вы новенькая в городе, да? Я Джейк.
–Эви, – представилась она, отмечая про себя крепкое рукопожатие и шрамы на его пальцах – явно не только бармен.
Пока Джейк уходил за заказом, Эви продолжила наблюдать. Шериф что-то оживлённо обсуждал с двумя помощниками. Один из них наклонился над чем-то на песке – возможно, осматривал следы. Ветер донёс обрывки фраз:
«…никаких признаков борьбы…», «…течение могло унести…», «…дочь надо оповестить…»
Из бара вышел Джейк с подносом. Кофе пахло крепко и свежо, а бутерброд с беконом и яйцом выглядел на удивление аппетитно.
–Вы местный? – спросила Эви, делая вид, что просто поддерживает светскую беседу.
– Родился здесь. Уезжал служить, вернулся, – он поставил кружку перед ней. – А вы?
– Проездом, – уклончиво ответила Эви, делая глоток кофе. Вдруг её внимание привлекло движение у воды – шериф что-то поднял с песка, тщательно рассматривая. Даже на расстоянии было видно, как его поза изменилась – спина выпрямилась, движения стали резче.
– Что-то нашли, – пробормотала она больше для себя.
Джейк повернулся к пляжу:
–Похоже, да, – он странно посмотрел на Эви. —Вы очень внимательно за всем этим наблюдаете.
Эви пожала плечами:
– Старая привычка.
Она собиралась что-то добавить, когда внезапно дверь бара распахнулась. На пороге стоял Вандербильт, его дорогие туфли уже были в песке. На секунду Эви предположила будто он бежал сюда, учитывая как быстро он здесь очутился. Он окинул взглядом веранду, его глаза на секунду остановились на Эви, затем перешли к Джейку.
– Джейкоб, – произнёс он сладковатым голосом, – как я рад тебя видеть. Нам нужно поговорить о твоей земле.
Джейк напрягся, его пальцы сжались в кулаки:
– Не сейчас, Вандербильт.
Застройщик улыбнулся, но в его глазах не было тепла.
– А я считаю, что нам нужно пообщаться именно сейчас, – он бросил взгляд на пляж. —Пока шериф занят… этим.
Эви медленно отпила кофе, наблюдая за разворачивающейся сценой. Вандербильт явно знал больше, чем показывал. А Джейк… Джейк выглядел так, будто готов был разорвать застройщика голыми руками.
Ветер снова донёс обрывки разговора с пляжа:
«…это точно не случайность…», «…нужно вызывать криминалистов из округа…»
Эви отодвинула кружку, полностью игнорируя продолжающуюся перепалку Джейка и Вандербильта, оставила деньги и вышла из бара. Похоже, в Блэк-Роке начиналось что-то интересное.
Сумерки уже окутали окрестности, когда Эви вернулась в свой домик. Она зажгла керосиновую лампу, и колеблющийся свет заставил тени плясать по стенам. Запах жареных яиц и консервированной фасоли смешивался с солёным морским воздухом, проникающим сквозь щели в окнах.
Эви расстелила на столе карту городка, которую подобрала в магазине, и отметила место находки тела. Ее пальцы потянулись к ноутбуку, старенькому, пережившему вместе с ней не одну командировку.
– Давайте проверим вашу историю, мистер Келлер, – пробормотала она, открывая браузер.
Поиск по запросу «убийства в Блэк-Роке» выдал крайне скудную информацию:
– Два ДТП со смертельным исходом за последние пять лет.
– Инцидент с поджогом сарая в 2018 году.
– Случайно утонувшая маленькая девочка три года назад.
Ничего похожего на сегодняшнее происшествие. Местные новостные сайты ещё не успели опубликовать информацию о найденном теле – маленькие городки жили по своим законам, где новости сначала обсуждали в баре, а уж потом, может быть, публиковали в газете.
– Ладно, мистер Вандербильт, ваша очередь, – Эви перевела пальцы на клавиатуру.
Дальнейший поиск выдал более интересные результаты:
Ричард Вандербильт, 45 лет
– Основатель «Vanderbilt Coastal Properties».
–Специализация: элитная недвижимость, развитие прибрежных территорий.
– Последний проект: курорт «Морская жемчужина» в соседнем округе (закрыт после протестов экологов).
– Упоминался в нескольких судебных исках о принудительном выкупе земли.
– В прошлом году приобрёл 5 участков в Блэк-Роке.
На одном из форумов рыбаков она нашла интересный комментарий:
«Этот гад Вандербильт хочет превратить наш залив в очередной курорт для богатеньких. Уже подкупил половину администрации. Только через мой труп!»
Автор комментария – JoeKeller72. Последняя активность – три дня назад.
Эви откинулась на спинку стула, потягивая бурбон. Слишком много совпадений. Джо Келлер был противником Вандербильта, а теперь его нашли мёртвым. И сам застройщик вёл себя сегодня странно – эта ухмылка, этот взгляд…
Она закрыла ноутбук. Официальные источники молчали, а в интернете была лишь верхушка айсберга. Завтра предстояло побродить по городу, поговорить с местными. Мэгги в кафе, Джейк в баре, может быть, даже сам шериф – кто-то точно знал больше, чем говорил.
Лампа потрескивала, когда Эви гасила её перед сном. В последний момент она заметила странную деталь – на карте, рядом с местом, где нашли тело, был участок, помеченный как «Собственность Келлера». И прямо через дорогу – большой участок с пометкой «VCP». Vanderbilt Coastal Properties.
– Спокойной ночи, мистер Вандербильт, – прошептала Эви, ложась в постель. – Скоро мы с тобой познакомимся поближе.
За окном волны бились о берег, как будто пытались что-то сказать. Или предупредить.
Глава 3
Первые лучи солнца пробивались сквозь щели ставен, когда Эви проснулась. Она провела ладонью по лицу, смахивая остатки сна, и потянулась, чувствуя, как хрустят позвонки. Вчерашние мысли о мёртвом рыбаке не давали ей покоя всю ночь, оставляя во рту привкус беспокойства, знакомый ей по старым делам.
Кофе закипел на плите, наполняя кухню горьковатым ароматом. Эви налила себе чашку, разбила два яйца на сковороду и, пока они жарились, размышляла о плане действий. Её пальцы нервно постукивали по столу – этот ритм напоминал счётчик, отсчитывающий время до того момента, когда улики исчезнут навсегда. На столе лежала карта Блэк-Рока. Красным маркером она отметила несколько ключевых мест – участок шерифа, кафе Мэгги и район, где жила дочь погибшего рыбака.
Яйца подгорели по краям, но Эви съела их, даже не заметив. Она допила кофе, ощущая, как горячая жидкость разливается по телу, придавая ложное ощущение контроля над ситуацией. Тёмные очки, джинсовая куртка – её доспехи в этом чужом городке. Выходя на улицу, она невольно сжала кулаки, чувствуя, как адреналин начинает своё знакомое танго в крови.
Участок шерифа оказался маленьким деревянным зданием с выцветшей вывеской. Эви толкнула дверь, звякнул колокольчик. Внутри пахло кофе и старым деревом. За столом сидел молодой помощник с прыщавым лицом и слишком большим пистолетом на поясе.
– Вам что-то нужно? – спросил он, слишком громко, как будто хотел предупредить кого-то.
– Шерифа Холдена, – коротко ответила Эви, чувствуя, как в груди зашевелилось знакомое раздражение от бюрократических преград.
Из кабинета вышел сам шериф – крупный мужчина с седеющими висками и холодными глазами. Он узнал Эви сразу.
– Вы, – сказал он, скрестив руки на груди. – Я вас вчера видел в кафе.
–А я видела вас на пляже, – парировала Эви, ощущая, как в висках начинает пульсировать кровь. —Хочу узнать, что случилось с Джо Келлером.
Шериф нахмурился. Его пальцы сжались, но в его глазах читалось не злость, а скорее усталое раздражение.
– Несчастный случай. Утонул.
–Вчера вы говорили своим людям, что это точно не случайность, – напомнила Эви, чувствуя, как в горле застревает ком неудовлетворённости.
Шериф вздохнул, проводя рукой по лицу.
– Мисс…
– Брэдшоу. – подсказала Эви.
– Мисс Брэдшоу, – сказал он уже спокойнее. – Это мой город. Моё расследование. И я не собираюсь обсуждать его с посторонними.
Эви почувствовала, как её щеки заливает жар. Это не было запугивание или попытка скрыть правду – просто старомодная полицейская закрытость, которая раздражала её не меньше откровенной коррупции.
– Я могу помочь, – сказала она, слыша, как её собственный голос звучит почти умоляюще.
Шериф покачал головой.
– Вон отсюда, – сказал он, с пробивающимися в голосе нотками злости. – Пока я вас не арестовал за вмешательство в работу полиции.
Эви улыбнулась, но в этой улыбке не было радости – только горечь и понимание.
–Значит, такова ваша служба. Защищать секреты вместо людей.
Шериф не ответил. Эви повернулась и вышла за дверь, чувствуя, как разочарование тяжёлым камнем ложится ей на плечи.
На улице она остановилась, вдыхая солёный воздух, пытаясь успокоить бешеный ритм сердца.