После того, как мир сгорел

«У нашего города серьёзнейшая проблема. Как можно скорее ты должен прибыть ко мне».

Прочтя это, Стим захотел наплевать на все дела конгломерата и тут же побежать к отправителю этого сообщения. Но тут он услышал мелодичный женский голос, назвавший его фамилию.

– Господин Касс?

–Что?

– Вы ведь Стим Касс, правильно?

Голос принадлежал симпатичной блондинке по имени Ами, совсем недавно принятой в конгломерат, но уже успевшей положительно зарекомендовать себя со всех сторон. К сожалению, она работала в команде Орина – извечного конкурента Стима.

– Конечно, это вы, – продолжила девушка, – вечный опаздун.

– Я предпочитаю термин опаздовальщик.

– Пойдёмте скорее, опаздовальщик, вас уже давно ждут. Между прочим, вы пропустили еженедельное собрание.

В двери кабинета главы «Конгломерата технического развития общества» раздался стук. Стучавший вошел и, не дожидаясь ответа, промямлив невнятное извинение, сел на свободный стул. Два чёрных глаза руководителя конгломерата начали со злостью сверлить опоздавшего.

– Мирга, убери от меня свои бормашины, ты же знаешь, я не специально опаздываю.

– Стим, ты самый несносный человек в моём подчинении.

В тринадцатом конгломерате Мирга была не первой женщиной, но на данный момент единственной, чем она всегда очень гордилась. Научные способности главы конгломерата инженеров были скромные, но организаторские и дипломатические выше всяких похвал.

При каждом конгломерате был исполнительный комитет, который помогал главе конгломерата. Когда Миргу назначили руководителем, она решила внести в комитет свежую кровь. В комитет были включены несколько молодых и перспективных инженеров и техников, в том числе и Стим. Надежда была на то, что молодые люди предложат новые масштабные прорывные проекты, и первоначально Стим бурно включился в его работу. Он уже давно пытался выбить средства на масштабные исследования электромагнитного поля, так как был уверен, что этот щит планеты начинает медленно, но верно восстанавливаться, а если понять механизмы этого восстановления, то есть вероятность, что их можно будет ускорить. Впрочем, он понимал, что мог и ошибаться, ведь его исследования по этому поводу ограничивались городом и городскими окрестностями. Для полной картины были необходимы исследовательские станции в других пустынях.

Но его идеи поддержки не нашли. А вскоре эффективность совещаний касательно новых масштабных проектов стала почти нулевой, так как все вносимые предложения вызывали бесконечные споры о целесообразности затрат на них. Издержки равноправия – как называл это Стим. По возможности он на эти совещания не приходил, предпочитая вместо пустой болтовни воплощать в жизнь собственные идеи. Да и по своей натуре Стим был индивидуалистом и всегда предпочитал спокойно работать в одиночку, пусть и с меньшей эффективностью, но без постоянных трений с окружающими (но если требовала работа, ломал себя полностью). Потупив глаза в пол, он сделал вид, что ему очень стыдно.

Как только всеобщее внимание покинуло опоздавшего, Стим стал писать сообщение Старику, что задержится. Встреча со Стариком была назначена гораздо позже, да и Старик никогда сам не выходил на связь, а значит, случилось что-то действительно серьёзное. Самое ужасное было то, что конференция всегда длилась 2 часа – так было предусмотрено регламентом. Время для Стима тянулось неописуемо долго. Каждая минута ожидания словно вытягивала из него жилы. После окончания регламентированного времени он первым встал из-за стола и чуть ли не бегом направился к выходу, но тут его остановил Джи – заместитель Мирги.

– Стим, подожди, и всех остальных членов конференции я прошу не расходиться. Не волнуйтесь, я не займу много вашего времени, но вопрос, который я хочу сейчас поднять, очень важный, – авторитет этого человека был очень высок, и даже измученный Стим сел на своё место.

– Я всегда трудился верой и правдой на благо нашего города и народа, живущего в нём, но боюсь, что скоро я не смогу выполнять обязанности заместителя главы конгломерата.

– Вы хотите отказаться от своего поста? – удивлённо спросила Мирга.

– Я – нет, но вот мой организм – да. Ни для кого не секрет, что я самый старый член нашего конгломерата. Во мне столько синтетики, что, наверное, меня можно было бы назвать биоробом, если бы я не умел говорить. Я уже чувствую скорое приближение смерти, поэтому хочу назвать людей, которых желал бы видеть на моём посту.

Все замерли. Потерю работоспособности медицина почти полностью исключила, а вот смерть исключать пока не научилась, и очень часто разного рода руководители оставались на своих должностях до самой своей кончины. Чаще всего на их место назначали людей, которых прежние руководители сами хотели видеть своими приемниками.

– Зам. главы всегда в большей степени занимается не административными или политическими вопросами, а научными. Поэтому я считаю, что на моё место более всего подходят Орин Бат и Стим Касс. Орин всегда отличался своим умением оптимизировать и снижать стоимость любого производства. Благодаря нему промышленные предприятия Города самые эффективные в мире. А Стим…хм… он, конечно, странный парень и смотрит на мир не так, как большинство из нас, но, наверно, именно поэтому все его изобретения, несмотря на свою нестандартность, приносят много пользы. Для того, чтобы лучше понять возможности обоих кандидатов, я предлагаю перейти от слов к делу.

– Что вы имеете в виду? – спросили собравшиеся чуть ли не в один голос.

– Орин, помнишь, ты говорил, что купил какие-то старые чертежи летающих машин у торговца из соседнего города.

– Да, я уверен, что раньше люди умели летать. Но чтобы заново создать такие машины, понадобится большая производственная и испытательная база.

– А ты, Стим, выдвинул теорию о том, что электромагнитное поле земли снова приходит в норму. И что якобы этому можно даже поспособствовать.

– Это, конечно, не касается инженерного дела, но всё же является важным научным вопросом. Хотя я могу и ошибаться, для полноты картины нужны…

– Крупномасштабные и дорогие исследования, как и в первом случае. Так вот, я предлагаю выделить средства обоим кандидатам, что бы выявить лучшего из них.

– Вы предлагаете нам потратить огромные материальные ресурсы на реализацию двух авантюрных проектов, – запротестовала Мирга, – которые, возможно, не будут иметь никакой пользы.

– Мы только и занимаемся модернизацией и обслуживанием старых производств. Когда мы в последний раз выделяли по-настоящему большие средства на новые крупные проекты? Какая польза от наших вечных споров, если они не приводят к действиям?

Вопреки словам Джи, совещание продлилось ещё 2 часа.

Когда все разошлись, Мирга решила провести совещание со своим заместителем уже наедине.

– Мы же договорились, что ты назовёшь приемником Орина, а ты вдруг выбираешь Касса. Он тебя, наверное, укусил, и ты стал таким же сумасшедшим.

– А кто сказал, что я выбрал в приемники Касса? Я просто создал Орину достойного конкурента, а то этот мальчишка начал потихоньку зарываться. Ты слишком часто его хвалила, и такое внимание на пользу не пошло.

– Ты прав. Но что будет, если большинство решит назначить моим заместителем именно Касса? Я совершенно не смогу с ним работать.

– По-твоему выходит, что он перекусал всех в нашем конгломерате?

– Джи, но если работа Касса окажется успешной…

– Я очень надеюсь, что его работа окажется успешной, но не думаю, что она приведёт к его назначению на мой пост. Во-первых, на такую крупномасштабную работу уйдёт огромное время, я могу и не дожить, а во-вторых, я сомневаюсь, что мы сможем как-то практически повлиять на процессы восстановления электромагнитного поля. Хотя если эти процессы действительно происходят, мы должны иметь о них исчерпывающую информацию. И лучше всего на сбор этой информации подойдёт именно Стим, даже после моей смерти его работа в этой области должна будет продолжаться. Этот парень действительно очень талантлив, и в будущем его талант поможет тебе держать в узде Орина. Почаще сталкивай их лбами, соревнование между ними будет очень полезным.

– Джи, как хорошо, что ты такой хитрый.

– Конечно, хорошо, а то я был бы сейчас на твоём месте.

Стим не привык смотреть на людей снизу вверх, но Орин был намного выше, и Стиму пришлось задрать голову, чтобы взглянуть ему в лицо. Широкоплечий, с огромными руками и широченной грудью, этот гигант отличался не только острым умом, но и невероятной физической силой.

– Стим, – Орин не выдержал молчание первым, – тебе так же не хочется быть в руководстве конгломерата, как и мне. Но мы должны реализовать наши замыслы во что бы то ни стало, они слишком важны для Города, а если подумать, то и для всего человечества.

– Ты предлагаешь работать вместе?

– Ты лучше меня понимаешь, что это вряд ли возможно. Я предлагаю не мешать друг другу и по возможности делиться полезной информацией и ресурсами.

– Согласен.

Они ударили по рукам, и как только лифт достиг первого этажа, Стим почти бегом направился к выходу, чем очень удивил своего коллегу.

Глава 5. Миром правит дефицит

На границе кварталов, где жили инженеры и работники горного дела, был расположен одноэтажный приземистый дом, совершенно не вписывающийся в окружающую архитектуру. Простое квадратное здание из жёлтого кирпича. Два окна и дверь и никаких особых примет. Никто из окрестных жителей не помнил, когда был построен этот дом и менял ли когда-нибудь этот дом своего владельца. Никто не помнил имени этого человека, и все называли его просто Старик. Большинство местных было уверенно, что Старик жил здесь с момента основания города.

В городе учёные и учителя не имели своего квартала. Жили они в тех кварталах, производственная деятельность которых была ближе их научной специальности. Объединялись учёные и учителя в самый маленький по численности конгломерат: «Конгломерат фундаменталистов». Учителя в школе не могли полностью раскрыть потенциал мальчика, который на голову превосходил всех детей в классе, и родители стали искать ему учителя для факультативных занятий. Старик и стал этим учителем. Старик, будучи не только фундаменталистом, но и горным инженером, зарабатывал не столько уроками, сколько поисками подземных источников воды для города. Стим Старику очень понравился, и вскоре они стали работать вместе.

У двери дома изрядно запыхавшегося Стима встретил РЧ-44 – биоробот-слуга. Проводив гостя в кабинет Старика, он вручил ему бутылку холодной воды, и гости с жадностью стал опорожнять её.

– Пей побольше, – сказал хозяин дома вместо приветствия, заходя в свой кабинет. – Возможно, в скором времени нам нечем будет утолять свою жажду.

Низкий хриплый голос старика всегда звучал очень зловеще, сейчас же его слова прозвучали, словно пророчество о втором апокалипсисе.

– О чём ты говоришь? Под городом полно воды. Месяц назад было найдено несколько новых очень больших подводных озёр.

– Точнее три. И идиоты в тринадцатом конгломерате отменили почти все ограничения по эксплуатационному расходу воды, что вызвало резкое сокращение наших старых запасов. Они истощатся приблизительно через месяц.

– Согласен, это была большая глупость, но она не фатальна. Будем жить на новых и расходовать их более рационально. Старик, по-моему, ты сильно драматизируешь ситуацию.

– Драматизирую, говоришь, – Старик протянул Стиму бутылку с мутной сероватой жижей. – Попробуй выпить вот это.

– Спасибо, что-то я уже напился.

– А другой у нас больше не будет. Такая вода находится в новых источниках. Во всех трёх! Она даже для растений непригодна. Эти кретины из магистрата искали воду с помощью нового ультразвукового способа и даже не удосужились проверить её качество. Знаешь, сколько времени уйдёт на постройку очистных сооружений, которые смогут обеспечить чистой водой весь город? Если начать постройку прямо сейчас, то, по моим подсчётам, целых два месяца.

– Старик, почему ты раньше ничего не сказал?

– Я только сегодня взял пробы, – Старик взял долгую паузу, чтобы Стим смог как следует переварить сказанное. Молодого человека будто парализовало в этот момент. Полчаса он, словно статуя, не шевелился и молча смотрел в пол.

– Кто- нибудь знает о том, что ты здесь? – спросил хозяин дома, нарушив наконец тишину.

– Нет. Хотя да. Гелджер знает, впрочем, он знает обо всех наших встречах, для него научные дискуссии совершенно неинтересны. А кто ещё знает о текущем состоянии дел?

– Никто, кто мог бы разболтать в лишние уши. Сейчас главная проблема состоит в том, чтобы эта информация попала в правильные руки. Слухи об отсутствии воды уничтожат город быстрее, чем само отсутствие воды.

– Согласен. Но власти должны узнать об этом, они и должны решить эту проблему.

– Узнают. Но вся эта бюрократия поворачивается медленно. Сегодня же, сейчас же начинай поиски воды подальше за пределами города, чтобы тебя никто не увидел. Если найденных тобой запасов хватит хотя бы на месяц, то мы спасены. Конечно, эти поиски потребуют бешеного эквивалента. Могу дать 10  килограмм золота прямо сейчас.

– Старик, материальную проблему за нас уже решили. – Стим не стал вдаваться в подробности и в общих чертах рассказал о случившемся на сегодняшнем совещании и о разговоре с Орином после. – Особенно мне понравились его слова о возможности делиться информацией и ресурсами.

– Ему нужны твои кооперационные связи.

– Это я и так понял.

– Зачем ты тогда согласился? Для тебя у него никаких полезных ресурсов нет.

– В его команде есть один нужный для меня ресурс по имени Ами с третьим размером груди.

– Ступай. И постарайся сейчас сосредоточиться на водных ресурсах.

Мирга была трудоголиком, и Стим не сомневался, что, вернувшись в здание общего собрания конгломерата, найдёт её в своём кабинете. На ходу Стим сочинял сказку о том, что вскоре будет очень сильное возмущение солнечного электромагнитного поля, которое особым образом повлияет на солнечный ветер, и что ему сейчас же нужны деньги на исследования, а иначе момент будет упущен. Внимательно выслушав Стима, Мирга ехидно улыбнулась.

– Вот какой же ты урод. Вот зачем ты мне врёшь? Я же одна из высших руководителей Города. Я бы и так всё узнала. Вот что мне теперь с тобой делать? Старик-то подумал, что ты попросишь деньги со своего проекта на поиск воды предоставить, и мне отписал, чтобы я согласилась, а ты мне вместо этого соврать решил.

Стиму от стыда захотелось выпрыгнуть в окно. Но желание выжить и высказать Старику пересилило.

– А от куда ты его знаешь? – еле выдавил из себя молодой человек.

– Старик был и моим учителем тоже. – Мирга тяжело вздохнула и продолжила: – Он решил, что будет правильно отправить несколько поисковых групп в частном порядке в помощь властям. Ты уникальным не будешь, не обольщайся. Иди в казначейство, нужные средства тебя уже ожидают.

– То есть ты…

– Я доверяю авторитету моего учителя. Если он говорит, что ты умеешь вести поиски воды даже лучше, чем специальные городские службы, то я ему верю. Хотя надеюсь, ты просто там сгинешь. И никогда больше не вздумай мне врать, а то я тебя в тюрьму отправлю.

По дороге в казначейство, поборов негативные эмоции, Стим написал сообщение Гелджеру: «Завтра обязательно как можно раньше приходи ко мне домой! Трезвый!»

Старик сказал начинать поиски воды немедленно, но Стим решил потратить сутки, чтобы как следует подготовиться. В пустыне было неисчислимое количество опасностей, и выжить там могли очень немногие. Например, караванщики.

Города могли существовать автономно, но спрос всегда рождает предложение, и некоторые материалы, техника и другие товары производились исключительно на экспорт. Таким образом, караванщики соединяли каждое независимое звено в одну цепь, создавая новую модель мировой экономики. Впрочем, дефицит воды никакой импорт компенсировать не мог, и любой город, оставшийся без неё, быстро вымирал.

И вот однажды люди из такого вымирающего города создали портативную систему переносных куполов и стали вести кочевой образ жизни, перемещаясь от одного «оазиса» к другому. Эти кочевники быстро пристрастились к грабежу караванов, а вскоре и к разорительным набегам на города – месть за то, что их жители не помогли своим соседям в трудную минуту. Города рождались, перерождались и умирали, а вместе с ними рождались, перерождались и умирали новые племена пустынных варваров, отколовшиеся от начальной группы. Постепенно эти варвары сформировали свою собственную культуру и стали жить в обособленности от людей, проживающих в городах. Впрочем, торговать с городами и грабить те же самые города было вполне допустимо.

Стим, конечно, не был антропологом ни с какой стороны, но природное любопытство и здесь взяло верх. Стим много прочитал об их быте и культуре, много общался с теми, кто заезжал в город (за халявой, чего бы не поговорить). В общем, о варварах молодой человек знал более чем достаточно. И в некоторых аспектах даже уважал.

Кроме недостатка пищи, воды и высокой радиоактивности, в пустыне было полно опасных животных. Некоторые из них были ядовиты, некоторые съедобны, а некоторые сами могли съесть человека в один присест. И в этих условиях люди не просто выживали, а ухитрялись процветать. К тому же хотя горожане называли их культуру варварской, наука и техника была развита у кочевников не хуже, чем в городах, особенно в военном плане.

И всё же главная опасность исходила не от кочевников и даже не от радиации. Главной опасностью были очень агрессивные низкие человекоподобные создания, всегда ходившие в плотных защитных комбинезонах, закрывающих всю поверхность их тел. Кожа у них пигмента не имела и была мутновато-серого цвета. Глаза у них были безжизненные и затуманенные, словно у мёртвой рыбы, только тоже без пигмента. Резцов не было, на их месте были клыки. Они ели всё подряд, а вернее, всех подряд, от червей до людей. Радиационный фон для них был вполне приемлем и никаких помех не создавал. У них был собственный, совершенно непонятный человеческому уху язык, своя письменность и своя техника, приспособленная для их телосложения. Из всего, что они говорили, отчётливо было слышно лишь: «сллъикх». Так они обращаются друг к другу. Из-за этого тварей назвали сликами. Многочисленные теоретики выдвигали огромное количество порой диаметрально противоположных теорий о том, как и когда люди выродились в этих монстров. Но все они сходились в одном: вернуть человеческий облик сликам не получится.

Громкий выстрел вывел Гелджера из полусонного состояния, в котором он брёл от самого своего дома до лаборатории Стима. Сначала Гелджер взволновался, но поняв, что это не перестрелка, медленно побрёл к небольшому оврагу за ангаром, где изобретатель устроил полигон. Гелджер уже спускался по пологому склону оврага, когда внушительных размеров пушка снова выстрелила, но на этот раз длинной очередью, превращая железобетонную стенку в груду строительного мусора. За ней, с глухим жужжанием свою очередь выдала пушка поменьше.

– Словно гигантский испорченный перфоратор работает. Инженеришка, почему все твои изобретения так странно шумят? – спросил Гелджер.

Стим был в наушниках и с увлечением заряжал увесистую ленту. Стим не услышал друга. Тогда Гелджер решил произвести на пробу несколько выстрелов из крупнокалиберного орудия, чем вызвал, как ему показалось, ещё более громкий шум. Стим от неожиданности чуть сальто не сделал.

– Идиот! Так же можно и инфаркт получить!

– Сердце у тебя искусственное, выдержит, а за стеной в наушниках нечего ходить. Сожрут ведь, если, конечно, мясо найдут. Чего звал-то, на новые пушки посмотреть?

– Они старые, я для них новые снаряды испытываю. Двойные, с сердечником из осмия – самый тяжёлый металл на земле.

– Как понять двойные?

– Смотри, – Стим вынул один снаряд из ленты, – у них две гильзы с двумя зарядами пороха. Первый заряд срабатывает как в обычных снарядах, а второй – через четверть секунды после первого, придавая снаряду повторное ускорение. Благодаря этому дальность полёта у такого снаряда – 15 километров. А если цель близко, то второй заряд срабатывает сразу после попадания, увеличивая пробивную силу. Видишь: бетон насквозь, как песчаник. Правда, пришлось внутри второй гильзы нарезы сделать, чтобы дополнительный вращающий момент снаряду придать для устойчивости, так что не думаю, что военных эта разработка заинтересует – уж слишком дорого. Не ожидал, что ты так рано придёшь, я ещё не всё подготовил к экспедиции.

– Какой ещё экспедиции?

– В пустыню. Видишь вот, снаряжение проверяю. Надеюсь, ты на ближайшую неделю ничего не планировал?

– Инженеришка, а кто тебе сказал, что я буду участвовать?

Стим проигнорировал эту фразу:

– Один мой знакомый хорошо зарекомендовал себя по части разработки экзоскелетов. Я тут специально для нас приобрёл парочку.

– Круто. Но я не собираюсь никуда ехать.

– Думаю взять с нами ещё троих человек и пару моих биороботов, чтобы испытать их в полевых условиях.

Гелджер увидел, как монстры, сидящие неподалёку, открывают рты, но не произносят ни звука. На шеях у них красовались ровные свежие стяжки.

– Ты всё-таки удалил им голосовые связки?

– Не я, а биомеханик. Пришлось, я так и не понял, почему они постоянно орут. – Стим нажал на гашетку, и «испорченный перфоратор» выдал ещё одну очередь, за 2 секунды расстреляв всю ленту, разметав железобетонную стену как карточный домик. – Отлично, сейчас поставим обе пушки на машину и за наёмниками. М-1, М-2, встать, поставить обе пушки на оружейные турели машины, зарядить и укомплектовать боеприпас, полностью подготовить машину к поездке.

– Ты сейчас собираешься в «Северный ветер»?

– Да. Подъедем к нему на моей малышке как можно ближе, заодно второй движок обкатаем.

Монстры быстро исполнили приказанное. Не прошло и 5 минут, а Гелджер и Стим уже заезжали в город через Северные ворота.

– Слушай, – сказал Стим, заведя второй мотор машины заглушив первый.

– Ни чего не слышу. Этот твой новый движок точно работает?

– Газотурбинный. Тихий как мышь и мощный как подземный ящер. Жрёт, правда, очень много, и в обслуживании капризный. Я его вперёд поставил, а дизель назад, лобовую броню тяжелее пробить. И ещё смотри, – Стим открыл небольшое отделение слева, напоминающее бардачок. Гелджер никак не ожидал увидеть там запаянный в стеклянный футляр серо-белый ошмёток плоти с торчащими из него проводами. – Это вспомогательный вычислительный центр бортового компьютера. Когда биомеханник биороботам голосовые связки удалял, то одну машину нечаянно запорол, ну, думаю, не пропадать же его мозгу зря.

– И что эта мерзость делает?

– Эта мерзость позволяет компьютеру анализировать не только цифровую информацию с датчиков, но и воспринимать физическое взаимодействие автомобиля с окружающем миром, подобно живому организму. Для систем прицеливания, навигации и технического контроля это просто клад.

– Я ничего не понял, но верю, что круто. Кстати, ты не проверил, правильно ли твои роботы всё сделали?

– В этом нет необходимости. Я уже говорил, что они мыслят не алгоритмами, как компьютеры, а как мы с тобой.

– Слушай, я, конечно, помогу тебе найти нужных ребят, но ехать куда-то сам не собираюсь.

Гелджер часто играл роль посредника, когда Симу, в основном для дел конгломерата, нужны были наёмники. Но сам ни разу не выезжал со Стимом в пустыню, хотя ему всегда этого хотелось. Парни, которых нанимал Стим на те или иные дела, наперебой рассказывали о лучших приключениях в их жизни. Но только Гелджеру хотелось, чтобы Стим упрашивал его пойти вместе. Поэтому, когда полчаса спустя два друга заходили в бар, Гелджер, едва не прыгая от радости, корчил угрюмую гримасу.

– Скажи хотя бы, куда мы направляемся и зачем, – спросил он с максимально возможным негативом в голосе.

Гелджер умел хранить секреты, да и Стим, в отличие от Мирги, врать ему не хотел, но всё же инженер не решился рассказать ему об истинном положении вещей и ограничился историей, произошедшей на собрании.

– То есть ты хочешь сказать, что мы попрёмся рисковать своими жизнями в пустыню ради должности, которая тебе на фиг и не нужна?

– Не ради моей должности, а ради будущего всего нашего города, – и тут Стим сказал абсолютную правду, – и конгломерат хорошо оплатит этот риск, – подытожил он.

Эту же историю Гелджер рассказал бармену, а бармен всем желающим заработать много золота за короткое время. Таких набралось немало, и Гелджеру пришлось изрядно потрудиться, чтобы отобрать троих самых достойных.

Наконец, когда все дела были улажены, двое друзей отправились к машине ждать наёмников, ушедших собирать своё снаряжение. Каждый караванщик всегда рассчитывал только на себя и своё снаряжение, какими бы тщательными н были приготовления нанимателя.

– Стим, а какова моя доля? – спросил Гелджер с плохо скрываемым интересом.