С.АД

Глава 1 Новая работа

Приятно осознавать, что земля способна тебя прокормить. Но истинное блаженство, опьяняющий восторг – это быть автономным, самому себе хозяином. Какую же цену придется заплатить за эту свободу? Жизнь на собственном участке – это погружение в мир самодостаточности, в буйство красок и ароматов, рожденных твоими руками: хрустящие огурцы, сочные помидоры, сладкая морковь… Моя история – о таком неприметном, но полном чудес клочке земли.

В этих краях не принято оформлять землю в собственность. По документам – лишь участок с домом, скромные шесть-восемь соток. Огород разбивай где угодно, лишь договорись с соседями. Но это редко становилось проблемой – все здесь люди опытные, понимающие, что для мирного сосуществования нужно уметь договариваться. Впрочем, зачастую и договариваться не было нужды: земля давно поделена негласными границами, освященными годами. Да и жители нашей деревни – сплошь родственники, если не каждый, то через одного. А мне довелось приехать сюда позже, я был здесь чужаком, если можно так выразиться. В шутку меня прозвали Садоводом. Забавно, как порой поворачивается жизнь – теперь я и уехать не могу. Знал бы я, что это за деревня – бежал бы от неё без оглядки! Но случилось как случилось. Деревня "Брод".

В общем, к чему я это все? Забавно до жути – ведь это мой первый дневник. С чего же начать? Боги, если бы вы знали, какой хаос творится в голове, когда пытаешься изложить все на бумаге! Ладно, хватит демагогии. Начну с самого начала.

Макс выглянул в окно. Солнце поднималось, возвещая о начале нового дня. Включив лампу, он снова уставился в пустой дневник. Хотелось поставить хоть точку, чтобы белизна листа не резала глаза. Да, чтобы писать, нужно вспомнить, с чего все началось. О, Город!

– Макс, опять мечтаешь? Друг, ты уже на волоске от увольнения! Начальник по цеху ходит, а ты опять где-то в облаках витаешь. Скажи мне, ты сделал детали, которые тебя еще вчера просили начать? Судя по заготовкам, ты даже не приступал, – Артем ткнул пальцем в груду металла.

– Вот прошу тебя, не начинай эту старую песню. С тех пор как стал мастером, ты, Артем, стал просто невыносим. Скажи, тебе больше всех надо? – Макс покачивался на стуле перед станком, ехидно улыбаясь.

– Всем надо иногда взрослеть! – Артем скрестил руки на груди и нахмурил брови.

– Боже мой, кто это у нас такой правильный стал? Вы посмотрите на него! Скажи-ка мне, в какой момент ты так повзрослел? А, я знаю! Наверное, когда старого хрыча ногами вперед вынесли, и тебя единственного толкнули из ребят вперед, когда спросили, кто будет новым мастером. И то, потому что других кандидатов не было! – Макс медленно встал со стула и направился в сторону курилки.

– Стой! Ты что, выпивший? – крикнул Артем в спину уходящему Максу.

Парень, покачиваясь, медленно обернулся и посмотрел в глаза Артему.

– И что? Ну, выпил в обед. Какие вопросы? – он оперся на станок.

– Иди домой, я тебя за станок не пущу.

– Ты что, меня отстранил от работы? Да ты озверел? – голос перешел в крик. – Ты недоделанный придурок! Если я уйду, кто на вашем сраном заводе работать будет? Вы должны быть благодарны, даже если я обсосанный работать буду!

– Не ори! – Артем озирался по сторонам.

– Что, блядь? Ты на кого басом лаешь, псина? – Макс начал шарить по спецовке и, найдя желаемое, достал чекушку, на дне которой плескалась водка. Лишь на один глоток. – Посмотрим, что ты сможешь сделать, – открыв крышку, он выдохнул и выпил остатки содержимого. После чего, поставив чекушку на станок, пошел в курилку, оставив мастера в недоумении. "Вот же пес! А ведь мы с ним вместе пришли в этот цех… Будь он проклят, оборонный завод!"

Макс шел медленно, голова кружилась от выпитого. Открыв дверь во двор цеха, он вдохнул свежий морозный воздух. "Ну вот, другое дело. Можно и закурить". На мгновение морозный воздух прояснил сознание, и парень полез в карман за пачкой сигарет, но поиски не увенчались успехом. "Бля, у станка забыл!" Хруст снега привлек его внимание. Он повернулся в сторону звука. К нему шел какой-то парень, которого Макс не знал, и это было странно. Каждый завод – это большая деревня, или болото, как кому угодно, но суть в том, что многих знаешь в лицо. Но это тело парень видел впервые. Легко, даже спьяну, можно было понять, что молодой человек переходит из цеха в цех, судя по его одежде: джинсы и свитер явно не подходили для уличной прогулки в такую погоду.

– Закурить есть? – заплетающимся языком выдавил Макс.

– Есть! – бодро ответил парень и стал рыться у себя в портфеле.

– А где у вас здесь курилка?

– Везде! – он ждал, пока парень достанет желанную сигарету.

– Смешно! – парень достал сигарету из портфеля и протянул собеседнику.

– Я тебе не клоун! – взяв сигарету и сунув ее между губ, Макс указал парню жестом, чтобы тот дал ему зажигалку. Подергав большим пальцем на кулаке. – Да у тебя ни говна, ни ложки! Занятная ситуация. – Парень достал зажигалку и протянул еле стоящему на ногах.

Прикурив и тут же уронив сигарету, Макс наклонился, чтобы ее поднять.

– Спасибо, – разгибая спину, проговорил он. Но что-то было не так. Крутить начинало сильнее, и только мысль "В снегу затеряюсь" промелькнула в голове. Схватив нового знакомого за рукав для поддержки, Макс начал извергать из себя потоки рвоты. Даже сам удивился своим способностям. Когда процесс прекратился, он поднялся и затянулся, пытаясь хоть как-то избавиться от запаха рвоты во рту. И снова – вертолет в голове. И снова спасительный рукав заработал в полную мощь, и рвотные механизмы заработали вновь. Обильно все пометив и заблевав даже ботинки новому знакомому. Выкинув сигарету, он произнес:

– Говно вы курите, меня аж вырвало! – и потерял сознание, упав на пушистый снег.

Парень чувствовал, что сознание возвращается быстрее, чем он трезвеет. Сквозь пелену мыслей он услышал слегка разборчивый голос незнакомца:

– Тебе помочь?

Голос был очень близко, значит, новый знакомый нагнулся, чтобы это сказать.

– Не надо! Все хорошо! Мне просто надо собраться с мыслями! – Макс попытался подняться на руки, но ноги не слушались, как и слова. «Надо снять с себя вещи, тогда станет холоднее, и организм быстрее протрезвеет». С этими мыслями парень стал расстегивать штаны рабочей робы и спускать их на глазах у нового знакомого.

Дверь цеха резко открылась, и с криком выскочил Артем:

– Макс, какого фига ты делаешь?! Ты что, с ума сошел?! – Артем рванул к лежащему коллеге, который уже спустил штаны до колен и катался по снегу. Пытаясь надеть на Макса штаны и поднять незадачливого друга, он явно не хотел, чтобы его поднимали, и всячески отбивался, дабы протрезветь от своего плана голым принять снежную ванну.

– Отвали от меня! Еще пару вещей сниму, и в миг протрезвею! – кувыркаясь по снегу, вырываясь из попыток хоть как-то прикрыть свой срам, он начал стаскивать с себя куртку. К сожалению, к цеху стали подтягиваться коллеги с других цехов на шум, который, сказать по правде, не собирался прекращаться. Проходящие мимо цеха люди реагировали по-разному: кто-то качал головой, осуждая такое поведение. Были и те, кто начинал смеяться над ситуацией, в какую бездну падают наши заводы с такими рабочими.

К радости беснующегося Макса, который уже фактически снял с себя рубашку и большими гребками стал прыгать в сугробы, делая вид, что плывет, вслед за ним, пытаясь остановить адские пляски пьяного дурака, бегал Артем. Но все попытки были тщетны, и раз за разом пьяный герой выскакивал из крепких рук и с довольным видом, ища новый сугроб, падал в него.

Шоу закончилось только тогда, когда с проходной завода прибежала охрана, которую, видимо, вызвали, устав от выкрутасов пьяного дурака. Ребята из охраны долго церемониться не стали и, скрутив дебошира, задали только один вопрос:

– Куда?

– Давайте этого красавца в красный уголок! – Проговорив это, он осмотрел, сколько новых тропинок нарыл этот пьяный пловец и где разбросаны вещи. Глубоко вздохнув, медленно пошел собирать. Ему не приходилось ничего говорить собравшейся толпе. Осознав, что продолжения не будет, толпа стала медленно расходиться, очень громко обсуждая увиденное.

Артем собирал вещи очень тщательно, пытаясь ничего не забыть и постоянно поглядывал, как Макса уже втащили в цех. Толпа тоже не стала дожидаться нагоняев со стороны мастера, и все разошлись. Только серьезный мужчина культурно ждал, пока Артем соберет вещи. И вот последняя шмотка найдена и взята под мышку. Парень вздохнул и направился в цех, кинув взгляд на незнакомца.

– Добрый день! Скажите, пожалуйста, это цех 457?

– Да, он самый! Чем я могу помочь? – Артем увидел, что носок выпал, и, нагнувшись за ним, услышал страшное:

– Меня зовут Горбунов Андрей Андреевич. Я новый начальник цеха, назначен сюда приказом.

У парня от услышанного свело спину и поясницу. Да, сказать по правде, разгибаться он уже и не очень хотел, понимая, что на этот раз это конец.

– Я читал приказ. И очень рад вам в нашем дружном коллективе. Я надеюсь, вы сможете влиться к нам!

Взгляд Горбунова упал на вещи, которые парень держал в руках, и очень быстро перевёлся на Артема.

– Понимаете…

– Да. У меня были похожие ситуации. Но я вас обманывать не буду. Этот человек с сегодняшнего дня здесь не работает. Заявление мне его не нужно, поскольку с этого дня месяца и года он уволен по статье!

– Разрешите сказать…

– Да я понимаю, он ваш друг! И именно вам я позволяю сообщить, что он уволен по статье и работу в окрестных городах ему не сыскать! – Мужчина медленно распахнул дверь цеха, вошёл, напоследок обернувшись и, процедив сквозь зубы, пригрозил пальцем: – И так будет с каждым. Поверьте, Артём, я выкорчую все проблемы этого завода! – Развернулся и, чеканя шаг, двинулся ко второму этажу, где располагался директорский кабинет. Оставив Артёма в оцепенении, с холодной волной паники от предстоящего разговора.

Дверь с грохотом захлопнулась, а Артём застыл, словно громом поражённый. В голове роились мысли, одна мрачнее другой. На одной чаше весов – дружба, закалённая годами, на другой – ипотека, семья, маленькая дочь. Суровая реальность обрушилась на плечи тяжким грузом, погребая под собой хрупкие воспоминания детства. Друг обернулся палачом. Толкнув тяжёлую дверь цеха, Артём вошёл в здание, куда ровно пять лет назад его привёл Макс. Шёл по знакомому проходу, и всё казалось прежним: старожилы дымили за станками, перемывая косточки Максу, не ведая о случившемся. Кто-то, подвалив к Мастеру, хлопал по плечу и, заезженной пластинкой, повторял: – Ну и отчудил Макс, новый рекорд поставил! Даже не понятно, сколько он в себя влил, здоровяк! Эти слова вонзались под кожу, оставляя на сердце кровоточащие шрамы. В тягостных раздумьях Артём не заметил, как миновал цех и оказался перед обшарпанной деревянной дверью с полувыцветшей табличкой: "Красный уголок". В последние годы он служил залом для совещаний, но по стенам, как призраки прошлого, висели знамя и бюсты канувших в лету вождей. А теперь это был вытрезвитель, которым в последнее время Макс злоупотреблял. Артём осторожно приоткрыл дверь и шагнул в полумрак. Нащупав рукой выключатель, щёлкнул.

– Что за хрень? Выключите свет! – Зашевелилось тело в одних трусах, принимая сидячее положение. – А-а-а, это ты, мастер недоделанный! Что, пришёл извиняться?

Артёма пронзил леденящий ужас. Их взгляды встретились, и в голове отчётливо прозвучало: «Надо резко. И сразу».

– Ты уволен по статье! За пьянку.

– Что?!

– Ты уволен по статье за пьянку и непотребный вид. – Лицо Артёма вспыхнуло, но не от злости, а от внутреннего давления, от страха. Он никогда бы не подумал, что сможет это сказать, да ещё кому – Максу.

– Ах ты, сукин сын! – Макс вскочил и с размаху ударил Артёма в лицо. Тот потерял равновесие, выронил вещи и рухнул на пол. Из разбитого носа и рассечённой губы хлынула кровь. Макс, схватив Артёма за грудки, взревел: – Ну и что теперь?!

Артём, стирая рукавом кровь, сочившийся на подбородок, сквозь зубы процедил:

– Будьте добры, покиньте цех, или мне придётся вызвать охрану.

– Тём, ты что, сильно головой приложился? Это я, Макс! – продолжал трясти его Макс.

– Извините, я вас не знаю!

– Ты что, я только что тебе лицо разбил!

– Что вы, я вас впервые вижу! А лицо я разбил, упав. – Артём резко сбросил руки Макса, поправил одежду и, придерживая дверь, указал на выход. – Я ещё раз спрашиваю, вам помочь покинуть цех?

Макс, нагнувшись, поднял свои вещи и, в одних трусах, в сопровождении мастера, побрёл к выходу. Цех замер в молчании, провожая его взглядом. Шёл медленно, пытаясь одеться на ходу. Доковыляв до двери, головой натянул штаны, развернулся к Артёму и, глядя на его разбитое лицо, выдавил:

– Я…

– Всего доброго вам! – Неожиданный голос, прозвучавший с лестницы, прервал Макса и заставил его поднять взгляд. На ступеньках стоял новый начальник – круглолицый, среднего роста. – Мы должны расстаться на хорошей ноте, – говорил он, спускаясь. – Поэтому я вам советую найти себя в сельской местности! – Подойдя вплотную к Максу, протянул руку. Макс ответил на рукопожатие и заметил на его руке странный знак в виде буквы "Л".

– Да пошёл ты! Узнаю, что Артёма уволил – голову снесу! – Развернулся и пошёл прочь.

– Не много ли пафоса для пьяницы, который даже в армии не служил? – Это последнее, что услышал Макс перед тем, как дверь цеха захлопнулась.

Улыбка, словно луч солнца, озарила лицо парня, когда он вернулся из лабиринта старых воспоминаний. Взгляд его упал на букву "Л" – шрам, запечатленный на коже руки.

– Не-е, про тебя еще рано рассказывать, – пробормотал он, вставая и направляясь к зеркалу, которое небрежно болталось на стене. Он стал пристально осматривать себя, словно археолог, выискивающий новые морщины, и провел рукой по щетине. В отражении на него смотрел блондин – все тот же беззаботный малый, которого он знал больше трети века. Худощавое лицо, голубые глаза, повидавшие многое. "А самое главное – ни одного седого волоса, ибо золото не может превратиться в серебро", – мелькнуло в его голове.

– Так, а что же потом? – Парень вернулся на стул. – О, вспомнил! Я долго искал в городе работу… – Он взял карандаш, но снова замер над листом. – Стоп! Я не сразу начал искать работу! А полгода спустя…

Солнце, словно насмехаясь, било в глаза. На кровати, забывшей о свежем белье, лежал человек в штанах и толстовке. Рядом валялись кроссовки с вырванными стельками – верный признак затянувшегося запоя. Бутылки из-под крепких напитков были разбросаны повсюду, превращая однокомнатную квартиру в свинарник. Эту запойную идиллию прервал проклятый будильник, настойчиво сигнализирующий о предстоящем собеседовании. Парень, словно зверь, метнулся к телефону и с диким воплем бросил его в стену.

– Когда ты, сука, поймешь, что нет у меня больше никаких собеседований! – Он вскочил и со всей силы пнул бутылки, разлетевшиеся на осколки, врезавшись в стену. Взгляд упал на поверженный телефон, который, несмотря на удар, еще подавал признаки жизни, вибрируя. Парень подошел и ударом ноги навсегда погасил его. Склонившись над ним, словно осознавая, что последняя надежда – это социальная поддержка и постановка на учет в качестве безработного, он подтянул сползшие без ремня штаны. Окинув комнату прощальным взглядом, он кивнул и направился в сторону совмещенного санузла. Коридор, все еще ждущий ремонта, встретил его скрипом двери. То, что открылось его взору, вызывало отвращение даже у него самого: грязные вещи, наваленные в ванну, и унитаз, в прямом смысле забитый окурками. Единственной радостью была оставленная со вчерашнего дня пачка сигарет на бачке унитаза, ждавшая своего хозяина. Парень взял ее в руки.

– Ну отлично! Просто слов нет! Одна! – Он достал сигарету и, зажав ее в зубах, начал шарить по карманам в поисках зажигалки. Не найдя, скомкал пачку и бросил в унитаз, расстегнул ширинку и залил ее мочой. Внезапно вспомнив, что зажигалка в заднем кармане, он резко развернулся, забыв о процессе, и, пока доставал зажигалку, обмочил все вокруг, включая стены и бачок. Застегнув ширинку, он вышел из туалета и направился в прихожую, попутно прикуривая и расталкивая пакеты с мусором, которые уже неделю ждали выноса и начали издавать зловоние.

– Я буду поздно! – крикнул он в пустую квартиру и, открыв дверь, покинул ее. Выйдя на лестничную площадку, он окинул взглядом надоевший четвертый этаж. Подойдя к электросчетчикам, он кивнул, не глядя на цифры, и повернулся к лестнице. Уже собираясь спускаться, он услышал, как открывается соседская дверь. Понимая, что бежать некуда, парень приготовился к неприятному разговору. Дверь распахнулась, и на пороге в одних семейниках показался старик в майке с надписью "Босс".

– Привет, Макс!

– И тебе не хворать, дед Сергей!

– Ну что, тебя подлечить?

– Не-е! Если только вечером! – Парень, почувствовав, что сигарета жжет губы, выплюнул ее между лестничными пролетами, и яркий огонек отправился в полет на первый этаж.

– Зачем же ты соришь?

– Слушай! Хочешь мне помочь? Вечером похмели!

– Семью тебе надо! Жену…

– Да пошел ты! – перебил его парень и, натянув капюшон на голову, опустил ее и пошел вниз по лестнице. Этажи на обиде пролетели быстро, и парень пинком открыл железную дверь, выскочив во двор пятиэтажек, образующих квадрат с детской площадкой в центре и непонятным квадратным сооружением. Он оглядел улицу и поднял голову на свой дом. Дойдя до четвертого этажа, он увидел в окне деда Сергея, который, качая головой, смотрел на него с укоризной.

– Ненавижу этот город! – Парень резко опустил голову и пошел в отдел трудоустройства. Выйдя из "коробки", как здесь называли четыре дома, в одном из которых он жил, дорога до конторы ничем не отличалась от большинства городов. Путь сопровождали сетевые магазины и маленькие лавочки, специализирующиеся на алкоголе, закусках и прочих сопутствующих товарах. Конечно, можно было бы доехать на автобусе, но, судя по состоянию, лучше пешком. Да и косые взгляды местного населения не прибавляли позитива. Еле передвигая ноги, он шел до злополучного места, и дорога казалась бесконечной. И вот оно, чудо! Знакомая вывеска: "Биржа труда и занятости". Парень подошел и, открыв скрипучую дверь, оказался в светлом помещении. От яркого света у него помутилось в глазах. С улыбкой на лице его встретила красивая и деловая девушка.

– По какому вопросу?

– Работу ищу!

Девушка начала копаться в терминале, и после непродолжительных манипуляций машинка одобрительно пискнула, от чего парень сморщился, и выдала талон.

– Вот, пожалуйста, ваш талон номер Л008! Будьте добры, подождите, пока вас вызовут.

– Да пофигу!

Девушка лишь улыбнулась и указала на свободный пуфик. Парень уселся на него и стал смотреть на табло, которое не спешило показывать его номер. В своих мыслях он почувствовал, что засыпает, и не заметил, как провалился в сон.

– Привет!

Парень открыл глаза. Перед ним стояла миловидная девушка. Зал был пуст.

– Ё… Я что, все проспал? – резко вскочив с пуфика.

– Ты симпатичный!

– Ага, спасибо! Вы уже закрываетесь?

– Ты симпатичный!

– Ты тоже.

Девушка стояла неподвижно, ее лицо застыло в одной мимике, говорил только рот.

– Так, я, это, пойду, наверно?

Девушка неестественно раскрыла рот, ее нижняя челюсть резко упала на грудь, превратившись в черную дыру, откуда с визгом вылезли зеленые щупальца и схватили парня за шею. Не ожидая такого поворота, парень взвизгнул и, пытаясь расцепить железную хватку, оттолкнулся ногами от новой знакомой, получив удар головой обо что-то твердое. Пелена сна рассеялась, и он резко открыл глаза! Над ним стояла толпа людей и недоумевала, что происходит. Парень так сильно оттолкнулся во сне, что влетел головой в стену, не на шутку перепугав весь зал. Девушка, выдавшая ему чек, подошла к нему.

– У вас все хорошо?

– Да, да! – почесывая затылок.

Девушка кивнула и указала пальцем на табло, где красным цветом горел номер Л008. Парень кивнул и проводил ее взглядом, пока она возвращалась к своему рабочему месту, а толпа зевак снова занялась своими делами. Резким рывком он вскочил и стал искать окно, над которым горел бы его номер. И вот оно, чудо! Парень быстро занял место и стал ждать девушку, которая придет. Но место работницы пустовало. Парень перепроверил номер на табло и, опустив глаза, вздрогнул. На месте, где секунду назад никого не было, уже сидела миловидная старушка.

– Прости, внучек, не хотела тебя напугать! – Миловидная старушка одарила его улыбкой, и, не дожидаясь ответа, выпалила прямо в лоб: – Это точно твой номерок?

– Да!

– Не украл ли ты его?

– Нет!

– Не купил ли ты его?

– Что? НЕТ!

– Зачем ты здесь?

Парень на мгновение растерялся, оглядываясь по сторонам.

– Мне нужна работа!

– Странно… – Бабуля нырнула под стол и, к удивлению парня, извлекла папку с его фото, на котором красовалась надпись: Л008. – Ну-с, сейчас посмотрим на твои "заслуги"!

– Я что-то, бабка, не догоняю. Откуда у вас моё досье?

– Боишься? Есть что скрывать? Да не бойся, сама боюсь! – Она расхохоталась звонким, неожиданно молодым смехом, открыла папку и почесала затылок. – Мда, внучок, отличился ты знатно, конечно. Ну ничего, даже ты можешь пригодиться. – Бабка щёлкнула пальцами перед носом парня, отчего тот вздрогнул. – Реакция у тебя, однако, хорошая!

– Я не понимаю, к чему это всё?

– Ой, да ладно тебе быть таким серьёзным! – Бабушка включила компьютер и принялась что-то быстро печатать, что совсем не вязалось с её возрастом.

– Так что по работе?

– Будет работа!

– Можно узнать, какая? – Парень подался вперёд, а руки предательски задрожали – похмелье начинало брать верх. Чтобы скрыть это, он положил ладони на стол.

– Что, ручки шалят?

– Да, проблемы со спиной.

Милая бабушка, в мгновение ока преобразившись, наклонилась к парню и серьёзно произнесла:

– А вот это ты, парень, брось! Ещё раз соврёшь или попытаешься дуру из меня сделать, я тебя без работы на всю жизнь оставлю!

– Простите! – проглотив слюну, выдохнул он, не ожидая такой резкости.

– Ну вот и ладненько, – вновь засияла довольная бабушка. – Так, нам надо подписать кое-какие документы, и завтра с утра ты уезжаешь. Время 5:40, автовокзал нашего города, не заблудишься.

– Что? Куда?

– Ой, вот старая балда! Деревня "Брод". Туда автобус ходит.

– Подождите, я не согласен! – Парень поднялся и начал медленно пятиться к выходу.

– Макс. Давай честно, тебе, кроме этого, ничего не светит. Сядь, пожалуйста.

Парень медленно подошёл и сел на место, глядя, как его данные заносят в компьютер.

– Чем я там буду заниматься? – опустив голову, пробормотал он.

– Ой, да ладно тебе сгущать краски! Не всё так плохо, работа на свежем воздухе. Ох, а какие девушки там… пальчики оближешь! Вот сам увидишь! Да, кстати, тебе сейчас придёт аванс! Получишь его через кассу банка по соседству. Прости, не провожаю, ты у меня последний клиент. Всего доброго!

Ошарашенный, парень встал и направился к выходу, сжимая в руке талон. В голове пульсировала мысль: «Да пошли они на…!» Но вдруг знакомый голос бабушки остановил поток мыслей.

– Ой, чуть не забыла! Не забудьте оценить на выходе качество моей работы! Спасибо, Макс!

– Хорошо.

У терминала его ждала миловидная девушка, которая подвела его к экрану:

– Будьте добры, оцените качество работы нашего сотрудника.

– Пять.

– Большое спасибо!

Макс толкнул железную дверь и вышел на улицу. Прямо через дорогу виднелся банк с неказистым названием «Банк СельскоАгровогоДела».

– Приехали! – Парень рванул через дорогу и, распахнув дверь, влетел в банк. Стоит ли говорить, как у него всё горело от предвкушения, что он получит деньги, которыми зальёт пожар души, а потом кинет несчастную контору. С улыбкой он подбежал к кассе, где, к его удивлению, не было очереди.

– Мне сказали, я могу аванс получить.

– Табельный?

– Чего? Мне ничего не сказали про табельный!

– Табельный?

– Да пошла ты!

– Табельный?

Парень начал разворачиваться, но забавная мысль пронзила его мозг. Он резко обернулся и выпалил:

– Л008!!!

Девушка молча подняла глаза. От этого взгляда у парня пропал дар речи, будто это последняя шутка в его жизни. Повисла тишина. Не выдержав взгляда кассирши, парень молча поклонился и собрался уходить, но в затылок прилетела фраза:

– Максим, какую сумму вы желаете снять?

Парень медленно повернулся назад, ожидая увидеть ещё одного парня с именем Макс, и, убедившись, что они наедине, облокотившись на выдвижную дверцу кассы, спросил: