- -
- 100%
- +
Приказ партии не обсуждался. Поэтому отца мы во время войны видели редко. Для нас был настоящим праздником каждый его приезд: день-два – и он снова исчезал.
Матери приходилось вести хозяйство одной, и это было нелегко. В памяти сохранилось не всё, но отдельные моменты тех лет я помню до сих пор.
Мария Львовна
Как-то, вернувшись домой, отец сказал матери:
– Идёт эвакуация, Нюся, из мест военных действий. Людей будут подселять по домам. Так что и к нам кого-нибудь направят.
И действительно: однажды отец пришёл не один – с ним вошла пожилая женщина.
– Знакомьтесь, – сказал он, – это Мария Львовна. Она будет жить у нас.
Мария Львовна поклонилась:
– Здравствуйте!
Мать засуетилась, приглашая её пройти:
– Раздевайтесь, чувствуйте себя как дома.
– Не беспокойся, доченька, всё будет хорошо, – ответила гостья.
Мария Львовна оказалась довольно симпатичной бабушкой: среднего роста, с седыми, аккуратно уложенными волосами. Я же, по-детски наблюдательный, заметил прежде всего то, что у неё совсем не было зубов.
Мы стали называть её бабой Марией. Она приехала из блокадного Ленинграда, осаждённого немцами. Жителей города, особенно стариков и детей, эвакуировали в глубокий тыл. Так баба Мария и прижилась у нас на время войны.
С ней связаны мои особенные воспоминания. По всему было видно, что она начитанная, грамотная женщина; возможно, в прошлом учительница. С нами, детьми, она была ласковой, и мы её полюбили. Перед сном баба Мария приходила к нам и на сон грядущий рассказывала сказки или читала стихи. Особенно врезались в память такие строки:
У лукоморья дуб зеленый
Златая цепь на дубе том
И днём и ночью кот учёный
Всё ходит по цепи кругом…
Конечно, лишь спустя годы я узнал, что это были строки Пушкина. Этот отрывок я много лет спустя читал своим детям – сыну и дочери, а затем и внукам, Никите и Максимке. И всегда они, затаив дыхание и расширив глаза от восхищения, слушали эти строки.
Жилось нам в те годы трудно. Я почти постоянно испытывал голод – всё время хотелось есть.
Несмотря на то, что отец занимал довольно значительную должность, жили мы даже хуже некоторых, кто сумел хитро приспособиться к тяжёлым военным временам.
Помню (это было уже после войны), отца назначили председателем то ли колхоза, то ли совхоза. Нам снова пришлось переезжать. Нам выделили дом: две комнаты, прихожая и кухня. Крыша была покрыта жестью. Недалеко находился аэродром, и когда самолёты пролетали над нашим домом, вся комната дрожала от гула. Металлическая крыша усиливала звук, а особенно страшно бывало во время грозы. Но постепенно мы привыкли и к этому.
Однажды, в отсутствие отца, к нам зашла соседка, держа в руках маленького хрюкающего поросёнка. Она протянула его матери и сказала:
– Возьми, вырастишь, разведёшь поросят, а потом отдашь. Надо же с чего-то начинать на новом месте.
На её лице читалась доброжелательность. Мать с благодарностью приняла поросёнка и отнесла в сарай. Когда отец вернулся с работы, она похвасталась своим «приобретением». Но отец не разделил её радости, нахмурился и сказал:
– Ты вообще представляешь, что люди обо мне скажут? Я коммунист, председатель, и беру подачки? Забирай поросёнка и отнеси своей благодетельнице, – резко сказал отец.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.