- -
- 100%
- +
Забирая кружку, старуха вдруг ответила на мои стенания.
– Да, судьбинушка тебе горькая выпала, девка… Работа ждет тяжелая. Привыкнешь ко всему новому не сразу. Но главное – место свое не забывай. Медведи такое не прощают.
Зыркнула на меня свирепо и отвернулась. Опять медведи?!
– Бабушка, – я решила воспользоваться ее словоохотливостью и еще раз попытаться выведать что-то. – А где эти медведи? Где дом главного медведя?
Логично же, что это автоматом ответит и на вопрос, где собственно я нахожусь. Я даже кое-как улыбку изобразила. Хотя виски опять начало ломить. От усилий или от мозговой деятельности, не знаю, но чувство такое будто по голове молоточками стучат.
– В поселении оборотней, – огорошила бабка. – Недалеко отсюда центральная усадьба. Там жить будешь. И служить. Бреслава слушайся. С медведицами не связывайся, вообще глаз на них не поднимай. Не любят этого.
Ну все понятно, старуха того. Окончательно и бесповоротно. Оборотни. Это надо же такое придумать? Так, зайду с другой стороны…
– А телефон здесь есть? Не мой, который у Бреслава, – с трудом выговорила непривычное имя. – А другой какой-нибудь. Стационарный. С проводами.
С надеждой уставилась на бабку. Ну же скажи, откуда позвонить можно. Сто двенадцать вроде? Ноль один тоже сойдет.
– Тут такого нет. И твой тоже работать не будет, – проговорила так, словно не до конца понимает, о чем я.
Но при этом достаточно, чтобы дать отрицательный ответ. Загадка какая-то…
– Хорошо, – пробормотала задумчиво. – А этот Бреслав, я могу его увидеть?
– В свое время. Сам придет.
– А мне поскорей надо.
В конце концов, кроме этого загадочного дядьки и каких-то мифических медведей она вообще никого не упоминала.
– Тебе выздороветь надо, – буркнула старуха рассерженно.
Отвернулась, отошла к столу. И принялась толочь в ступке какие-то травы, зло бурча себе под нос что-то плохо различимое. Ясно, разговор окончен. Ни телефона, Ни Бреслава мне…
Но с этого дня я стала меньше спать. Или валяться в беспамятстве – не знаю, как уж оно там было на самом деле. Вставала, смотрела, что делает старуха. Потом принялась повторять за ней. Сначала с пустыми руками, просто копируя движения. Не просила ничего, не говорила с ней. Постепенно она начала доверять мне свои нехитрые дела. Растолочь травы, замесить тесто, перевернуть лепешки на очаге, убрать со стола.
Иногда бабка уходила. В такие моменты я будто замирала от страха. Понятия не имею, почему, но было очень жутко. С улицы не доносилось ни звука, кроме шелеста листьев под легким ветром. Но в конце концов, я решилась выглянуть за дверь. Случилось это однажды под вечер. Хозяйки домика уже давно не было, и мне вдруг показалось, что меня забыли здесь. Совсем одну, никому не нужную и неинтересную. Минут за пять моя паника разогналась до предельного уровня. Я непременно умру тут… От голода, холода, банального поноса.
Даже подумать не успела, как распахнула узкую дощатую дверь. Петли громко заскрипели, оповещая весь лес о моем смелом поступке. От порога я отошла всего на пару шагов – не понять откуда появившаяся старуха с руганью загнала обратно.
– Нельзя! Сиди тут! Сюда молодняк не проберется, безопасно, – торопливо говорила и показывала на какие-то фигурки над дверью. – Бреслав дал, только он войдет. Сам заберет тебя.
– Когда?! – психанула вдруг я.
Ну правда, сколько можно сидеть здесь и ждать какого-то Бреслава?! Я вообще-то свободный человек! Куда хочу, туда иду! Я уже смотреть не могу на пресные лепешки и какую-то травы типа щавеля! Мне моя одежда нужна! И телефон! Это все, между прочим, денег стоит!!!
Бабка ответом меня не удостоила. Отвернулась к столу и занялась травами. Я же снова направилась к двери, практически пнула ее, распахивая. Не глядя на бросившуюся ко мне старуху уверенно шагнула вперед, потом еще и еще. И вдруг из кустов прямо в мою сторону выпрыгнул медвежонок. Маленький, но уже довольно злобный. Он зарычал, встал на задние лапы и стал угрожающе покачиваться. Я заверещала и ринулась обратно в избушку, чуть не сбив бабку с ног. Та что-то прокричала зверю и пошла следом.
Внутри я забилась под стол и долго отказывалась вылезать оттуда. Как старуха не уверяла, что здесь безопасно – слишком яркими все еще были картинки в голове про ночное преследование. Все еще ночами иногда снился яростный рык медведей и отсвет их красных глаз в темноте.
После своей отчаянной попытки выбраться отсюда я погрузилась в какое-то отупение. Ела, делала, что поручали, ложилась спать и вставала на автомате. Начало казаться, что я никогда не выберусь отсюда. Но в одно утро дверь вдруг с треском распахнулась и на пороге возник высокий статный, немолодой уже мужчина. Я вздрогнула и поспешила укрыться в углу за занавеской.
– А мне сказали, что ты окрепла и осмелела, – послышался насмешливый грубоватый голос и звук шагов.
Я съежилась над импровизированным умывальником, сжимая в руках ступку.
– Я Бреслав, – мужчина отдернул шторку и с интересом уставился на меня. – Просила о встрече? Я пришел.
– Здрасте, – кое-как вытолкнула из себя.
Воздуха заметно не хватало. Я смотрела на гостя во все глаза и не знала, что сказать. Какой же он огромный и страшный. Нет, не внешне. Но будто какая-то невидимая мощь от него исходит. Такая, что хочется бежать без оглядки и молиться, чтобы следующей встречи не произошло.
– Как зовут? – поинтересовался спокойно.
– Нина.
– Отлично, вот и познакомились. Жить у меня будешь. Вся работа по дому, беспрекословное послушание и жесткая дисциплина. Тогда, возможно, проживешь долго, – припечатал.
Ноги перестали меня слушаться, колени подогнулись, и я осела на пол. Он тоже ненормальный?
3
Бреслав с легким раздражением смотрел на человеческую девушку, трясущуюся от страха в углу. Одни проблемы с иномирянками – но кровь как-то разбавлять надо. Эта Нина родит общине крепких, красивых медвежат, которые не будут претендовать на власть. Зато отлично послужат в качестве военной силы и рабочих рук. Только нужно внимательно приглядывать за девчонкой, пока ей надежный спутник не отыщется. И что только в ней его племянники нашли? Обычная, кожа да кости, небольшого роста, темненькая. Глаза, правда, необычные. Ярко-голубые, холодные, словно льдинки в бурных потоках весенней реки. У истинных медведиц таких не бывает.
– Вставай, – негромко рычит медведь, но девушку будто невидимой силой поднимает.
Старуха суетиться вокруг, собирая травы и отвары, которые Бреслав в прошлый визит заказывал. Потом собирает все в узелок и сует в руки попаданке. Та стоит перед оборотнем ни жива, ни мертва.
– Нина, – тянет Бреслав, хитро прищурившись. – Пойдем со мной, телефон твой отдам.
– Правда?! – обещание выводит девушку из ступора.
Она улыбается и нерешительно шагает в сторону медведя.
– Конечно. И одежду. Правда, носить ее у нас ты не сможешь. Гильда? – нетерпеливо рявкает на старуху.
И бабка несется за плащом для Нины. Долго ищет его в огороженной части комнаты, но вскоре приносит с извиняющейся улыбкой. Накидывает иномирянке на плечи, а после распахивает перед ней входную дверь. Бреслав выходит первым, не особо заботясь, идут ли за ним. Старуха буквально выталкивает Нику из избушки и запирается изнутри. Услышав щелчок задвижки, девушка окончательно осознает, что обратного пути нет. И начинает горько плакать – беззвучно, незаметно, тоскливо.
Медведь идет вперед, раздвигая кусты и не обращая ни малейшего внимания на Нину. Ему, в сущности, безразлична ее дальнейшая судьба. Он всего лишь должен выполнить свой долг главы – оградить племянников от глупостей, не дать возникнуть осуждаемой связи. Для его наследников это абсолютно недопустимо. Если бы женаты были, но первой самкой – никогда!
Нина послушно плетется следом за Бреславом. Тихонько утирает слезы и прижимает к груди узелок. Часть этих снадобий она сделала сама, хотя и понятия не имеет, для чего они. И для кого. Чем дальше в лес, тем больше не по себе девушке – что если этот Бреслав злодей похуже медведей? Она же ничего не знает достоверно ни о нем, ни о старухе. Действительно ли отдаст телефон? Или это лишь предлог, чтобы выманить ее из домика без лишнего шума?
Когда вдалеке между деревьями показывается поселение, Нина немного успокаивается. Из труб аккуратных бревенчатых изб струится дым, доносятся голоса жителей. По площадке вокруг колодца носятся чумазые детишки. Одно кажется странным попаданке – не видно собак и кошек, которые так привычны для обычных человеческих деревенек.
Бреслав и Нина не успели дойти до крайних домов, когда в ближайших кустах послышалась какая-то возня. Медведь остановился и нахмурил густые брови.
– А ну выходите! – рявкнул так, что Нина вздрогнула от неожиданности.
Иномирянка посчитала, что это какое-то животное копошится в попытке спрятаться от людей, но нет. Между листьев показалось конопатое личико рыжеволосой девочки-подростка.
– Милица! – зарычал Бреслав. – Ты почему в учебное время прохлаждаешься здесь?
– Я посмотреть хотела, – девочка виновато опустила голову и для пущей убедительности всхлипнула.
– Посмотрела? Теперь быстро обратно! – строго велел Бреслав.
Милица вывалилась из кустов и пристально посмотрела на Нину, уперев руки в бока.
– Посмотрела. Ничего особенного. Страшненькая и худющая! – потом показала опешившей от такого знакомства Нине язык и побежала прочь.
– Пигалица, – прошептал себе под нос Бреслав и пошел дальше.
Окончательно сбитая с толку иномирянка безрадостно поплелась за ним, стараясь не отставать. В голове Нины было столько мыслей, что не до выходок маленькой хамки. Только бы до телефона добраться и позвонить 112! А потом можно даже в отель не заезжать, сразу бы домой. Хотя документы все же нужно забрать. Но только не две недели отработки – она не хочет в этих лесах и лишней минуты провести!
Вскоре, правда, девушка осознала, что повстречавшаяся девочка не единственная любопытствующая. Как только Бреслав и Нина вышли на ровные широкие дорожки поселения, вдоль них стали собираться жители. Они кланялись главе и с интересом разглядывали пришлую. Совершенно не стесняясь проявлять столь навязчивое внимание. Мужчины смотрели нейтрально, но пристально. А женщины больше отворачивались после тщательного осмотра и перешептывались между собой. Неодобрительный гул несся вслед Бреславу и его спутнице. В конце концов медведь не выдержал. Остановился, развернулся, глянул неодобрительно на членов общины и рявкнул строго:
– Хватит! Идите по своим делам! Это моя новая служанка, ничего интересного!
Где-то глубоко внутри Нина все еще надеялась, что хоть один благоразумный человек в округе найдется. Вот же они – люди. Видят ее, обсуждают. Неужели никто не возмутится, что ее назвали прислугой без всякого на то основания? Не соглашалась она работать на этого Бреслава. Так почему же все послушно пошли прочь?
– Почти пришли, – буркнул Бреслав и кивком поторопил девушку.
Она с тоской еще раз посмотрела на удаляющихся свидетелей ее сложностей и потопала за единственным, кто с ней согласен был разговаривать на данный момент. Нина уже догадалась, куда именно они идут. Самый большой дом, поставленный крыльцом в сторону центральной площадки поселения, был хорошо виден издалека. Молодые мужчины, что сидели на ступеньках или стояли поодаль, при приближении Бреслава встали и выстроились вдоль дорожки. Нина прошла мимо них, низко опустив голову. Столь очевидный интерес исходил с их стороны, что становилось страшно встретиться взглядом хоть с одним.
В доме девушка немного расслабилась – дверь отделила ее от многого непонятного и пугающего. К Бреславу же она уже почти привыкла. В передней большой комнате иномирянка увидела огромный дубовый стол, а на нем свое нехитрое имущество. Телефон лежал особняком от стопки одежды. Нина бросилась поскорей к своему простенькому смартфону – готова была целовать гаджет. Но нажав пару кнопок, вдруг поняла, что устройство безнадежно разряжено. Даже не включается.
– У вас есть зарядник?! – с сумасшедшей надеждой обернулась к Бреславу. – Универсальный подойдет! Пожалуйста! Мне нужно зарядить телефон!
– Нет, такого у меня нет, – со спокойной улыбкой ответил медведь и сел на свое излюбленное место.
На огромный резной стул во главе стола. Главное свидетельство его статуса, атрибут его власти. Вытянул ноги, немного развалился. Нина стала первой попаданкой со времен начала его предводительства, но не первой на его памяти. Бреслав прекрасно знал, что последует дальше, и хотел устроиться поудобней для долгого сложного разговора.
– А как вы сами заряжаете телефоны? – недоумевающе поинтересовалась Нина и оглядела комнату в поисках всевозможной электроники.
А когда ее взгляд вернулся к Бреславу, на ее лице уже появилось понимание. Ни в передней, ни во всем доме не было ничего, что нуждалось бы в зарядке. Собственно, и розеток не было. И вообще электричества.
– Даже если бы я смог раздобыть где-то нужную тебе вещь, использовать здесь ее все равно нет возможности, – подтвердил медведь догадки девушки.
– Но как? Здесь нет электричества? – Нина выглядела настолько ошарашенной, что Бреславу даже стало ее немного жаль.
– Совсем, – покачал он головой и грустно улыбнулся. – Присядь-ка, я кое-что расскажу тебе…
Девушка опустилась на самый дальний от хозяина стул. Сложила руки на столе, рядом пристроила бесполезный телефон. И внимательно посмотрела на Бреслава. Нина вся буквально подобралась, словно находилась на выпускном экзамене, после которого вся жизнь впереди. В некотором роде так оно и было…
– Нина, у нас нет многого из того, к чему ты привыкла, – мягко начал оборотень. – Электричества, многоэтажных домов, машин, работы в офисах и прочего. Мы живем несколько иначе. Но если уж так сложилось, что ты оказалась здесь, придется как-то адаптироваться. И чем быстрее ты это сделаешь, тем тебе же лучше…
Слова Бреслав сопроводил тяжелым взглядом. Нина поежилась, но все же рискнула спросить:
– А не могу я просто вернуться обратно? – спросила с надеждой в голосе. – Я никому не расскажу, честно-честно!
– Чего не расскажешь? – усмехнулся медведь. – Ты пока не знаешь ничего. А вернуться нельзя, к сожалению. На тебе метка неизвестного, и по ней тебя где угодно отыщут. Хорошо, если кто-то из нашей общины. Но может и чужаки. Поверь, это была бы незавидная судьба.
– А где мы вообще? Где располагается община? – девушка решила вытянуть из мужчины хоть какие-то крупицы информации.
Если главарь какой-то секты говорит, что вернуться нельзя – это вовсе не повод ему верить. Это всего лишь значит, что он этого не хочет и помогать не станет. Но из любого леса можно выбраться, если знать куда идти. Ведь так?
Нина одновременно и уговаривала себя, чтобы не паниковать, и старалась не показывать волнения Бреславу. А его именно это как раз и настораживало. Несколько раз он слышал, как кричат попаданки – протяжно, горько, безнадежно. Как плачут днями и ночами не в силах смириться с новой реальностью. Как забиваются в самые темные углы их нового дома в надежде, что там их оборотни не достанут. А эта сидит и серьезным тоном вопросы задает… И про метку будто между ушей пропустила. Совсем неинтересно, кто ее своей сделал без спроса и всякого права на то? Видимо, нет.
– Община находится в другом мире, – медведь ответил невозмутимо, поддерживая игру попаданки. – Параллельном вашему. Сходств много, отличие одно, но очень существенное. Этот мир принадлежит оборотням. Мы правим всеми прочими существами здесь. В том числе людьми. У таких, как ты, тут нет никаких прав. Вы служите нам, за это мы позволяем вам жить на наших землях. Еще вопросы?
Под конец в голосе Бреслава послышалась легкая насмешка. А как иначе – на лице Нины было написано столько непередаваемых эмоций…
– Оборотни? – переспросила она. – Это такие существа, которые могут превращаться в зверей?
Девушка и сама бы не смогла объяснить, зачем уточняет. Ужас, медленно поднимающийся внутри, буквально заставлял открывать рот. Потому что если она не узнает немедленно, попросту сойдет с ума.
– Нет, это такие существа, которые могут превращаться в людей. Точнее могут выглядеть точно как люди. Но это не делает нас идентичными. Мы принадлежим к разным видам. И очень советую никогда об этом не забывать. У нас свои законы, традиции, обычаи. Постепенно ты все узнаешь, поймешь, а пока просто будь осторожней. Из дома ни ногой без моего ведома и разрешения. И даже здесь ни с кем не разговаривай, не нужно.
– Почему я не могу вернуться? – голос Нины сорвался на писк. – Если можно сюда, то и обратно должен быть способ!
4
Нина
Меня била крупная дрожь. В подлокотники вцепилась так, что пальцы побелели. О чем он говорит? Какой другой мир? Это шутка?! Розыгрыш?! Оборотни… Уж не медведи ли? Нет, этот кошмар не может быть правдой. Нужно проснуться, немедленно проснуться. Умыться холодной водой и идти в ресторан на работу. А плохие сны пусть остаются в ночной темноте и тишине.
– Нет, Нина, это не сон, – очень по-сноведенчески Бреслав словно угадал мои мысли. – И поверь, мне это радости не добавляет. Одни проблемы и хлопоты. А насчет способа попасть обратно… Он есть. Но владеют такой магией драконы да сильные ведьмаки. Оборотни не все и сами умеют перемещаться. И предвосхищая твой следующий вопрос – нет, никто не отправит тебя обратно, пока на тебе метка одного из нас.
– Что за метка? – вдруг поняла, что слышу это непонятное слово не впервые.
– Наконец-то ты сосредоточилась на главном, – несколько насмешливо ответил мужчина.
Честно, его снисходительно-покровительственный тон уже начал утомлять. Какого он ведет себя так?! Да пусть хоть трижды оборотень! Я-то не местная, и их законам не подчиняюсь! Если следовать его логике, то я свободная женщина из другого мира! Вот! Но высказаться на данную тему я не успела, Бреслав продолжил:
– В момент перехода или чуть раньше тебя отметил кто-то из моих соплеменников. Кто, я не знаю. Никто из возможных виновников не признался. Поэтому есть вероятность, что был кто-то третий.
– А эту метку можно как-то снять? – пробормотала озадаченно.
О том что за переход и о трех загадочных провинившихся даже думать не хочу. Слишком много бредовой информации за короткий период – в голове такая каша, что хочется закричать во весь голос. Но я молчу и внимательно смотрю на сидящего по другую сторону стола мужчину. И жду его ответа.
– Не просто можно, а нужно, – тяжело вздохнул Бреслав. – Я очень разозлен, что кто-то позволил себе такую вольность. И хочу это исправить. И давай поступим так – если ты поможешь мне узнать, кто это сделал, я со своей стороны совершу все необходимые действия, чтобы освободить тебя от метки и отправить домой.
– А как я это узнаю? – мой интерес к разговору достиг наивысшей точки.
Было такое чувство, что вот-вот я узнаю великий секрет, который решит все мои проблемы разом.
– Очень просто. Рано или поздно тот, кто отметил тебя, сам придет.
– И? – непонимающе уставилась на мужчину.
Придет он, а дальше? Как я пойму, что пришел именно тот. Кстати, кто тот? Мужчина? Оборотень? Медведь? Может быть, дракон или ведьмак? Я всех мифических существ, упомянутых Бреславом, вспомнила?
– Как бы это помягче, – кажется, этот огромный жесткий мужчина слегка смутился. – Придет, не в смысле подойдет поближе или войдет в дом… Он придет, чтобы сделать тебя своей окончательно.
– Съесть? – выдала первое, что пришло в голову.
Все же беготня от медведей по ночному лесу, похоже, наложила серьезный отпечаток на мою психику. Теперь все время чудится, что меня кто-то сожрать хочет…
– Что?!
Одним словом мне удалось сделать то, что казалось абсолютно невероятным. Изумить Бреслава.
– Что? – переспросила. – Что это значит «сделать своей»? Увести, украсть, запереть в другом доме? Убить? Съесть?
Снова повторила это, наблюдая за тем, как вытягивается лицо мужчины. Очевидно, я начинаю его утомлять.
– Мы не едим людей, – отчеканил зло. – Задрать можем, но есть не станем. Вы слишком сладкие.
От его откровений меня чуть не вывернуло прямо на чудесный дубовый стол. Прикрыла рот ладонью, опустила голову пониже. Так, вдох-выдох, вдох-выдох… Но его последние слова никак не хотели улетучиваться из мыслей. А живое воображение подкидывало подходящие картинки. С медведями, конечно же… Сладкие мы. А мёд же любят. И малину.
Сделать своей, сделать своей… Да зачем я оборотню сдалась?! Любому. Личная служанка, может быть??? Если уж люди им служат.
Бреслав продолжал отводить глаза, тяжело вздыхать и молчать. Я тоже закрыла рот – еще что-нибудь не то скажу, и вдруг выяснится, что люди вполне даже ничего не вкус…
– Нина, ты же уже вполне взрослая девушка? По человеческим меркам? – поинтересовался неожиданно.
– Да, – кивнула. – У меня паспорт есть, я работаю.
– В брак можешь вступать? – очередным вопросом удивил еще больше.
– Да, – насторожилась немного.
Куда он клонит? Замуж меня отдать решил? Чтобы от проблем избавиться, про которые мне рассказывал?
– Ну вот в этом и смысл. Тот, кто отметил тебя, придет, чтобы сделать тебя своей ПАРОЙ.
Последнее слово Бреслав особенно выделил интонацией. И многозначительно посмотрел на меня. Теперь уже я начала искать, куда деть глаза. Ах, в этом смысле… Как-то даже в голову не пришло.
– Но мы же разные виды, – пропищала и откашлялась.
Я, и правда, уже достаточно взрослая, чтобы не стесняться разговоров об этом самом.
– Виды разные, но смешанных пар у нас хватает. И потомство вырастает здоровым.
– Не хочу я никакого потомства! – возмутилась. – И пара мне не нужна!
– Это хорошо, – Бреслав радостно потер руки. – Значит, мы на одной стороне. Потому что метку можно снять только до того… Понимаешь? Поэтому нужно выяснить, кто, и сказать мне. А дальше я обо всем позабочусь. В случае удачи ты отправишься домой.
– А если не получится? – что-то я совсем приуныла от таких новостей.
– Значит, будет пара и потомство. Уж извини, Нина. Но у нас тоже есть законы, и даже я не могу их менять на свое усмотрение. Законная добыча оборотня может быть оспорена только в бою. Но никто не станет бросать вызов из-за человечки.
– Если никто не станет, – начала злиться. – То зачем этот загадочный оборотень отметил меня?!
– Полнолуние, – серьезно проговорил Бреслав, будто это могло что-то объяснить.
– Как в городских легендах? – решила уточнить.
– В общем, да. Оборотень был, скорее всего, юный и неопытный. Не смог справиться со зверем. Вот и результат – ты чуть не погибла при переходе.
– А можно переходить, не ударяясь головой о камни?
– Вполне.
Понятно, то есть эта предположительно медвежья сволочь не только отметила меня, но и чуть не угробила. Ну и какая пара и потомство могут быть после такого? Обойдется вилами и сковородой потяжелее…
– Давайте еще раз, Бреслав, – внимательно посмотрела на мужчину. – Придет какой-то оборотень, который станет нахально приставать ко мне. Я должна отказать ему и сообщить вам, кто это был. Так?
– Так.
– А он точно придет сюда, в ваш дом? – с сомнением поинтересовалась. – Вы же говорили, что здесь безопасно, и не нужно выходить никуда.
– Здесь безопасно, но это главный дом – сюда приходят многие. Как именно он будет действовать, я предсказать не могу. Возможно, попытается заболтать, выманить. Или же просто перекинет через плечо и утащит в лес.
Прекрасно, просто прекрасно… И он называет это безопасностью? Для него, наверное. Но не думаю, что кто-то в поселении рискнет ему угрожать и вне дома.
Какое-то время мы молчали. Тягостные думы буквально витали в воздухе. Неужели все это не бред? Есть ли хоть какая-то надежда, что я попала в новое шоу? Для которого похищают участников. Нет, это тоже не лучший вариант, но глухой лес в собственном мире – как-то спокойнее. Еще и камеры должны быть кругом. Снова внимательно осмотрела стены, потолок, пол. По идее можно отлично замаскировать технику. А еще любой бесконечный сериал имеет финальный эпизод. Это в том случае если зрителям вообще понравится. Как-то так… Либо безумные придумки о происходящем либо смириться с другим миров и оборотнями в нем.
– Можно еще вопрос? – промямлила негромко.
– Конечно, Нина. Только давай один, мне по делам нужно. Но в следующий раз я отвечу на все. Обещаю.
И усталая вымученная улыбка. Думает, мне доставляет удовольствие эта беседа? Зачем-то пытается быть вежливым…
– Вы медведь? – проговорила дрогнувшим писклявым голосом.
Представляю, как жалко сейчас выгляжу. Но, похоже, главный вопрос моей жизни сейчас звучит именно так.
– Оборотень, – недовольно поправил. – Оборотень-бер.
– И все здесь тоже? – стало так страшно, что захотелось сползти под стол.