Ключники. Открытые миры

Стратег

Виктоль наблюдал за ночной Москвой сквозь толстое стекло с высоты тридцатого этажа современного небоскрёба. Возвышаясь над городом, башня позволяла альву взглянуть на жизнь людей, как бы со стороны. Земля стала Виктолю вынужденным прибежищем, но так и не смогла покорить его душу. Следя за изгибами Москва реки, бегущей широкой нитью далеко внизу, Виктоль с глубокой тоской переносился в дни свои юности.

В его памяти всплыли прекрасные дома и дворцы, возвышающиеся среди вечно растущих ввысь деревьев, как наяву он ощутил запах чистого воздуха и издалека до него донёсся шум бурного водного потока. Виктоль с лёгкой улыбкой вспомнил, как мимо окон его замка проносились наездники верхом на боевых орлах. Они, виртуозно лавируя меж толстых веток и шпилями дворцов, на бешеной скорости оттачивали навыки воздушного боя. Каждая птица несла на своих широких спинах по паре мальчишек. Один из них смело направлял птицу в крутой вираж, в то время, как второй наездник пытался попасть из лука в своих соперников. Стрелы были тренировочные, вместо острых наконечников на древко вешали мешочки с краской. Очередную улыбку у Виктоля вызвали воспоминания, как его друг Мак задорно заулюлюкал после меткого попадания в противника, наградой ему послужил ярко-красный след на шлеме другого лучника.

С тех пор утекло много времени, и тот победоносный для его товарища день навсегда остался позади. За долгие года они вместе проделали длинный путь вдали от своего дома. Друзья по играм выросли в преданных воинов Гвардии, и уже больше двух столетий они отвечают за безопасность в Открытых мирах. Виктоль со своими товарищами пожертвовал личной жизнью и расставанием с родными ради клятвы: «Беречь и Защищать». И всё это время он достойно исполнял все решения Совета Старейшин, возглавляя Гвардию Открытых миров. Но с недавних пор всё изменилось.

Вопреки законам Совета Старейшин, Виктоль не отправил Пашу в Цитадель и скрыл его дар от всех. Иного шанса сохранить Перекрёсток и возродить далёкие родные миры он не видел. Прознав о возвращении древнего врага, Магистры поддались старым страхам и утеряли здравый рассудок. Новость о Пожирателе поразила Виктоля не меньше других, и всё же он сохранил холодный разум. Как глава Гвардии и её Верховный Стратег, он обязан был предусмотреть все последствия необдуманного приказа Магистров немедленно уничтожить Пожирателя. Возможно во времена, когда принимались законы о Цитаделях, Открытые миры могли себе позволить такую роскошь, как отгородиться от вселенной. Тогда их земли ещё не были перенаселены и истощены, в них бурлила магия сверх меры и не было ни одного намёка на её угасание. Последствия той страшной ошибки проявили себя намного позже, а осознание этого пришло вовсе недавно. Сегодня уже никто в Открытых мирах не отрицает взаимосвязь между порталами и магическими потоками.

Виктоль ещё сохранились в памяти, как его дед, развлекая внука, пересекал на лёгком паруснике бушующие моря. Он ускорял движение невесомой лодки, всего лишь мягким движением ладони по поверхности воды. Создавая бешеную струю под днищем хрупкого судёнышка, дедушка на невообразимой скорости заставлял их посудину нестись по огромным волнам. Пробивая многометровые валы, они противостояли стихиям бури. Время стёрло из жизни, казалось, вечно молодого деда. Магия быстро покидала его родной Видблайн, забирая с собой древних Альвов. А кристально лёгкий воздух на его планете давно чернят выхлопы паровых котлов. Дома Альвов больше не согревают своим живым теплом величественные строения. Им не хватает сил сохранять свою душу, и они умирают, превращаясь в мёртвые куски камня. Новая реальность вынуждает детей леса с болью в сердце рубить бессмертные клёны и согреваться ими, сжигая в чугунных печах свой старый образ жизни.

И в столь тяжкие времена для Открытых миров на Земле объявляется древнее создание, которое многие уже начали считать полумистическим. Виктоль просто не имел право убить Пожирателя миров, не выяснив для начала причины его появления. Паническое решение Магистров вновь толкало Открытые миры на битву со смертельно опасным противником, не сделав даже попытки с ним договориться. В первые секунды Верховный Стратег ещё надеялся, что у него есть возможность переубедить Совет. Однако, все его чаянья почти сразу же разбил неожиданный визит Магистра Нефриты. Старейшина Вампиров явилась в Цитадель Альвов спустя полу часа, как до Виктоля донесли приказ Совета. Вампиры не внушали доверия и любви у Стратега, однако упрекнуть упырей в трусости было нельзя. И Виктоль с радостью принял гостью, желая узнать её мнение на счёт Пожирателя.

Верховный Стратег принял Старейшину в библиотеке, небольшое помещение было обставлено со всем вкусом и лаконичностью, что так любили Альвы. Круглая комната имела два открытых входа друг напротив друга, один вёл к кабинету Стратега, второй – в зал приёмной. Между просторными проёмами все стены библиотеки полностью скрывали стеллажи с древними книгами и манускриптами. Рукописи со свитками были на многие тысячелетия старше своих полок и хранили знания, что Альвы не решились доверить хранилищам Либхарлана. Все важные переговоры Виктоль проводил здесь, лишний раз подчёркивая свой статус среди Альвов. Вдалеке от родного дома Виктоль в первую очередь был Хранителем традиций и устоев древнего народа, а уж затем глава Гвардии.

В центре библиотеки располагался массивный стол из куска цельного гранита, вокруг него уютно разместились три просторных кожаных кресла. Когда Виктоль появился на пороге входа, два из них уже били заняты. Стратег на секунду задержался в пролёте, позволив гостям подняться на ноги. То не было простым жестом уважения или вежливости со стороны Старейшины Вампиров, она не отличалась особой щепетильностью и любезностью. Все привычки гости и её поведение отвечали лишь одному – продемонстрировать свою силу. Вампиры меньше всех зависели от энергии порталов, их сильнее питала магия крови. В каждом движении Нефриты чувствовалось завораживающее могущество. Стройное гибко тело женщины обтягивало темно-бордовое бархатное платье. Спадая до пола, оно полностью скрывало изящную фигуру, оставляя открытыми лишь кисти рук. С грацией королевской кобры Старейшина Вампиров приближалась к Виктолю. Глядя прямо в глаза Стратегу Нефрита старалась подавить волю альва и слегка унизить его. Её чёрные глаза явно насмехались над Виктолем, затягивая альва в свой тёмный омут. На миг могло показаться, что Старейшина Вампиров не сдержится и кинется на Стратега, окутав его копной огненно-рыжих волос. Но стоили Нефрите приблизиться к Виктолю достаточно близко, Стратег вырвался из под чар гости. Перестав оценивающе её разглядывать, он вежливым жестом пригласил Старейшину вновь вернуться в уютные кресла.

– Добрый вечер, Магистр, – поприветствовав Нефриту, Виктоль взяв бокал со стола и наполнил его нектаром из земель Видблайна.

Протянув напиток гостье, Стратег демонстративно проигнорировал молодого вампира, сопровождавшего даму. Тот в свою очередь осознав намёк, бросил взгляд на госпожу. Получив одобрительный кивок, он без лишних слов беззвучно оставил Стратега и Старейшину наедине.

Первой разговор начала гостья, для начала вежливо поздоровавшись:

– И вам доброго вечера, Виктоль. Правда, боюсь он окажется для вас весьма хлопотным. Вы должны были получить распоряжение Совета. Как оно, вам на вкус, не горчит?!, – высказавшись, женщина многозначительно замолчала, но не дождавшись ответа собеседника, продолжила свою мысль, – Мы обнаружили первого за столько лет Пожирателя. Я уверена, что Совет вынес слегка поспешное решение. И всё же я обязана вас предупредить: если вы не предпримете дополнительных мер, то, скорее всего, операция неизбежно провалится…

Теперь её пауза была намного продолжительней, Магистр не собиралась раскрывать перед ним своих истинных намерений, не выслушав мнение Виктоля. Медленно потягивая густой напиток, она не сводила глаз со Стратега.

– Прежде, чем вы узнаете моё решение по этому вопросу, я должен знать всё, – безапелляционно заявил Виктоль.

Открываться без оглядки перед самой хитрой из Магистров для Верховного Стратега было не только опрометчиво, но и небезопасно. Нефрита, принимая условия альва, поделилась своими размышления:

– То, что мы обнаружили Пожирателя, чистая случайность. Всё, что мы помним о них, даёт нам право предполагать, что наш гость очень молод и неопытен. Он без страха открылся перед людьми. Вполне закономерно, что они ненароком выдали его нам. Таких ошибок за повелителями Тёмных миров прежде не замечалось. Я считаю, что это наш единственный и возможно последний шанс поговорить с живым Пожирателем не на поле боя.

Старейшина поставила бокал на поднос, давая понять, что настала очередь Виктоля высказаться.

– Я так понимаю, вы против решения Совета, но открыто действовать не желаете?! Выходит, переубедить Магистров не получиться. Вы решили взять ситуацию в свои руки, но при этом испачкав только мои, – Виктоль не задавал вопросы, он рассуждал вслух, Нефрита его не перебивала, – Не знаю, в какую игру вы решили сыграть, Магистр. Я не очень верю вам лично, да и Вампирам в общем, но сейчас я соглашусь с вами. Пожиратель не должен умереть, по крайней мере до тех пор, пока мы не поймём для чего, а главное, как он появился в Открытых мирах.

Выложив всё напрямую, Виктоль ожидал реакции Нефриты. К его изумлению, женщина грациозно встала, показывая, что разговор окончен. Только напоследок она заявила:

– Будьте осторожны, не только вы не доверяете мне. Вас так же многие считают слишком непредсказуемым для Верховного Стратега. На вашу откровенность отвечу откровенностью: наш мир также угасает без магии, и наши силы уменьшаются с каждым годом. Каждое следующее поколение Вампиров рождается слабее предыдущего. Без новых порталов мы все обречены. Но на данном этапе мне достаточно нашего взаимопонимания, и я не буду вмешиваться в вашу операцию. На прощание хочу лишь настойчиво рекомендовать вам выпустить по следу Пожирателя вампиров Берсерков. В них достаточно жестокости и мощи, чтобы потрепать Пожирателя и помочь вашему охотнику. А самое замечательное их качество – они тяжело управляемы в боевой трансформации. В качестве моей доброй воли Вампиры предоставят в ваше распоряжение самых сильных особей, конечно же, по вашей личной просьбе.

На лице Нефриты замерла почти ангельская улыбка.

– Вы более чем любезны, Магистр. Я, как глава Гвардии, официально прошу вас отправить ко мне четырёх Берсерков в кратчайшие сроки.

– Как пожелаете, Виктоль. Всегда рада встрече с вами. Сейчас же позвольте мне удалиться, дабы проконтролировать исполнение вашего требования.

– До скорой встречи. Надеюсь, наш разговор не обрастёт ненужными слухами.

Магистр в ответ лишь изобразила непонимающее лицо. Провожая Нефриту до выхода, Виктоль прекрасно понимал: Вампиры поставили ему шах. Стоит Совету узнать о его планах, он будет следующий, за кем отправят охотника. Но отступить Стратег уже не мог, жить в страхе он больше не желал.

Этот короткий разговор пол года назад полностью изменил жизнь Виктоля. И сейчас вглядываясь в духоту перенаселённого города, он с надеждой ждал вестей от отряда, следящего за Пашей. Здесь в стенах Цитадели особо сильно ощущался упадок былой силы. Крепости для Ключников возводили в особых энергетических узлах, где на небольшом пяточке пересекались сотни порталов из других миров. Особая магическая аура таких местах неумолимо притягивала людей к себе. В давние времена Гвардейцам легко удавалось держать обычных созданий подальше от Цитаделей, наводя отводящие мороки или просто разгоняя народ дубинами. В нынешние времена сил хватало лишь на то, чтобы отводить взгляды людей от высокой башни. Уже давно людские муравейники полностью окружили все Цитадели со всех сторон. И Пришлым пришлось маскировать три последних из них, буквально встраивая свои крепости в застройки крупных городов. А сами они были вынуждены раствориться в человеческом потоке.

Обязанности Верховного Стратега вынуждали Виктоля большую часть времени проводить в ненавистной ему городе. И только благодаря усилиям личного Эсквайра Виктоля, Стратег мирился со своей судьбой. Роль эсквайра – личного секретаря, дворецкого и слуги в одном лице исполнял домовой Брауни. Он прекрасно знал вкусы и требования своего господина и вложил всю душу, создавая рабочую атмосферу в кабинете господина. Избегая в интерьере современных вещей, эсквайр гармонично вписал в кабинета Виктоля лишь самые обязательные атрибуты современного времени. Ноутбук на столе отделали под красное дерево, а плазменную панель телевизора украсили зеркальной рамой и повесили на стене напротив стола. Эсквайру удалось невозможное, он вдохнул жизнь в бездушное железобетонное помещение. Так что в стенах собственного кабинета Виктоль мог отстраниться от суетливой московской жизни и погрузиться в тягостные воспоминания.

Из потока воспоминаний Виктоля выдернула трель телефона, очередная технологическая новинка настойчиво требовала обратить на себя внимание. Одним плавным движением Стратег подхватил дорогой смартфон и сильно сжал его в ладони. Только полностью придя в себя и выкинув все посторонние мысли, он поднёс трубку к уху.

– Да, докладывайте, – мягким басом Виктоль отдал команду.

– Милорд, с мальчиком связались. Был всплеск перехода. Дальше мы не смогли отследить, не вызвав у него подозрения, – немедленно отчитались на другой стороне провода.

– Началось, – воздух со словами самопроизвольно вырвался из лёгких Виктоля.

Но тут же восстановив дыхание, Виктоль отдал новый приказ:

– Слежку продолжать издалека, близко не приближаться. Докладывать мне немедленно о любых изменениях.

Виктоль отключил трубку раньше, чем дозорный успел что-либо ответить. Верховного Стратега всего охватило почти забытое юношеское волнение, и он не желал выдавать своих чувств перед рядовым воином. Паше удалось прыгнуть в другой мир, он не испугался сделать шаг в неизвестность.

Встреча у пирса

Паша в одиночестве брёл вдоль морского побережья. Его родные ещё спали в номере, наслаждаясь предрассветной прохладой. В отличии от них, Паша с первых дней отдыха на египетском побережье полюбил проводить раннее утро на дальней пристани. Редкий гость из отеля добирался до места, где вытянутая коса делала резкий разворот вглубь моря. Здесь никто не мешал мальчику наблюдать за пёстрой жизнью морской фауны задолго до утреннего завтрака. Правда, на самих пирсах Паша нашёл и других любителей предрассветной тишины. Ранний морской бриз привлекал к себе местных и приезжих рыбаков. Мальчик быстро влился в компанию морских охотников, ведь о повадках и характере обитателей красного моря он знал не хуже заядлых рыбаков. Для него даже нашли во временное пользование удочку и снасти. Под руководством старших товарищей Паша освоил удилище, без труда забрасывая далеко в море тяжёлую блесну.

Вот и сегодня Паша спешил к своему любимому месту за очередным ярким трофеем. Лучшего момента для рыбалки трудно было себе представить: с моря дул лёгкий убаюкивающий ветерок, образуя мелкую рябь на поверхности, а в небе скопились перьевые облака, рассеивая блики на воде. Однако, пирс встретил Пашу гробовой тишиной. На длинном выступе не было не души. Это неожиданное обстоятельство слегка расстроило его, он уже привык к улыбкам рыбаков и их взрослым шуткам. В надежде, что его друзья всего лишь на всего чуток задерживаются, Паша присел на край пристани. Свесив ноги, он решил дождаться опаздывающих рыбаков. Скучать ему не пришлось, увлечённо наблюдая, как озорничают у него под ногами красочные рыбки, он мысленно погрузился в их подводный мир. Паша, словно морской хищник улавливал любое движение в воде. Вот пронеслась маленькая стайка антиасов. Яркие и разноцветные рыбки имеют удивительную особенность: они являются протогенными гермафродитами, на простом языке это означает, что все рыбки рождаются самками. Наперерез им важно проплывали морские караси, совершенно не похожие друг на друга. Молодые особи карасей часто сильно отличаются от взрослых по форме тела и окраске, иногда они окрашены намного красочней родителей. На камушках, поросших мелкими водорослями, Паша смог разглядеть замерших морских собачек. Особенностью этих рыбок были высоко посаженные глаза. Разглядеть их в колыхающейся воде было весьма трудно, но сегодня вода была почти спокойной и очень прозрачной. За время проведённое у моря, среди подводных жителей побережья у Паши появилась особая любимица – мурена по кличке Матильда. По утрам она важно дефилировала вдоль берега. Персонал отеля подкармливал её остатками рыбы, а она в награду за лакомства радовала своей грацией приезжих туристов. Свою порочную репутацию мурены получили не совсем заслуженно. Несмотря на свой жуткий вид, они не нападают на человека первыми. Только повышенное внимание со стороны людей, провоцирует её на атаку. Паша с нетерпением вглядывался в мягкие волны, не желая пропустить местную известность, она вот-вот должна была возвращаться с отмели в родную стихию на глубине. Ему очень нравилось наблюдать за плавным скольжением необычной рыбы.

Если бы Паша не вглядывался так сосредоточенно, то скорей всего упустил бы момент, когда по дну стали носиться быстрые тени. Мальчик ни как не мог отследить, что за рыбы отбрасывают их. Пытаясь уловить движение шустрой морской твари, он как можно ниже нагнулся к воде. Вдруг что-то влажное и холодное хлестнуло его по ногам. От неожиданности он вскрикнул и резко вскочил на ноги.

– Ттсссс, нссе шшшуми, – донеслись свистящие звуки из-под пристани.

Очнувшись от первого испуга, Паша разумно предположил, что кто-то из рыбаков решил испытать удачу под пирсом, а затем жестоко пошутил над ним. Набравшись смелости, он медленно приблизился к краю и заглянул за него. Охнул мальчик тихо, но всё же вызвал недовольство существа в воде.

– Ттсссс, – вновь просвистело оно.

Паша не сразу узнал в шипевшей на него рыбе самую редкую и необычную из акул. Вся вода под пристанью кипела от крупных тел глубинных морских обитателей бледно-розового цвета. Одна особь, выделяющаяся среди своих соплеменников неестественно светлым оттенком, высунувшись наполовину из воды, тсыкала на мальчика.

– Пплывем ссс ннами…, – опять просвистела она.

Паша, боясь пошевелиться, попытался обдумать услышанное и увиденное. Он всё свободное время безуспешно искал волшебные места и их представителей. Но как относиться к обнаруженным в Красном море акулам, с ходу не мог решить. Встреча с опасным хищником само по себе не самое приятное приключение на пляже, а оказаться в воде с акулой-домоввым – событие вовсе опасное и непредсказуемое. Людям они встречаются очень редко, поэтому до сих пор остаются малоизученными и загадочными даже для научного мира. И по тем редким слухам очевидцев, что дошли до огласки, лучше держаться от их стай подальше. Их ещё называют акулами-гоблинами, и они предпочитают держаться в стае, бороздя моря и океаны в основном на глубине и избегая рифов с песчаными пляжами. Своё необычное название она получила за причудливую внешность. Морда акулы заканчивается длинным клювовидным выростом, а длинные челюсти, набитые острыми зубами, могут выдвигаться далеко вперёд. При длине до двух с половиной метров они достигают почти ста с лишним килограммов. О репутации и повадках акул-гоблинов Паше было известно немало, и всё же его разрывало на части. Мысль прыгнуть в стаю акул и плыть с ними в неизвестном направлении вызывала большие опасения за собственное здоровье, в то же самое время, это была его первая встреча с существами из другого мира после визита Заннуты.

Зависать над водой акуле было непросто, при каждом вдохе её широкая челюсть с мелкими и острыми зубами постоянно выдвигалась вперёд, а нарост на голове периодически сваливался набок и закрывал большие чёрные глаза.

– Трруднооо дышшшатссь, решшшаййй быссстрейй, – вновь прошипела акула.

Легко говорить – решай быстрее. Если бы сейчас ему посвистели дельфинчики, он, не раздумывая, прыгнул бы в воду. А на него смотрела трёхметровая загадочная акула. Даже не одна акула, а целая стая. Не дождавшись ответа, страшная особь решила опять обратиться к Паше:

– Ссстрах убиваеттс всс вкуссс к зшизниии, – резко выдавила она и тут же ушла под воду.

Больше не поднимаясь на поверхность, она медленно двинулась вдоль пирса в сторону моря. Её слова развеяли последние сомнения мальчика. Он разбежался по пристани и, сильно оттолкнувшись от его края, рыбкой нырнул в воду.

Тайнифы

Вынырнул Паша из под воды лишь у буйков, сразу же поравнявшись со светлой акулой. Их немедля взяли в круг её соплеменники.

– Мення сзвовуттс РХхаа, – представилась его спутница.

– А меня Паша. Вы друзья моего папы? Он так часто говорил про страх, – зависая на лёгких волнах, уточнил Паша.

– Мссы тсссвои дрсссузья, – прошипев в ответ, акула снова ушла под воду.

Чем дальше они удалялись от берега, тем беспокойней становилось море. Когда берег начал периодически скрываться из виду за очередной волной, Паша остановился и оглянулся. Рхаа решила приободрить его:

– Тсыы, сссмелый малльтссик, даззже сслишшшком, даззже бессрасссуден. Не ссомневайсся, в тебе ессть сссилы. Просссто плыви, ты сссможешь.

– А далеко ещё плыть?, – поинтересовался он у акулы.

– В этттом миррее нетсс, сскоро будеттс перехосссд в нашшш мир. Ты отттлитчно пплаваешшшь, сссразу виттно, вооода – ттвоя ссстихия. Моии вооойны едввва посспевааают сза ттобооой, – поспешила ответить Рхаа.

Только сейчас, бросив взгляд назад, Паша заметил, что их свита растянулась на несколько метров. Воодушевлённый этим зрелищем, он развернулся в сторону открытого моря и сильными взмахами стал удаляться от берега. Стая безуспешно пыталась его нагнать. Вскоре берег совсем скрылся из виду, к тому времени Пашу уже не пугало расстояние до него. Он совершенно не испытывал усталости, загребая руками в полную силу. Его спутники отставали всё больше не в силах держать заданный им ритм. Преодолев несколько очередных высоких волн, Паша решил сжалиться над акулами. Перевернувшись на спину, он редкими взмахами рук продолжил толкать себя вперёд. Дожидаясь хвоста стаи, Паша огляделся. В пылу гонки он упустил момент, когда мир вокруг исказился. Воздух над морем раскололся на мелкие кристаллы, создавая причудливые иллюзии. Небо с облака стёрли свои границы с водяной гладью и окрасились в сиреневые оттенки. Акулы по мере приближения к нему, казалось, тоже распадались на части, пополняя их стаю новыми особями. Они, приветствуя его, выпрыгивали из воды. Пробивая облака насквозь, их гибкие тела вновь возвращались в воду. Случайно бросив взгляд на свои руки, Паша не смог сдержать возгласа изумления. Под воздействием кристаллов его тело удлинилось, кожа приобрела фиолетовый цвет, а руки и ноги вытянулись раза в два. Паша, остановив движение, поднял руку к небу, изучая солнце через образовавшиеся между пальцев перепонки. Нахлынувшие в эту минуту тёплые воспоминания, вызвали у него улыбку. Папа часто шутил над ним, когда не мог обогнать его в море: «У тебя обязательно перепонки на руках и ногах вырастут, ты плаваешь, как рыба».

Повернувшись в сторону Рхаа, Паша помахал ей обновлённой рукой. Акула на его призыв двинулась ему навстречу, совершая длинные прыжки над волнами.

– Ух ты, вы изменились, – восхищённо выдохнул Паша.

Новый облик Рхаа поразил его до глубины души. Вместо тёмных мутных глаз мальчика внимательно изучали огромные зелёные зрачки, расположенные на широком акульем лице. Именно лице, оно всё ещё сохраняло вытянутые и остроконечные формы, но уже утратило агрессию и дикость хищной рыбы. Оскал страшных кривых зубов сменила миловидная улыбка с ровным рядом широких клыков. Смешной рог, выпиравший на акульей голове, преобразился в острый гребень изящного шлема. Его позолоченная сталь покрывала всю голову и плечи Рхаа. Верхняя часть её тела, как и у Паши, слегка вытянулась и приобрела человеческие очертания. Широкую грудь облегали утончённые золочёные доспехи, а в удлинённых плавниках Рхаа сжимала трёхзубый гарпун и длинный меч. Нижняя часть акулы не подверглась столь существенным изменениям, лишь хвостовые плавники стали чуть шире и длиннее.