После того, как мир сгорел

Пока некоторые занимались ремонтом, Каил нёс вахту стража на месте стрелка в машине, Нир тем временем разбирал оставшиеся боеприпасы, а вернее, выкидывал пустые коробки из-под патронов.

– Гел, смотри. М-2 встать – один из биороботов встал – помнишь, я говорил, что верхний и нижний приводы взаимозаменяемы? Я сейчас нижний сломанный на верхний целый заменил.

– Круто, у нас теперь есть боевой робот без рук. Он сликов как, топтать или пинать будет?

– Смысл в том, что он сможет до мастерской сам дойти, и его оставлять здесь не придётся, сарказм ты наш ходячий.

– А с другим что?

– Ему всю кибербионику разнесли. Восстановить его можно только в лаборатории. Я потом сюда вернусь и заберу его.

– Либо одного оставить и потом забрать либо двоих. Вот уж тонна выгоды. К тому же дикое зверьё объест всё мясо и кожу у этого, пока ты будешь за ним возвращаться.

– Стим, а ты из наглухо поломанного привод один вынь и в полу поломанного вставь, – предложил Репсо. – как ты не догадался сразу?

– А он сам никогда не допетривает, как правильно использовать свои же изобретения.

Выругав себя за недогадливость, Стим пошёл ко второму биороботу, лежащему возле машины, на которой его наверх и затащили. Лицо Нира возвещало плохие новости.

– Наниматель, патроны к пулемётам кончились, – проводник намеренно говорил очень громко, чтобы услышал весь отряд. – Мин тоже не осталось, я их все на минную полосу израсходовал. На 57-миллиметровую пушку осталось 14 бронебойных. ОФЗешки на неё закончились ещё в ущелье. На 30-и миллиметровую пушку осталось 21 БЗТ и 34 ОФ снаряда. На индивидуальное стрелковое осталось около 60% боекомплекта и гранат у нас ещё две дюжины, но что от этого толку против техники.

– Понятно. Внимание всем! Как только отремонтирую биоробота, грузимся в машину. Останавливаться на сон, еду и прочий отдых больше не будем, только для заправки и нужду справить. Кстати, сколько у нас топлива осталось?

– С этим как раз всё в порядке. Топлива до Города 2 раза хватит.

– Отлично. Жалобы, замечания, предложения?

– Если ты мне, – спросил из башни Каил, – то нету никаких жалоб. В конце концов, наша работа – это бизнес настоящих мужчин.

Стим начал демонтаж нижнего привода М-1, когда услышал: «Ещё один враг». Каил, как всегда, был зорок.

– Далеко. По дальномеру 9341 метр. Одна машина. Очень необычная. У неё какие-то трубы над кормой. Никогда у сликов такой не видел.

Стим не воспринял одну машину как серьёзную угрозу, но всё же решил не рисковать.

– Репсо, тебе долго ещё?

– Последний осколок вытаскиваю. Кое-где повязки надо наложить и всё.

– В машине наложишь. Уезжаем сейчас же. Не хочу быть под постоянным наблюдением противника.

– Значит, наш робот-охранник всё же будет безруким, – не упустил Гелджер возможность поддеть Стима ещё раз.

Стим ещё раз выругал себя за глупость и уже собрался было сесть в машину, но внезапно он увидел, как из машины сликов вылетела маленькая огненная искорка, и эта искорка летела в сторону отряда, с безумно большой скоростью увеличиваясь в размерах. Стим даже не успел никого предупредить, когда эта искорка врезалась в машину, оглушив его самого мощным взрывом.

Глава 10. Везёт достойным

Его разбудили звуки выстрелов. Неприятно было признавать, что это дело становилось привычным. «Скоро звуки выстрелов по утрам начнут заменять будильник. Я же инженер, а не солдат или наёмник. С какого перепуга я должен так… почему у меня во рту песок?» Через секунду он всё вспомнил, распахнул глаза, выплюнул песок изо рта, достал пистолет, который, к счастью, не выпал из кобуры, обнаружил лежащего рядом с собой бородатого громилу с пулемётом. Одежда у громилы была на манер песочного комбинезона слика, и если бы не внушительные габариты, то Стим, наверно, не до конца очнувшись, выстрелил в него.

Громила довольно уверенно вёл огонь по их общему врагу. Стим поднял голову, огляделся и увидел вокруг ещё дюжины две фигур, носивших подобный камуфляж.

– Ты их не достанешь отсюда из пистолета – обратился к Стиму пулемётчик.

– Я его инстинктивно вытащил, – ответил тот, а про себя подумал: «Ну что ж, эти нас хотя бы не сожрут».

Стим не сразу осознал, что его довольно далеко оттащили от машины. Восстановив ориентацию в пространстве, он смог разглядеть свою догорающую машину. Ужасная вонь горелого жира, которую он почувствовал даже на таком расстоянии, свидетельствовала о том, что двое членов команды догорали вместе с ней. «Топлива до Города 2  раза хватит», – повторил он слова Нира, по случайности ставшие приговором.

Вонь сгоревших товарищей окончательно привела его в чувства. «Вонь! Респиратор! Как же я сразу не осознал, когда песок выплёвывал?» Тут был небольшой выбор: либо возможная смерть от пули, либо задохнуться в агонии.

– Куда ты пополз? Пристрелят, дурень! – заорал варвар-пулемётчик.

– Мне нужно найти мой респиратор. Без неё мне всё равно конец, – Стим выбор сделал.

Громила был несколько смущён невнятным ответом. Но что возьмёшь с контуженного?

Стим натянул свою куртку на нос и принялся методично и тщательно, насколько это получалось под огнём, искать свою фильтрующую маску.

– Стим, сюда! Он у меня, – гнусавый ор Репсо звучал сейчас лучше голоса родной матери.

Репсо прятался в небольшой расщелине, рядом с ним находился ещё один варвар, как и его соплеменник неплохо обращающийся с пулемётом. До расщелины было примерно 150 метров по горячему песку под пулями по-пластунски, стараясь не дышать лишний раз, ведь каждый вздох буквально приближает смерть от удушья, впрочем, как и любое, даже секундное промедление. Стим смог доползти, ему очень хотелось жить.

– Но он весь в песке и в пыли, – сказал Репсо и протянул респиратор товарищу.

Нисколько не смутившись, Стим взял респиратор и отстегнул первый внутренний слой.

– Там ещё и третий слой есть.

Надев респиратор и сделав самый глубокий вздох в своей жизни, вместо облегчения Стим почувствовал острую боль в бронхах и лёгких. Началось удушье. Пришлось тут же снять маску, чтобы откашлять смесь мокроты, слизи и крови. Репсо что-то вколол ему в плечо. Через несколько минут боль стала терпимой, и удушье прошло. Как только Стим смог начать нормально дышать, он тут же начал задавать вопросы.

– Что произошло и сколько я пробыл в отключке?

– Вот, проглоти 2 этих капсулы. Они способствуют усиленной регенерации плоти. Для твоих лёгких сейчас самое оно. Запей.

– Ну рассказывай, – потребовал Стим, выпив лекарства.

– Нас вместе с Гелом тоже оглушило взрывом. В казино нам можно больше не ходить, мы всю удачу потратили на то, что никого не убило осколками. Очнувшись, мы заметили, что их драндулет уже подъезжает к холму, и с ним 3 лёгких броневика, наверно, те, которые сбежали от нас в предыдущем бою. Я решил оттащить тебя подальше от места намечаемой стычки. Хотя выиграть мы с Гелом и не намеревались. Респиратор слетел, когда я тебя волок, я не сразу заметил. Побежал обратно, нашёл, но тут слики и попёрли. К счастью, их машины не смогли на самую вершину холма заехать, и я уж обрадовался, что мы хоть нескольких с собой заберём. Тут варвары к нам на помощь подоспели, ну а дальше…

– Дальше понятно. Они нас спасли, но отпустят ли они нас после боя?

– Тут один из них всё слышит, – пулемётчик обратил на себя внимание. – Что с вами делать, решит командир. А если не захочет решать, отдаст президенту. Он и решит. Или парламент.

Варвары довольно уверенно атаковали сликов. Воспользовавшись своим численным преимуществом, они их окружили и смогли быстро закончить бой.

– Эй, похоже, Гел очаровал наших спасителей, – сказал Репсо Стиму, выбираясь из их временного убежища.

Гелджер как ни в чём не бывало болтал с невысоким блондином, на котором почти не было видно следов киберизации. Своей безупречной осанкой и повелительным тоном блондин говорил, что является командиром.

– Капитан Самрасад, – представился блондин, когда Репсо и Стим под становящимися всё менее дружественными взглядами подошли ближе.

– Представляете, капитан был в Городе примерно год назад …

– Год и 2 месяца, – поправил командир.

– Да. И он даже видел пару моих боёв.

– Для меня было огромной неожиданностью и честью вступить в бой вместе со столь знаменитым и доблестным бойцом.

– Ну уж не столь знаменитым.

Гелджер никогда не отличался скромностью, особенно касательно его выступлений на ринге. «Он, конечно, правильно всё делает, но надо будет подколоть его по поводу прогибов», – хорошая мысль сама собой родилась в голове Стима.

Громкий взрыв у подножья холма и крики проклятья прервали милую беседу.

– Капитан, они опять успели взорвать машину, – донеслось откуда-то снизу.

– Я слышал, – в раздражении выпалил тот. – Месяц поисков в заднюю дыру.

– Двоих ранило.

Капитан лишь зарычал в бессильной злобе.

– Я так понял, вы охотились за той же машиной, что уничтожила нашу?

– Точнее, за её самонаводящимися снарядами. Слики их недавно придумали, но уже пожгли нам много техники. Мы нападаем на все патрули, в которых замечаем это оружие. Но эти хитрые твари возят взрывчатку прямо в салоне и тут же подрывают себя, когда возникает угроза захвата. Ну, теперь уже ничего не поделаешь. Придётся возвращаться домой с пустыми руками. Почти. А знаешь, Гелджер, – продолжил Самсард после небольшой неловкой паузы, – у нас в капитолии тоже есть арены для боёв. Было бы неплохо увидеть, чего стоят наши бойцы против тебя.

– Капитолии? – переспросил Гелджер.

– Так варвары называют свои временные стоянки, – пояснил Стим.

– А ещё они не любят, когда их называют варварами, – сказал, посуровев, Самсард.

– Ну что ж, прокатимся до капитолия, с удовольствием выступлю против ваших бойцов, – тут же весёлым тоном выпалил Гелджер. – Только я не вижу вашего транспорта.

– Он в нескольких километров от территории сликов. Из-за этих снарядов нам приходится заходить на их территорию пешком.

– У меня тут где-то сумка медицинская потерялась. Можем мы немного задержаться и поискать её? – спросил Репсо.

– Не возражаю. Остатки сликов всё равно надо осмотреть. К тому же надо посчитать остаток боекомплекта и перераспределить его. Мы выдвигаемся через 30 минут, так что если в вашем лагере было что-то ценное, то ищите его быстрее.

– Осталась у меня тут одна штука, – сказал Стим хитрым тоном. – М-2, встать.

Биоробот восстал из своей засыпанной песком могилы, как монстр из ночных кошмаров, немало напугав окружающих варваров, и смог сдуть ореол власти с командира, когда тот взвизгнул от неожиданности.

– Вот видишь, Гел, наш робот-охранник всё же будет с руками. Я за 30 минут его починю.

Стим уже подошёл ко второй испорченной машине, когда Самсард начал, наконец, брать себя в руки.

– Я не позволю брать эту штуку с собой, – всё ещё визжащим голосом заявил он.

– Капитан Самсард, вы нас пристрелите раньше, чем биоробот покончит со своей первой жертвой. К тому же после смерти оператора-командира биоробот перестаёт двигаться. Это специально сделанный предохранитель, чтобы биоробот своих по ошибке не убил. (На самом деле программист из конгломерата «Информационной базисной структуры», который работал над софтом биоробота, написал программу, позволяющую отличать противников от союзников и убивать их даже после смерти хозяина, но Самсарду об этом не надо было знать). К тому же мы не дойдём пешком до нашего города, просто погибнем в пустыне от жажды, – видя колебания Самсарда, Стим добавил: – А ещё он сможет понести раненых, и не только их. У него грузоподъёмность – тонна. Думаю, это пригодится, учитывая, сколько нам предстоит идти до вашей техники.

– Ладно. Но за твоей спиной теперь постоянно будет солдат.

Как и положено, через 30 минут группа варваров численностью примерно в роту выдвинулась строго на запад. Вместе с ними шло трое не то пленных, не то союзников. Стим довольно долго анализировал произошедшее на холме и в особенности разговор с командиром Самсардом. И у него возникло много сомнений по поводу слов варваров. Был поздний вечер, когда колонна вышла на покрытый песчаными дюнами участок. Тут Стим и решил высказать свои сомнения командиру.

– Извините, можно спросить, – обратился инженер к Самсарду.

Самсард невольно посмотрел на нагруженного биоробота, идущего в конце колонны, затем на солдата прямо за спиной у Стима.

– Что тебе? – ответил наконец Самсард.

– Я никак не пойму, как вы охотились на машину с управляемыми снарядами, если у вас самих не было техники. Вы же не могли её пешком догнать.

– Мы устраивали засады. Трупоеды интенсивно патрулируют покинутый нами квадрат.

– А почему они это делают?

– Потому что через него лежит кратчайший путь по прямой от их города до вашего. Фиговый ты разведчик, раз тебе это непонятно.

– Ну, я же не совсем разведчик. Я за техническое обеспечение отвечаю. Но теперь мне всё понятно. – Стим и виду не подал, что удивлён информированностью варваров, и продолжил: – По поводу этого города нам надо будет серьёзно поговорить.

– Поговорим, когда достигнем капитолия. Завтра дойдём до расположения полевого парка техники. И ещё день пути на ней.

Стим отошёл от командира в молчании, продолжая обдумывать новую свалившуюся на него реальность.

– Да всё будет нормально, инженеришка, – сказал Гелджер вечером на привале, заметив задумчивость друга и приняв её за мрачность. – Я думаю, за хороший выкуп они нас отпустят. А знаешь, нам очень повезло, что этот Самсард побывал в нашем городе и видел пару моих боёв.

– Ты прав, нам везёт. Когда мы вели бои против сликов, я думал, что мы их чисто тактикой переигрывали, но на самом деле нам ещё и сильно везло. И сейчас нам очень повезло, что мы встретили именно этих варваров именно с таким командиром. А теперь ребята, послушайте историю, в которую наши друзья-варвары должны непременно поверить. Репсо, дай-ка мне свою сумку.

Глава 11. Жизнеспособность

– Мы провели неделю в пустыне. Довольно длительный срок, но недостаточный, чтобы попортить нам здоровье. Варвары в пустыне постоянно. Как получается, что они не страдают от радиации? – спросил Репсо, когда грузовик, в котором сидела троица путешественников, подъезжал к капитолию варваров.

– У них должно быть что-то, что создаёт магнитное поле. Проклятье, как же неудобно,  – грузовик имел специальные полки, которые были приспособлены для перевозки боеприпасов, но не людей.

– Вот и я про то же. Где антенны над их стойбищем?

– Наверное, на этом грузовике пустынные парни хотели трофеи везти, – вставил Гелджер.

– Значит, они создают магнитное поле каким-то другим способом. Это такие же люди, как мы, у них должно быть то, что их защищает.

Полусидя, полулёжа, на крайне неудобных полках, друзья всматривались в окружающий их чужой мир сквозь небольшие дырки в тенте. Деактивированный биоробот лежал на полу грузовика.

С точки зрения людей из города бытность варвара выглядела по-нищенски убого. Палатка – единственное жильё, которое мог позволить себе житель капитолия. Кое-где виднелись сборные панельные многоэтажные конструкции, служившие в промышленных, военных и прочих небытовых целях. Даже с большого расстояния были видны стыки, по которым идёт сочленение конструкций. При необходимости целый завод можно было разобрать и собрать в течение суток.

– У них же никаких условий для жизни, – возмутился Репсо, – ни алкоголя, ни клубов с барами. И вообще никаких развлечений.

– У них и электричества с газом в палатках нет. Голая философия выживания. Всё, что не помогает существованию, не нужно, – ответил Стим киберхирургу. – Однако мне очень интересно, как же они создают над стоянкой магнитное поле?

– Ты только у Самсарда не спрашивай, он и так себя дураком рядом с тобой чувствует. От него многое в нашей судьбе зависит. Не надо его лишний раз…

– Смотрите-ка, – прервал медик Гелджера, – похоже, у них не так всё плохо.

Слева от грузовика и двух сопровождающих его военных автомобилей высилось здание, сияющее своей роскошью на общем унылом фоне. Оно было такое же сборное, как и вся стоянка, но его стены были искусно отделаны мозаикой из декоративных материалов. Крыша была в форме купола, сделанного из дерева. Колонна их трёх машин свернула налево.

– Это Резиденция, – начал объяснения инженер, – здесь находится их политическая элита.

– Что значит политическая? – не понял Гелджер.

– Руководители. Группа очень большая. Народу почти как в целом городском квартале. Значит, и элита у них очень большая.

– Я слышал, ихнего главного называют президентом, – решил уточнить Репсо.

– Да. Его избирают все жители капитолия, имеющие на то право. Выбор идёт из членов организаций, называемых политическими партиями. Остальные члены партий, в свою очередь, избираются в орган, называемый парламент. Парламент принимает законы. Обычно время нахождения у власти как у президента, так и у членов парламента строго регламентировано.

– А зачем такие условности?

– Это создаёт иллюзию избираемости власти.

– Подожди, а какая между партиями разница??

– У партий есть свои философские доктрины и идеологии: свобода там, равенство.

– Ну а различие-то между ними в чём???

– Да ни в чём. Они по большей части одно и тоже.

– А эти люди из партий…

– Политики?

– Да. Они работают где????

– Нигде. Политики ничего не строят, ни производят и не оказывают никаких услуг. Они только руководят.

– Тогда за что их выбирают?????– не понял Гелджер.

– Ну, они же дают обещания, что при их руководстве всё будет лучше, чем вчера. У них же философия лучше, люди в их партии лучше и прочее у них лучше.

– И они верят этим политикам? Вот дикари! – воскликнули Гелджер и Репсо почти хором.

– Обычно в политики идут дети других политиков, ну или те, кто много золота накопить смог.

– Они же будут воровать по-чёрному, – возмутился Репсо. – Какой смысл им писать закон, если они имеют возможность его тут же нарушить?

– Обычно в группах есть ещё высшие, независимые суды и судьи, плюс партии должны работать за голоса избирателей против друг друга.

– А что им мешает всем меж собой договориться и жить в своё удовольствие за счёт всех остальных?

– Ничего не мешает. Так оно на самом деле и есть. В любой группе варваров люди у власти – это одно большое кубло. Вся эта избирательная система называется народной властью, как бы в издевательство. Только варварам это не говорите, а то они обидятся. Они же верят во все свои законы, свободы, права и прочую юридическую брехню.

– Какую брехню? – опять не понял Репсо.

– Юридическую. Юристы – это люди, которые законные права в суде защищают. Варвары вообще на своей свободе, своих правах и законах помешанные. Они из-за этого и кочуют. Осёдлый образ жизни налагает на человека много обязательств. Варвары это не любят. Они любят свободу.

– Возможно, если бы нужные для человека ресурсы были бы в изобилии, то такая система смогла бы сработать, – подумал вслух Репсо.

– Нет, не смогла бы. Даже если бы ресурсов было столько же, как до сожжения мира, распределение этих ресурсов в такой системе будет крайне несправедливо. Ты, я, Гел, Мирга – глава моего конгломерата – имеем почти одинаковый доход и одинаковый доступ ко всем ресурсам города. А ведь Мирга по системе народной власти почти президент. У нас только в криминальных кругах и магистрате богачи, но они политически бесправны.

– Ты живёшь богаче, – засомневался Гелджер.

– Так это потому, что я деньги налево и направо не раскидываю.

– Что же получается, у них никакой надежды?

– Есть надежда, что у них во власти будет элита со здоровыми амбициями и желанием оставить свой след в истории. Больше ни на что.

Грузовик остановился возле богато украшенных ворот здания.

– Знаете что, парни, – с улыбкой сказал инженер, – у меня на это очень большая надежда.

– Дух захватывает, – сказал Гелджер, выбравшись из грузовика, слегка одурев от красоты здания.

– Резиденция впечатляет, – тут же подсуетился Самсард, – дешевле было бы поставить золотой купол, но золото слишком тяжёлое, неудобно перевозить, – добавил он со спесивой гордостью.

Самсард украдкой взглянул на Стима, надеясь прочитать в его глазах такое же трепетно-восхищённое впечатление, но инженер, к сожалению, оказался совершенно не восприимчив к показной роскоши.

Внутри показная роскошь стала ещё более кричащей. Дерево, золото, серебро, мрамор. Причём все предметы декора были таким же конструктором, как и весь жизненный уклад варваров. Самсард, между тем, с удовольствием продолжал наблюдать восторг на лицах Репсо и Гелджера и с неудовольствием любопытствующий, но совершенно не впечатлённый взгляд Стима. Стим же, в свою очередь, не обращая внимания на всю варварскую красоту, искал то, что создавало магнитное поле. Инженер был уверен, что защищённость резиденции выше остальных зданий, а значит, и главная ценность варваров должна быть здесь.

Подходя к разборной лестнице, отделанной серебром, Гелджер ткнул его в бок, указав на крутую винтовую лестницу, уходящую вниз. Возле лестницы дежурило сразу полдюжины вооружённых до зубов бугаёв. Судя по звучному эху голосов, доносившихся снизу, она уходила в землю очень глубоко.

– Интересно, чего они там охраняют, – задал Гелджер скорее риторический вопрос.

– Похоже, ты нашёл их главное сокровище, – ответил инженер.

– Золотой запас? – тихо, заговорщическим тоном переспросил Гелджер.

– Нет. Кое-что ценнее.

Прежде чем трое друзей, наконец, дошли до того места, где восседало нынешнее руководство, они увидели ещё немало драгоценностей и произведений искусств, но это место зала их и вовсе ошеломило. Пройдя через деревянные двери, группа вышла на большую площадку с расположенной на ней центральной кафедрой. Площадку полукругом обрамляли 10 рядов с креслами, а под крышей разместилось в ряд 5 балконов. На кафедру со стороны балконов ярко светили лампы. Свет падал таким образом, что людей на балконах не было видно, хотя голоса слышались отчётливо. Отделка стен, мебели, балконов и самой площадки с лихвой переплёвывала внешний вид резиденции. Безликая тьма, обрамлённая роскошью.

– Да тут годовой бюджет нашего Города угрохан, – выпалил Стим.

– Общественное достояние, – с гордостью возвестил Самсард, приняв эти слова за восхищение, и продолжил в том же духе: – Перед вами центральный зал резиденции, где заседает парламент. На верхнем этаже работают министры и президент группы.

– Им, наверно, так удобнее договариваться, – сказал Стим.

– Да. Так им действительно удобнее работать, – подтвердил Самсард, не поняв иронии.

Наконец когда группа подошла к кафедре, мутный лысый тип, стоящий за ней, начал толкать речь.

– Господа депутаты, министры, господин президент, я приветствую вас всех на внеочередных слушаниях по обороне. Как известно мы столкнулись с неприятнейшей вещью: слики разработали новый, очень эффективный вид вооружения – управляемый снаряд. Этот снаряд способен уничтожать технику с очень большой дальности и с очень большой точностью. Как министр обороны я отдал приказ захватить образец этого оружия, но, к сожалению, пока что этого не удалось сделать. Тем не менее командир Самсард в одной из стычек схватил трёх оседлых, тех, что живут южнее территории сликов. Я думаю, у каждого достопочтимого из собравшихся найдётся немало вопросов к ним. Начнём с очевидных, – наконец перешёл к делу оратор. – Кто вы и зачем вы пришли в наши земли?

– В ваши земли? Разве там не слики живут? – тут же выпалил Гелджер.

– Отвечай на вопрос, – осадил его кто-то из зала.

– Господа, – начал Стим. – Меня зовут Стим Каас, я инженер, обеспечивающий техническое обеспечение нашей группы. Так как я являюсь следующим по званию после погибшего командира, то я и буду объясняться. С недавних пор наш город начал активную разведку, как мы их называем, Северных территорий. Мы все прекрасно понимаем, что главная ценность этого района в огромных запасах воды, что в нём находятся, а главная проблема – это слики, что расплодились там, вероятно, как раз благодаря огромным её запасам. Рано или поздно это должно было случиться, и разведывательный отряд нашего города встретился с вашим. Произошло это, надо сказать, при весьма неблагоприятных для нашей группы обстоятельствах. Очевидно, вы начали освоение этих земель раньше, чем мы, раз вам было известно об этих управляемых снарядах. Врать, что из-за этого Город перестанет интересоваться этим районом, я не вижу смысла, вы мне, конечно, не поверите. Поэтому я предлагаю вам подумать о совместных действиях против этих нелюдей. Это в обоюдных интересах.

– Да кто ты такой, что бы это предлагать? – тут же последовал вопрос с крайнего левого балкона. – У тебя нет полномочий, чтобы вести переговоры от имени своего правительства, да и не факт, что оно хочет действовать с нами заодно.