Зелье для упрямого дракона
- -
- 100%
- +
…Виновница переполоха сидела в гостиной на диване, понурив голову и спрятав руки между колен, Вельгорн развалился в кресле, в его ногах валялся совершенно счастливый пёс, а я, полыхая праведным гневом, всё ещё мерила шагами пространство. И на всё это безобразие лукаво смотрела бабуля с портрета на стене. Мне казалось, она вот-вот подмигнёт, искренне наслаждаясь домашней веселухой.
– Как я вообще могла тебе поверить, заноза ты вечная в моей многострадальной заднице! – продолжала распинаться я. – Как мне в голову не пришло, что ты за нами следить додумаешься!..
– Ева, – примирительно сказал дракон. – Хватит. Нам всё равно надо прояснить, кто такая Алёна. Если она не та, о ком мы думаем, я смогу немного подправить ей память.
– Чего? – вскинула Алёнка испуганные зелёные глазищи. – Осторожнее, дяденька, а то полицию вызовем! Вызовем ведь, сестрёнка?..
– Какая я тебе сестрёнка, сама сказала – седьмая вода на киселе! – мстительно прошипела я. – Это тебя бы в камеру на пятнадцать суток за шпионаж!..
– Ну Дуся, ну я просто хотела понять… – её щёки залились румянцем, и она пристыженно спрятала лицо в воротник спортивного костюма.
– Вот-вот. Хотя бы стыдно стало, – я вдруг поняла, что устала разоряться. Я ведь даже ещё не ужинала, день был трудный, силы заканчивались, а тут ещё столько опять всего…
– Давайте поужинаем, – вдруг предложил Глеб, очевидно, заметив моё состояние. – И спокойно поговорим.
– Да! – обрадованно вскочила Алёна. – Дуська, я у тебя мойву размороженную в холодильнике видела – я мигом пожарю. И картошечки молоденькой, а?.. С малосольным огурчиком?..
И, не дожидаясь ответа, она вихрем унеслась на кухню. Смайл заинтересованно приподнял голову ей вслед, но потом взглянул на дракона и остался с ним. Интересно, сможет голод и любимая кухня его когда-нибудь оторвать от предмета обожания?.. Хозяйка-то этот фронт бездарно слила.
Мне дико захотелось лечь на диван и укрыться пледом с головой, но вид дракона в кресле напротив здорово отрезвлял. Если я в вертикальном виде так его привлекаю, то в горизонт уходить совершенно точно не стоит, если я не хочу оказаться придавленной к этому самому дивану горячим сильным… совершенным телом. Мысль полоснула так остро, что пришлось крепко зажмуриться.
Глеб оказался рядом так быстро, что я не успела отследить движение. Он подложил подушку, мягко надавил мне на плечи, уложил и накрыл меня сам, сняв со спинки кресла мой любимый клетчатый плед. А я и не сопротивлялась, с блаженным вздохом вытянув гудящие ноги. Даже найденный бабушкин дневник… подождёт.
– Спасибо, – искренне выдохнула я и прикрыла глаза.
– Вы такие хрупкие, люди, – с неожиданной грустью сказал дракон. – Такие слабые, так легко устаёте, болеете. И всё равно, гораздо совершеннее, чем мы. Чем кто угодно, по правде говоря…
– Почему? – искренне изумилась я.
– Потому что умеете любить, – не задумываясь, ответил дракон. – А любовь – самая могучая сила во Вселенной… Всё и все склоняются перед ней, перед её обманчивой слабостью. Вот и я готов преклониться перед тобой, Ева… Но ты отвергаешь меня. И я никак не пойму, почему…
Он не врал и не притворялся. В его глазах тоже проявилась усталость и тоска, отблеск безнадёжного и безумно долгого одиночества, и что-то в моём сердце дрогнуло, отзываясь…
После того, как Сашка переехал в столицу к какой-то неземной любви и карьерным перспективам, я прожила три года одна. Эти три года словно размазали мою душу тонким слоем по горячему асфальту, и она высохла до состояния ломкой сухой корочки, которую я осторожно задвинула в самый дальний угол подсознания, чтобы ненароком больше никто на неё не наступил.
Правда, потом появилась Алёнка – душа, обожжённая войной и чудовищной потерей дома и родных, и забота о ней вытеснила мои собственные страдания, показавшиеся мне жалкими, мелкими и пустыми, как сухие коробочки отцветших лилий. Заботясь об Алёне, я каким-то образом капала живой водой и на собственное сердце. В последние полгода моя жизнь стала обретать какую-то цельность, и вот тогда я впервые обратила внимание на то, какой у нас в Ельшине удивительно красивый фарминспектор Вельский…
Дракон вернулся в кресло, подпихнув ноги под шёлковый бок Смайла, до ноздрей дотянулся волшебный запах жареной мойвы – маленькой морской рыбки, правильно зажарив которую, можно было получить что-то вроде хрустящих рыбных чипсов. А уж в сочетании с молодой отварной картошечкой, пересыпанной укропчиком с грядки, горбушкой свежего ржаного хлеба и стаканом холодного густого молока от коровы одной моей хорошей знакомой это превращалось в такую симфонию простых сытных вкусов, запахов и текстур- куда там старине Мишлену!..
– Знаешь, Вельгорн, – задумчиво сказала я, смакуя будоражащие ароматы. – Независимо от того, является Алёнка Хранительницей или нет, я всё равно расскажу ей правду. И пожалуйста, не надо ничего делать с её памятью. Она никогда и никому ничего не скажет. Я же просто так на неё ору – для порядка, она слишком любопытна и порой такое отмачивает!… Но она мне действительно как сестра.
– Я знаю, Ева. Я и сам хотел тебе это сказать. Мне она тоже нравится и… она чем-то похожа на Ярташа.
– Это второй из трёх? – догадалась я.
– Да. Я – Сапфировый, Ярташ – Изумрудный, Элантар – Белый.
– Они тоже бывают в нашем мире? – мне безумно захотелось взглянуть и на других красавчиков в разноцветном исполнении.
– Ярташ бывает, но редко, а Элантор вообще сюда не приходит. Ему нельзя – он поддерживает проход в наш мир с нашей стороны. Если он попадёт сюда – не сможет попасть обратно. И мы тоже. Нужен второй Белый для стабилизации с этой стороны – а у нас есть только мы. Так и живём. Уже триста четырнадцать лет.
– Мама дорогая, – у меня пересохло в горле. – А сколько вообще драконы живут?..
– Ну, смотря как они живут, – усмехнулся Сапфировый. – Всё последнее тысячелетие до нашего появления на свет они методично истребляли друг друга. Если бы не это, тысячелетние драконы отнюдь не были бы редкостью.
Я откинула голову на подушку и надолго задумалась. Нечисто что-то было в истории драконов. Древняя мудрая могучая раса с разнообразными кастами – и вдруг какие-то дикие разборки до талого… И наверняка, в бабулином дневнике я найду многие ответы. А пока… Надо поесть, а то кишки мои уже дерутся за место поближе к горлу, раззадориваемые ароматами с кухни.
Мы на троих слопали огромное блюдо рыбёшек со всеми сопровождающими гарнирами. Вельгорн ел так, будто все свои триста с лишним лет сидел без еды, прикованный к стене в своей пещере с кладом и, нимало не смущаясь, спускал под скатерть хребетики рыбок прямо в прожорливую собачью пасть, игнорируя мои негодующие взгляды и нотации по собачьему воспитанию.
Алёнка вела себя образцово-показательно, ухаживая за нами, как в ресторане, расточая направо и налево белозубые улыбки, нахваливая наш аппетит и периодически освежая тарелки.
И расчёт хитрой лисы, надо сказать, полностью оправдался. Сытая, разморённая, благодушная и благодарная Алёне за вкуснейший ужин, я кое-как поднялась, радуясь, что ношу джинсы на резинке, а не с ремнём и объявила:
– Ну что, пошли, Лёлька. Мы с … э-э-э… Глебом Германовичем нашли тайник моей бабули. Проще и дешевле посвятить тебя в наши секреты, чем пытаться их от тебя скрыть…
Глава 7. Бабушкин дневник
Затаив дыхание, мы с Алёнкой смотрели, как инспектор поддевает перочинным ножом плотно подогнанную толстую доску. Признаться, я понять не могла, как бабушка – хрупкая изящная женщина преклонных лет сумела устроить такой необычный и труднодоступный тайник.
Доска поддалась с натужным скрипом, осыпался с торцов мелкий мусор, заставив мои уши чуть порозоветь – а как прикажете под шкафом мыть, естественно, в щелях пыль оседать будет! – и в полу открылась довольно просторная ниша. В её центре лежал аккуратный блестящий ящичек из нержавеющей стали. Надо же, бабуля даже на случай пожара подстраховалась?
Вельгорн достал ящик, сдул с него пыль, отчего у нас с Алёнкой синхронно зачесались носы, и бережно передал его мне. Глаза его блеснули, и я ощутила, как его тоже разрывает еле сдерживаемое нетерпение. Ну ещё бы – триста и сколько там лет они выживали втроём, глядя, как их мир оседает в руинах, ни на что уже не надеясь, а тут, в этом ящике могло быть то, что могло подарить им надежду и свет…
Мы вернулись в гостиную, и я, прежде чем открыть ящик, обвела глазами моих странных сообщников – синеглазого красавца фарминспектора, которого ещё вчера утром разумно опасалась, и мою не в меру любопытную помощницу, чьи зелёные глазищи, возможно, тоже хранили в себе отсвет чужого мира.
И вдруг поняла, что это теперь и моя команда, и моя семья.
Не знаю, почему, но это знание плотно и уверенно осело во мне – крепкое, осязаемое, как старые камни на ельшинской дореволюционной мостовой. Мой мир, замерев на секунду, резко ухнул вниз с американской горки, приобрёл магический разноцветный шлейф, чуть не свёл меня с ума, опалив дыханием дракона, но… впервые в жизни я так сильно ощутила её красоту и полноту. Она… о, да, она теперь нравилась мне! Она бросала мне странный, ни на что не похожий вызов, и мой дремлющий до сих пор неизвестно где мятежный дух с восторгом его принял.
Может, я для этого и пришла в этот мир?..
Что ж, посмотрим.
Я держала в руках старую тетрадь в коричневой кожаной обложке, испещрённой мелкими трещинами, и застёжкой в форме знакомого фиолетового цветка Драконь-травы. От неё всё ещё слабо пахло сладковатыми бабушкиными духами с нотой апельсина. Алёнка нетерпеливо вытянула шею с риском её вывихнуть, и я двумя пальцами отодвинула её гладкий, как яичко, лоб.
–Дорогая моя девочка, – начала я читать, открыв дневник, и мой голос сразу дрогнул и оплыл как горячая свечка. – Если ты читаешь эти строки, это означает только одно: ты познакомилась с драконом, потому что чернила, которыми я пишу, могут становиться видимыми только в присутствии ауры дракона – спасибо Драконь-траве, которую ты, надеюсь, бережёшь… И скорее всего, этого дракона зовут Вельгорн Азриэль Ай’этар Норрин.
На этих словах дракон медленно поднялся, сверкнув очами, и глубоко поклонился мне.
– Истинно так, Хранительница. Это моё полное родовое имя, – торжественно сказал он, выпрямившись.
Из Алёнкиного горла вырвался странный сдавленный сип, и она взялась тонкой рукой за шею, переводя ошарашенный взгляд с меня на Вельгорна.
– Ну да, дорогая моя Алёнка, – сказала я, радуясь, что можно дать себе передышку и не расхлюпаться постыдно. – Ты не зря называла нашего инспектора драконом… Провидица ты наша!..
Алёнка закрыла ладонями глаза. А потом пробормотала растерянно:
– Это всё сны… Я всё время их вижу. Сны про драконов… Зелёный, синий, белый… Я думала, это всё фэнтези! Думала, я сбегаю в сказки от… ну, ты поняла. А это, значит… не сказки?..
– Это не сказки, – ответил за меня Вельгорн – как-его-там, и с ласковым обожанием взглянул на девчонку. – Я так и думал. Ева, она без всяких сомнений тожеДаван’Киир.
Неужели опять заплачет и на колено перед ней встанет?
Мысль об этом почему-то неприятно царапнула, и я, подавив её в зародыше, вернулась к дневнику.
– Диван…кто?.. – переспросила Алёна.
– Сама ты «диван»!.. Послушайте, э-э-э… друзья мои. Вельгорн – пожалуйста, просвети Алёну о драконах и Хранительницах. Я… не так талантлива в объяснениях, и многое мне самой непонятно пока… И вот что, мне кажется, этот дневник должна читать я сама. Одна. Обещаю рассказывать вам о самых важных вещах, которые нам всем необходимо знать. Но мне будет намного комфортнее… ну… я как будто разговариваю с бабушкой, понимаете? Наедине.
– Ты абсолютно права, Ева, – согласился дракон, и я облегчённо выдохнула. – Я поговорю с Алёной. И… не читай всё сразу. Помнишь, ты сама сказала, что информацию нужно осваивать по частям. Как почувствуешь, что хватит – остановись. Хорошо?..
– Да, Вельгорн, – я сама удивилась, какой груз свалился с моих плеч при этих словах, и прижала к груди драгоценную тетрадь. – Спасибо. Я пойду в спальню, а вы, как закончите, стукните в дверь, я выйду.
Прощались мы заполночь. Мы с Алёнкой стояли, тупо моргая, потому что головы у нас обеих были квадратными от переизбытка шокирующей информации.
– Дорогие дамы, вам совершенно необходимо хорошенько выспаться, – мягко заметил Вельгорн. – Ева, напоминаю, ты сможешь читать дневник, только если я неподалёку.
– Это и хорошо, – вздохнула я. – А то, боюсь, у меня голова треснет как переспелый арбуз. Я прочитала всего две страницы, но осмысливать хватит на несколько дней.
– И у меня тоже перегруз, – слабо выговорила Алёна. – Давайте завтра в аптеке встретимся так же, к вечеру…
– Боюсь, мне нужно уехать на несколько дней, – сказал Вельгорн. – Я и так выпал из графика, а поставки нарушать или задерживать нельзя, я должен лично следить за порядком, – он кинул на меня быстрый виноватый взгляд. – Сейчас я не буду вам больше ничего рассказывать, милые леди. Обсудите пока всё между собой. Я буду на связи. И… Ева. На пару слов. Алёна – большая просьба не подслушивать!..
Алёна мигом вспыхнула и так энергично замотала головой, что хвост захлопал по щекам, а я, вздохнув, указала на дверь кабинета. Мы прошли внутрь, и нас обдало потоком влажного ночного воздуха, через рваную дыру в стене тускло подмигивали звёзды.
– Ах, да, – спохватился дракон, оглядев погром, и я готова была поклясться, что его скулы чуть порозовели. – Сейчас, шкаф на место поставим. А окно… Завтра пришлю бригаду, вставят новый стеклопакет. Прости, я иногда слишком импульсивен… Приходится быть очень осторожным и всё время быть начеку.
Он быстро и ловко покидал доски обратно в пазы и прежним макаром вернул на место дубовый шкаф. Потом опёрся спиной на его створки и молча уставился на меня долгим испытующим взглядом.
– Ну что, нашла рецепт антидота? – наконец, выдавил он, опустив глаза.
– Ты же не станешь его пить, – поддела я его.
– Ты же всё равно найдёшь способ мне его подсунуть, насколько я успел тебя узнать…
Я не выдержала и чисто по-девчоночьи захихикала. Но у него были такие больные и усталые глаза, что веселье иссякло, толком не разгоревшись.
– Тебе правда так хочется меня любить? – неуверенно спросила я. – Может, на самом деле, тебе больше нравится Алёнка? Она ведь и красивее, и моложе. А может… есть и ещё Хранительницы – из того, что я узнала из дневника, уже понятно, что у каждого дракона, который хочет продолжить род, должна быть Хранительница. Таков баланс мира Драконов. По идее, если вас трое, то и нас должно быть трое…
Вельгорн отлип от шкафа и подошёл к пробоине, ноздри его заметно раздувались.
– Я всегда это подозревал, – пробормотал он, сплетая и расплетая пальцы. – Всегда догадывался. А Элантар вечно спорил со мной. Он вообще у нас пессимист… Значит, и для него… И для него. Да?..
Он повернулся, прожёг меня синим пламенем глаз, в которых горела надежда и затаённая страсть.
– Я люблю тебя, Ева. Тебя! Я… впервые чувствую себя таким живым. Я готов положить к твоим ногам весь мир… и не знаю, что сделать, чтобы ты перестала сопротивляться моим чувствам. Я не хочу любить никого другого… мне нужна только ты. Это такое волшебное чувство… я и не подозревал, что это так прекрасно… не лишай меня его, пожалуйста. Я не буду тебе докучать, я буду сдержан, я буду просто рядом и… если я слишком долго буду в разлуке с тобой, я буду слабеть. Ты должна знать. Это тоже эффект зелья… поэтому разреши мне хоть иногда касаться твоей руки. И ещё… иногда полежать на клумбе сФааль-Киир. Можно?..
И, прежде чем я успела хоть что-то сказать, он припал на колено, схватил мою руку и прижался к ней горячим лбом, а потом и губами.
Ну вот что ты будешь делать…
«Дракон любит Хранительницу абсолютной любовью. После того, как он выпьет зелье, активируются Узы, связывающие с ней его плоть и душу. Формируются внутренние энергетические каналы, по которым циркулирует их совместная энергия. Он физически не способен ей изменить, воспринимать других женщин. Во многих сказках и легендах именно этот феномен называется «истинной связью», Дуся… Но я давно, очень давно думаю, что в этом есть некая неправильность, некий насильственный элемент. Здесь что-то не так. И не я одна так считаю – я просто передаю тебе мысли той, первой Хранительницы, которая сбежала из того мира в этот и установила традицию передавать эти мысли в дневнике от матери к дочери или внучке… все вместе, мы объединяем и развиваем наши догадки, и кто-то из наших потомков сможет понять, что здесь не так, и почему мир Драконов умирает… И почему-то мне кажется, Дуся, что это будешь именно ты… Ты всегда была особенной. Лишь бы не было слишком поздно…»
Слова бабушки горели перед моим мысленным взором, пока живой жар человека-дракона стремился вверх по руке от его пылающих губ, растекаясь по телу благотворной волной.
Вот ты попала, Дуська!..
Я медленно опустилась рядом с ним на корточки и заглянула в глаза.
– Мне страшно даже подумать, что нам придётся расстаться даже на несколько дней, – прошептал Вельгорн, не отпуская моей руки. – Но я должен… от меня зависит и жизнь моих братьев-драконов, и оставшихся жителей Дова’Нора, так мы зовём наш мир. Ты тогда пошутила про семена расторопши, помнишь? А ведь это один из компонентов зелья от тяжёлой печёночной хвори, которой часто болеют наши жители, потому что наша земля почти мертва, в ней много токсинов, они накапливаются в еде и воде. Там у нас почти ничего не растёт… Лекарства и зелья из земных растений помогают огоньку жизни в нашем мире не погаснуть окончательно. Теперь ты понимаешь?.. Почему я так вспылил тогда?..
Я просто кивнула и погладила его по плечу свободной рукой. Он слегка вздрогнул и прикрыл глаза. Даже такая простая дружеская ласка повергла его в сладкую негу. Вот же бедолага.
– Значит, в вашем мире… в Дова-Норре ещё есть… люди? Или другие разумные расы?
– Все, кто остался, собрались в поселении возле единственного ещё работающего портала в ваш мир, который поддерживает Элантар. Среди них есть и люди, и гномы, и немного эльфов. Несколько сильфид – элементалей воздуха, которые когда-то водились повсюду и были для драконов кем-то вроде питомцев и любимцев. Маленькое угасающее поселение, полностью зависящее от нас троих и от этого канала на Землю – это всё, что осталось от когда-то обширного процветающего мира. И пепел давно угасших войн уже засыпал последние города, моя дорогая Даван’киир…
– Какой кошмар. И, получается, бабушка права… Где-то вы совершили ошибку, нарушили мировой баланс, и всё полетело в тартарары. Но знаешь что, Вельгорн, – я неожиданно расхрабрилась, запустила руку в его шёлковую шевелюру, осторожно провела пальцами ото лба к затылку, восхищаясь переливами иссиня-чёрных волн, и глаза его восторженно закатились – прямо как у Смайла, когда чешешь ему возле хвоста. – Ты меня всё-таки нашёл. И Алёну. И третью Хранительницу мы тоже обязательно отыщем. И вообще, пусть моё сердце пока ещё не готово любить, но ты мне действительно нравишься.
– Правда? – он зарылся лицом в мою ладонь. – У меня правда есть шанс?..
– У нас обоих он есть, но… Я чувствую, Вельгорн, чувствую, что нужно деактивировать зелье. Оно сыграло свою роль, но именно в нём может быть причина ваших бед.
– Но если я… не смогу больше… А вдруг?..
– Значит, так тому и быть, – твёрдо сказала я. – Мы в любом случае останемся друзьями и будем думать вместе, в чём ошибка и как её исправить. Я знаю, в тебе сейчас кипит возмущение и боль, тебе очень сладко быть со мной. Я знаю, как это бывает, поверь. Но всё должно быть честно. С чистого листа. Никакой лжи, морока и фальши. Услышь меня, прошу. Не отвечай прямо сейчас, езжай по делам, подумай над моими словами.
Он мелко дрожал, вибрировал под моими пальцами, и эта дрожь передавалась мне, как если бы я приложила ухо к тёплой разогретой земле и услышала далёкое эхо копыт приближающегося табуна лошадей. В нём сейчас сталкивалось и боролось множество противоположных чувств, они рвались наружу, но, к его чести, он не сказал ни слова, и ни выпустил ни одной яростной мысли.
– Ты удивительная, Ева, – наконец поднял он голову, встретив мой печальный взгляд. – Я в любом случае счастлив, что нашёл тебя…
– Я тоже, Сапфировый дракон Вельгорн Азриэль Ай’этар Норрин, рада, что мы встретились…
Глава 8. Спасительные объятия
Утром, выгуливая пса, я заметила примятую траву возле клумбы с Драконь-травой. Ночевал, значит, тут. Бедный драконище, шезлонг ему, что ли, сюда поставить?.. А как же зимой – на снегу, что ли, спать будет?
Впрочем, эта удивительная травка была вечнозелёной, это я знала, – не всегда нынешние зимы баловали нас сугробами, и зелёное пятно под ольхой радовало глаз среди пожухлой, битой морозами листвы и голых веток кустарников.
Немного подумав, я сбегала в сарай за садовой лопаткой и пластиковым транспортировочным горшком. Выкопав часть травы – она оказалась ползучей, на тонких стеблях во многих узлах листьев виднелись белёсые зачатки корешков, я отсадила её в принесённую тару. В обед сбегаю в хозяйственный, прикуплю красивый керамический горшок. Хороший будет подарок для Вельгорна, наверное… Поставит пусть у кроватки и нюхает себе на здоровье, да копит силушку магическую.
Интересно, а где он вообще обитает?.. Ведь наверняка на Земле у него есть свой дом – не каждый же день он мотается в свой мир, тем более, объезжает столько аптек по области. Да и машину наверняка возле дома держит – не в портал же он на ней въезжает! Эта мысль изрядно меня повеселила, но первый вопрос, как водится, потянул за собой второй – где находится портал в его мир? А потом и жгучее любопытство разобрало – а сможем ли попасть туда мы с Алёной и поглазеть на его диковинных жителей?
Кстати, надо бы позвонить и узнать, как она.
– Привет. Ты там живая?
На другом конце послышался то ли всхлип, то ли всхрюк, но звучало очень жалостливо.
– Ладно, сегодня можешь дома побыть. Я справлюсь.
– Да ты что, Евдокия Максимовна! – возопила Алёна. – Я тут с ума сойду со всеми этими новостями, наоборот, нам надо всё обсудить! Буду как штык!
Наскоро забросив в себя пару варёных яиц и тост с джемом, залив всё это растворимым кофе со сгущёнкой, да-да, к драконам здоровое сбалансированное питание! – я понеслась в аптеку.
Алёнка была уже там и, как ни в чём ни бывало, возилась среди стеллажей. Но завидев меня, наскоро запихала в шкафчик упаковки стерильных бинтов и ринулась навстречу. А потом неожиданно крепко меня обняла.
– Дусь, ты у меня самая лучшая в мире. Ты это помни, ладно?..
– Ну-ну, ты чего? Тоже, что ли, зелья отхлебнула? – неловко похлопала я её по спине. С нежностями у меня всегда была засада…
– Я так рада, что теперь у тебя есть ОН, – её зелёные глазищи лучились восторгом. – Дусь, это просто крутяк! Вы идеально подходите друг другу, просто и-де-а-льно!..
– Чего-о-о?.. – изумилась я. – Алён, где я и где он, вообще-то?
– Как где? – Алёнка потянула меня за рукав к нашему столику и ткнула в узор с драконом. – Он – дракон, а ты – его Хранительница!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.